Младший Брат Белого Клыка

Глава 7

Спустя несколько лет братья Хатаке Сакумо и Гентэцу наконец-то смогли поговорить по душам. Гентэцу в очередной раз посоветовал брату сначала думать головой, прежде чем что-то делать, и всегда искать скрытую во тьме подоплеку. Сакумо же в ответ поведал ему подробности своей недавней проваленной миссии ранга «S» — убийства Второго Казекаге! В то время война между Конохой и Деревней Скрытого Песка уже близилась к завершению. Хатаке Сакумо лично отправился на передовую и ликвидировал двух элитных джонинов из отряда кукловодов — сына и невестку бабули Чиё. Это нанесло Песку сокрушительный удар. По логике вещей, понеся такие потери, противник должен был отступить. Однако гибель детей свела Чиё с ума: она словно обезумела и жаждала продолжать войну любой ценой, даже начав разрабатывать новые яды, чтобы сдерживать силы Конохи. Дабы предотвратить дальнейшее ухудшение ситуации на фронте, Сарутоби Хирузен отдал приказ. Была сформирована элитная группа под командованием Хатаке Сакумо и Сарутоби Шинносуке. Им поручили проникнуть в Страну Ветра в обход, через Страну Дождя, и устранить Второго Казекаге! О том, что произошло дальше, можно было и не упоминать. Сарутоби Шинносуке оказался недостаточно силен и получил тяжелое ранение, а Хатаке Сакумо пришлось прервать миссию ради его спасения. С одной стороны, Сакумо действительно нес ответственность за то, что война со Скрытым Песком так и не закончилась. Но Гентэцу был категоричен: какого черта? Если кто и должен отвечать за этот провал, так это Сарутоби Шинносуке! Если бы этот слабак не путался под ногами и не тянул команду на дно, разве возникло бы столько проблем? Это всё равно что винить снайпера в промахе, когда напарник случайно толкнул его под локоть. Все почему-то забывают, что если бы не чужой косяк, исход дела был бы совершенно иным. … На следующее утро, едва солнце показалось из-за горизонта, Гентэцу по привычке натянул соломенную шляпу и собрался дергать созревшую на грядках редиску. Сакумо тоже решил немного отдохнуть от суеты: закатав рукава, он взял ведра, чтобы полить поле. — Хатаке Гентэцу, Хатаке Сакумо, Хокаге-сама вызывает вас, — внезапно раздался холодный голос. У края поля появилась группа шиноби в серых жилетах и звериных масках. Сакумо тут же замер и отложил работу. Заметив тонкие отличия их масок от вчерашних оперативников Корня АНБУ, он мысленно констатировал: «АНБУ! Хокаге-сама лично прислал за нами людей?» Тем временем Гентэцу, казалось, вообще ничего не услышал. Он невозмутимо продолжил выдергивать редиску из земли, после чего швырнул ее стоящему неподалеку Какаши. — Отнеси к реке, хорошенько вымой и нарежь кружочками, — бросил он племяннику. — Буду делать маринованную закуску. — Дядя, тут такое дело… — сжимая в руках два корнеплода, Какаши покрылся холодной испариной и выразительно скосил глаза на незваных гостей. — Хатаке Гентэцу! Ты оглох?! — рявкнул капитан отряда АНБУ, почувствовав себя оскорбленным из-за того, что его так откровенно игнорируют. — Когда разговариваешь с кем-то, кто превосходит тебя по силе, не забывай о разнице в статусах, — лениво протянул Гентэцу, медленно поворачивая голову. В тот самый миг, когда его взгляд скрестился с отрядом АНБУ, оперативникам показалось, будто прямо перед ними нависла невидимая, размером с гору, свирепая тварь, скалящая жуткую пасть. В одно мгновение лица всех шиноби под масками покрылись липким потом ужаса. — Гентэцу, прекрати разбрасываться жаждой крови налево и направо, — сделал замечание Сакумо. — Привычка, никак не избавлюсь, — усмехнулся тот, заходя в дом. Вернувшись, он вынес два клинка. Короткий меч, известный как «Белый Клык», он бросил брату: — Пошли. Похоже, сегодня всё-таки придется любоваться обезьяньей физиономией Сарутоби Хирузена. — Мы же идем к Хокаге-сама, зачем брать оружие? — удивился Сакумо, поймав свой клинок. — Твоя наивность тебя когда-нибудь погубит, братец, — вздохнул Гентэцу, мысленно добавив: «Знал бы ты, как в будущем закончит Учиха Шисуи». … Как только они миновали главные ворота Конохи, отряд АНБУ, исполнявший роль конвоя (а точнее, надзирателей), бесследно растворился в воздухе. Оперативникам не полагалось светиться на публике. АНБУ — те, кто защищает деревню во «тьме»? Ха, возможно, Сенджу Тобирама и создавал этот отдел с такими благородными намерениями. Но вот при правлении Сарутоби Хирузена всё стало далеко не так однозначно. — Отец, дядя… я тогда пойду в Академию ниндзя, — сказал Какаши. Не стоит забывать, что он всё еще был простым учеником. Впрочем, поскольку Хатаке Сакумо остался жив, каноничный рекорд Какаши, поступившего и выпустившегося из Академии в один и тот же год, скорее всего, так и не состоится. Едва мальчик развернулся, чтобы побежать на занятия, как наткнулся на знакомую фигуру. — Наваки-сенсей! — по привычке окликнул он. Услышав свое имя, юноша лет восемнадцати обернулся и радостно улыбнулся: — О-о, Какаши! Доброе утро! Но в следующую секунду его взгляд упал на стоящего позади Гентэцу. Лицо парня тут же просияло, и он отчаянно замахал рукой: — Ого! Зять! Вы в кои-то веки выбрались в деревню? Да это же впервые на моей памяти! Сенджу Наваки. Восемнадцать лет, чунин, ныне — преподаватель в Академии ниндзя. А по совместительству — один из немногих в Конохе, кто знал об истинной силе Гентэцу. «Зять?!» — Какаши впал в ступор. Старшая сестра Наваки-сенсея — это ведь та самая, сильнейшая куноичи Конохи… От одной этой мысли по спине мальчика пробежал холодок. А дядя-то, оказывается, не промах! — Не называй меня так, иначе налетишь на кучу ненужных проблем. К тому же, мы с твоей сестрой уже давно не в тех отношениях, — с явным отвращением на лице осадил его Гентэцу. В оригинальной истории этот паренек должен был подорваться на взрывной печати еще несколько лет назад, в самом начале Второй мировой войны шиноби. Однако тогда Гентэцу бросил ему прямо в лицо жестокую фразу: «У тебя нет таланта шиноби». Эти слова так больно ударили по самолюбию юноши, что он отказался идти на фронт. Сохранив свою шкуру, Наваки в итоге устроился учителем в Академию ниндзя. Вот только Цунаде, страдающая легкой формой братского комплекса, тогда так взбесилась из-за этого инцидента, что со скандалом бросила Гентэцу.