Глава 16. В тени решения
9 июля 2026 г., 18:00
Утро на Площади Гриммо было серым и промозглым. Снег, который падал уже несколько дней, укрыл все вокруг толстым белым слоем, и даже редкие солнечные лучи не могли пробиться сквозь тяжёлые облака. Внутри штаба было тихо, но эта тишина была обманчивой — она скрывала напряжение, которое витало в воздухе, как запах дыма перед пожаром.
Гермиона спустилась на кухню позже обычного. Раненое плечо всё ещё болело, но она привыкла к этой боли — она стала частью её, как и все остальные шрамы, которые она носила на теле и в душе. Она толкнула дверь и остановилась на пороге.
За столом стояли Рон, Грюм и Симус. Они склонились над картой, которая была разложена на столе, и их голоса были тихими, почти шёпотом. Рон что-то показывал пальцем, Грюм кивал, а Симус делал пометки карандашом на полях. Когда дверь скрипнула, они одновременно подняли головы и замолчали, как будто их застигли на месте преступления.
— Доброе утро, — сказала Гермиона, стараясь, чтобы голос звучал беззаботно.
— Утро, — коротко ответил Рон, отворачиваясь к карте. Он даже не посмотрел на неё.
Грюм свернул карту быстрым движением и сунул её в ящик стола.
— Мы обсуждали запасы, — сказал он, и его голос был грубым, как всегда. — Не твоё дело, Грейнджер.
Гермиона почувствовала, как внутри неё закипает гнев, смешанный с холодной обидой. Она знала это чувство слишком хорошо — её исключали, отодвигали в сторону, считали слабой. Она сжала кулаки, но ничего не сказала. Она просто подошла к столу, взяла чайник и налила себе чаю, стараясь не смотреть на них.
— Мы скоро уходим, — сказал Рон, и его голос был ледяным. — Не ждите нас к ужину.
Она не ответила.
***
Гермиона ушла в библиотеку, где её уже ждала Падма. Артефакт лежал на столе между ними, и его руны тускло мерцали в свете свечей. Падма сидела, погружённая в древнюю книгу, и её пальцы медленно водили по строчкам, пытаясь расшифровать сложные символы. — Ты выглядишь расстроенной, — сказала Падма, поднимая глаза. — Что случилось? — Ничего, — ответила Гермиона, садясь за стол. — Просто утро началось не очень. Она не хотела рассказывать Падме о своих подозрениях. Она чувствовала, что если начнёт говорить, то не сможет остановиться, а она не хотела выглядеть жалкой. Она просто взяла книгу и начала читать, стараясь сосредоточиться на рунах. Но мысли о Роне, Грюме и Симусе не давали ей покоя. Она видела их лица, слышала их голоса, и чувство, что её исключают, разъедало её изнутри. Она пыталась сосредоточиться на тексте, но слова расплывались перед глазами. Падма, заметив её рассеянность, ничего не сказала. Она просто продолжала работать, погружённая в свой мир.***
В кабинете Грюма, куда они удалились после завтрака, трое мужчин снова склонились над картой. Грюм развернул её на столе, и его толстый палец указал на точку, отмеченную чёрным крестом. — Здесь, — сказал он, и его голос был низким и серьёзным. — Маггловская деревня. Она находится в болотистой местности. Из болот поднимается токсичный пар, который ослабляет магию. Мы не сможем использовать мощные заклинания, и время пребывания там ограничено. Рон нахмурился, вглядываясь в карту. — Сколько у нас времени? — Не больше двадцати минут, — ответил Грюм. — После этого пар начинает действовать на организм. Мы можем только ждать, пока он рассеется, но это занимает несколько часов. Симус покачал головой. — Это безумие. Мы не сможем защитить себя, если на нас нападут. — Мы не будем вступать в бой, — сказал Грюм. — Наша задача — вывести людей. Тихо и быстро. Без лишнего шума. Рон кивнул, но его лицо было напряжённым. — Мы не скажем Гермионе, — сказал он, и в его голосе была горечь. — Она опять полезет в самое пекло, и мы её не вытащим. — Согласен, — отозвался Симус. — Она слишком импульсивна. В прошлый раз она чуть не погибла. Грюм кивнул. — Поттер и Уизли на переговорах, Джейкоб на задании. Мы справимся сами. Мы не можем рисковать жизнью всей группы. Они замолчали, и каждый думал о своём. В комнате было тихо, только треск камина нарушал тишину.***
В холодном замке, расположенном далеко на севере, Гарри, Джинни и Люпин сидели за длинным столом, напротив которого расположилась стая вампиров. Их лидер — высокий, бледный мужчина с чёрными глазами — смотрел на них с холодным интересом. — Мы не воюем на стороне людей, — сказал он, и его голос был тихим, но в нём чувствовалась сталь. — Мы не будем убивать ваших людей, если вы не тронете наши земли. Это всё, что мы можем предложить. Гарри нахмурился. — Мы не можем гарантировать защиту, если вы не будете помогать нам. Если Лорд узнает, что вы нейтральны, он может напасть на вас. — Мы сами справимся с нашими проблемами, — ответил лидер вампиров. — Нам не нужна ваша защита. Нам нужен только нейтралитет. Люпин попытался найти компромисс. — Мы могли бы обменяться информацией. Если вы узнаете о перемещениях Пожирателей, вы могли бы сообщать нам. Взамен мы будем предупреждать вас о возможных угрозах. Лидер вампиров задумался. Несколько секунд он молчал, затем медленно кивнул. — Это может сработать. Мы согласны. Джинни почувствовала облегчение, но когда переговоры подошли к концу, лидер вампиров обратился к Гарри: — Я хочу, чтобы ты остался на несколько дней, чтобы обсудить детали и подписать договор. Твои спутники могут вернуться в свой штаб. Гарри посмотрел на Джинни и Люпина. — Возвращайтесь в штаб, — сказал он. — Я скоро вернусь. Джинни не хотела оставлять его, но Гарри настаивал. — Всё будет хорошо, — сказал он, сжимая её руку. — Я справлюсь. Люпин кивнул и взял Джинни за плечо. — Мы ждём тебя в штабе, — сказал он.***
В оранжерее штаба Невилл и Луна сидели на деревянных скамьях, пересаживая растения в горшки. Воздух был влажным и тёплым, пахло землёй и зеленью. За стеклянными стенами падал снег, но здесь, внутри, царила тишина и покой. — Цветы помнят, как расти, даже под землёй, — сказала Луна, и её голос был мечтательным. — Мы тоже должны помнить, как расти, даже когда кажется, что всё потеряно. Невилл улыбнулся, в его глазах мелькнула тёплая искра. — Ты всегда видишь что-то, чего не вижу я, — сказал он. — Когда я смотрю на эти растения, я вижу просто цветы. А ты видишь надежду. — Потому что она есть, — ответила Луна. — Даже в самые тёмные времена. Мы просто должны уметь её замечать. Они замолчали, и в этой тишине было что-то спокойное и уютное. Невилл почувствовал, как напряжение отпускает его, и он просто сидел рядом с Луной, пересаживая цветы и чувствуя, что мир не рухнул окончательно.***
Гермиона поднялась из библиотеки, чтобы взять книгу из кабинета Грюма. Она шла по коридору, и её шаги эхом отдавались в тишине. Когда она приблизилась к кабинету, она услышала голоса — Рона, Симуса и Грюма. Они всё ещё обсуждали миссию. Она замерла у двери, прислушиваясь. — ...а если пар усилится? — спросил Симус. — Тогда мы уходим, — ответил Грюм. — Жизни людей важнее. — Мы не скажем ей, — сказал Рон, и его голос был холодным. — Она полезет в пекло, и мы не сможем её вытащить. Гермиона замерла. Она слышала каждое слово, и они впивались в её сердце, как иглы. Они говорили о ней. Они снова исключали её. Она хотела ворваться, хотела крикнуть им, что она не слабая, что она может помочь, но что-то остановило её. Она развернулась и ушла, чувствуя, как горечь разливается по её груди.***
Джинни и Люпин вернулись в штаб к вечеру. Джинни сразу заметила, что Гермиона выглядит взволнованной, и подошла к ней. — Всё в порядке? — спросила она. — Всё хорошо, — ответила Гермиона, но её голос дрожал. — Я просто устала. Джинни не поверила ей. Она чувствовала, что что-то не так, но она не стала настаивать. Она просто кивнула и отошла. Позже, когда остальные разошлись, Гермиона нашла Джинни в гостиной. Она больше не могла молчать. — Я знаю про миссию, — сказала она, и её голос был тихим, но твёрдым. — Я слышала, как они обсуждали болота, токсичный пар, маггловскую деревню. Джинни смотрела на неё с тревогой. — Ты уверена, что правильно поняла? — Я знаю, что слышала, — ответила Гермиона. — Они хотят идти без меня. Они думают, что я всё испорчу. Джинни вздохнула. — Ты не должна идти за ними, — сказала она. — Иногда нужно просто довериться им. Гермиона смотрела на неё, и в её глазах была боль. — Я знаю, — сказала она. — Но это так трудно.***
Ночь опустилась на Площадь Гриммо. В комнате Гермионы было темно, только лунный свет пробивался сквозь окно, падая на пол серебряными полосами. Она сидела у окна, глядя на падающий снег, и чувствовала, как внутри неё борется обида и чувство долга. Она хотела пойти за ними. Она хотела сказать им, что они не правы, что она может помочь, что она не слабая. Но слова Джинни всё ещё звучали в её голове: «Иногда нужно просто довериться им». Она сжала руки в кулаки и закрыла глаза. Она не знала, что делать. Она не могла заставить себя остаться, но она также не могла предать их доверие. Она осталась сидеть у окна, глядя на снег, и чувствуя, как её сердце разрывается от боли. Она знала, что это правильно, но это не делало боль слабее.
