Лазурные Кристаллы Азулы

Если бы мнение Сокки интересовало хоть кого-нибудь во Вселенной, или хотя бы в команде Аватара, он бы описал сложившуюся ситуацию четырьмя словами: «Бумеранг: Катастрофа с двух сторон». Если пятью, по числу членов их команды — «Бумеранг: Полная Катастрофа с двух сторон». Они заседали в шикарном, пропахшем ванилью, элитным жасмином и вареной лапшой доме Верхнего Кольца на самой границе между Царским Дворцом и местным Университетом. Вооружившись увесистым куском угля, выгребенным из камина, Сокка с яростью вдохновенного безумца чертил на обоях из шелка гениальную схему. Это был план, который он сам едва ли понимал, но, чтобы сотворить стратегическую реальность, нужно сначала осознать визуальную мечту. А мечта заключалась в следующем: вырваться из-под гиперопеки агентов Дай Ли (которая больше напоминала золотую клетку с решетками из заварного крема), найти Аппу, вывести на чистую воду коррупцию местной власти и сделать всё это до завтрашней королевской чайной церемонии, на которую пригласили исключительно Аанга. Впрочем, мечту Сокки — а уж тем более его схему, похожую на анатомический срез раздавленной сороконожки — никто из команды разделять не спешил. — …и таким образом, если мы применим маневр «Крадёмся, как мыши-тигры во время мора», мы сможем беспрепятственно проникнуть в Среднее и Нижнее Кольцо и найти там единомышленников, Катара! — Сокка победоносно ткнул углем в кривой квадрат на стене, а затем указал на сестру. — Ты же тогда в угольной шахте подняла в плену гордый народ Земли на восстание? Они были сломлены и деморализованы. А тут они тем более восстанут ради Аватара! Вопросы? Комплименты? — Слышь, Капитан Бумеранг, рогатку свою прикрой, — Тоф с размаху стукнула пяткой по дубовому паркету. Доски под её ногой превратились в щепу, а уголек в руке Сокки раскололся на атомные составляющие. — Люди здесь пребывают не в страхе, а в дичайшем, лживом эйфорическом угаре. Единственное, что у тебя восстанет — это желудок, когда тебе дадут слово. Катара, сидевшая на перевернутой корзине из-под сушеного перца, скрестила руки на груди и раздраженно сдула прядь со лба. — У меня вопрос, Сокка. Почему твоя стратегическая карта выглядит как помятая утко-черепаха, на которую упал Джао Невидимый? И как этот визуальный кошмар поможет нам найти Аппу? При звуке этого имени Аанг, вот уже четыре часа восседавший на коврике в позе лотоса в самом дальнем, прикрытом шторами углу комнаты, издал глухой, истинно страдальческий стон. Аватар обхватил свою лысую голову руками и начал мерно раскачиваться взад-вперед, словно древний маятник скорби. — Аппа… мой пушистый бизон… Он, наверное, сейчас где-то один, без мягкой соломки. Ему холодно… или слишком жарко. Его никто не чешет за правым ушком… его рожки упираются в свод небес, но на нем нет меня… — заунывно бубнил Аанг, с такой силой растирая переносицу, будто пытался стереть синюю татуировку. Стрелка на его лбу, казалось, побледнела от вселенской хандры прошлых ста его реинкарнаций. В последние дни Аватар питался исключительно их мудростью, собственными духовными мучениями, экзистенциальной тоской и воздухом с ароматом цветочных духов. — Эй, Светик, прекращай тут сырость разводить, — Тоф лениво ковырялась в зубах бамбуковой зубочисткой, прислонившись спиной к несущей стене. — А то сейчас снова припрется эта улыбчивая Джу Ди и решит, что ты устроил в гостиной несанкционированный дождевой фронт. Мы найдем твой летающий ковер. А пока — Сокка, твой план полный отстой. Я чувствую сейсмические вибрации стражников за три квартала отсюда. Агенты Дай Ли скрутят нас быстрее, чем ты успеешь начертить слово «стратегия» своим бумерангом в воздухе. — Мой бумеранг всегда готов к бою! — возмутился Сокка, хватаясь за чехол за спиной. — И мой план идеален! Предложи свой, раз такая умная! Разве ты не видишь, что я единственный, кто пытается двигать наш сюжет вперед?! Тоф пожала плечами с монументальным равнодушием: — Не вижу, Бумеранг. И это мой главный плюсик. Зачем мне что-то видеть, когда ты так красочно озвучиваешь все происходящее вокруг? Сокка не успел придумать достойный ответ. Тоф внезапно выплюнула зубочистку, и её лицо мгновенно стало серьезным. Её «взгляд» устремился сквозь толстую каменную стену прямо на оживленную улицу. — Тихо, — скомандовала она так резко, что Аанг замер посреди очередного раскачивания. — Дай Ли? — прошептала Катара, мгновенно откупоривая свой бурдюк с водой. — Они идут? — Нет, Сапфирка, твои слезы-сосульки снова барабанят по окну. Тут кое-что поинтереснее. Странная сейсмическая аномалия, — Тоф озадаченно почесала затылок. — Такое ощущение, что всё Среднее Кольцо сейчас плывет в Нижнее Кольцо, чтобы строить там какие-то безумные пирамиды по Фен-Шую, а из Нижнего Кольца сюда пробирается одинокий объект с импульсом «мне на всё плевать». — НУ ВОТ! — Сокка радостно метнул бумеранг в потолок. Оружие срезáло лепнину, сделало пару петель и на обратном пути аккуратно отпилило половину хвостика на прическе самого Сокки. — Я так и планировал! Каждая секунда рассчитана! Что ещё видишь, Тоф? Она подавленно вздохнула: — Только кромешную тьму в извилинах твоего мозга. Они настолько бесконечны, что нервные импульсы там просто теряются и умирают от голода так и не видя конца пути и точки назначения. В этот момент, пятый участник группы, Момо, доселе сидевший на карнизе, слетел вниз, опустился на планер Аанга и начал издавать тревожные звуки, яростно тыкая лапкой в сторону окна.

***

Среднее Кольцо Ба Синг Се словно опустело. Огромная, многокилометровая очередь из гиперактивных жителей выстроилась в сторону Нижнего Кольца (слухи о «чудодейственном чае, дарующем высшую эффективность» распространялись быстрее, чем лесной пожар во время пролета Кометы Созина). Лишь редкие беженцы пользовались моментом и змейкой петляли между закрытыми лавками в сторону Среднего Кольца. И одна такая личность мгновенно привлекла внимание Команды Аватара. — Там идет кто-то… очень странный. Почти как ты, Сокка, когда перепьешь кактусового сока, — просипела Тоф, припав ухом к мостовой переулка. — Шаги настолько легкие и бесшумные, будто это профессиональный убийца. Но ритм такой… словно этот человек мечтает лечь прямо в эту грязь и скоропостижно скончаться от беспросветной скуки. У неё пульс бьется с частотой «пошло оно всё к духам». Даже среди этого хаоса это заметно. Момо подлетел к краю переулка и осторожно выглянул из-за угла. Затем он завизжал, его уши опустились, когда он начал яростно тыкать пальцем в толпу. Аанг вздохнул и был готов уже возвращаться назад, когда Сокка подбежал к Момо и нахмурился на его пальцы. Как червь сквозь вереницу испуганных торговцев, медленно брела девушка. На ней был надет бесформенный мешок из-под картофеля, который она носила с таким небрежным изяществом, словно это была королевская мантия, а не смирительная рубашка. Её угольно-черные волосы были сплетены в две унылые косы. Лицо не выражало абсолютно ничего, кроме философского презрения ко всему живому. Глаза Сокки вылезли из орбит: — Духи Племени Воды милосердные… — одними губами прошептал он, пошатываясь назад. — Это она. — Кто «она»? — нахмурилась Катара, её рука уже сжимала водяную плеть. — Это подружка Азулы! Та, что с ножами! Мрачная метательница стилетов! Она ещё закатила глаза, когда акробатка сказала правду, что я симпатичный! — Сокка, ты бесчувственный чурбан! — опешила Катара. — Тебя волнует твоя внешность, а не то, что она на полчаса лишила меня возможности управлять стихией, а тебя превратила в парализованную куклу?! — Знаешь, сестра, — Сокка решил пойти в контратаку, — я думаю, в тебе просто говорит скрытая мизогиния к красивым и мрачным девушкам. — ЧТО?! Да где ты вообще этих слов набрался?! — Там же, где ты выучила слово «сексизм» в нашей ледяной деревне на три землянки! — Да тихо вы! — обреченно вздохнул Аанг. Его хандра мгновенно испарилась, уступив место рефлексам Аватара. Он раскрыл свой планер. — Нам нужно поговорить с ней. Если она здесь, значит, Азула тоже в городе! Они ищут нас! — Да, Светик, именно так, — просвистела Тоф. — Она сюда пришла лично проверить, не надумал ли ты подстричься. Ну и заодно рассказать тебе все что ты хочешь знать. — Тихо, дурында крашеная! — Катара угрожающе сжала кулаки, и вода в её бурдюке закипела от гнева. — Она может знать, где Аппа! Мы должны её допросить! — Так, спокойно! — Сокка поднял руки, вновь примеряя на себя роль Великого Стратега песчаных дюн, вдохновленных кактусовым соком. — Это наш шанс. Мы возьмем её тихо. Без шума. Катара, ты перекрываешь ей путь к отступлению водой, тихо, чтобы толпа не заметила. Аанг, ты заходишь сверху — надеюсь шапки людей закроют их глаза. Я бросаю бумеранг, чтобы выбить у неё скрытое оружие, а Тоф… — А я просто закатаю её в мостовую, — зевнула Тоф и, не дожидаясь финала этой речи, с размаху ударила ногой по земле. Едва Мэй сделала шаг к следующему торговцу что-то разузнать, брусчатка под её ногами взорвалась. Две массивные каменные плиты вырвались из земли и с оглушительным лязгом сомкнулись вокруг её лодыжек, намертво пригвоздив к месту. — ОГО! — радостно завопил пробегавший мимо торговец. — Спасибо Дай Ли, хоть на этот раз не моя капуста! Вот это работа в Нижнем Кольце кипит, аж мостовая прыгает! Мэй даже не вздрогнула. Она лишь тяжело, меланхолично вздохнула, понимая, что мечта о спокойной смерти и нахождении бизона снова откладывается. Из темноты переулка с боевым кличем выскочил Сокка: — ВНЕЗАПНЫЙ УДАР БУМЕРАНГОМ! — завопил он, швыряя свое верное оружие. — Какая актерская игра! Браво! — просиял какой-то прохожий, следующий из Нижнего Кольца в Среднее и уплетавший синий сахар прямо из мешочка. — Этот чай восхитителен! — Это больше похоже на похищение среди бела дня, — пискнула молодая аристократка, чьи накрашенные щеки выглядели как клюква со вкусом редиски на снегу. — В Ба Синг Се нет похищений! — словно из воздуха материализовалась Джу Ди с улыбкой, способной погасить огонь. — И вообще, торопитесь в Нижнее Кольцо, там в чайной 'Пао' даруют невероятный просветленный разум! Последний самовар на исходе. Толпа горожан, подстегнутая уходящими парами легендарного чая, мгновенно сметя стражников Дай Ли, побежала в сторону Нижнего Кольца. — Ну вот, а вы говорили бунта не будет! — триумфально заорал Сокка, бросая бумеранг. Оружие потеряло цель в этом хаосе, просвистел мимо Мэй и сочным треском подпилил стойку единственной уцелевшей лавки с капустой. — МОЯ КАПУСТА-А-А! — завел знакомую арию торговец, падая в обморок прямо на свои овощи. — Я буду судиться! Я дойду до Высшего Суда Духов! Тем временем Аанг изучал Мэй, которая лениво наклонила голову на два сантиметра. Порыв ветра от его планера заставил мешковину на Мэй затрепетать. Девушка медленно, с грацией смертельно уставшей варанго-летучей-мыши, подняла заблокированные руки. В её широких рукавах зловеще звякнула закаленная сталь. — Знаете, — монотонно произнесла Мэй, переводя взгляд с Тоф на Момо, который пытался вытащить из уха Аанга яблочный огрызок. — Мой день и так был отвратительным. Моя одежда пахнет муравьями, немытым Ба Синг Се и крысиными хвостами. Но вы… вы просто финальный гвоздь в шкафу моей остаточной адекватности. Она небрежно встряхнула кистями, сдаваясь без боя, и на мостовую с сухим звоном выпали шесть идеально заточенных стилетов. Но Катара не верила в легкую победу. Взмахнув руками, маг воды создала перед собой ледяной щит. В ту же секунду Аанг, ведомый желанием впечатлить Катару, запрыгнул на крышу и спланировал вниз прямо за спиной пленницы. Мощный порыв ветра ударил Мэй в спину, заставив ее покачнуться, а Катара, не теряя времени, метнула водяные хлысты. Вода мгновенно обвилась вокруг рук Мэй, прижала их к ее туловищу и с треском замерзла. Все это было дымовой завесой, чтобы Момо пошарил по карманам дерущейся толпы и дал торговцу капусты нюхнуть нашатыря. Мэй оказалась закована в ледяной кокон по самые плечи, а ее ноги прочно сидели в каменных кандалах Тоф. Односторонний «бой» длился ровно пять секунд. Мэй посмотрела на свой ледяной корсет. Затем на Аанга, сжимающего шест. Он снова поднялся вверх и на этот раз приземлился прямо перед ней. Затем на тяжело дышащего Сокку, который судорожно пытался отлепить от своего бумеранга лист капусты, стуча им по своей ладони. — Вы закончили? — сухо спросила Мэй. — Потому что если да, то этот лед стягивает мне ребра. И он мокрый. — Ни с места, шпионка! — грозно рявкнул Сокка, тыча в неё остатками капустного листа. — Ты в плену у… Расчленителя Капусты! Даже не спрашивай, кто мы, мы не скажем! Сдавай пароли! Где Азула?! Где армия Народа Огня?! И самое главное — где наш пушистый шестиногий бизон?! Мэй закатила глаза так глубоко, что на секунду показалось, будто она пытается прицелиться и глазами пробить лед. — Понятия не имею о чем ты кричишь, неизвестный беженец с неприметной одеждой Племени Воды по имени Сокка. Аанг не удержался и прыснул: — А это было реально смешно! Мэй зажмурила глаза, чувствуя что странность ситуации леденит ее вены сильнее чем лед. — Азула, вероятно, прямо сейчас строит пирамиды из свитков в секретных архивах Народа Огня пока Лорд Пламени ищет забытые поэмы, — продолжала Мэй без единой эмоции. — Армия — в армии. А ваш летающий половик меня волнует примерно так же, как вчерашний снег. — «Армия — в армии», — снова хихикнул Аанг, заливаясь румянцем. — А у неё есть чувство юмора! — Она врет! — Катара движимая праведным гневом и ревностью, шагнула вперед, ее сапфировые глаза искрились молниями. — Азула в городе, мы это знаем! Вы замышляете сорвать чайную церемонию Царя Земли! — Но, Катара, мы точно не знаем… — осторожно вставил Аанг. — НЕ ВМЕШИВАЙСЯ В ДОПРОС, ПАЦИФИСТ! — гневно выпучила глаза Катара размахивая руками так что Момо спрятался в кочане ближайшей капусты, держа кучу колец в охапке. — Умоляю, — фыркнула Мэй. — Я у себя во дворце могу по три церемонии в день проводить. Я от этого и сбежала — это смертельная скука. Я бы предпочла сорвать церемонию, просто не придя на неё. Застенчиво, переминаясь с ноги на ногу, Аанг вкрадчиво спросил: — Но почему ты ходила по рынку и расспрашивала людей? Что ты искала? — Погоду на завтра. Разве не очевидно? Аанг снова захихикал. Раздраженная Тоф точечным ударом магии земли отправила Аватара в небольшой каменный кокон, чтобы он перестал смущать пленницу. Катара сжала руки вокруг мешочка с водой. Секунду спустя Аанг хохотал, подвешенный в камне и замороженный прямо как Мэй. — Я ей верю, — донеслось из каменного кокона. — Мы не добьемся от неё правды здесь, — Тоф подошла ближе и бесцеремонно постучала кулаком по ледяному панцирю Мэй. — А наш Светик окончательно лишился рассудка — теперь его стрелка показывает куда вмазать, чтобы вправить мозг. К тому же сюда бежит тот мужик с капустой и адвокатом. Не хочу судиться. Сокка в панике схватился за виски: — Духи! Нам же нужно прятать её! Но куда?! Мы не можем таскать по столице ледяную статую знатной девчонки из Народа Огня! — А давайте заберем её к нам домой! — Аанг высунул голову из камня, его глаза сияли неподдельным радостным безумием. — Она всё равно тихая! Джу Ди либо не заметит, либо примет её за свою! — Убейте. Меня. Прямо. Здесь, — четко чеканя каждое слово, попросила Мэй. Все уставились на Аанга. Аватар, час назад утопавший в тяжелейшей хандре, десять минут назад движимый надеждой и праведным гневом, сейчас сиял от какого-то нездорового, гипертрофированного милосердия. В его серых глазах вспыхнул такой фанатичный свет эмпатии, от которого даже суровые генералы начали бы просить пощады. — Аанг, ты с ума сошел?! — взвизгнул Сокка. — В наш дом в Верхнем Кольце?! К нам в гостиную?! Она же перережет нам горло во сне! — Посмотрите на неё! — вдохновенно воскликнул Аанг. — Она сказала, что она такая же беженка как и мы. Она колючая, да! Но почему? Вы чувствуете эту ауру? Это аура глубочайшего одиночества! Это ледяная крепость, которая просто умоляет, чтобы её растопили теплом настоящей дружбы! Мэй уставилась на лысого подростка с неподдельным ужасом. Лед Катары был холодным, но то, что сейчас задвигал этот мальчик, разрушало её психику эффективнее любой молнии Азулы. — Что он несет?.. — пробормотала Мэй, обращаясь к Катаре. — Ударь его по голове. А лучше меня. Пожалуйста. Я скажу вам всё, что знаю, только пусть он перестанет смотреть на меня как на больного крото-барсука, которого хотят усыпить из жалости! — Азула сломала её душу! — продолжал Аанг, не слушая никого и окончательно погружаясь в свой миссионерский экстаз. В его воспаленном воображении Мэй, потерявшая радость жизни, слилась в единый образ с его потерянным бизоном Аппой. — Мы не будем её пытать! Мы проявим к ней милосердие! Мы растопим этот лед! Отныне она — часть нашей команды! Тоф громко хмыкнула: — Светик, ты собираешься захлопать вражеского шпиона по плечу, пока она не начнет обниматься? Это, конечно, абсолютно бессмысленно… но я одобряю. Погнали! — Мы несем её в дом! — скомандовал Аватар. — Тоф, сделай каменную тележку! Катара, накинь на неё мешок! Мы выведем её из тьмы к свету! Мэй обреченно закрыла глаза. Азула обещала ей интриги, падение Ба Синг Се и хотя бы какое-то развлечение. Но никто… абсолютно никто не готовил её к тому, что главной пыткой в её жизни станет лысый маньяк-пацифист, вознамерившийся вылечить её депрессию уютом, обнимашками и «силой дружбы». «Если я выберусь отсюда, я убью Азулу за то, что она затащила меня в этот город, — подумала Мэй, пока Катара натягивала ей на голову старый мешок из-под картошки. — Но сначала… сначала я найду этого бизона и угоню его на край света, лишь бы стереть эту невыносимую улыбку с лица мальчика с синей стрелой».