Ночной кошмар

###

Сынмин уже ненавидел эти три часа ночи. На часах 03:14, в руке остывший растворимый кофе, который на вкус напоминал помои, а в голове — абсолютная каша от бессонницы. Он пытался бороться. Честно пытался. Включил телек на задний план, врубил весь свет в коридоре, даже пытался читать какую-то нудную фигню, чтобы вырубило. Но стоило закрыть глаза, как дурацкий детский страх темноты накатывал с новой силой. Казалось, за углом кто-то стоит и дышит. — Задолбало, — вслух пробормотал он, потирая воспаленные глаза. Вдруг лампа в углу моргнула и погасла. Сынмин замер, едва не пролив кофе на одеяло. В комнате резко похолодало так, что изо рта пошел пар. — Опять ты? — тихо спросил он в пустоту. Из темноты у шкафа плавно соткался силуэт. Лиа. На ней было всё то же белое платье. Она выглядела бледной, но такой красивой, что у Сынмина перехватило дыхание. Страх и дикое влечение смешались в один комок в груди. — Ты обещал, что не будешь пить столько кофе, — тихо сказала она. Голос звучал будто эхом, но очень близко. Она села на край кровати. Сынмин не удержался и коснулся её ладони — ледяная, как всегда. — Я пытался уснуть. Не выходит, — Сынмин вздохнул. — Расскажи мне... ну, хоть что-нибудь. Почему ты здесь? Как это вообще случилось? Лиа грустно улыбнулась. Она долго смотрела на свои прозрачные пальцы, а потом заговорила. Голос её звучал просто, без загробных ужасов, отчего становилось ещё больнее. Она рассказала, как пару лет назад жила в этом районе. Простая девчонка. Любила танцевать, гулять допоздна. А потом случилась та глупая авария на ночной трассе. Скорая просто не успела. — Я даже испугаться не успела, Сынмин. Просто стало очень холодно. И теперь я застряла между светом и тьмой. А к тебе прихожу, потому что ты тоже боишься темноты. Мы похожи. Сынмин слушал её, затаив дыхание. Ему хотелось её обнять, согреть, но он понимал, что это невозможно.

###

На следующий день Сынмин выглядел как живой мертвец. Синяки под глазами были чернее ночи. Дверь в его квартиру со скрипом открылась — это без стука завалился Хёнджин, его лучший друг. Притащил пакет с едой и какую-то высокую девчонку с кошачьим разрезом глаз. — Чувак, ты выглядишь как дерьмо, — с порога заявил Хёнджин, бросая ключи на тумбочку. — Короче, я не выдержал твоего нытья по телефону и привёл Йеджи. Она шарит в мистике и... в общем, у неё есть личный интерес. Йеджи сделала шаг вперед. Она осматривала комнату Сынмина с явным напряжением. — Хёнджин сказал, что к тебе кто-то приходит ночью, — прямо сказала Йеджи. Её голос слегка дрожал. — Белое платье? Тëмные волосы? Рост чуть ниже меня? Сынмин застыл с кружкой в руках: — Откуда ты... — Это Лиа, — перебила Йеджи, и на её глаза навернулись слёзы. — Она была моей лучшей подругой. Она погибла два года назад. Я... я знала, что она не ушла насовсем. Я чувствую её. Сынмин, она не причинит тебе вреда, но её затягивает тьма. И тебя затянет вместе с ней, если ты не прекратишь это. Хёнджин обеспокоенно захлопал глазами, переводя взгляд с Йеджи на Сынмина: — Так это реально призрак? Мать вашу, я думал, у Сынмина просто крыша поехала от недосыпа! Чувак, завязывай с этим, это опасно. Они спорили ещё долго. Йеджи умоляла Сынмина отпустить её подругу, Хёнджин крутил пальцем у виска и предлагал переехать к нему. Но Сынмин только кивал, а в голове была одна мысль: "Скорее бы ночь". И когда наступило три часа ночи, Сынмин уже ждал. Хёнджин и Йеджи ушли, оставив кучу советов, но Сынмин всё выключил. Ему больше не был нужен свет. Лиа появилась сразу же. На её лице было написано, что она всё слышала. — Они хотят, чтобы я ушла? — тихо спросила она. — Мне плевать, чего они хотят, — хрипло ответил Сынмин. Он резко притянул её к себе. Не смотря на то, что губы когда-то погибшей были ледяными, этот разгоревшийся поцелуй согрел сердце Кима. Страх темноты пропал, остался только голод. Лиа послушно опустилась перед ним на колени прямо на ковер. Сынмин тяжело задышал, когда её ледяные пальцы расстегнули его джинсы. Она обхватила головку губами. Контраст его горячей кожи и её могильного холода снёс Сынмину крышу. Он запустил пальцы в её волосы, сжимая их, пока Лиа медленно и глубоко заглатывала его, двигая головой вверх и вниз. Это было пугающе, дико, но так хорошо, что Сынмин громко застонал, выгибаясь в спине. Он понимал, что Йеджи права — этот призрак высасывает из него жизнь. Но прямо сейчас, в этой темноте, он был готов отдать Лиа всё своё тепло до последнего вздоха.