Порвали мечту

      Токио светился, блистал и переливался всеми цветами. А вечерний Токио особо завораживал, манил каждой приоткрытой дверью, каждой горящей вывеской, каждой вырвиглазной буквой. Приходилось щуриться, чтобы кровь не полилась из глаз, — столько света, столько цветов и все друг за другом, друг над другом, друг под другом! Внимание привлёк магазин с крафтовым пивом, хотя секунду назад Минджу прошла мимо заведения, где делали бабл-ти. Соблазн взять себе что-то выпить был велик, но она отказалась от этой идеи, ведь обязательно нужно попробовать саке! Мидзуки не пил человеческие напитки, так почему Минджу должна поддаваться таковому желанию?       Огромный экран светился так, что невозможно было не сощуриться и не сморщиться от странного танца с пушистыми ростовыми куклами… у них, вероятно, были имена. Баннер с Хёнджином над вывеской «GUESS» заставил нервно засмеяться и закатить глаза — везде эти родные, знакомые… Даже здесь не спрятаться! И не только от корейских лиц, но и от толпы! Люди. Везде люди. Много. И все трещат без умолку… и музыки столько… из каждой открытой и даже закрытой двери! Минджу глубоко вздохнула, подняла очки на макушку и слабо надавила прохладным пальцем на левое веко. Всё продолжало шуметь. Она простояла у «Family Mart» с минуту, прежде чем закапала глаз. Легче не стало. Хотя, может и стало, но Минджу не заметила.       Ноги сами несли её дальше, будто она жила здесь всю жизнь. Местность Минджу ещё не выучила, да и путей не знала, но шла, куда вело зрение.       Она обмахнулась руками и поправила сумку на плече, перебрав обвес плюшевым Мидзуки и брелком в виде белого полоза. Наверное, идти в город было ошибкой и стоило отправиться к храмам или в целом подальше от людей… Пройтись по пустой улочке, грустно опуститься на лавочку, после спасти мужчину от собаки… Чтобы просто Микагэ передал свои обязанности ей! Она бы даже стерпела Томоэ! И всё ради…       В общем, именно за этим она теперь здесь. Хотя Токио явно приятнее Сеула. Япония в целом… в разы… Прохладный палец снова коснулся напряжённого века.       Минджу будто невзначай даже для себя поглядывала на семенящих навстречу премилых японочек в коротких юбочках и с зонтиками в руках, стараясь делать вид, что европейцы её не смущали, хотя в Токио она уже бывала. И даже купила очаровательный серебряный браслет в виде змеи с зелёными глазами-нефритами! А в первый раз даже пришлось покупать отдельный чемодан для всего того, что она накупила с Мидзуки и змеями. Тогда ещё немного повезло Нанами — Минджу решила перекраситься в каштановый, как Нанами, надеясь, что в первый раз случится чудо! Она встретится с Мидзуки и останется жить с ним в подводном храме, чтобы любоваться цветущей сливой… Чуда, к сожалению, не произошло, но Минджу не отчаивалась! Она снова в этой прекрасной стране! И всё обязательно случится! Может стоит сходить на реку и помолиться?       Минджу не сообразила, куда пришла, и оказалась, видимо, около недавно открытых кафе, около которых стояли японочки в милых красных костюмах с ушками панд. В животе заурчало. Слюна смочила пересохшее горло. Сибуя не такое интересное место, как говорят в Интернете туристы. И ходить эти туристы не умеют. Идут зигзагами или по правой стороне! Хотя некоторые японцы тоже так ходили, но ничего страшного в этом не было. Минджу поёжилась, поправила край коротких шортиков и решила зайди поесть где-то… в другом, более привлекательном местечке.       Дальше по улице ей встретились и девочки с заячьими… а почему это сразу с заячьими?.. может, и кроличьими!.. ушками. В белых тёплых курточках. В июне. Минджу решила, что ещё не совсем разобралась в культуре и менталитете японцев, поэтому решила не сильно удивляться такому. Нет, конечно, сейчас шли дожди и в помещениях было в разы прохладнее, но чтобы в куртках? Может, они были достаточно лёгкими, чтобы… Мысль оборвалась, как только Минджу вспомнила тех самых подростков, которые в жару ходят в чёрных худи, пальто, плащах и прочей… совершенно неподходящей к погоде и месту одежде. Возможно, эти японочки были ещё достаточно молоденькими, хотя куртки выглядели однотипно, ещё и с фирменными нашивками явно не бренда или магазина. Ещё спустя минуты три ей снова попались на глаза такие девочки, но с кошачьими ушками и табличками в руках. Стало ясно — зазывалы. Почему тогда у предыдущих не было табличек?       Желудок свело так, что боль разнеслась по всему телу и закружилась голова. Минджу вздохнула — на Сибуе оставит кучу денег за любую еду. Хотя стоило ли ей беспокоиться за деньги в её положении? Она сглотнула слюну, покрутила чокер на шее, что удивительно не имел ничего общего с Мидзуки, змеями или «Очень приятно, бог», — простой чёрный кожаный ошейник с буквами «LOVE». Мутило. Минджу всё-таки зашла в кафе, чтобы нормально поесть, даже не взглянув на вывеску. Гулять так гулять! Ей ещё в столько мест надо сегодня заехать!       Минджу, истекая слюной и едва не вылезая из кожи вон от голода, заказала якинику. Она уже чувствовала запахи с других столиков, отчего по телу бежали мурашки. Ещё неготовая мраморная говядина уже фантомно таяла во рту, смешиваясь со вкусом салата, соуса и кимчи. Здесь и саке подавали!       Но много не влезло. Даже с саке. Минджу надела наушники, чтобы не слушать шум заведения. Она поёжилась и застегнула худи, потёрла голые, холодные бёдра и зажевала горе листом салата. Засиживаться и задерживать поток клиентов не хотелось, но уходить так скоро! Но она сидела всего девять минут, пересматривая произвольную программу Юдзуру Ханю с Чемпионата четырёх континентов по фигурному катанию 2020 года, на который её смог сводить Кай. И сколько ему рисовать тогда порно с фуррями только пришлось… Сразу после соревнований Минджу осознала, что аниме «Юри на льду» в общем-то ей, наоборот, очень понравилось и уговорила Кая купить ей в честь чемпиона игрушечного, мягкого и строго коричневого пуделя и брелок с Виктором Никифоровым. Тогда обои и чехол на телефоне ненадолго сменило фигурное катание. Вернее, Юдзуру и Виктор.       Выпив ещё немного саке, Минджу почувствовала второе дыхание, — в неё влезет ещё немного. Держать себя в руках и не напиваться — простая задача, ей ещё нужно сходить сегодня на Синдзюку! И обязательно купить что-то…       От затылка по шее пробежались ледяные мурашки, за ним стёк горячий пот. Во рту стало слишком влажно. Минджу поджала губы, вдохнула через нос и спокойным шагом пошла в уборную. Хоть бы… хотя бы одна кабинка была свободна! Или её вот-вот освободят!       В животе забурлило, челюсть свело. Виски сдавило. Руки затрясло, когда Минджу заскочила в кабинку. Колени встретились с полом. Наушник звякнул об унитаз и шлёпнулся в воду. Запели птицы и зашумел водопад.       Хвала японским уборным.       Минджу почистила зубы и промакнула шею бумажным полотенцем. Сердце сходило с ума. Она сбрызнула лицо прохладным мистом, протёрла очки от слёз и заплела косу, то и дело оглядываясь, чтобы понять, не создаёт ли она очередь к умывальникам.       На столику к телефону упал полупустой кейс для наушников. Чехол был украшен лепесточками сакуры, падающими на змею — Кай разукрашивал и покрывал лаком. Брелок был с Мидзуки в виде чибика. Наушники было жаль. Телефон вспыхнул уведомлением. Минджу расплылась в улыбке. Купит новые. Она опрокинула в себя ещё саке, закусила несъеденным мясом, завёрнутым в лист салата, и вытерла рот. Ноготочки застучали по экрану… она прикусила палец, читая ответы брата. Макси фуррь ⋆⭒˚.⋆ «Спасибо» не так пишется, если ты не знала.

Вы

      Спасиб, братиш (˘ ³˘)♥︎

Как раз утопила наушник, куплю новые!

Надеюсь, тут есть такая же модель. Не хочу твой кейс выкидывать ｡°(°¯᷄◠¯᷅°)°｡

Макси фуррь ⋆⭒˚.⋆ Приятно знать, что тебе хочется сохранить вещи, которые я тебе дарил.

Вы

(⊙︿⊙) А должно хотеться выкинуть? ТАМ!!! ВООБЩЕ-ТО!!! Мидзуки!

Макси фуррь ⋆⭒˚.⋆ Значит дело не в том, что я тебе это подарил?

Вы

Нет, балбес, я подчёркиваю, что это мне дороже в два раза! Из-за твоих стараний!

(¬_¬»)💢

Это же ты мне от всего сердца дарил. Ещё и прямо… для меня для меня!

Макси фуррь ⋆⭒˚.⋆ Хорошо, убедила. Отдыхаешь? Заселилась уже куда-то? Ты ела?

Вы

⎛⎝(` ᢍ ´)⎠⎞

Макси фуррь ⋆⭒˚.⋆ Мне это как интерпретировать?

Вы

Да всё хорошо. (❀❛ ֊ ❛»)♡

Сейчас покушала: 3

Макси фуррь ⋆⭒˚.⋆ Живёшь ты где?

Вы

В отеле. Всё ОК. Спасибо, что прислал денег, братиш.

      Минджу фыркнула, убрала телефон в сумку. Ох уж эти старшие братья.       Начиналась изморось. Минджу встала под крышу, зарядила айкос и прикусила ноготь. Она ещё должна успеть пройтись по Синдзюку, заглянуть на Акихабару и купить что-то новенькое из одежды. А пока нужно было найти магазин техники на карте, где она сможет купить новые наушники. А ещё в ночь приехать по координатам, где должны проходить какие-то чересчур увлекательные или тренировки, или соревнования молоденьких мальчиков, которые только-только сели за руль и учатся гонять. Айкос завибрировал, Минджу затянулась. Ещё бы туда пустили… Каких незнакомцев пускают в такие места? За большие деньги если только. Но Ироха сказала, что всё должно быть в ш о к о л а д е. Это же не подпольные гонки и не собачьи бои. Минджу тогда поморщилась и едва сдержала тошноту, представив истерзанного пса.       Ноготки звучно постучали по корпусу держателя, после чего он провибрировал вновь. Минджу затянулась последним дымом, вытянула стик зубами, щёлкнув колпачком. На Акихабаре Минджу должна найти всё, что ей нужно. Точно найдутся точно такие же наушники, если нет, то закажет в интернете, а на первое время купит проводные. Остывший, использованный стик она убрала в пачку, повернув его фильтром вниз. После курения стало легче. Минджу была готова к новым свершениям! На нос удачно упала крупная капля. Для сегодняшних свершений ей стоило немного поторопиться!       Обвес на сумке брякнул — Минджу поспешила вперёд.       Начался дождь. Минджу, в обнимку с пакетом сувениров, насупилась и фыркнула. И как ей двигаться дальше?! И зонта нет, и купить в этой лавке нельзя! И ноги начинали мёрзнуть. Она прикусила губу, прижала палец к веку, оглядываясь. Все с зонтами. И не…       Из того же магазина, в котором была Минджу вышла парочка. Минджу отошла от дверей. Щёлкнул зонт. Щёлкнул второй. Она кинула быстрый взгляд. Иностранцы. Говорили не по-японски и не по-английски.       — Простите… Онээ-сан… вот, — крупная, абсолютно точно крашеная блондиночка, похожая на телёночка, заговорила по-японски и протянула зонт.       Минджу убрала руку от глаза. Слепо моргнула. Взглянула на протянутый зонт.       — Заболеете. А… простите, что побеспокоила, — она улыбнулась и стала кланяться.       — Э-эм… Спасибо, я полагаю? Откуда вы? Вы хорошо говорите по-японски.       Минджу приняла зонт, обнимая пакет одной рукой. Сумка скатилась с плеча, повиснув на плече. От них пахло алкоголем. Кажется, пиво.       — Спасибо большое! — девушка взялась за руку мужчины с отросшей бородой, коротко переглянувшись с ним. — Мы туристы из Казахстана. Меня зовут Лиля, это мой муж Дамир. Простите, что побеспокоили… и отвлекли, просто не могли пройти мимо… А вы здесь живёте? Нам нравится Япония, давно мечтали выбраться!       Дамир как-то слишком заинтересованно осматривал не свою жену. Особенно откровенно пялясь на мутный глаз.       Минджу покрутила зонт. Её приняли за местную. Улыбка сама расцвела на лице, где-то в груди зацвела сиреневая гортензия. Интересно, где этот Казахстан? Кажется, там добрые люди.       — Я тоже приезжая. Я из Кореи.       — О-о, — Лиля закивала, — как здорово, онээ-сан, в прошлом году ездили в Сеул! На концерт! Очень красивый город.       — Мы хотели сходить в бар… — голос Дамира оказался не таким грубым и низким, как ожидала Минджу, но японский был хуже, чем у его жены. — Не желаете? Присоединиться к нам?       — Нам посоветовали одно место, «Lupin»… Говорят, это настоящий памятник культуры. Мы ещё успеем туда до закрытия. Онээ-сан, что думаете?       Минджу скрыла улыбку за пакетом и захихикала. Кажется, этот советчик был фанатом или японской литературы, или… Удержаться было сложно. Может, это отвод глаз и эта сладкая парочка сама знала о «Люпине»?       — А… а давайте сделаем фото…? Когда придём в бар.       Они переглянулись и наперебой заговорили, что обязательно сфотографируются, что у них есть фотоаппарат мгновенной печати. Не поняли… что ж… Лиля бесцеремонно взяла Минджу под руку, увильнув из-под зонта мужа, пакет с покупками, которым было удобно прикрываться, тоже ушёл в руки Дамира. Внутри что-то заныло, но Минджу снисходительно улыбнулась, позволив идти Лиле рядом.       Они затрещали, заваливая вопросами. Приходилось отвечать.       — Пак-сан, а что у вас с глазом? Простите, если я бестактно… или это… В общем, если это не то о чём… Если ты не хочешь об этом говорить… В общем!       — Не катаракта ли? — уточнил Дамир, подсмотрев видимо это слово в телефоне.       В баре на удивление было очень мало людей. Минджу пропустила реплику Дамира, прикусив губу. Она знала только как это будет по-корейски… о таком не приходилось задумываться. Видимо, стоило немного разобраться и в таких вопросах японского. С её то больничной карточкой…       — Не знаю, как это будет по-японски. Недуг, мутно вижу этим глазом и всё, — она пожала плечами.       — А вылечить это можно?       — Операцией.       — Надеюсь, у тебя всё будет хорошо, Пак-сан! Ты хорошая девушка, — Лиля широко улыбнулась.       Дамир сел рядом с Минджу, Лиля продолжала заваливать вопросами. Алкоголь зажурчал Синано, перетек в Хан и смешался в Каспие. Он зажигал красные фонари в щеках, щёлкал выключателями веселья и раскрепощения. Лиля и Дамир и без того были готовые, поэтому становились только добрее и милее, хотя Дамир клевал носом и пьяно улыбался. Поэтому пришлось дожидаться Минджу, которая сначала уверяла, что совсем не пьёт, поэтому попробует лишь один коктейль. Но на «Golden Fizz», что любил Сакагучи Анго, остановиться оказалось сложно. Особенно, когда оказалось, что здесь подавали хорошее саке, которое любил Дадзай. От такого грех отказываться, особенно когда Дамир угощает.       К закрытию бара дождь перестал, а веселье и желание гулять — нет. Лиля, путая японский, русский и английский, пыталась рассказать какую-то смешную историю о том, как они, мелкими, бегали играть на какие-то плиты и трубы, Дамир поддакивал на казахском, иногда перебиваясь икотой. Минджу не понимала, на какие такие плиты и какие такие трубы они ходили, но увлечённо внимала, кивая и угукая.       До рассвета они гуляли по круглосуткам в Токио. Последней станцией оказался «7-Eleven», в котором они решили перекусить живительной лапшой быстрого приготовления. Минджу ещё решила купить клубничное молоко. Метро вот-вот должно было открыться, поэтому Лиля и Дамир, усыпав Минджу подарками, распрощались и, наконец, ушли. Ёкатта! Хорошо, что они не обменялись контактами.       Минджу огляделась, пьяно щурясь. Где они вообще? С двумя тяжёлыми пакетами в руках, и сумкой на плече. Оказалось, что они распрощались аж у самого Воскресенского собора! Послышалась громкая русская речь. Её Минджу за сегодня наслушалась так, что отличит её теперь от любого языка за доли секунды. Кто-то зарычал, кто-то хихикнул.       Она зашуршала пакетами и пошла на звуки. Кто-то боролся?       Ещё совсем юный батюшка, в рясе, с увесистым крестом на груди, толкался с каким-то краснющим, заросшим мужиком, одетым в затасканные джинсы и футболку со львом. Минджу моргнула. Священник дрался с алкашом. Она не верила своему глазу. Они с Дамиром и Лилей сегодня абсолютно точно перепили!       Минджу отвела взгляд. Слева крикнули подбадривающе, даже как-то подстрекающе. За дракой наблюдали два мужчины, под стать…       Она подошла к ним.       — А что… собственно случилось? — такое любопытство её ещё никогда в жизни не окутывала.       — Что? — по-английски спросил мужчина в синей кепке. Его товарищ со взъерошенными рыжими волосами не обратил внимания на неё, а только продолжил выкрикивать какое-то слово.       Что они вообще без знания японского тут забыли? Минджу вздохнула, переложила пакеты в одну руку, чтобы потереть полуслепой глаз. Она точно не уснула в баре? Пришлось перейти на английский.       — Что случилось? — она кивнула на парочку, явно увлечённую дракой.       — Информация есть, но стоит денежку.       — …Сколько?       Ей настолько было это интересно? Эти казахи слишком плохо на неё повлияли за один вечер.       — Триста йен.       Монета в пятьсот йен легла в ладонь.       — Слуш, значт, — он закурил и протянул руку. — Гришка я.       Минджу поставила пакеты на асфальт и зарядила айкос.       — Так. Пак.       Она нехотя собралась скрепить знакомство рукопожатием, но Гришка оказался настоящим кавалером и поцеловал её руку. Минджу едва не скривилась, но вытерла руку о шорты.       — Слуш. Эт Отец Михаил, — Гришка махнул на священника, а после на мужика, — а эт Димка. Он раньше тоже священником был. Так и что! У Димки бяда случилась. Жинка-то его померла в позатех годах… рак сожрал! Представляешь?! А молилси-то он как Господу, ай, как молилси! Он же ж тогда весь себя отдавал Богу! Весь, понимаш, меня?       Минджу кивнула, и они с Гришкой прервались на затяжку.       — Так и что! Он знаш скольки уж тутотки-то служит! Уж годов так тридцать!       Минджу присмотрелась к Димке. Если бы она могла что-то в нём разглядеть… Даже примерно не сказать, сколько ему. Лет пятьдесят? Или алкоголь так сбавил года?       — Купил он для собора то этого! Знаш, чо?       — Что?       — Икону! Знаш какую?!       — Какую? — Минджу даже взглянула на Гришку.       — Позолоченную! Богоматери Пресвятой купил! А кто икону-то писал знаш?       — Кто?       — Дочка! Не знаешь?! Как! Ох, бяда…       Они снова затянулись. Минджу зарядила ещё один стик. Гришка угостился сигаретой товарища.       — А вот! Василька Таганский! Иконописец! Знаш таковово?       — Нет.       — Ты крещёная?       — Э… нет.       — Ужасть какая!       — А что дальше-то?       — А! Таки шо, и Димка-то этова… жинка-то, Светланка-то померлась у него. Бог-то, Иисус! Не помог жинке! Димке! Панимаш, чё я тебе говорю? — в ответ кивок. — И всё, ушёл он с церкви, с службы, ну понимаш.       — А дерутся они почему?       — А таки это. Димка запил. Весь дом вынес.       Минджу вздохнула и достала телефон. Наблюдать за тем, как Димка валяется и встаёт, валяется и встаёт, а Отец Михаил, рычит по-медвежьи, что-то говорит, размахивает руками и иногда позволяет себе пнуть поднимающегося Димку, надоедало; да и предыстория абсолютно точно подходила к концу. Стоило вызвать себе такси.       — И вот! Надоумили его икону выкрасть. А у них с Отцом Михаилом давно тёрки-то были, вот и случилось так, дочк! Отец Михаил уж устал с ним ругаться и вот…       — Кто надоумил? — Минджу даже пошатнулась.       — Мы с Огородом! — Гришка хлопнул товарища по плечу и улыбнулся, переводя взгляд на шокированную Минджу. — Да эт фамилия у него Огороднов. Мы его Огородом зовём.       Какого… эти люди… забыли в центре Токио…?       — Как думаешь, кто победить? Отец Михаил или Димка? Давай я за Димку, ты за Отца Михаила! Выигрыш делим семисят на писят!       Гришка прищурился, вглядываясь в лицо Минджу. Огороду и дела не было.       — Тю!!! Никак слепая! Дочк!       — Смерть я, — само вылетело.       Гришка замер. Посмотрел на Огорода, потом на дерущихся, потом на Минджу, а потом вознёс голову к куполам и перекрестился с шёпотом: «Господи, за что? Меня… Георгия…»       — Да не за вами я.       Стояли ещё с минуту. Минджу убрала все вещи в сумку. Священники дрались, Гришка смотрел наверх. Огород явно болел за Димку. Подъехало такси. Минджу забрала вещи, села в машину, открыла окно и напоследок добавила:       — Шучу. Я не Смерть. Смерть на такси не ездит.       — Боже… это ты… — Георгий явно вспомнил горящий куст и проводил взглядом машину.       Минджу на задних сидениях сама была готова перекреститься и помолиться какому-то из богов. Откуда… столько иностранцев?! Она потёрла лицо и взглянула на водителя. Он точно был японцем. Хоть это радовало.       Только сейчас Минджу осознала, что глаз снова давал о себе знать. Легче его уже выколоть…       Она надела новенькие наушники, включила плейлист Atarashii Gakkou no Leaders и выдохнула. Первой заиграла песня «Koi geba». Что ж, имена «Великих из бродячих псов» её не отпустят сегодня. Телефон провибрировал. Капризуля (˶ ˘ ³˘)ˆᵕ ˆ˶) как обживаешься в моей квартирке? сильно пыльно, семпай?

Вы

Вот еду домой. Ещё ничего не успеваю понять ТОТ

Почему у вас на улицах дерутся священнослужители .·°՞(ᗒ□ᗕ)՞°·.

Капризуля (˶ ˘ ³˘)ˆᵕ ˆ˶) ого? не знала, что там есть такое… откуда там вообще такие люди? где ты была, семпай?

Вы

Да не суть важно. Усталя я (((

Капризуля (˶ ˘ ³˘)ˆᵕ ˆ˶) моя крошечка уставши (( если что у меня есть

Вы

Нет!

!

Капризуля (˶ ˘ ³˘)ˆᵕ ˆ˶) заначка под матрасом и в расчёске… …

Вы

Мне не надо!

Капризуля (˶ ˘ ³˘)ˆᵕ ˆ˶) не умеешь ты расслабляться (       Минджу закатила глаза. Ей, что, каждый день должно хотеться закинуться чем-то? Если она баловалась какими-то таблетками с Ирохой, то это ещё ничего не значило.

Вы

Ты чего вообще не спишь?

Капризуля (˶ ˘ ³˘)ˆᵕ ˆ˶) щас где ты берешь эти смайлики

Вы

?

⎛⎝(` ᢍ ´)⎠⎞

Капризуля (˶ ˘ ³˘)ˆᵕ ˆ˶) (っ´ཀ`)っ Ɑ͞ لں͞ мусёныш наконец-то был свободен ото всех дел! и не был занят сворачиванием шеи εつ▄█▀█● εつ💦(‿ˠ‿)

Вы

Я поняла

Капризуля (˶ ˘ ³˘)ˆᵕ ˆ˶) хихи! решил побаловать меня вниманием: 3 в кои-то веки! ты съездила гонки посмотреть? !!! кто понравился! нашла свою змеюку?! Ɑ͞ لں͞ или так (っ´ཀ`)っ (•) (•)

Вы

Ироха…

Капризуля (˶ ˘ ³˘)ˆᵕ ˆ˶) да, семпай?

Вы

Не ездила ещё, не успела

Я тут нарасхват. Хотела просто погулять, закупиться

Думала доеду, но что-то пошло не так…

˙𐃷˙

Капризуля (˶ ˘ ³˘)ˆᵕ ˆ˶) ???????? и??? подробности? мге самой всё доду \\ 5 1.

Вы

Ничего интересного

Просто напилась с ребятами из Казахстана

Съезжу завтра на твои гонки…

      Ироха читала сообщения, но не отвечала. Видимо, Санвон решил отвлечь свою ненаглядную жёнушку чем-то поинтереснее. МДМА или членом.       Минджу раздражённо вздохнула и заблокировала телефон. И что она в нём нашла?