Святая ложь на двоих

Ты сидишь позади Сайлуса и обхватываешь его торс руками. Это пришлось сделать в целях безопасности, не более, но сам факт первого вашего соприкосновения за прошедший год будоражит не только сознание. Ваши Эволы реагируют практически мгновенно, как два оголенных провода под напряжением. Под твоими ладонями, даже сквозь плотную ткань кожаной куртки Сайлуса, струится темная, обжигающая энергия, а твой собственный Эвол внутри груди болезненно пульсирует, пытаясь защититься. Воздух вокруг вас буквально искрится. Тебе кажется, что ты держишься за оживший вулкан, который вот-вот взорвется, но Сайлус лишь сильнее выкручивает ручку газа. Мотоцикл срывается с места, унося вас в глубь криминального мира Зоны 109. Скорость и бьющий в лицо ветер заглушают твой внутренний крик от отторгающих друг друга сил. Ваше путешествие в самую темную часть Линкона проходит без слов. Мышцы Сайлуса невероятно напряжены под твоими руками, и ты прекрасно знаешь причину. Он любит тебя. Он желает тебя. До сих пор. Это чувство не выжечь и не изничтожить. Как только ты оказываешься на его территории, внутри тебя всё наполняется волнением. Ты чуть не падаешь, когда решаешь самостоятельно слезть с его огромного, как и он сам, мотоцикла. Но ловкость и быстрая реакция Сайлуса не дают тебе упасть. Он подхватывает тебя и приводит в равновесие. Рука слишком быстро покидает твое пространство и он уходит вперед, призывая следовать за ним. Вы спускаетесь на несколько этажей вниз и долго идете по белому стерильному коридору, от созерцания которого тебя начинает подташнивать. Однажды ты уже была в этих стенах. Тогда, когда впервые встретила Сайлуса. Тогда, когда впервые почувствовала к нему непреодолимое притяжение. Думать об этом сейчас значит лично подписывать себе приговор. Ты стараешься даже не поднимать на него глаза - настолько сильно этот мужчина влияет на тебя. Главный бокс исследовательского комплекса Оникайнуса залит ярким светом. Пожилой ученый в очках о чем-то долго переговаривается с Сайлусом и хмурит брови, поглядывая на тебя. Тебе безумно любопытно, что они обсуждают вдали от тебя, но ты не лезешь на рожон. Сайлус знает, что делает. Стоит просто довериться ему. Судя по бейджику на халате, доктора зовут Энзо. Он внимательно просматривает свои бумаги, сверяет их с чем-то на планшете, после чего Сайлус подходит и, задев рукой твое плечо, останавливается прямо перед тобой. Громадный как скала, он смотрит на тебя сверху вниз и уголок его губы приподнимается. В твоей душе же переворачивается всё вверх дном. При этом он прекрасно знает, как это действует на тебя. — Я оставлю вас наедине, — говорит он и его дыхание касается твоего лба. Тонкий аромат его парфюма из смеси терпкой древесины и пряностей сводит с ума. Ты отступаешь первая, направляясь к доктору и оставляя Сайлуса ни с чем. Он выходит уже через секунду. — Я не буду ходить вокруг да около, случай очень запущенный, — без лишних эмоций и совсем сухо говорит доктор, со знанием перелистывая данные, которые ты тайком скопировала из медкарты Калеба. — Этот чип — не просто кусок металла. Он буквально пророс своими системами в нейронные связи, отвечающие за долговременную память и прочие жизненно-важные отделы. Мы несомненно можем провести операцию по извлечению. Оборудование господина Сайлуса это позволяет. Но вы также должны понимать и принимать все риски. Принудительное удаление чипа с вероятностью в девяносто девять и девять процентов не только полностью сотрет ему память, но и может мгновенно привести к его смерти прямо на операционном столе. Он либо проснется чистым листом, либо не проснется вообще. У тебя голова идет кругом от полученной информации. Ты даже не можешь понять, откуда он взял эту статистику и как пришел к таким ошеломляющим тебя выводам. Но он знает лучше тебя и с этим нет смысла спорить. Чистый лист? Калеб забудет всё. Даже ее. Или же погибнет. — У нас с вами есть время на подумать, когда вы его привезете. Ровно сутки до операции, — предупредил доктор Энзо и вновь пустился в чтение своих записей. Если верить словам доктора, у тебя есть время до утра, чтобы еще раз взвесить все за и против. Чтобы рискнуть и привезти Калеба, а после дать окончательное согласие на эту ментальную казнь. — А что, если я решу не оперировать его, доктор? — уточняешь ты, хватаясь за все мыслимые и немыслимые ниточки. — Мой ответ будет неутешительным, — отвечает доктор и смотрит тебе прямо в глаза. — В лучшем случае, у него есть еще пара недель до того времени, когда он полностью сойдет с ума от галлюцинаций и глобальной потери памяти. Рисковать или нет - решать только вам. Оглушенная вердиктом врача, ты на автопилоте поднимаешься обратно наверх в сердце дома Сайлуса. Ноги сами ведут тебя к массивной дубовой двери. Толкнув ее, ты оказываешься в его спальне. Здесь на удивление всё как и прежде. Огромная кровать, тяжелые бархатные портьеры, патефон с замершей на нем пластинкой, полумрак, яркий запах его неприлично дорого парфюма и крокодиловой кожи. Ты делаешь неосознанный шаг внутрь и воспоминания лавиной накрывают тебя с головой. Год назад в этой самой комнате вы срывали друг с друга одежду, задыхаясь от безумной и запретной страсти. Вы знали, на что шли. Каждое прикосновение отзывалось в ваших телах не только чистым удовольствием, но и физической ослепляющей болью. Твой Эвол в соединении с его, разрывал вас на части, но вы не могли остановиться. Кожа горела в местах соприкосновения, по венам текло словно раскаленное железо, но прервать этот миг было невыносимо. Вам было смертельно опасно вместе, но вы любили вопреки всем законам их природы, сгорая дотла в объятиях друг друга, пока Зейн на очередном осмотре не сказал тебе страшное: еще один такой сильнейший резонанс - и вы сожжете себе сердца. Ты зажмуриваешься, обняв себя за плечи. Из глаз предательски катятся слезы. Ты смотришь на постель и тебе кажется, на шелковых простынях до сих пор лежит пепел от вашей сгоревшей любви. — Ностальгируешь? — раздается от двери низкий голос Сайлуса. Он входит практически неслышно, так, что ты замираешь рядом с кроватью, не смея обернуться. Спустя мгновение, ты всё-таки решаешься и понимаешь, что попадаешь в расставленную для тебя ловушку. Сайлус стоит в проеме, прислонившись плечом к косяку. Его алые глаза светятся в полумраке комнаты. Он не подходит ближе, соблюдая дистанцию, но его взгляд всё равно медленно скользит по твоей фигуре, задерживаясь на губах. — Тебе не следовало заходить сюда, — он делает шаг в твою сторону. В его тоне прослеживается редкая для него затаенная боль. — Прошлое мертвее, чем Странники на улицах Линкона, а сейчас у нас с тобой деловой контракт. Так что, привезешь его завтра? Ты теряешься с ответом, так как многие пазлы не могут сложиться для тебя в ровную картинку. Он ведет себя как… — Сай… — твой голос дрожит от его внезапного прикосновения. Оголенная кожа бедер у кромки юбки горит там, где он лениво прикасается к тебе своими умопомрачительными пальцами. Ты не успеваешь и пикнуть, как он сдвигает кружево твоего белья в сторону и с твоих губ срывается приглушенный стон. — Удивительно, котенок, — ухмыляется он, улыбаясь рядом с твоим лицом. — Твое тело помнит меня намного лучше. Ты играешь очень неубедительно. Один из его пальцев погружается в твою влагу и задерживается там на доли секунды, а затем продолжает движение, неумолимо подводящее тебя к предательскому сладкому оргазму. — Мы давно не вместе Сайлус. Пойми, я теперь… — Не со мной, — стирает он негу момента и убирает руку в карман брюк, оставляя тебя в прострации. — Теперь ты с тем мальчиком-роботом, который раньше был для тебя братом. — Если бы я только знала, Сай. — Брось, котенок, — Сайлус отстраняется так же быстро, как и приблизился. Жар его тела превращается в мимолетное воспоминание. — Я никогда тебе не предназначался. Тайно, но согласись, ты всегда считала меня чудовищем. — Ты не чудовище! — срываешься ты и хватаешь его за шелковую рубашку. Сайлус опускает свой кроваво-красный взгляд на твои руки и отцепляет их от себя. Он сжимает губы, что лезвием режут тебе сердце. — Я прекрасно помню, кто я для тебя, котенок, но сейчас нас объединяет лишь дело, так? Ведь сумрак моего королевства губит такой светлый цветок как ты. Поэтому ты определенно должна быть там, с ним, в своем радужном Линконе. Ты едва сдерживаешься, чтобы не ответить ему. Сайлус просто добивает тебя этими словами. Но ты смаргиваешь подступившие слезы, смело заглянув в его горящие глаза. — Завтра утром я привезу Калеба. Я… я согласна на твои условия, - произносишь ты после секундной заминки. Ты обещала услугу за услугу. Быть должной Сайлусу себе дороже. — Хорошо, — Сайлус едва заметно кивает, его лицо снова превращается в непроницаемую маску. — Мои люди встретят вас на границе в полдень. А теперь уходи. Воздух в этой комнате становится слишком горячим для нас обоих. Он ждет пока ты соберешься с силами и переступишь его порог. Не медля ни секунды, ты выбегаешь из его спальни, как бы тебе ни хотелось задержаться.