Разные, но..

Они начали общаться. Сначала — просто встречи на матчах, потом — случайные разговоры в коридоре, потом — Линн предложила посидеть в кафе после школы. ‎ ‎Виола соглашалась на всё. Потому что когда Линн говорила — она хотела отвечать. Потому что когда Линн смеялась, Виоле хотелось запомнить этот звук навсегда. ‎ ‎Но дружба была странной. Линн была громкой, импульсивной, вечно куда-то спешащей. А Виола — медленной, внимательной, часто грустной. И тем не менее, они находили общий язык. ‎ ‎Виола узнала, что Линн боится пауков, но никогда в этом не признаётся. Что она любит только острую пиццу и терпеть не может ананасы. Что она носит свою счастливую бейсболку даже на экзамены. ‎ ‎А Линн узнала, что у Виолы есть два кота — Пуфф и Фуп, которых она спасла из приюта. Что она пишет стихи, но никому их не показывает. Что она потеряла отца, но никогда об этом не говорит. ‎ ‎И с каждым днём Линн замечала всё больше. ‎ ‎Она замечала, как Виола поправляет челку, когда волнуется. Как она рисует на полях тетрадей маленькие цветы. ‎ ‎И однажды, в декабре, Линн поймала себя на мысли: «А что, если я..?» ‎ ‎Она тут же отогнала эту мысль. Это же Виола. Её друг. Её подруга. Нельзя портить дружбу глупыми чувствами. Линн всегда считала себя рациональной — на поле она просчитывала каждый удар, каждое движение. Но здесь, внутри, не было никаких правил. ‎ ‎Она молчала. И ждала. ‎