Разбитые мгновения

Первое, что Гермиона почувствовала, проснувшись, — это тяжесть. Тёплую, пушистую, нагло устроившуюся поперёк её грудной клетки. Луна лежала, вытянув лапы, и смотрела на неё так, будто сама идея вставать до полудня была для неё личным оскорблением. — Ты вообще знаешь, что такое личные границы? — хрипло пробормотала Гермиона. Луна моргнула, словно говоря: «А ты знаешь, что такое завтрак?» С этим взглядом спорить было невозможно. Гермиона села, потянулась и замерла, прислушиваясь к дому. Тишина была не мёртвой, а живой: где-то внизу щёлкнуло — будто кто-то открыл ящик. На тумбочке лежала её одежда, аккуратно сложенная. И это тоже было странно: переодевшись ночью, она бросила вещи на стул, не заботясь о том, что ткань помнётся. Луна спрыгнула первой, приземлилась бесшумно и тут же пошла к двери, оглядываясь и мяукая, словно говоря: «Ну? Чего сидишь?» Белый пушистый комок хоть немного разбавлял утреннюю неловкость. Внизу пахло кофе и ещё чем-то… подгоревшим. Совсем чуть-чуть, но этот запах противоречил всему идеалу дома. Беллатрикс, видимо, сильно задумалась, раз допустила такое. Гермиона остановилась на последней ступеньке, не решаясь пройти на кухню. Луна не знала таких сомнений: она ворвалась первой, как главнокомандующий, и тут же начала тереться о ножку стула, издавая звук, похожий на работу маленького мотора. Беллатрикс стояла у плиты в тёмном халате. Пояс был затянут чуть туже, чем нужно, будто она пыталась собрать себя в узел. В руке она держала лопатку и, кажется, уже минут пять просто водила ею по пустой сковороде. — Если ты пытаешься поджарить воздух, у тебя не очень выходит, — тихо сказала Гермиона, прислонившись плечом к стене. Беллатрикс вздрогнула — совсем чуть-чуть, но этого хватило. Она резко опустила лопатку, будто пойманная на чём-то постыдном, и повернулась. — Не подкрадывайся. — Я и не подкрадывалась. Я думала, ты заметила Луну. И правда: кошка сидела у ног Беллатрикс и требовательно смотрела вверх, будто решала, достаточно ли та сегодня заслужила её общество. — Она всегда такая… настойчивая? — спросила Беллатрикс, и в её голосе прозвучало что-то странное. Не раздражение, а почти восхищение. — Всегда, — улыбнулась Гермиона. — Если не покормить до восьми, она устраивает акцию протеста. Обычно в виде опрокинутой миски. — Понятно. Значит, мы на грани бунта. Она открыла шкафчик, достала пачку корма, и Луна тут же подпрыгнула, будто услышала гимн своей жизни. Пока Беллатрикс насыпала корм в миску, которую Гермиона захватила из дома, кошка тёрлась о её лодыжку, оставляя на ткани белые ворсинки. — Вот и корм пригодился. Купила его для кошки — недавно тут бегала рядом, но, видимо, её приютили, — Блэк встала и убрала пачку обратно в шкаф. — Прости, — сказала Гермиона, хотя не знала, за что именно извиняется: за кошку, за то, что пришла, за то, что вообще существует в этом доме. — За что? — Беллатрикс даже не посмотрела на неё. — За то, что у тебя есть животное, которое не признаёт иерархии? Да брось. Тут и без неё хватает тех, кто делает вид, что я не главная. Гермиона хотела рассмеяться, но смех застрял где-то посередине. Потому что Беллатрикс сказала это почти спокойно, без привычной колючки. Кофе в турке начал подниматься, и Гермиона шагнула вперёд, не спрашивая разрешения. Взяла прихватку, сняла турку с огня и поставила на подставку. — Спасибо, — коротко сказала Беллатрикс. И снова не посмотрела. Но плечи её чуть опустились, будто с них сняли что-то тяжёлое. Луна, получив своё, села посреди кухни и начала вылизываться, как будто только что выиграла войну и теперь имела полное право праздновать. — Цисси прислала видео, — вдруг сказала Беллатрикс. Она не подбирала слова. Просто выложила это, как карту на стол. У Гермионы похолодели пальцы, но она не опустила взгляд. — И что там? — Да особо ничего: заезжаешь ты, уходишь в магазин, потом приезжает внедорожник, а потом уезжает. — А записка? — Какая записка? — Мне оставили записку, зажали дворником. — И что там было? — Кошка запрыгнула на столешницу и тыкалась влажным носом в ладонь Беллатрикс, требуя ласки. Та не сопротивлялась и гладила Луну, которая тут же закрыла глаза от удовольствия. — «Игра началась», — коротко произнесла Гермиона и увидела, как Беллатрикс сжалась. Рука, гладившая Луну, на секунду замерла, а потом снова задвигалась — будто Беллатрикс пыталась этим ровным движением вернуть себе контроль. Глаза её нервно бегали, но голос прозвучал ровно: — Я предполагаю, кто это может быть, но не уверена. Я поспрашиваю у своих, может, кто знает эту машину. А пока, Гермиона… — Имя прозвучало слишком мягко, непривычно. — Пожалуйста, не нужно геройствовать и искать. Лезете везде, а потом за вами разгребать. Она знала то, чего не знала Гермиона, — это было очевидно. — Хорошо, я не полезу, — тишина стала удушающей. Грейнджер вспомнила аккуратно сложенные вещи и решила зацепить эту тему, чтобы не молчать. — Кстати, ты заходила ночью? Блэк поначалу нахмурилась, пытаясь сделать вид, что не понимает вопроса, но Гермиона смотрела прямо в упор: ей просто хотелось убедиться, что это была она. — Да, мне нужно было… — Блэк замолчала, словно подбирая слова, хотя на деле и сама не знала, зачем зашла в ту комнату. — Хотела убедиться, что Луна с тобой. А то убежит на улицу — я буду виновата. — Если так, то зачем вещи сложила? — Слушай, Грейнджер, из-за тебя мой кофе остыл. С тебя компенсация в виде завтрака, — Беллатрикс посмотрела на неё снова с безразличием, вновь закрылась. Впрочем, Гермиона и не стала как‑либо комментировать это. За короткое время она успела понять: если Беллатрикс закрывается, от неё не вытащить ни слова. — Ладно, захочешь — сама расскажешь. Командуй, что делать? Раз завтрак тебе должна. — Так, хорошо. Первое правило: не мельчи лук, — скомандовала Беллатрикс, протягивая ей нож и немного отвлекаясь от темы разговора. — Он должен быть крупным, но не сильно. Как человек, который знает, куда идёт. — А если я не знаю? — тихо спросила Гермиона, водя лезвием по доске. Беллатрикс на секунду замерла, потом коротко бросила: — Тогда режь так, будто знаешь. Иногда это помогает. Луна прошлась между ними, как инспектор, проверяющий, всё ли идёт по плану, и задела хвостом пачку специй. Та чуть не упала — Беллатрикс поймала её в последний момент. — Вот видишь, — фыркнула она. — Даже кошка считает, что тут нужен порядок. Гермиона улыбнулась. Совсем чуть-чуть. И этого хватило, чтобы напряжение в плечах чуть ослабло. Они работали рядом, почти не сталкиваясь локтями, но чувствуя, как близко друг к другу стоят. Беллатрикс переворачивала что-то на сковороде, Гермиона раскладывала зелень, чтобы веточки лежали ровно. В этом было что-то успокаивающее: делать обычные вещи, когда мир вокруг становится всё страннее. — В детстве Меда заставляла меня стоять у плиты по часу, — вдруг сказала Беллатрикс. Голос прозвучал так буднично, будто она не делилась чем-то личным, а просто сообщала факт. — Говорила: «Если ты не научишься готовить, сквозняком унесёт, я рядом вечно не буду». Гермиона не подняла глаз, будто боялась спугнуть этот редкий момент откровенности. — И помогло? — спросила она осторожно. — Нет, — коротко ответила Беллатрикс и усмехнулась. — Но я научилась делать омлет, который не стыдно подать. Это уже что-то. — Это точно, — Гермиона наконец подняла взгляд. Беллатрикс жарила омлет так, словно делала это каждый день. — Он идеальный. — Кто? — Беллатрикс не уловила сути вопроса, но, проследив за взглядом Грейнджер, посмеялась совершенно обыденно. — А… Ты про омлет. Он не идеальный, явно есть изъян, просто его не видно. На телефон Гермионы внезапно прилетело сообщение. Она хотела взять и посмотреть, но стоило только потянуться, как Беллатрикс перехватила её руку за запястье — аккуратно, безболезненно. Она смотрела в глаза Гермионы; расстояние было ничтожно маленьким. Но тут же включилась, откашлялась и отпустила руку. — Давай разберёмся после завтрака. Кто бы ни был, не сейчас… — Грейнджер кивнула и убрала телефон подальше. На что Блэк, кажется, была удивлена. — Спасибо. По привычке Беллатрикс добавила немного красного перца в омлет. Разложив еду по тарелкам, девушки сели, перед этим приготовив новую порцию кофе. — Слушай, мне всё ещё неудобно. Я свалилась как кирпич на голову, да ещё и с кошкой. Я могу уехать, если… — Грейнджер! — резко отозвалась Блэк со злостью, роняя вилку на тарелку. Та звякнула так громко, что Луна подняла голову, но тут же снова легла, словно осознавая, что это базовый звук в этом доме. — Я сама тебя пригласила — это первое. У дома тебя могут караулить — это второе. Ну а в‑третьих, я могу знать того, кто это делает. Ты была на гонке, тебя видели, а для того контингента вычислить адрес и всё остальное проще простого. Беллатрикс вновь схватила вилку и стала есть раздражённо, но постепенно мурчание кошки и пушистая шерсть успокоили её, словно это была живая игрушка против стресса. Когда Гермиона откусила кусочек омлета, она закашлялась и поспешно запила его кофе, который успел немного остыть. Беллатрикс нахмурилась, поначалу не понимая, что произошло, но, глянув на свою тарелку, слегка посмеялась. Отпустив кошку на пол, она подошла к холодильнику, взяла новую кружку, налила туда молоко и протянула Гермионе. Та, без раздумий, поспешно отпила из кружки, сбивая остроту. — Прости, я туда по привычке острый перец добавила, — сказала Блэк, с улыбкой глядя на шокированное и раздражённое лицо Гермионы. — Ещё не привыкла, что в доме кто-то есть. Бывают гости, но на час — больше не выдерживают. Если нужно, я переделаю. — Блэк, успокойся, всё в порядке. Я не привыкла завтракать. Только после этой фразы Беллатрикс, кажется, немного подуспокоилась и села обратно. — Пахнет как у Вивиан в кафе, — произнесла Гермиона, делая глоток кофе и вдыхая аромат. — У Вивиан? Это? — Блэк аккуратно жевала, пока Луна устраивалась у неё на коленях. — Вивиан — моя подруга, в кофейне «Метрополис» работает. Беллатрикс нахмурилась и молчала, поглаживая кошку между ушами. — Это не та, которая вечно с улыбкой до ушей и пытается продать шесть пончиков за раз, скомбинировав всё с ванильным сиропом? Гермиона прыснула в кулак и кивнула. Описание было как раз про неё. — С ней возможно дружить? Она же… — Беллатрикс остановилась с полуоткрытым ртом, словно подбирая слова. — Да, она специфична, порой чересчур активна, но даже если ломает руку, продолжает жить так, будто через час мир исчезнет. Но в последнее время она молчаливая, — Гермиона улыбнулась, вспоминая её. В последнее время их общение сократилось до того, что они просто спрашивают, как дела.— Вижу, что что-то не так. Но вы с ней похожи: она лишний раз ничего не расскажет… Блэк молча слушала. Пару раз её рука дёргалась в сторону Гермионы, словно хотела коснуться, но она тут же отводила её, будто сама пугалась этого порыва. Остальная часть завтрака прошла довольно молча. Лишь Луна периодически мурчала, заполняя тишину. После завтрака Беллатрикс собрала посуду и начала её мыть. — Давай я помою, как-то… — Гермиона хотела сказать, что ей неудобно, но взгляд, который бросила на неё Блэк, заставил её захотеть действительно исчезнуть. — Стол протри, если уж заняться нечем, и сиди спокойно. Ты не обязана ничего делать. Выгонять не собираюсь, — Беллатрикс протянула тряпку Гермионе и продолжила мыть посуду. После уборки обе переоделись. Блэк дала Грейнджер одежду со словами: — Если ты нацепишь свою одежду, и за тобой следили не мои, они найдут тебя сразу. Беллатрикс сидела в кресле, листая что-то в телефоне, но, переведя взгляд на Гермиону, которая спустилась по лестнице, застыла. Голубая рубашка, которая была велика, заправлена в классические брюки, утянутые на талии ремнём. — Ощущаю себя так, будто у отца стащила одежду. У кого ты это украла? — Это мои вещи, — после этих слов Гермиона поджала губы и опустила взгляд, чувствуя себя неловко. Глядя на Блэк в тёмной футболке, которая облегала фигуру, и чёрных джинсах, нельзя было сказать, что она любила классику. — Тебе идёт. От этого комплимента Гермиона покраснела: за последний день она услышала от Беллатрикс много слов и фраз, которые, казалось бы, никогда не услышишь. — Я, кстати, посмотрела сообщение, которое приходило, — от этой фразы Блэк напряглась. — Вивиан писала, но… Я не поняла её. — Почему не поняла? — Вместо ответа Гермиона открыла сообщение на телефоне и, подойдя к Беллатрикс, повернула экран к ней. «Думаешь, спряталась? Думаешь, тебя не найдут? Уже. Не верь тому, кто говорит, что знает всё. Я не могу встретиться. Прости». Имя отправителя — Вивиан. — Это не похоже на неё, да и контакт не сохранён, — Гермиона открыла чат с Вивиан, но там этого сообщения не было. — Поддельный аккаунт. Человек знает, что ты с ней знакома, — чёрт, — Блэк ладонями схватилась за голову. Всё стало ещё запутаннее. — Нам нужно поехать к ней. Она сегодня на смене? — Если судить по последним её сообщениям в настоящем чате, то да, она работает. — Значит, поехали. Раз она так написала, скорее всего, знакома с теми, кто всё это устроил.