Разбитые мгновения

По ощущениям прошло минут тридцать, может, и больше. Повреждённая лодыжка начала ощутимо тянуть, но Гермиона внимательно следила за каждым поворотом мотоцикла Блэк. То, как ловко та управляла таким весомым аппаратом, удивляло: она словно не чувствовала габаритов. Даже машина Гермионы иногда выкидывала сюрпризы, но Блэк со своим мотоциклом слились воедино, рассекая воздух. Наконец они завернули на площадку — довольно просторную. Грейнджер остановилась подальше от всего сбора машин и байков — внушительнее, чем мотоцикл Блэк. Атмосфера устрашала: весь лоск комплекса «Мидтоун» стёрло, словно его и не было около часа назад. Не сказать, что люди внушали страх; больше напрягало нахождение на отшибе. Гермиона не решалась выйти из машины. По крайней мере, в любой момент она могла моментально завести двигатель и уехать. Стук в водительское стекло заставил вздрогнуть. Повернув голову, она увидела картину: самодовольная ухмылка хищника, будто он поймал добычу в клетку; противный взгляд, но уже знающий, куда надавить и как всё использовать в свою пользу. Зализанные белоснежные волосы. Глаза Гермиона разглядеть не успела: она увидела Беллатрикс, которая уверенно приближалась к нему, что-то говоря. От этого мальчишка вскинул руки, словно сдавался, и быстро отошёл к компании. «Видимо, она всем тут управляет», — пронеслось в голове Грейнджер, прежде чем дверь бесцеремонно распахнулась. Внешний воздух ворвался внутрь — смесь грязи, резины, бензина и чего-то непонятного. Подняв взгляд, Гермиона посмотрела в глаза напротив: в них был интерес, азарт. — Кажется, я сказала тебе не лезть туда, куда не просят. Голос был не злым. Наоборот, слишком спокойным и добрым — это пугало больше всего. Телефон разрывался от сообщений. «Ты где?» «Если тебя утопили, дай знать». «Грейнджер, я выпросила перерыв, чтобы поговорить, где тебя носит?» «Гермиона, если не ответишь, я вызываю ОМОН, а связи у меня есть, ты знаешь». «Всё, отбой. Я поняла, где ты. Хорошо провести время». Следом последовало пересланное фото от Вивиан. Оно было сделано со стороны: на нём Гермиона сидит в машине, а над ней нависает Беллатрикс, держась руками за крышу и дверь «Приуса». — Мне нужно к подруге, Блэк. Я поехала. Хотела просто убедиться, что ты не разобьёшься по дороге. — С чего такая забота? Грейнджер сжала руль до побеления костяшек. Она сама не понимала, с чего вдруг поехала за ней, но знала одно, ей нужно было обяъснение. — Просто… тот ваш разговор с Нарциссой… — Гермиона не понимала, как спросить про этот момент. Хотела всё узнать, но, наверное, Блэк была права: это не её дело. — Забудь, хорошо? Если хочешь, можешь поприсутствовать тут, но молча. Ни с кем не разговаривай. Может, после расскажу. Не сейчас. Конечно, это зацепило. Поэтому Грейнджер уже сидела на капоте чужой машины, разглядывая людей на площадке. Все были как на подбор: кто-то в мотокостюмах, некоторые — словно шаблонные байкеры в косухах. Девушки стояли около машин в джинсовых мини-юбках. — Ну, привет, красотка. Как зовут? — Взгляд снова зацепился за белоснежную зализанную причёску. — Красотка не знакомится с мелкими. — Драко Малфой. Если ты с Блэк, значит, и с мамой моей знакома. Тут в голове всё сошлось: вот почему он ушёл сразу, как только Блэк начала подходить к машине. — Ну конечно… — Так как тебя зовут? — Малфой, отвянь. Иначе матери скажу, что ты пиво сидишь тут пьёшь. Драко выдохнул резко через нос и, приподняв бровь, оглядел Гермиону, обойдя прижал её телом к капоту машины. Хоть он был немного младше Грейнджер, телосложение у него было крупным. — Драко, отойди по-хорошему. — Я люблю играть по-плохому. Мать ничего не сможет сделать, а отец… Да, собственно, ему жизнь моя не интересна. — Драк, гормоны угомони, иначе их вырву и почтой отправлю вам на ужин. Я знаю, что он у вас по расписанию, — донёсся рык сзади. После этого Драко отстранился и отошёл. Блэк стояла, скрестив руки на груди, но уже сидела на мотоцикле. От этого вида всё внутри перевернулось. Натянув подшлемник, она кивнула в сторону мотоцикла, подзывая подойти. Гермиона, оглядывая всё с опаской, зашагала в её сторону. По крайней мере, она хотя бы была знакомым человеком среди всех остальных. — Хочешь покататься на действительно хорошем транспорте? Без вот этой фальшивой безопасности? — Блэк произнесла это уверенно, натягивая шлем с открытым визором. Глаза горели опасным огнём. Ладони легли на грипсы; правая рука привычным движением легла рядом с блоком кнопок. На левой стороне руля — переключатель света и крупная оранжевая клавиша аварийки. Всё было сделано так, чтобы управлять этим зверем, не теряя ни секунды. И Беллатрикс знала: ей хватит одного движения, чтобы в случае чего зажать нужную кнопку. — Но у меня нет шлема и экипировки. Вдруг… — Господи, ты всегда такая? Шлем можешь у Драко одолжить — он явно будет не против. А экипировка не нужна: я знаю, что делаю. Травму точно не получишь. Не успела Гермиона что-либо сказать, как рядом материализовался Малфой, держа шлем за застёгнутые ремни. Он протягивал их так же обыденно, словно делился порцией сэндвича. Грейнджер, поблагодарив, забрала шлем и ещё минуту разглядывала пластик: изумрудный цвет, который было видно даже издалека, идеально отполированная поверхность. — Только не говори, что ты шлемы ни разу не носила до этого, — с издёвкой произнесла Блэк, убирая ладони с руля и размещая их поверх топливного бака, около крышки. — На деле предпочитаю кататься на машине. К мотоциклам доверия нет, особенно таким. — Так, понятно. Принцесса машинного отдела, иди сюда. — Блэк слезла с «Триумфа» и, поставив подножку, развернулась к Грейнджер, помогая той надеть шлем. Пальцы случайно цепляли скулы и щёки, которые тут же налились румянцем. — Спасибо. — Ага. Так, в общем, держишься за пояс, ноги — на подножках, вот здесь. — Блэк указала на специальные выступы задней части байка. — При повороте не убирай ноги, даже если тебе сильно хочется показать свой ум или перехватить контроль. — А если начнём падать? — Грейнджер, мы начнём падать, если ты не приткнёшься ко мне вплотную и будешь менять траекторию мотоцикла. Постарайся просто почувствовать эту грань, где нужно выключить свою голову и довериться. Гермиона кивнула и села следом за Беллатрикс — второй, но держа дистанцию, что начало раздражать ту. — Ближе, Грейнджер. Кусать я тебя не буду, уж точно. От того, что Гермиона сделала движение вперёд лишь на миллиметр, Беллатрикс схватила её за запястья и потянула вперёд, заставляя прижаться к спине. Следом расположила руки Гермионы так, как требовалось. — Сидишь так. Только расслабься. — Это сделать сложно. Ощущение, что я сейчас упаду. — Грейнджер, мать твою, расслабься! Мы не в постели, чтобы ты боялась даже дышать. Давай, успокойся. Немного проедем по площадке, потом — на трассу, если выдержишь, погоняем. В конечном итоге, выровняв дыхание, Грейнджер заставила себя немного успокоиться. К тому же Беллатрикс казалась той, кто знает о «Триумфе» и его повадках от и до. Пару раз Гермиона услышала отборные маты после того, как попыталась убрать ногу с подножки и попытаться контролировать ситуацию. Но в конечном итоге поймала волну. — Умничка, Грейнджер. Теперь выезжаем на трассу. Эти слова заставили Гермиону прижаться сильнее. Выехав с площадки, поначалу скорость была не сильно большой, но постепенно набирая обороты вскоре летели со скоростью 220 км/ч. Руки Грейнджер сильно напряглись, обвивая талию Беллатрикс. Хоть и через мотокостюм было очевидно: ей больно, но она не сказала ни слова. Через визор был виден лишь закат; ветер развивал волосы Гермионы. У водителя же они были спрятаны под подшлемником и курткой — довольно плотной, со специальными вставками. По итогу остановку Блэк решила сделать около пляжа. Стянув шлем вместе с подшлемником, она пошла по песку к озеру. Гермиона заприметила довольно старый дом, почти развалившийся от влажности. — Я не совсем понимаю, как мне сейчас обращаться к тебе, — произнесла наконец Гермиона, снимая шлем самостоятельно и аккуратно располагая его на сиденье мотоцикла. — Но можешь объяснить, что происходит? Если не про вас с Нарциссой, то почему ты делаешь вид, что мы не знакомы, но сейчас провела инструктаж по тому, как правильно сидеть на мотоцикле, и привезла сюда? Вместо ответа Беллатрикс молча смотрела на водную гладь, абсолютно не заинтересованная в разговоре. — Вот опять. Ты снова игнорируешь. Я ничего не понимаю! — Грейнджер, я же сказала не лезть туда, куда не стоит. Думаешь, почему я тебя привезла сюда? Та огляделась: на пляже не было людей, что сильно напрягало. Особенно когда Блэк резко повернулась. Зрачки были практически полностью увеличены — Гермиона списала это на адреналин от скорости. Но медленная походка, которая душила без физического контакта, заставляла отходить. Была бы возможность, Гермиона начала бы играть в прятки, но бёдрами упёрлась в бак мотоцикла. — Людей нет, камер тоже. Мне не сильно нравится, что ты внезапно появилась. Не люблю таких любопытных людей. — Оскал Блэк не сулил ничего хорошего. Она давила словами, психологически, но не трогала — это было самое ужасное. — Ты сама ко мне подошла около клиники. Тоже, знаешь ли, не особо приятно получать заботу, а следом — мат, причём непонятно за что.-Гермиона перевела взгляд на мотоцикл. Железо остывало медленно, словно не хотело расставаться с яростью скорости. Грейнджер смотрела на тёмный силуэт мотоцикла и чувствовала: даже неподвижный, он оставался опасным. — То была показательная вежливость, Гермиона. А теперь слушай: едем обратно. Одна парная гонка, и ты увольняешься, сказав, что условия не подошли. Тебе ясно? — Нет, Блэк, это ты послушай.— Гермиона указательным пальцем ткнула в углубление между грудей, - никто не будет делать так, как хочешь ты, только потому, что ты морально пытаешься задавить каждого, кто делает не так, как тебе требуется. Она продолжала тыкать пальцем при каждом слове делая акцент, но Блэк перехватила руку за запястье, притянув её к себе. Второй рукой скользнула по талии. Дистанция между их лицами стала ничтожно мала. Но сокращать её сильнее никто не собирался. — А теперь слушай сюда: мы поедем туда, и ты исчезнешь из комплекса. Ясно? Иначе скажу Драко устроить тебе неприятности. Поверь, он может это сделать. Теперь сядь на мотоцикл, и поедем. — Исчезну из комплекса, когда сама захочу, Блэк. Можешь кем угодно управлять, но не мной. Бровь той дёрнулась, и на лице растянулась усмешка. Она не сулила ничего хорошего. Но, по крайней мере, пока что поединок Гермиона выиграла. Война ещё впереди. Натянув шлемы, обе сели обратно на мотоцикл. Площадка встретила уже спокойнее. Мотор одного из байков уже ревел. Передним колесом он стоял на линии старта — её вывели вручную белой краской, и, судя по всему, в алкогольном опьянении, так как вместо слова «Старт» буквы сложились в слово «Страт». Гермиона вцепилась в Блэк так, словно от неё сейчас зависела жизнь. Хотя, по сути, так и было. Она ненавидела себя за то, что всё ещё не уехала домой, а сидит на старте гоночной трассы. Впереди — Беллатрикс, которая делает вид, что Гермиона — никто и звать её никак. Слева сидел довольно крупный мужчина. Экипировка была не сильно дорогой, но прочной. Сзади него сидела обычная девушка с русыми волосами — совершенно не заинтересованная в происходящем. Но, услышав объявление о гонке, она поспешно затянула волосы в хвост и натянула шлем, оставив глянец за пределами байка. Перед стартом Беллатрикс похлопала Гермиону по бедру. — Держись крепче за подножки и сама не улети. Помнишь, что говорила перед выездом на трассу? Ничего не изменилось. Гермиона кивнула. Прозвучал обратный отсчёт: «Три… Два… Один…» Впереди парень держал флаг: быстро поднял вверх и тут же опустил вниз — резкий жест, и гонка началась. «Триумф» рванул с места. Огромная машина, вопреки своей массе, метнулась вперёд с пугающей стремительностью. Гермиона на миг зажмурилась, а потом распахнула глаза, чувствуя, как адреналин обжигает вены. Беллатрикс закладывала вираж, и мотоцикл, огромный и неповоротливый на вид, становился послушным. Грейнджер чувствовала её напряжение, но ничего не говорила. Второй байк не отставал. Крупный мужчина гнал напролом, агрессивно срезая углы. Девушка позади него вжималась в его спину, но не от страха: она была частью этого движения. Сразу было понятно, что участвует не в первый раз. Её русые волосы почти исчезли в вихре ветра, превратившись в размытую полосу. Трасса петляла между заброшенных ангаров. Бетонные стены мелькали по бокам. Гермиона держалась изо всех сил, чувствуя, как под ними вибрирует металл, как воздух рвётся на части о корпус мотоцикла. Соперники шли бок о бок; их байки почти касались зеркалами. Крупный мужчина пытался выдавить «Триумф» с траектории, но Беллатрикс только ухмылялась и, напротив, бросала мотоцикл ещё глубже в поворот. В этот момент она была не просто гонщицей — она была стихией, которую невозможно остановить. И когда финишная прямая наконец показалась, Беллатрикс выжала из «Триумфа» всё, на что он был способен. Мотоцикл взвыл и пересёк черту первым — с отрывом в полкорпуса и с ощущением, что они не просто выиграли гонку, а бросили вызов этому вечеру. Блэк выжимала тормоз медленно и плавно. Проехав ещё немного, она вовсе остановилась. Подняв визор, обернулась в полкорпуса к Гермионе. — Ты держалась хорошо. Но это не отменяет того, что я тебе говорила: ты лезешь не туда, куда нужно.