Ночь под кровавой луной

Юйлань проснулась затемно. За окном ещё было серо, и только первые лучи солнца начинали пробиваться сквозь шторы. Она повернулась и посмотрела на Камиля — он спал рядом, его дыхание было ровным и спокойным. Она улыбнулась и тихо, чтобы не разбудить его, выбралась из кровати. У неё был план. Она бесшумно оделась и выскользнула из комнаты. В коридоре её уже ждала Чжуань с заговорщицким видом. — Всё готово, — прошептала она. — Я разбудила Ивонну, та уже на кухне. — Ивонна осталась на пару дней пересмотреть твой гардероб и согласилась на нашу авантюру. Арделия... — Арделия? — переспросила Юйлань. — Она согласилась? — С утра пораньше я зашла к ней и сказала, что это будет позором, если она не присоединится к поздравлению, — усмехнулась Чжуань. — И что Камиль может подумать, что она его не уважает. Она, конечно, фыркала, но согласилась. Юйлань рассмеялась. — Ты гениальна. Они быстро направились на кухню, где Ивонна уже колдовала над тортом. Он был простым, но красивым — с кремом и ягодами. — Я не знала, какой он любит, — сказала Ивонна, поправляя крем. — Поэтому сделала нейтральный — ванильный, с клубникой. — Отлично, — сказала Юйлань. — Он будет в восторге. Он вообще не любит сладкое, но оценит старания. Чжуань рассмеялась. — Главное, чтобы он не подумал, что мы его отравить хотим. Они поставили торт на поднос и украсили свечами. Затем тихо прошли в зал и расставили всё по местам. Арделия стояла в стороне, скрестив руки на груди, но молчала. — Ты тоже будешь поздравлять, — сказала Юйлань, глядя на неё. — Я могу просто стоять, — ответила Арделия. — Нет, — сказала Юйлань. — Ты скажешь что-нибудь приятное. Арделия закатила глаза, но ничего не ответила. Когда Камиль спустился вниз, он был удивлён. В большом зале горели свечи, на столе стоял торт, а рядом стояли все — король с королевой, Ивонна, Чжуань, Арделия и Юйлань. — Что это? — спросил он, останавливаясь в дверях. — С днём рождения! — сказала Юйлань, подходя к нему. Он замер. Его лицо на мгновение стало напряжённым, но он быстро взял себя в руки. — Вы... не должны были, — сказал он, но его голос был мягче, чем обычно. — Мы хотели, — сказала Юйлань. Первыми подошли король и королева. Королева протянула ему небольшую бархатную коробочку. — Это фамильный перстень нашей семьи, — сказала она. — Мы хотим, чтобы ты знал: ты уже часть нашей семьи. Король кивнул, положив руку на плечо Камиля. — Ты защитил нашу дочь. Ты защитил всех нас. Мы благодарны тебе. Камиль открыл коробку и увидел старинный золотой перстень с алым камнем. Его лицо дрогнуло. — Я... не знаю, что сказать, — сказал он, и голос его был тихим. — Спасибо. Это слишком много. — Это справедливо, — сказал король. Камиль сжал коробку в руках, пряча эмоции. Ивонна подошла с небольшим футляром. Внутри лежала изящная серебряная брошь в виде розы. — Я подумала, это будет вам к лицу, — сказала она. — Мужчинам тоже идёт быть красивыми. Камиль улыбнулся. — Благодарю вас, Ивонна. Чжуань подошла с маленькой деревянной фигуркой. Юйлань сразу узнала — это был аккуратно вырезанный вампир в плаще. — Я подумала, вам должны нравиться сказки про вампиров, — сказала Чжуань с хитрой улыбкой. Камиль рассмеялся. — Ты даже не представляешь, как мне нравятся, — сказал он, и они обменялись понимающими взглядами. Арделия сделала шаг вперёд и протянула небольшой свиток, перевязанный лентой. — Это стихотворение, — сказала она, стараясь звучать искренне. — Я написала его сегодня ночью. В нём говорится о достоинстве, чести и любви. Я подумала, что это про вас. Камиль развернул свиток и пробежал глазами. Затем посмотрел на неё. — Это прекрасно, — сказал он. — Спасибо, Арделия. Она улыбнулась и отошла. Настала очередь Юйлань. Она подошла к нему и протянула небольшую бархатную коробочку. — Это первый подарок, — сказала она. Камиль открыл коробку. Внутри лежала засушенная красная роза — идеально сохранившаяся, с бархатными лепестками и длинным стеблем. Он замер. — Это та самая роза? — спросил он, и голос его дрогнул. — Та самая, — прошептала она так, чтобы никто не услышал. — Которую ты подарил мне, когда вернул мою память. Я сохранила её. И всегда буду хранить. Камиль смотрел на розу, и в его глазах мелькнула влага. — Ты сохранила её, — повторил он, словно не веря. Она выдохнула и протянула ему вторую коробочку — больше первой, тоже бархатную. — А это второй подарок, — сказала она. — У меня их два. Камиль открыл коробку и замер. Внутри лежал тонкий серебряный браслет с небольшой подвеской — крошечным пером, которое переливалось в свете свечей. — Я хотела, чтобы у тебя всегда была частичка меня с тобой, — сказала  она тоже очень тихо. — Перо — потому что ты умеешь летать. И потому что ты всегда найдёшь дорогу ко мне. Камиль смотрел на браслет, и она видела, как его руки слегка дрожат. — Юйлань... — сказал он. Она обняла его и прошептала на ухо: — Я люблю тебя. И я хочу, чтобы ты всегда помнил: ты не один. Он обнял её в ответ, и она чувствовала, как его дыхание становится глубже. — Я люблю тебя, — прошептал он. — А сколько вам лет, граф Арно? — неожиданно спросила королева. — Вы так молоды, а уже столько всего сделали. Юйлань замерла. Она поняла, что не знает точного возраста Камиля. Он никогда не говорил, а она никогда не спрашивала. Она запаниковала и, не думая, выпалила: — Ему двадцать два! Как и мне. Камиль удивлённо посмотрел на неё, но быстро взял себя в руки. — Да, — сказал он, улыбнувшись. — Двадцать два. Королева одобрительно кивнула. — Какая прекрасная пара. Вы оба молоды, полны сил и любви. Юйлань облегчённо выдохнула, но про себя отметила: «Надо будет спросить, сколько ему на самом деле». Позже, когда все разошлись по своим делам, они остались вдвоём. Юйлань взяла его за руку и отвела в сад.  Утро было свежим, и на земле лежала роса. Девушка чувствовала, что её мужу тяжело, но всё же подвела его к старому дубу, который рос в дальнем углу сада. — Закрой глаза, — сказала она. Камиль послушался. Она подошла к дереву и провела пальцами по тому месту, где утром выцарапывала инициалы. Потом отступила на шаг. — Открывай. Камиль открыл глаза и увидел на стволе дерева аккуратные буквы, вырезанные прямо в коре: К+Ю в сердечке. Он замолчал. — Ты... сделала это сама? — спросил он, и голос его был тихим. — Да, — сказала она, пряча руку за спину. — И даже посадила занозу. Он развернул её руку и увидел небольшой порез на пальце. — Ты поранилась, — сказал он, притягивая её руку к губам и целуя порез. — Это ерунда, — сказала она, чувствуя, как от его прикосновения по телу пробегает дрожь. — Это не ерунда, — сказал он. — Ты сделала это для меня. Он обнял её и прошептал в волосы: — Никто никогда не делал для меня такого. Никогда. Ты — самая удивительная девушка, которую я встречал. Юйлань прижалась к нему и улыбнулась. — Я хотела, чтобы этот день остался в твоей памяти как день счастья, — сказала она. — Я хочу, чтобы ты знал: теперь у тебя есть я. И я всегда буду рядом. — Я знаю, — сказал он. Она отстранилась и посмотрела на него. — Это ещё не всё, — сказала она. — Остальное — вечером. — Вечером? — переспросил он. — Вечером, — повторила она, и её глаза блеснули. — У нас есть планы. Камиль усмехнулся, и в его глазах мелькнул тот самый огонь. — Тогда я жду вечера, — сказал он. Остаток дня они гуляли по саду, болтали. Камиль даже попробовал торт! Хотя терпеть не может сладкое. Зато Юйлань была очень рада, она с радостью уплетала ваниль с клубникой.  Камиль смеялся, искренне. Он был действительно рад, что встретил её.  «Может, день рождения не такой уж плохой день?» — подумал он, опершись на руку и наблюдая как его жена расправляется с тортом.