Бакэмоно: Когда завыли волки

ГЛАВА 4: ПЕРВАЯ КРОВЬ --- ДЕНЬ 21. ПОСЛЕ ОКОНЧАНИЯ ВОЙНЫ. КОНЕЦ НОЯБРЯ Ноябрь подходил к концу, и зима всё увереннее вступала в свои права. Снег, выпавший за последние дни, плотным слоем покрывал улицы Конохи, и по утрам воздух становился таким холодным, что дыхание застывало в воздухе. Люди ходили в тёплых пальто и шарфах, стараясь не задерживаться на улице дольше необходимого. Но в госпитале, как всегда, было жарко и душно — печи топили на полную мощность, стараясь согреть раненых и больных. Какаши стоял у стены в приёмном покое госпиталя, сжимая и разжимая кулаки. Он не знал, зачем пришёл сюда. Его тело привело его сюда само, подчиняясь какому-то древнему инстинкту, который он не мог объяснить. Он чувствовал, как его тело пульсирует энергией, как его ногти, ставшие твёрже и острее, впиваются в ладони. Он чувствовал, как его клыки, удлинившиеся за последние дни, касаются языка, и это напоминало ему о том, что он больше не человек. Или, по крайней мере, не совсем человек. «Что я здесь делаю? Я должен быть в кабинете. Я должен работать. Но я не могу. Моё тело требует чего-то. Чего-то, чего я не понимаю.» Он слышал, как в соседней комнате медсестра разговаривает с пациентом. Он слышал её дыхание, биение её сердца. Он слышал всё. Слишком много. Его слух обострился до предела, и каждый звук казался ему оглушительным. Но среди всех этих звуков он искал один. Тот, который мог успокоить его. Тот, который принадлежал ей. «Где она? Я чувствую её запах. Он здесь. Я знаю, что она рядом.» Он закрыл глаза на мгновение, позволяя своим чувствам сосредоточиться на её запахе. Он был тёплым, сладковатым, почти уютным. Он пах цветами и дождём, но в этом запахе было что-то ещё. Что-то, что заставляло его тело дрожать от напряжения. «Я хочу быть рядом с ней. Я хочу чувствовать её запах. Я хочу… я не знаю, чего я хочу. Но я знаю, что должен быть рядом.» Он услышал шаги за спиной и повернулся. Сакура стояла в дверях, и её запах ударил в него с новой силой. Он почувствовал, как его тело напрягается, как его пульс ускоряется. Он не знал, что происходит, но он знал, что не может контролировать это. «Она здесь. Наконец-то. Я чувствую её тепло, её запах. Я хочу быть рядом с ней. Я хочу коснуться её.» — Какаши? — спросила она, и её голос был удивлённым. — Что случилось? Он смотрел на неё, и его тело дрожало от напряжения. Он хотел сказать ей что-то, но слова застряли в горле. Вместо этого он просто шагнул к ней, чувствуя, как его тело движется само. «Я должен быть рядом с ней. Я должен прикоснуться к ней. Я должен… я не знаю. Но я должен.» — Я не знаю, — сказал он, и его голос был хриплым. — Я не могу контролировать свои эмоции. Я злюсь без причины. Я чувствую запахи, которые не должен чувствовать. Я слышу звуки, которые не должен слышать. И я чувствую… я чувствую тебя. Она смотрела на него, и в её глазах мелькнула тревога. — Что значит «чувствую тебя»? — спросила она. — Твой запах, — сказал он, делая шаг вперёд. — Он стал сильнее. Я чувствую его даже на расстоянии. Она замерла, чувствуя, как внутри неё нарастает странное тепло. Он видел это. Он видел, как её дыхание сбивается, как её тело напрягается. Он чувствовал, как её пульс ускоряется, и это притягивало его ещё сильнее. «Она тоже чувствует это. Я вижу это. Я чувствую это. Она тоже хочет быть рядом со мной. Почему? Что мы чувствуем?» — Мы должны поговорить, — сказал он. — Наедине. Она кивнула и провела его в пустой кабинет. Когда они вошли, она закрыла дверь и повернулась к нему. В комнате было тихо. Он слышал её дыхание, биение её сердца, и каждый звук казался ему таким громким, что он не мог сосредоточиться. — Что ты чувствуешь? — спросила она, стараясь говорить ровно. — Я чувствую, что теряю контроль, — сказал он, и его голос был почти шёпотом. — Я чувствую, что внутри меня просыпается что-то, что я не могу контролировать. Она смотрела на него, и её глаза были полны тревоги. Он чувствовал её страх, но он также чувствовал и её желание. Это было похоже на его собственное желание, которое он не мог контролировать. Его тело требовало чего-то, чего он не мог объяснить. Его тело требовало её. «Я не знаю, что это. Я не знаю, почему я чувствую это так сильно. Но я знаю, что я должен быть рядом с ней. Я должен прикоснуться к ней.» Он шагнул к ней, и его тело дрожало от напряжения. Она не отступила. Она стояла неподвижно, и её глаза были расширены от удивления. — Какаши, что ты делаешь? — спросила она, и её голос дрогнул. Он не ответил. Вместо этого он сделал ещё один шаг, сокращая расстояние между ними. Его тело двигалось само, без его ведома. Он чувствовал, как его звериные инстинкты берут верх над разумом. Он чувствовал, как он теряет контроль. «Я не могу остановиться. Моё тело требует её. Я должен быть рядом. Я должен прикоснуться.» Он приблизился к ней, и его тело напряглось. Он издал тихий, почти неслышный звук — низкое, горловое рычание, которое он никогда не слышал от себя. Он протянул руку, и его пальцы коснулись её бедра. Она замерла, чувствуя, как его рука скользит по её бедру. Она хотела возмутиться, хотела оттолкнуть его, но слова застряли в горле. Она чувствовала его пальцы через ткань брюк, и внутри неё нарастало странное тепло. «Она такая тёплая. Я чувствую её пульс через ткань. Я чувствую её запах — он сильнее здесь, ближе к её коже. Я хочу прикоснуться к ней без ткани. Я хочу почувствовать её кожу.» Он смотрел на свою руку, чувствуя, как его пальцы касаются её тела. Он чувствовал её тепло, её пульс, и это только усиливало его желание. Его клыки удлинились, и он чувствовал, как они касаются его языка. Его тело требовало близости. Его тело требовало её. «Я хочу её. Я хочу прикоснуться к ней. Я хочу… я не знаю. Но я знаю, что должен.» Он провёл рукой по её бедру, чувствуя, как его пальцы скользят по её телу. Его ногти, ставшие острее, слегка касались ткани её брюк, и он чувствовал, как его тело дрожит от напряжения. Зверь внутри него требовал продолжения. «Я не могу остановиться. Это сильнее меня. Мои инстинкты говорят мне, что она моя. Что я должен пометить её.» Она смотрела на него, и её глаза были полны шока и непонимания. Она хотела сказать что-то, но слова застряли в горле. Она чувствовала, как его рука скользит по её телу, и внутри неё нарастало странное тепло. — Какаши, остановись, — сказала она, и её голос был почти шёпотом. — Я не могу, — сказал он, и его голос был хриплым. — Я не могу остановиться. Он почувствовал, как его пальцы касаются чего-то влажного. Он убрал руку и поднёс её к глазам. На его пальцах была кровь. Он смотрел на неё, и внутри него нарастало странное чувство. Его тело реагировало на эту кровь, и он не знал, что это значит. «Кровь. Её кровь. Она тёплая. Она пахнет так… так сильно. Я чувствую её запах, и он проникает в меня. Моё тело говорит мне, что это правильно. Что это часть её.» Она смотрела на его пальцы, и внутри неё нарастал шок. Она чувствовала, как её лицо заливается краской. Ей было стыдно. Стыдно перед ним, перед её учителем. — У меня месячные, — сказала она, и её голос был тихим и дрожащим. — Я не чувствовала никаких симптомов. Он смотрел на неё, и его тело успокаивалось. Он чувствовал, как зверь внутри него затихает, уступая место разуму. — Я знаю, — сказал он. — Ты сказала, что нет симптомов. Я как раз пришёл по поводу симптомов. Она смотрела на него, и её глаза были полны смущения и страха. — Что ты имеешь в виду? — спросила она. Он смотрел на неё, и внутри него нарастала тревога. Он не знал, что сказать. Он не знал, как объяснить ей, что его тело требует её. Он не знал, как объяснить ей, что он чувствует. — Я не могу сказать тебе, — сказал он. — Это слишком личное. Она смотрела на него, и внутри неё нарастало смущение и страх. — Давай сначала разберёмся с твоей проблемой, — сказал он. — Моя подождёт. Она кивнула, чувствуя, как её тело дрожит. Она вышла из кабинета, и он остался один. Дверь закрылась за ней, и звук её шагов затих в коридоре. Он стоял неподвижно, глядя на дверь, которая только что закрылась за ней. Он слышал, как её шаги удаляются, как её дыхание становится тише. Он чувствовал, как её запах медленно уходит из комнаты, уступая место пустоте. И тогда он почувствовал это. Запах её крови на своих пальцах. Он поднял руку и посмотрел на неё. На его пальцах всё ещё была её кровь — тёплая, влажная, живая. Она блестела под светом лампы, и он не мог отвести от неё взгляд. «Она ушла. Я должен остановиться. Я не должен делать этого.» Но его тело не слушалось. Он медленно поднёс руку к лицу, чувствуя, как его тело дрожит от напряжения. Его пальцы дрожали, когда он коснулся края маски. Он замер на мгновение, чувствуя, как его тело борется с разумом. «Я не должен снимать маску. Я никогда не снимаю её перед кем-либо. Но здесь никого нет. Только я и её кровь.» Он медленно стянул маску вниз, открывая нижнюю часть лица. Его клыки, удлинившиеся за последние дни, коснулись воздуха. Его губы были сухими, и он чувствовал, как его дыхание становится прерывистым. Он поднёс пальцы к носу и вдохнул. Запах крови ударил в его ноздри, и он почувствовал, как его тело реагирует на этот запах. Он был тёплым, сладковатым, почти металлическим. Но в нём было что-то ещё. Что-то, что заставляло его тело дрожать от напряжения. Что-то, что пробуждало в нём зверя. «Её кровь. Я чувствую её запах. Она пахнет… как жизнь. Как что-то древнее, что я не могу объяснить. Моё тело говорит мне, что это правильно. Что она моя.» Он закрыл глаза на мгновение, позволяя запаху проникнуть в него. Он чувствовал, как его инстинкты усиливаются, как его тело требует большего. Он чувствовал, как зверь внутри него просыпается, как он требует продолжения. «Я хочу больше. Я хочу чувствовать её запах снова. Я хочу… я не знаю. Но я хочу.» Он снова вдохнул, чувствуя, как запах её крови проникает в его лёгкие. Он чувствовал, как его тело успокаивается, как инстинкты начинают затихать. Но в глубине его сознания оставалось что-то. Что-то, что говорило ему, что это только начало. «Что со мной происходит? Почему я чувствую это так сильно? Почему её кровь… почему я хочу чувствовать её снова?» Он медленно опустил руку, чувствуя, как его тело успокаивается. Он смотрел на свои пальцы, на которых всё ещё была её кровь, и внутри него нарастало странное чувство. «Я должен держаться подальше от неё. Ради неё. Ради себя.» Но он знал, что это будет сложно. «Что со мной происходит?»