Разбитые мгновения

Дом Блэков был сильно просторным. При входе слева виднелся диван напротив телевизора, а по сторонам, друг напротив друга, стояли два кресла. Проходя вглубь, можно было увидеть обеденный стол. Справа от двери — лестница, ведущая на второй этаж. Если пройти внутрь и свернуть направо, открывалась полноценная зона для готовки — довольно большая. Казалось, там всё стояло по линейке. Несмотря на, казалось бы, богатство Беллатрикс, тут было очень уютно и минималистично, без лишнего лоска. — Мне не очень комфортно вот так врываться, учитывая, что знаем друг друга только день… — Гермиона, угомонись. Учитывая обстоятельства, это лучшее, что я могу сделать. Беллатрикс кинула ключи на тумбочку в прихожей, снимая обувь и проходя внутрь. — Ты голодная? — Нет, спасибо. Блэк пожала плечами и посмотрела на переноску. — Может, отпустишь бедное животное? — А, точно, прости… — Грейнджер нервно начала расстёгивать молнию переноски, стоявшей на полу. Луна сразу вылезла и, осмотревшись, побежала к Беллатрикс. — Она обычно людей не любит… Белоснежная кошка крутилась вокруг неё, пока Блэк не взяла её на руки. Улыбка, которая появилась на лице той, была абсолютно доброй и нежной. Это выражение было полной противоположностью той Беллатрикс, которая стояла на площадке в комплексе, — совершенно не устрашающее, обычное. — Не смотри так. Животное не виновато в том, что её хозяйка любопытная. — Это Луна. — Слушай, Грейнджер, мне насрать. Спать будешь на втором этаже, комната справа — твоя, всё необходимое там есть. Если что-то нужно — зови. — Хорошо. Доброй ночи. — Гермиона поднялась на две ступеньки вверх и остановилась, оглядываясь на Беллатрикс. — Хотела ещё сказать спасибо — тебе и Нарциссе тоже. Не каждый поедет к той, кого знает день. — Нарцисса видит порой больше, чем кто-либо. Иногда замечает даже такое, о чём ты сам узнаешь через время. — Блэк отпустила кошку и оперлась бёдрами на спинку дивана. Повисла оглушающая тишина. Кошка обследовала дом, обнюхивая каждый уголок. Это был единственный участник жизни, которому неважно, кто с кем спорит и у кого день не удался. Она жила по своим правилам, даже если они противоречили правилам хозяйки. — Прости, что я грубо к тебе обращалась. — Фраза, от которой должно было стать легче, но сейчас наоборот тяжелее. — У тебя были свои причины. Я не виню тебя, Блэк. — Нет, я не должна была так делать. — Беллатрикс провела по лицу рукой. Затем обратно устроила её на спинку дивана, опираясь на ладони. Кошка устроилась на кресле, давая понять, что никто уже туда не сядет: это её личное пространство. Грейнджер спустилась с двух ступенек, на которые успела подняться, и встала около Блэк. Молчание сейчас действовало лучше любых слов. Завтра был выходной, по крайней мере у Гермионы: старшая медсестра построила график так, чтобы та могла спокойно адаптироваться под режим. Блэк же была сама себе хозяйкой и назначала расписание так, как хотела сама. Сейчас, при тусклом свете дома, чёткое лицо Беллы выглядело действительно уставшим. Только она сама знала, что происходит. — Ты смотришь на меня так, будто ждёшь, что я сейчас начну исповедоваться. Не начну. У меня плохо выходит. — Конечно, она заметила изучающий взгляд Гермионы. — Просто пытаюсь понять, как в тебе уживаются все твои… — Она помолчала, не зная, как правильно выразиться. — Личности, если можно так сказать. — Защитный механизм. Меда всегда давала подзатыльник, если я скрывала от неё что-то. Потом она просто уехала. — Меда — это?.. — Средняя сестра, но для нас она была как старшая. По крайней мере, всегда вела себя так. — Беллатрикс обхватила себя за предплечья, будто обнимая, защищаясь от мира. — Она первая пошла против отца, потом Цисси вышла замуж, а я… — Всё ещё не можешь убежать, поэтому уничтожаешь себя медленно и беззвучно, хоть и в своем доме, но под контролем.. Блэк посмотрела ей в глаза. Видно было множество вопросов. Она была удивлена тому, что Гермиона говорит спокойно, без осуждения, и читает всё словно книгу.Беллатрикс выдохнула, ей нечем было крыть, она не хотела рассказывать лишнее. — Так, ладно. Иди спать. Утром обсудим всё на свежую голову. Доброй ночи, Грейнджер. — Блэк звучала непривычно мягко. — Доброй ночи, — Гермиона убедившись, что всё более-менее в порядке, поднялась по лестнице, взяв кошку с собой. Она зашла в комнату. Запах свежести преследовал Гермиону с порога, но тут ощущалось что-то большее. Похоже, эта часть дома была гостевой — туда хозяйка не ходила без надобности. В окно виднелся город и задний двор, на котором расположились две лежанки и бассейн. Луна начала изучать новое пространство, но, так как комната была маленькой, через пять минут уже лежала на кровати, куда следом легла Гермиона, оглядывая белый потолок. Ночью пару раз она просыпалась от грохота снизу, забываясь, что ночует не у себя дома. Ближе к трём утра, не выдержав, спустилась вниз. Было слишком тихо. Из панорамного окна, выходящего на задний двор, виднелся деревянный стол и два стула, которые не были видны со второго этажа. На одном из них сидела Беллатрикс. Судя по всему, в кружке в её руках был чай или что-то подобное: в прохладе утра поднимался пар. Аккуратно задвинув одну сторону двери, Гермиона шагнула вперёд, чувствуя холод пяткой и лёгкую влажность от уже утренней росы. Медленно она подошла к столу. — Блэк? — тихо позвала Гермиона, но в ответ было молчание. Подойдя к Беллатрикс, она положила руку на плечо. — Всё в порядке? — Если скажу, что всё в порядке, не поверишь же. Тогда зачем спрашиваешь? — Та наконец подняла взгляд. — Да всё катится к чертям. Сказала бы, чтобы ты тоже катилась туда со своими вопросами, но не буду. — Белла… — Не называй меня так. Блэк, Беллатрикс, тварь бесчувственная, но не Белла, хорошо? Грейнджер молча убрала руку с плеча Блэк и села на стул рядом, давая понять, что никуда не уйдёт без нормального разговора. А та лишь отпила кофе, аромат которого чувствовался, даже когда просто стоял рядом. — Я не понимаю, что ты пытаешься узнать. Почему тебя отталкиваю — я тебе сказала. Остальное как будто бы и не касается. — Беллатрикс поставила кружку на стол и провела пальцами по краям. — О Нарциссе… Да она и без долгих уговоров выдаст всё на блюдечке сама. У неё и спрашивай. Гермиона смотрела на бассейн молча. Не осуждая, просто была слушателем. — Знаешь, — продолжила Блэк так словно тот самый кран, который вечно подкручивали на скорую руку, наконец сорвало. И теперь чинить его некому, — хуже всего не когда всё рушится, а когда пытаешься усердно делать вид, что всё в порядке. Но на деле тебя разбили на осколки. Беллатрикс резко запрокинула голову, будто прогоняя слёзы, и несколько раз сжала челюсть, не позволяя себе сломаться окончательно. — Можешь рассказывать что хочешь. Обещаю, это останется со мной. Я правда никому не расскажу. — Не надо жалости. Пробовали — не помогло. — Нет, Блэк, я не собираюсь жалеть. Не понимаю в полной мере, но примерно представляю, каково это — прятать все эмоции в карман, улыбаться за столом, говоря, что всё в порядке, когда жизнь то и дело набрасывает дерьма. — Гермиона поджала губы и нервно задёргала ногой. — Все твердят: замуж, дети, нормальная жизнь. А ты стоишь, будто ребёнок с ободранной коленкой, а в голове мысль: пойти, что ли, повеситься… — Ну, не настолько депрессивно, Беллатрикс. Это перебор. — Гермиона услышала смешок со стороны. На лице Блэк была улыбка — лёгкая, но заметная. Та смотрела в небо. Грейнджер молчала и не подкалывала, чтобы не испортить момент. Обе понимали все без слов, но никто не произносил ничего вслух, на сегодня разговоров хватало. — Если бы мне сказали, что я буду сидеть тут с тобой и разговаривать по-человечески, утопила бы в бассейне, кто бы ни был. — Наконец проговорила Блэк и, помотав головой, встала, оставляя кружку с недопитым кофе на столе. — Долго не сиди. Нам завтра ещё разбираться, какой чёрт решил тебя подкараулить. Правда, ещё от Цисси надо дождаться видео с заправки. В общем, доброй ночи. Гермиона взглядом проследила за ней, пока та не ушла в комнату. Когда по телу пробрал холод, она встала и зашла в дом, по пути захватив кружку со стола. Быстро пройдя на кухню к раковине, она сполоснула её и поставила на место — ровно, по линии, будто возвращая в этот дом хоть каплю порядка. Потом поднялась обратно в комнату на втором этаже. Луна даже не шелохнулась и словно не заметила, как Грейнджер уходила. Кровать успела остыть за время её отсутствия, но это даже помогло быстрее уснуть. Спокойствие — это всё, что сейчас присутствовало тут. Преследование, разборки и загадки остались на завтра. Не сегодня. Не в данный момент.