Парные бывшие.

Третий день сборов начался с того, что Лиза проснулась от громкого крика за окном. Кто-то из команды уже бегал по дорожкам, разминаясь перед утренней тренировкой. Солнце только начинало подниматься, и первые лучи пробивались сквозь шторы, оставляя на полу золотистые полосы. Она повернула голову. Женя всё ещё спала — на её лице застыла лёгкая улыбка, как будто даже во сне она видела что-то хорошее. Лиза смотрела на неё несколько минут, не в силах отвести взгляд. Она вспоминала вчерашний разговор, слёзы, объятия. Они так много рассказали друг другу за один вечер — больше, чем за последний год их отношений. Она тихо встала, оделась и вышла из комнаты. В коридоре было прохладно, пахло деревом и утренней свежестью. Лиза спустилась вниз и направилась к столовой за кофе. По пути она встретила Свету, которая уже вовсю командовала кем-то по рации. — Лиза, ты сегодня на эстафету записана, — сказала Света, даже не обернувшись. — В десять утра. Будь готова. — Я? — удивилась Лиза. — Свет, я же не спортсменка. Я тут просто... с проектом. — Все участвуют, — отрезала Света. — Это командный дух. Приходи в форме. И без капризов. Лиза вздохнула. Она знала, что спорить бесполезно — Света была из тех руководителей, которые слушают только себя. Придётся участвовать. Она взяла кофе и вышла на улицу, чтобы подышать. Утро было прохладным, и она пожалела, что не взяла куртку. — Замёрзла? — раздался голос за спиной. Лиза обернулась. Женя стояла на крыльце столовой, закутанная в тёплую кофту. Она выглядела сонной, но улыбалась. — Немного, — призналась Лиза. — Я думала, на улице теплее. — Сейчас июнь, но тут лес, — Женя подошла к ней и встала рядом. — Держи. Она сняла с себя кофту и накинула на плечи Лизе. Кофта пахла Женей — тем самым цитрусом, который Лиза так любила. — Спасибо, — тихо сказала Лиза. — Всегда пожалуйста. Они стояли рядом, глядя на просыпающийся лес. Вдалеке слышались голоса других участников, где-то завелась машина, но здесь, на крыльце, было тихо и спокойно. — Знаешь, — сказала Женя, — я вчера почти не спала. Всё думала о том, как хорошо, что мы поговорили. Мне казалось, что эти два года я носила в себе камень. А вчера я его сбросила. — Я тоже не спала, — призналась Лиза. — Но я чувствовала себя... легко. Впервые за долгое время. Она повернулась к Жене и улыбнулась. — Спасибо, что не сдалась. — Я больше никогда не сдамся, — ответила Женя. — Я теперь буду бороться за тебя до конца. Лиза хотела что-то сказать, но её прервал голос Пашки из столовой: — Эй, вы двое! Света сказала, через час все на построение! Женя, ты тоже участвуешь! — Иду! — крикнула Женя в ответ. — Ладно, — повернулась она к Лизе. — До встречи на поле. Береги себя. — Береги себя, — эхом отозвалась Лиза. Женя чмокнула её в щёку и убежала в столовую. Лиза осталась стоять, чувствуя на губах прикосновение губ Жени, и улыбалась как дурочка. --- Эстафета началась ровно в десять. Солнце к тому моменту поднялось уже достаточно высоко и начало припекать. Вся команда построилась на спортивной площадке, разделённая на две группы. Лиза оказалась в команде Светы, Женя — в команде Пашки. — Это не соревнование на серьёзные призы, — объясняла Света. — Это командный дух. Мы бегаем, передаём эстафетную палочку, поддерживаем друг друга. Всё просто. Лиза стояла на втором этапе. Она должна была принять палочку от Кати и передать дальше. Всё казалось лёгким, пока она не увидела, что Женя стоит на четвёртом этапе, прямо напротив неё. — Ты сможешь, — шепнула ей Катя, подходя ближе. — Я в тебя верю. — Спасибо, — слабо улыбнулась Лиза. Она не была уверена в своих силах — она не бегала с прошлого года, когда решила, что спорт не для неё. — На старт! — крикнул тренер. Все замерли. — Внимание! Сердце Лизы колотилось где-то в горле. — Марш! Катя сорвалась с места, и Лиза увидела, как она быстро приближается, сжимая в руке палочку. — Держи! — крикнула Катя, передавая эстафету. Лиза взяла палочку и побежала. Ветер свистел в ушах, ноги не слушались, но она старалась. Она бежала изо всех сил, видя перед собой только финишную черту, где стоял Паша, готовый принять эстафету. Она почти добежала. Оставалось всего несколько метров. В этот момент она почувствовала, что нога поскользнулась на мокрой от утренней росы траве. Всё произошло слишком быстро. Она не успела сгруппироваться, не успела подставить руки — просто упала на бок, услышав хруст в лодыжке и пронзительную боль, которая пронзила всё тело. — А-а-а! — вырвался у неё крик. Она упала на траву, сжимая ногу и чувствуя, как темнеет в глазах от боли. Палочка вылетела из рук и откатилась куда-то в сторону. — Лиза! — раздался чей-то крик. Кажется, это была Катя. Но следующее, что она услышала, был голос Жени: — Лиза! Боже, Лиза! Женя подбежала к ней первой. Она упала на колени рядом, не обращая внимания на мокрую траву, и схватила Лизу за руку. — Где болит? Скажи мне, где болит? — её голос дрожал от паники. — Нога, — простонала Лиза, стиснув зубы. — Лодыжка. Кажется, я подвернула. Женя осторожно коснулась её лодыжки, и Лиза вскрикнула от боли. — Всё, тихо, тихо, — зашептала Женя. — Не двигайся. Я сейчас принесу холод. И врача. Я сейчас. Она развернулась, готовая бежать, но Лиза схватила её за руку. — Не уходи, — прошептала она. — Пожалуйста, не уходи. Женя замерла. Она посмотрела на Лизу — на её бледное лицо, на дрожащие губы, на слёзы, которые текли по щекам. — Я никуда не уйду, — сказала она твёрдо. — Я рядом. Я всегда рядом. Она повернулась к столпившимся участникам: — Принесите холод! И вызовите врача! Быстро! Катя уже бежала в сторону корпуса, Пашка куда-то звонил. Женя осталась сидеть рядом с Лизой, держа её за руку. — Дыши, — говорила она. — Дыши глубоко. Всё будет хорошо, слышишь? Всё будет хорошо. Лиза пыталась дышать, но боль была невыносимой. Каждый вдох отдавался в лодыжке, каждый удар сердца пульсировал в месте ушиба. — Я боюсь, — прошептала она. — Что, если я сломала? — Не сломала, — уверенно сказала Женя. — Это растяжение. Я видела такие травмы сто раз. Ты просто полежишь пару дней, и всё пройдёт. Она гладила руку Лизы, пытаясь успокоить её. Когда прибежал врач с холодным компрессом, Женя отстранилась, чтобы не мешать, но не разжала руки. Врач осмотрел лодыжку, ощупал её, спросил, где именно болит. — Растяжение, — сказал он через несколько минут. — Сильное, но не перелом. Нужен покой, холод и покой. Ходить нельзя как минимум три дня. Я наложу тугую повязку. Он забинтовал ногу, аккуратно, но туго. Лиза почти не чувствовала боли — врач дал ей обезболивающее, и она начала понемногу приходить в себя. — Я отнесу её в комнату, — сказала Женя. — Я сам могу, — начал тренер. — Нет, — отрезала Женя. — Я отнесу. Она подхватила Лизу на руки, не обращая внимания на удивлённые взгляды. Лиза была лёгкой, и Женя без труда донесла её до корпуса. — Ты не должна меня носить, — слабо возражала Лиза. — Это неудобно. — Молчи, — сказала Женя. — Ты раненая, ты не командуешь. Она занесла Лизу в комнату и осторожно положила на кровать. Подложила под лодыжку подушку, чтобы нога была приподнята, и принесла новый холодный компресс. — Лежи, — приказала она. — Никуда не вставай. — Ты напоминаешь мне мою бабушку, — слабо улыбнулась Лиза. — Я серьёзно, — Женя села на край кровати и взяла её за руку. — Если ты встанешь и сделаешь себе хуже, я тебя убью. Поняла? — Поняла, — послушно кивнула Лиза. Они замолчали. Женя смотрела на неё, и в глазах у неё стояли слёзы. — Я так испугалась, — прошептала она. — Когда ты упала, у меня сердце остановилось. Я думала, что ты сломала ногу. Что ты будешь долго восстанавливаться. Что я не смогу помочь. — Тише, — Лиза погладила её по руке. — Всё хорошо. Я в порядке. Это просто растяжение. Я через пару дней встану. — Я не могу тебя потерять, — сказала Женя. — Я только что нашла тебя. Я не хочу снова тебя терять. Она наклонилась и уткнулась лицом в плечо Лизы. — Я буду заботиться о тебе, — сказала она. — Пока ты не поправишься. — Хорошо, — улыбнулась Лиза. — Только не переусердствуй. — Я буду переусердствовать. Это моя новая работа. --- Остаток дня Женя не отходила от Лизы ни на шаг. Она приносила ей еду, меняла компресс, подкладывала подушки, чтобы ей было удобнее. Она рассказывала ей глупые истории про свою команду, чтобы отвлечь от боли. Она включала на телефоне их старые любимые песни, и они лежали, слушая музыку и глядя в потолок. — Помнишь, как мы слушали эту песню, когда ехали в тот дурацкий поход? — спросила Женя. — Помню, — улыбнулась Лиза. — Мы тогда заблудились, и ты винила во всём навигатор. — Он был виноват! — возмутилась Женя. — Он нас водил по кругу два часа! — Мы нашли дорогу только потому, что я заметила приметное дерево, — поддела её Лиза. — Ты просто везучая, — засмеялась Женя. Они смеялись, вспоминая старые времена. Смех был лёгким, тёплым, родным. Лиза чувствовала, как внутри разливается спокойствие — то самое, которого не было два года. Вечером Женя принесла ужин прямо в комнату. — Ты не должна это делать, — сказала Лиза. — Я могу пойти в столовую. — Ты ничего не можешь, — строго сказала Женя. — Ты раненая. Ты будешь лежать и получать уход. — Ты слишком заботливая, — улыбнулась Лиза. — Я всегда была заботливой. Ты просто не замечала. Они поужинали вместе, сидя на кровати Лизы. Женя кормила её супом, потому что Лиза не могла сидеть ровно и ложка выпадала из рук. — Мне неловко, — краснела Лиза. — Терпи, — усмехалась Женя. — Теперь ты моя пациентка. После ужина она помогла Лизе принять душ — осторожно, поддерживая её, чтобы она не упала и не наступила на больную ногу. — Я могла бы и сама, — бормотала Лиза. — Ты сама упала бы, — возражала Женя. — Давай без героизма. Когда Лиза легла в постель, Женя села на пол рядом с её кроватью, облокотившись на матрас. — Ты ляг на свою кровать, — сказала Лиза. — Тебе будет неудобно. — Мне удобно, — ответила Женя. — Я хочу быть рядом. Она взяла руку Лизы в свою и поцеловала её пальцы. — Я так тебя люблю, — прошептала она. Лиза почувствовала, как по телу разливается тепло. — Я тоже тебя люблю, — ответила она. Они уснули, держась за руки. Женя так и осталась сидеть на полу, прислонившись головой к кровати Лизы. Ночью Лиза проснулась от того, что ей стало холодно. Она пошевелилась, пытаясь натянуть одеяло, и почувствовала, как Женя вздрогнула. — Ты замёрзла? — спросила она сонным голосом. — Немного, — призналась Лиза. Женя поднялась и, не спрашивая разрешения, забралась к ней на кровать. Она легла рядом, обняла Лизу и притянула к себе. — Так теплее? — спросила она. — Теплее, — прошептала Лиза. Она повернулась к Жене лицом и уткнулась носом в её шею. Женя пахла цитрусом и чем-то родным. — Я скучала по этому, — тихо сказала Лиза. — Я тоже, — ответила Женя. — По твоему запаху. По твоему теплу. По тому, как ты дышишь во сне. Она поцеловала Лизу в макушку. — Спи. Я буду охранять твой сон. Лиза закрыла глаза и уснула. Впервые за два года — спокойно, без кошмаров, без тревоги. --- Утро четвёртого дня. Лиза проснулась, чувствуя, что боль в ноге почти утихла. Она открыла глаза и увидела, что Женя всё ещё лежит рядом, обнимая её за талию. Их ноги переплелись, руки лежали друг на друге, и Лиза поняла, что они спали так всю ночь. — Доброе утро, — прошептала она. Женя завозилась и открыла глаза. Она улыбнулась сонной, тёплой улыбкой. — Доброе, — ответила она. — Как нога? — Лучше, — улыбнулась Лиза. — Почти не болит. — Отлично. Тогда я пойду завтрак принесу. — Не надо, — перебила Лиза. — Я хочу, чтобы ты осталась. Она погладила Женю по спине, и та придвинулась ближе. — Хорошо, — прошептала Женя. — Я останусь. Они лежали в обнимку, глядя, как солнечные лучи скользят по полу. За окном пели птицы, где-то шумела команда, но здесь, в этой маленькой комнате, был их собственный мир. — Знаешь, — сказала Лиза, — когда я упала и увидела, как ты бежишь ко мне, я поняла одну вещь. — Какую? — Что я никогда не переставала любить тебя. Даже когда ненавидела. Даже когда убеждала себя, что мне всё равно. Я просто... не могла себе признаться. Потому что если бы я призналась, мне пришлось бы жить с этой болью. А я не хотела. Я хотела забыть. Женя приподнялась на локте и посмотрела на неё. — А теперь? — А теперь я не хочу забывать, — улыбнулась Лиза. — Я хочу помнить. Каждое мгновение. Хорошее и плохое. Потому что это сделало нас теми, кто мы есть. Она потянулась и поцеловала Женю. Медленно, нежно, так, как не целовала никого за последние два года. Это был не просто поцелуй — это было обещание. Обещание быть рядом. Обещание не убегать. Обещание бороться. Женя ответила на поцелуй, прижимаясь к ней всем телом. Её руки скользнули по спине Лизы, пальцы запутались в её волосах. — Я люблю тебя, — прошептала Женя в губы Лизы. — Я так сильно тебя люблю. — Я знаю, — улыбнулась Лиза. — Я тоже. Они целовались, не обращая внимания на боль в ноге, на шум за окном, на мир, который продолжал существовать где-то там, за стенами этой комнаты. Внутри Лизы было тепло. Спокойно. Хорошо. Она знала, что это только начало. Что впереди их ждёт ещё много работы — над доверием, над страхами, над прошлыми обидами. Но она знала и другое: они справятся. Потому что они — парные бывшие. И они решили стать парными настоящими.