Домик на дереве

Арсений бродил из стороны в сторону по тёмному мрачному коридору больницы возле палаты «345», который был похож на фильм ужасов: мигала одна советская лампочка, а люди в белых халатах не внушали доверия. «Выйдите уже кто-нибудь!» – подумал Попов. С момента, как их доставили в больницу, прошло уже полчаса, а с ним никто так и нормально не поговорил, не объяснив, что с Антоном. Будто услышав мольбы Попова, к нему вышла молоденькая медсестра Наталья. – Как он? – Выпалил Арсений, смотря обеспокоенным взглядом на девушку. – Не волнуйтесь, – мягко произнесла девушка, – травмы незначительные: ушиб правого ребра, многочисленные гематомы от ударов. Думаю, мальчика выпишут сегодня, отправив на больничный. Примерно через неделю сможет посещать занятия. Арсений облегчённо вздохнул. – Спасибо. Я могу к нему зайти? – Врач пока проводит осмотр, как освободится, он вас позовёт. А и еще, –голос стал более серьёзным, – мы обнаружили достаточно много старых синяков и шрамов на теле подростка – это не от падения или удара об угол стола, а скорее всего от кулака взрослого мужчины и лезвия. Не знаете, у него всё в порядке с родителями? – Родители умерли, воспитанием занимается его тётя, – напрягся литератор, – спасибо за информацию, я обязательно поговорю с ним, постараюсь всё выяснить. Наталья мягко улыбнулась и оставила Арсения наедине. Наконец-то выдохнув, Попов присел на лавочку, через некоторое время вдали коридора он увидел приближающихся своих учеников и Павла Алексеевича. – Как Антон? – Выпалил Серёжа. – Матвиенко, тормози. – Посмеялся Арсений, – с ним всё хорошо. Травмы незначительные, сегодня отправят домой на больничный. – Арсений сделал паузу, наблюдая, как все трое выдохнули, а потом продолжил, – на занятия он сможет прийти уже через неделю. – Неделю? – Удивился Позов. – Нам без него ходить в школу неделю?! – Арсений Сергеевич, я только через неделю приду, у меня что-то голова разболелась, – Серёжа театрально схватился за голову, – наверное температура поднимается, на больничный пойду. – Да-да, Арсений Сергеевич, – подключился Позов, – я тоже только через неделю смогу прийти, что-то горло болит, – Дима немного выдавил из себя кашель, – на больничный пойду. – Интересно, – улыбнулся Воля, наблюдая за «спектаклем», –в машине вы бодрые и весёлые были, не похоже, что больные. – Так это вы виноваты, Павел Алексеевич, – выпалил Позов, историк удивлённо поднял бровь, указав рукой на себя, – у вас всю дорогу кондиционер работал, вот нас и продуло. – Ай-яй-яй, Павел Алексеевич, – пригрозил пальцем Матвиенко, – не бережёте вы своих учеников. – Сережа издал тихий всхлип, который больше походил на смешок. – Что вы, как дети малые, ей-богу. – Закатил глаза Арсений. Из палаты вышел врач, приглашая всю делегацию, войти.

***

Антон лежал с капельницей в руках на кушетке, которая была ему немного не по размеру, из-за чего ноги чуть свисали. Шастун отложил телефон в сторону, наблюдая, как его друзья борются с учителями за право войти первым. – Эй, Шастик, как дела? – Спросил Воля, пробегающий вперёд, отталкивая остальных обратно в коридор, которые, казалось, даже застряли в проёме. – Рад вас видеть в таком составе, – улыбнулся парень, – у меня всё хорошо. – Приятно видеть, что ты улыбаешься. – Шаст! – Выпалил Позов, – как ты нас всех напугал, что произошло? – Секунда! – Чуть прикрикнул Арсений, заходящий в палату последним. – Во-первых, Матвиенко, старшим надо уступать, а во-вторых, – Попов сделал небольшую паузу, стараясь отдышаться после поединка, – я на правах классного руководителя должен первый входить к своему ученику, понятно? Павел недовольно цокнул, присаживайся на стул возле Шастуна. – Рассказывай, Антош, пока этот старик мне все смертные грехи не припомнил. – Mi faranno del male se li arrendo – Sfidare, – Арсений подошёл ближе к ученику, аккуратно касаясь макушки, начал поглаживать его по голове, – non lo permetterò, lo prometto – Давно ты знаешь итальянский? – Удивился Воля, обращаясь к ученику. – С трех лет, если я правильно помню, – гордо произнёс Позов, видя, как Антону сложно. – Ну, Тох. – Протянул Серёжка. – Давай, хватит молчать. Ты терпишь: оскорбления, унижения, подставы, избиения, они портят твои вещи, они, сука, оскорбляли твоих родителей! – Грозно проговорил Серёжа, – а ты продолжаешь их покрывать! – Мы заранее извиняемся за наш французский, – сказал Дима, подтолкнув друга в бок. – Это литературное слово! Правда, Арсений Сергеевич? – Мы хотим помочь, котёнок, понимаешь? – мягко сказал Арсений, продолжая гладить парня по голове. Отчего Антон расслабился и готов был мурлыкать. – Мы можем прекратить весь буллинг в твою сторону, – также мягко произнёс Воля, улыбаясь, – но, без твоей помощи мы не справимся. Антон внимательно слушал, мысленно взвешивая все «за» и «против», но потом сдался, тяжело вздохнув, аккуратно произнёс: – Это Эд. – Дернулся парень. – Он главный обидчик. – Сердце от страха забилось быстрее, – Только, обещайте, что он не узнает, что это я сдал. – Прикрыв глаза, сказал Шастун, – пожалуйста. Арсений мягко улыбнулся и, сам от себя неожидая, поцеловал парня в висок. – Всё будет хорошо, я тебе обещаю. Антон открыл глаза и удивлённо посмотрел на учителя, потом перевёл взгляд на друзей, которые всем видом показывали, что они нашли себе новую пару школы. – Ну, что, пойдёмте, Антону нужно отдохнуть, – сказал Воля, вставая с кушетки. – Ой, чуть не забыл, – Павел положил на тумбочку пакет. – Тут твоя одежда и парочка вкусняшек: конфеты, печенье, яблоки, апельсины, а и еще чай с корицей. – Спасибо большое, но не стоило, Павел Алексеевич. – Шаст, не беси меня. – Lamento lo de los padres – No estoy enojado contigo – Es por mi culpa que estés aquí – No, no te culpes. No es tu culpa. Gracias por todo – De nada, gatito. – Арсений мягко улыбнулся, а Антон улыбнулся в ответ. «Какой же он милый, кудряш» – подумал Арсений. – Я скоро начну носить с собой переводчик, – брякнул Матвиенко, вызывая смех присутствующих. – Пошлите, расскажете мне сколько языков знает Антон. – Сказал Воля. – А еще поговорим насчёт матов, да, Серёжа? – Это литературное слово! – Позов схватил друга за локоть, выводя из палаты. – Ну, собака женского пола, – неунимался Серёга, – Арсений Сергеевич, ну скажите! Попрощавшись со всеми, Антон потёр глаза. Тётя должна была приехать только вечером после работы, так что можно было чуть-чуть отдохнуть. Перевернув подушку прохладной стороной, его привлёк звук уведомления на телефоне, это было сообщение в чате друзей. Греческий йогурт. 12:25: Вы так смотритесь вместе, милота))) Люля-кебаб. 12:26: А как он тебя поцеловал) мы думали ты растаешь)) о чём это вы беседовали?

Шастик. 12:26:

Отстаньте. Он извинился.

Греческий йогурт. 12:27: За то что не может засосать тебя при всех?)) мы бы отвернулись.

Шастик. 12:27:

Я вам позже всё расскажу, а сейчас я собираюсь спать.

Люля-кебаб. 12:27: Давай, котик, отдыхай))

Шастик. 12:28:

Вы меня теперь всегда так называть будете? (o_O)

Греческий йогурт. 12:28: Ты был не против, когда тебя так называл Арсений Сергеевич))) Люля-кебаб. 12:29: А у нас Арсений Сергеевич теперь вип персона, Поз, куда нам до него... Греческий йогурт.12:30: Сережкинс, го фанфик писать? Люля-кебаб.12:30: Погнали! Так интересно писать фанфик про человека, который едет на переднем сидении))))

Шастик. 12:31:

Всё, я ушёл. Не хочу даже слышать о ваших пошлых фантазиях. (¬_¬)

Греческий йогурт.12:32: Антох, мы тебе потом на почту скинем, почитаешь)

Шастик 12:33:

Ага, еще голубем отправьте (¬､¬)

***

Арсений и Павел сидели за кухонным столом, пока Ляйсан накрывал им ужин. Арсений любил такие вечера. Семьи у него не было, а родители в Омске, так что одному всегда было некомфортно и скучно, а друзья всегда скрашивали его одиночество. – Как Антон? – Поинтересовалась девушка, присаживаясь за стол рядом с мужем. – Неплохо, – сказал Арсений, накладывая салат, – уже должен быть дома в кровати. – Арсюшка у нас запал на пацана. – Похихикал Воля. – Неправда. Я просто переживаю за него, не каждый день вот такое происходит. – Ну, не каждый учитель будет целовать ученика в висок, Арсенька. – Улыбнулся историк. – Паша, прекрати. Даже если и так, ты должен радоваться, что у Арсюшки наконец-то жизнь налаживается. – Вступилась Ляйсан. – Я безумно счастлив, может тогда он начнёт приходить к нам не один. – Как дети? – Сменил тему литератор. – У Сони сопли прошли? – Ты знаешь, нет. – Отозвалась Утяшева. – Сегодня из садика пришлось забрать ее в обед, воспитательница сказала, что заразит других. – Кстати, Арс, а что насчёт Позова и Матвиенко? Ты правду разрешил им пропустить уроки неделю? – Да, – Арсений отпил немного кофе, – они всё равно бы не пришли, сбежали бы при первой возможности к Антону. А так может Шастуну не скучно будет, да и мне спокойнее. – В каком смысле? – Недоумевала Ляся. – Медсестра сегодня сказала, что у мальчика много старых синяков и шрамов от порезов. – Вздохнул Попов. – Я не знаю, что и думать. – М-да, – протянул Воля, – думаешь опекуны? – Не знаю. Но, больше некому. – Давайте не будем делать поспешных выводов. – Сказала Ляся. – Просто присмотритесь к нему, постарайтесь найти больше доказательств. – Ляся права, Арс, давай приглядывать за ним. Арсений кивнул.

***

Антон шёл по пустующей улице, ветер, который по ночам обычно сильнее, обдувал худощавое тело. Грудь продолжала болеть, но уже хотя бы можно было дышать, как нормальный человек. Конечно, подростку было совестно, что он наврал учителям, что его заберут. Предки опять пировали, так что трубки с мальчика никто не брал. В позднее время, Антон не хотел беспокоить друзей, так что, сев у ближайшей девятиэтажки на лавочку, он надел капюшон и прикрыл глаза, проваливаясь в дремоту. Из подъезда вышли Паша и Арсений. – Арс, точно не останешься? Поздно уже. – Нет, спасибо, Паш, надо еще тетради у твоих проверить. – Попов поёжился от дуновения ветра. – Спасибо за ужин. Как смотришь на то, чтобы съездить в парк аттракционов с Робом и Софкой в выходные? – Я только за. Думаю, они будут рады погулять с дядей Арсом. – Улыбнулся Паша, пожав руку другу на прощание. – Тут он обратил внимание на мужской силуэт, сидящий на скамейке позади Попова. – Хм, он что ключи потерял? Арсений обернулся, взглянув туда, куда смотрел историк. – Погоди, это же Антон. – Улыбка с лица мужчины пала, и он направился к ученику. – Точно, Антон. – Согласился Воля, идя за коллегой. Подойдя к скамейке, Попов легонько задел плечо парня. – Шастун! – Прикрикнул Арсений, – подъем! Антон от резкого звука вскочил, быстро моргая глазами. Увидев перед собой двух учителей, испуганно сглотнул. – Ты чего тут делаешь? – Спросил Воля, – ты должен быть в кровати! – Я брата двоюродного жду. Дядя Лёня меня сюда привёз. – Врал Антон, – сейчас Димка выйдет, откроет мне подъезд. – А домофон для чего придумали? – Напрягся Попов, он чувствовал обман. – Так он недавно переехал, домофон не успел установить. – Погоди, это тот Дмитрий, который в пятом подъезде на четвёртом этаже живёт? – Спросил Павел. – Да-да. – Закивал Антон. – Я живу на этаж выше. Пойдем, открою тебе, чтоб не мёрз ты. – Буду признателен. – Всё, Арс, пойдём мы, а то у Шастика уже губы синие, да и кажется дождь собирается, – Воля обратил внимание на тучи, обволакивающие город. – Давайте, Антон, в следующий раз пусть твой дядя с тобой дожидается брата, а то мало ли что. – Мягко улыбнулся Арсений, уходя во тьму вечернего города. – Ой, пойдём, чудо кудрявое, провожу тебя.

***

Антон попрощался с историком, обещав, что сразу ляжет спать и даст подзатыльник брату. «Хоть бы ты был дома» – подумал Антон, нажав на звонок. Через мгновение дверь открылась, в проёме показался Масленников, стоящий в одних голубых трусах с уточками. – Антон? Какого черта ты здесь? – Сонно спросил Дмитрий, потирая глаза. – Хай, братишка, ты чего так долго? Я весь замёрз пока ждал тебя! – Бодро сказал Антон, чувствуя, что Павел Алексеевич стоит на лестничной клетке и наблюдает. – Ты че бухой? – Недоумевал Дмитрий. – Дай обниму, сто лет тебя не видел! – Раскрыв руки, Антон обнял коллегу, затаскивая внутрь, прикрывая дверь. – Отцепись! – Рявкнул Масленников, – Что происходит? – Может чаем угостишь? Расскажу. До работы еще два часа. – Проходи. За чашечкой малинового чая с лимоном Антон рассказал Дмитрию всё, что с ним произошло за день. – Ты как быстро осознал, где находишься? – Во всей Москве только на твоём подъезде написано: «Хуйло», – объяснил парень. – И то верно. Нам бы на работу выходить пора. Как быть? – Не думаю, что все эти сорок минут Павел Алексеевич стоит на лестнице. Не будет же он всю ночь меня караулить. – Возможно. – Погоди, я переоденусь и пойдём. Через пару минут, Дмитрий вышел из спальни: на нём были оранжевые штаны в чёрную полоску, белая обтягивающая футболка, поверх которую накинута черная мягкая кофта на замке. Волосы были залачены, а идеально белые кеды дополняли образ. – Ну, как тебе? – Ты квадробер? – Дурак что-ли? – А напомни мне, какая тематика вечеринки? – Антох, выучи уже расписание, – цокнул коллега, – сегодня дрессировщик и его тигр. – А, ну тогда один в один. Масленников улыбнулся. – Пошли давай, а то опоздаем.

***

Павел проснулся от того, что его чуть не скинула с кровати Ляйсан. – Что такое, милая? – У Сони температура поднялась, сходи в круглосуточную аптеку через дорогу, у нас жаропонижающее закончилось. – Какой ужас, конечно, сейчас схожу. Павел быстро натянул спортивный костюм и вышел из квартиры. Спускаясь по лестнице, он услышал, как квартира, куда входил Антон, открылась. «Что там происходит?» – подумал Воля, притаившись на лестничном пролёте. Антон медленно открыл дверь, оглянулся по сторонам, убедившись, что никого нет, вышел, а вслед за ним и Дима. – Я говорил, никого не будет. – Тихо сказал Антон. Дима закрыл дверь. – Ты, когда в следующий раз будешь гулять по улице в моем районе, предупреждай, что я твой двоюродный брат. – Также тихо ответил Дмитрий. – Мне твоих преподов еще не хватало. – Ладно-ладно. Не начинай, я сам испугался, когда их увидел. Надеюсь, хотя бы смена без приключений пройдёт. – Я люблю приключения. – Смотри, как бы сидеть потом смог. – Похихикал Антон. – Это шутка уже была. – Как будто что-то изменилось. – Антону было весело, а Дмитрий лишь закатил глаза, – А, я забыл, – Шастун дал подзатыльник другу. – Ай! Это за что? – Я Павлу Алексеевичу обещал, что брату подзатыльник пропишу. – Вот сдался ты на мою голову, Шаст. Павел подождал, когда дверь в подъезде закроется и принялся спускаться. «Интересно, очень интересно, Антош» – подумал Воля, направившись в аптеку.