Дом Титанов

      Парк, который Баяр избрал для возможного противостояния с ликтором, принадлежал семье, убитой за неделю до парада. Если у Баяра получится победить, он таким образом почтит память павших, в ином случае… до объявления военного положения считанные дни. У одного-единственного чужака получится то, что удалось ранее лишь всему Рою.       "Солнце поднимется и утонет за горизонтом ещё тридцать раз… – раздались голоса в голове, – Ты. Будешь. Убитым!"       "Прочь, нечистый", – Баяр поморщился и повёл свободной рукой в сторону, будто это помогло бы прогнать нечто бесплотное.       "Оно идёт за тобой, – не унимался демон. – Ты знаешь, как воззвать ко мне, но потом может быть поздно. Поклянись в верности, пусти меня, и тогда ты будешь спасён".       Баяр ничего не ответил и постарался уловить тот миг, когда чужак появится. Баяр не рассчитывал увидеть ауру, – враг не более чем продвинутый биоробот без чувств и души, что отражались бы в кривом зеркале варпа, – но он напряг слух, вдыхал ароматы цветов и деревьев, пробовал воздух на вкус. Привычное человеческое зрение вряд ли бы помогло безлунной ночью под светом тусклых фонарей, но, к счастью, Баяр на него уже давным-давно не полагался.       Окружающий мир для слепого библиария – палитра со смешанными красками. Ни у одной вещи вокруг не было чёткой формы, зато Баяр видел нутро, дух или хотя бы образ того, кто отдал часть себя скульптурам в парке, той или иной клумбе или даже скамейке, которую недавно покрасили.       Баяр прикоснулся к закрытому бутону цветка и пережил любовь – что-то вроде щекотки, от которой становилось теплее. Он бросил взгляд на колонны амфитеатра и почувствовал усталость, но в то же время гордость, нечто возвышающее и зовущее к новым свершениям. Баяр сделал ещё несколько шагов по брусчатке и точно наяву увидел всех тех, кто хотя бы раз пересёк этот парк на днях.       Отсутствие зрения никак не ограничивало, Баяр считывал пространство куда подробнее, чем любой-другой здоровой человек. Однако отсутствие зрения привело к тому, что все остальные чувства обострились далеко за пределы возможного даже для Ангела Смерти. Они подпитывались и шестым чувством, которое позволяло читать мысли, разговаривать с демонами и призывать всесокрушающую мощь варпа.       Баяру всё же удалось совершить то, чем вряд ли могла похвастаться хотя бы одна жертва твари – он понял, что та рядом, задолго до нападения.       Не было гулких шагов – тварь стелилась у самой земли, молниеносно передвигая конечностями. Она испускала отвратительно приторный мускусный запах, который Баяр уловил, несмотря на то, что чудище подходило с подветренной стороны.       – А вот и ты, – проговорил Баяр и с удовлетворением отметил, что стихли не только ночные пташки, которые перекликались между собой с ветвей деревьев, но и шорохи приближающегося врага. – Хорошо.       – Хо, – раздалось в ответ с хрипами и бульканьем. – Хо. Ро. Шо.       Эти звуки издавала глотка, не рассчитанная на человеческую речь. Тварь совершенствовала свои охотничьи навыки и ничуть не стеснялась их демонстрировать.       – Надо же, – проговорил Баяр. – Вряд ли ты это осмысленно, но прогресс налицо.       – Цо. Лицо.       Чудовище решило, что прятаться больше нет смысла, и совершило невероятный прыжок, взмыв выше всех парковых скульптур и деревьев. Абсолютный хищник преодолел несколько десятков метров и просто-напросто смёл бы Баяра, если бы тот не кувыркнулся в сторону.       Библиарий потратил время на то, чтобы предупредить боевых братьев вокс-сообщением, а стоило бы защищаться, потому что чудище тут же продолжило атаку серией неистовых взмахов когтистыми лапами и попытками пронзить органическими косами-копьями.       Самое время описать нападающего, ведь восприятие библиария уникально, и в нём образ размыт, а тварь вполне себе чёткая.       Воины Караула Смерти не ошиблись с предположениями – Баяру противостоял пусть и не привычный ликтор Tyranicus chameleo, но его подвид, который появился во флотах-ульях сравнительно недавно и ещё не получил умного названия на высоком готике. Он превосходил размерами генокрада, хотя и обладал некоторыми схожими чертами: вытянутой яйцеобразной головой, – широкой стороной к затылку, – хитиновым панцирем и шестью конечностями. Отличия же: пучок щупалец вокруг пасти, точно такой же пучок, но куда крупнее и длиннее – из-за спины, а ещё органический плащ, точно вторая кожа, благодаря которому тварь могла спрыгнуть с верхотуры и некоторое время парить, несмотря на впечатляющий вес. Главная же особенность всех ликторов – верхний слой чешуи и экзоскелета, который позволял мимикрировать под окружение и сливаться с любой поверхностью.       Однако это работало ночью, когда нужно было остаться незамеченным, а не в схватке со слепцом, одарённым сверхъестественными способностями.       К несчастью для Баяра, ликтор – машина смерти куда совершеннее вышеупомянутого генокрада, и тот рвался в бой точно тысяча демонов гнева.       Баяр пригнулся под разрывающим замахом когтями, отскочил в сторону, чтобы не попасть под вражеское копьё, а потом повалился на спину, только бы не угодить в сдавливающие объятья десятков щупалец. Ликтор прыгнул и собирался раздавить Баяра, но библиарий тут же ответил телекинетическим толчком, который отбросил тяжеленную тушу в сторону.       Во время падения ликтор не издал ни звука, а только свернулся клубком, чтобы в следующее мгновение разжаться пружиной и преодолеть всю разделяющую его и жертву дистанцию.       Баяр встретил атаку огненной стеной с пурпурными языками чистого варп-пламени, но чудище, не обращая внимания на опалённую шкуру и конечности, прорвалось и сокрушило череп.       Череп лошади на психосиловом посохе.       Устройство заискрило, молнии ударили и библиария тоже, но всё же он не позволил противнику воспользоваться мгновением слабости – выхватил болт-пистолет и зажал спусковой крючок. Руки дрожали после обжигающего прикосновения варпа, но Баяру удалось ранить ликтора – несколько болт-снарядов по панцирю, один – в шею, ещё парочка попала прямо в основание верхней конечности, и так тварь лишилась копья-косы.       Зато второе такое же органическое оружие перебило библиарию руку, поломало кости, порвало плоть так, что болт-пистолет выпал, а ладонь осталась висеть на последних ниточках кожи и сухожилий.       Баяр зарычал и двинул сломанным посохом ликтору по голове, едва не выбив глаз.       Сверхчеловек и сверхтиранид принялись осыпать друг друга ударами с такой скоростью, что ни я, ни любой другой случайный свидетель вряд ли бы разобрал, что именно происходит.       Ликтор воспользовался тем, что разведывательное снаряжение не настолько прочное, и пробил когтями Баяру живот. Библиарий вцепился в лапу мёртвой хваткой, чтобы не дать обратным движением размотать петли кишок, и вместе с проклятиями выпустил изо рта, глаз, пространства вокруг психического капюшона вихрь молний.       Ликтор забился в агонии, и одно из щупалец, наверное, даже не направлено, попало Баяру по лицу. Присоски и мелкие зубчики вырвали полосу кожи, а ещё смахнули повязку.       Кто-нибудь излишне любопытный понадеялся бы увидеть нечто страшное, но, скорее всего, остался бы разочарованным, потому что Баяр подготовился к такому случаю, зашив веки хирургической нитью. Глаза – зеркало души – оставались недоступны для чужого взора.       Ликтор так и не оправился после последнего соприкосновения с чистой энтропией, а Баяр, напротив, рассвирепел и черпал с той стороны всё больше и больше. Могло показаться, что даже кровь в ранах библиария воспламенилась, и теперь хлестала во врага фонтаном раскалённой лавы. На изувеченном лице проступили чёрные жилы, а искалеченная рука усохла так, что ладонь отвалилась и рассыпалась в прах. Баяр поставил на эту атаку всё до последнего, ведь если тварь не убить сейчас, она снова бросится в бой и точно его прикончит.       Варп-пламя сожгло лапу, которую сжимал Баяр, ликтор вырвался из захвата, упал, перевернулся на грудь, пополз прочь, и тут библиарий точно не сдержал бы разочарования от того, что упустил добычу.       Однако положение спас "Громовой Ястреб" с ударной группой космических десантников на борту.       Челнок снизился так, что прижал деревья к земле воздушными потоками, а потом дал залп из тяжёлых болтеров. И как бы крепок ни был хитиновый панцирь, но такого ожесточённого обстрела чудовище не выдержало. Ликтор превратился в бурое пятно с обломками костей среди битой брусчатки и комьев земли.       С жестоким убийцей, терзавшим Ги-Миразан на протяжении нескольких лет, было покончено.       "Стоило ли оно того, колдун?" – спросил демон.       Баяр хотел было сесть, но только упал, силы покинули его. Осталась лишь боль обожжённого искалеченного тела, которую не удавалось погасить. И всё же библиарий прохрипел:       – Всегда… всегда стоит! Я не твой раб!       – С кем это ты разговариваешь? – спросил капитан, и тут Баяр понял, что не отключил вокс-передатчик.       Кто-то приземлился неподалёку, послышались шаги, и перед тем, как провалиться в стазис, Баяр разобрал следующие слова:       – Проклятье… апотекарий! Кимон! Апотекария, срочно!       Уже там, в безвременье, в Красном Сне Баяр увидел конец света.       Не смерть всего и вся во время глобального демонического нашествия или беспрецедентной атаки флотов-ульев, но гибель в огне одного далёкого мира, где рота "Терциус" появится уже совсем скоро.