Запах вишни

Следующие четыре дня пролетели так быстро, что Севен почти перестал замечать время. Каждое утро, вечер и ночь он проводил рядом с Ноли. Поцелуи перед сном уже успели стать неотъемлемой частью их жизни. Иногда Севен ловил себя на мысли, что больше не спрашивает разрешения остаться у Ноли на ночь. Это стало настолько привычным, будто так было всегда. Вечером они лежали в кровати и уже который час смотрели сериал на телефоне, выбранный Ноли. Сам Ноли внимательно следил за сюжетом, а Севен давно потерял нить повествования и просто лежал, устроив голову у него на плече. В какой-то момент Ноли нахмурился. — Сев? — А? — Сегодня же четвёртый день? От тебя вишней пахнет. Севен вздохнул, но не сдвинулся с места. — Я-то уж думал, что сегодня пронесёт, — сказал он. — Но, видимо, не судьба. Ноли поставил видео на паузу и привстал. — Давай сразу новую поставим? Севен нехотя поднялся на локтях, уселся у стены, подтянул колени к груди и опустил голову. — Я… — он замолчал, зарываясь рукой в волосах. — Знаешь, я тут подумал, и, может… — Он поднял взгляд на Ноли. — Поставишь постоянную метку? Ноли дрогнул от неожиданности, отложил телефон и с удивлением посмотрел на Севена. — Постоянную? Ты шутишь? — Я серьёзно, — тихо произнёс Севен. Несколько секунд Ноли просто смотрел на него. — Ты уверен? Севен отвернулся, обхватив колени руками. — Ну, если честно, мне не очень нравится эта идея, — ответил он. — Не хочу быть зависимым от кого-то. — Тогда зачем? — спросил Ноли с искренним непониманием. Севен долго молчал, ёрзая на месте. — Потому что устал бояться, — наконец сказал он, крепче обнимая колени. — Бояться чего? — Того, насколько важным ты для меня стал, — тихо сказал Севен, так и не подняв взгляд. — За эти дни я понял одну вещь… Я уже не вижу своей жизни без тебя. Ноли не мог сказать ни слова. — Мне до сих пор страшно, — признался Севен. — Я боюсь того, что может произойти после метки. Боюсь стать зависимым, боюсь ошибиться. Но ещё больше я боюсь, что однажды рядом окажешься не ты. Я доверяю тебе больше, чем кому-либо другому. Он поднял взгляд. — Поэтому я хочу, чтобы это был ты. Ноли сидел напротив и смотрел на его дрожащие руки. Язык заплетался при каждой попытке заговорить, в горле пересохло. Минуту он только пытался убедиться, не снится ли ему всё это. — Севен… — Его голос был тише обычного. — Спасибо. Пододвинувшись ближе, он протянул руки к Севену. — За что? — спросил тот. — За то, что так доверяешь мне. Ноли притянул его к себе и крепко обнял. Севен не двигался, замерев от смущения. Он прижимался щекой к груди Ноли, слушая его учащённое сердцебиение, пока тот медленно не разжал руки. Ноли смотрел на него и не мог сдержать улыбки. От переполнявших эмоций он даже не заметил, как его собственный аромат стал сильнее, заполняя воздух вокруг и смешиваясь с вишнёвым запахом Севена. Почувствовав это первым, Севен вдохнул глубже. Он инстинктивно подался вперёд, сокращая и без того небольшое расстояние между ними. — Я никогда не замечал, что ты так приятно пахнешь… — почти шёпотом произнёс он. Ноли тихо усмехнулся. — Правда? И чем же? Севен вдохнул еще раз. — Как цветущий абрикос у нас под окнами, — ответил он с улыбкой. Ноли тихо рассмеялся. Из всех запахов на свете Севен сравнил его именно с тем, который любил больше всего. Он помнил, как каждый год Севен ждал, когда под окнами зацветёт абрикос. — Так приятно слышать это, — сказал Ноли. Он положил руки Севену на плечи и осторожно уложил его на простынь. Тот смотрел на него с лёгкой улыбкой. В его глазах больше не было страха. От этого сердце Ноли колотилось так сильно, что становилось трудно дышать. Ноли навис над ним, но вдруг остановился. — Ты точно хочешь этого? — спросил он. — Точно, — ответил Севен. Прождав несколько секунд, Ноли кивнул и потянулся ко лбу Севена, едва коснувшись его губами. Он уже собирался отстраниться, но Севен вдруг сам подался вперёд, обвивая руками его шею. Их губы встретились в поцелуе, всё таком же неумелом, но не менее приятном. Севен чувствовал, как по телу проходит жар, скапливаясь внизу живота. Каждый раз, когда он думал, что привык к поцелуям с Ноли, его кожа снова и снова покрывалась мурашками. Первым отстранился Ноли. Совсем на немного. На его лице играла улыбка, от которой Севен не смог сдержать своего смущения и отвернулся. Ноли поцеловал его в висок и сказал: — Я сделаю всё, чтобы ты не пожалел о своём выборе. — Знаю, — шёпотом ответил Севен, не поворачиваясь. — Поэтому я и выбрал тебя. Ноли осторожно взялся за край его футболки и потянул вверх. Ткань медленно скользнула по телу, открывая живот, грудь и плечи. Ноли старался смотреть куда угодно, только не на Севена, но глаза каждый раз как магнитом притягивало к светлой коже. Севен вытянул руки, помогая Ноли, и через мгновение футболка уже валялась на другой стороне кровати. С трудом оторвав взгляд, Ноли перевернул его на спину и медленно подался вперёд, опираясь коленями на кровать по обе стороны от его бёдер. Он наклонился к открывшейся спине, выдохнув на неё, и заметил, как Севен едва заметно напрягся. Ноли коснулся его лопаток губами, осыпая бесчисленными поцелуями, и Севен постепенно расслабился. Довольный собой, Ноли улыбнулся и скользнул выше, проведя языком у основания шеи. Севен дрогнул и снова напрягся, будто всё ещё ожидал опасности, хотя прекрасно знал, что рядом с ним Ноли. Оставив поцелуй на влажном от слюны месте, Ноли медленно провёл руками вдоль рук Севена, пока не сжал его ладони в своих. Он коснулся зубами его шеи, собираясь укусить, и Севен вздрогнул. — Нет, подожди! — поспешно произнёс он, с трудом удержавшись от того, чтобы не вскрикнуть. Ноли тут же отстранился. — Ты всё-таки передумал? — спросил он. Но Севен только покачал головой. — Нет, просто… — он замолчал, собираясь с мыслями. Ноли терпеливо ждал, не двигаясь. Севен сглотнул и почти шёпотом сказал: — Я хочу, чтобы это произошло не так. — А как? Севен сильнее сжал ладонь Ноли, чувствуя, как сильно горят его щёки. — Как у пары, — ответил он наконец, с трудом заставив себя произнести это вслух. Ноли не произнёс ни звука. Тишина длилась так долго, что Севен уже начал жалеть о своих словах. Но потом Ноли отпустил его ладонь и, устроив руку на его талии, осторожно обнял. — Хорошо, — тихо сказал он, уткнувшись носом в волосы Севена. — Тогда пусть будет как у пары. Прикрыв глаза, он поцеловал его в затылок. Но несмотря на свой ответ, Ноли совершенно не понимал, с чего начинать. Мысли в его голове путались, сладкий вишнёвый запах, казалось, уже впитался в кору головного мозга, затрудняя мышление. Но он не позволял инстинктам взять над собой верх. Ноли не знал, сколько времени уже лежал без движения, пока Севен не кинул на него обеспокоенный взгляд через плечо. Ноли медленно сполз с него, уселся на колени и, вздохнув, неуклюже стянул с себя футболку, будто делал это впервые. Откинув её туда же, где давно лежала футболка Севена, он взялся за штаны, постоянно поглядывая на него. Сам Севен несколько секунд собирался с духом, а потом начал неторопливо снимать с себя одежду сам. Мысль о том, что этим бы занимался Ноли, смущала его до жути. Он возился с одеждой около пяти минут, не решаясь снять последнюю вещь. Ноли уже давно сидел у него за спиной и ждал. Сделав глубокий вдох, Севен повернулся к нему, фыркнув: — Отвернись. И тот послушно развернулся к нему спиной. Севен бормотал себе под нос: «Зачем я вообще это сказал? Может, прекратить всё?» И всё же последняя вещь оказалась в кучке других. Он лёг на живот, прикрыв красное от смущения лицо руками, и тихо сказал: — Всё. Позади зашуршала простыня, а затем кровать продавилась под весом Ноли сбоку от бёдер Севена. Севен ощущал тепло Ноли, его феромоны, и в голове промелькнула неожиданная мысль: «Я действительно доверил это ему. И почему-то совсем не боюсь». Несколько минут Ноли смотрел на Севена перед собой, не отводя взгляда. Он никогда не думал, что что-то подобное может произойти где-то за пределом его фантазий. Но сейчас, вытянув руку к манящему его телу, пальцы уткнулись в кожу, а не в пустоту. Он не отступил, провёл руку дальше, доходя до позвоночника, и почувствовал под пальцами лёгкую дрожь. На секунду показалось, что запах вишни стал резче. Наконец Ноли сдвинулся с места. Он упёрся руками в кровать по обе стороны от плеч Севена и с наслаждением вдыхал его феромоны. Он рассматривал его спину, руки, которыми он закрывал лицо, замечал его быстрое дыхание. Всё это наполняло Ноли каким-то странным умиротворением. Перед ним правда был Севен, который доверился ему и выбрал именно его. Ноли лёг на его спину и, чуть погодя, осторожно вошёл. Севен ахнул и сжался, вцепившись в простыню. Странное чувство наполненности внутри сводило его с ума. Ноли остановился на мгновение, давая привыкнуть, а потом взял его за руки, развёл их в стороны и переплёл пальцы, сжимая крепко, чтобы Севен чувствовал его. Он никуда не спешил. Часто касался губами его виска и шеи, продолжая крепко держать за руки. Севен лишь жмурился и сильнее цеплялся за его ладони. Ощущения постепенно переставали казаться такими непривычными, а осторожность Ноли начинала надоедать. Севену казалось, что тот переживает намного больше него самого. — Ноли, — кинул он через плечо. — Ты можешь больше не сдерживаться. Ноли замедлился и тихо сказал: — Но тебе может быть больно. — Не переживай об этом… — пробормотал Севен, вновь уткнувшись лицом в простыню. — Мне хорошо просто от того, что это ты. Ноли кивнул, больше для самого себя, и стал двигаться увереннее. Но стоило ему снова начать осторожничать, как Севен поворачивал голову через плечо и смотрел на него так, словно без слов напоминал: «Я же сказал не сдерживаться». Ноли всё же сдался. Чем увереннее он становился, тем сильнее ощущался запах Севена. Тот старался сдерживаться, но иногда с его губ всё же срывались тихие стоны, и Ноли понимал, что всё в порядке. Он больше не сдерживался и впервые за весь вечер позволил себе не думать. Где-то внутри него росло приятное ощущение, и он неосознанно понимал, что совсем скоро произойдёт что-то важное. Но стоило ему взглянуть на Севена, как мысли вновь стали яснее. Через вдохи он предупредил: — Я сейчас… укушу. Ноли замедлился всего на пару секунд, будто давая время передумать, но Севен лишь подставил свою шею, не сказав ни слова против, и сильнее сжал руки Ноли. Толкнувшись глубже, Ноли остановился и укусил Севена в шею. Тот выгнулся, и с его губ сорвался высокий, протяжный стон. Осознав это, Севен тут же замолчал от смущения. Он вздрагивал от боли, но она быстро смешалась с ярким чувством эйфории, перекрывая любой дискомфорт. Ноли долго лежал неподвижно, прежде чем начал ласково целовать укушенное место. Севен обмяк, пока по его телу разливалось спокойствие. Он даже не заметил, в какой момент уснул. Когда Севен вновь открыл глаза, за окном уже было светло. За спиной слышалось спокойное дыхание. Ноли не выпускал его из объятий даже во сне. Севен попытался выбраться, отползти, и вдруг осознал, что Ноли всё ещё находился внутри. Смущение сковало его, и он старался больше не двигаться. Слишком странными были эти ощущения. Ноли сильнее обнял его, шумно выдохнув, будто только что открыл глаза, и сонным голосом спросил: — Ты проснулся? Севен обернулся и нахмурился. — А ты как думаешь? И вообще, почему ты всё ещё… там? — спросил он с упрёком, взглянув вниз. — Не хотелось тебя отпускать. Уши Севена слегка покраснели, и он поспешно отвернулся. — Выйди… — тихо, но приказным тоном сказал он. Ноли слегка подался назад, и Севен ощутил, как внутри вдруг стало непривычно свободно. Он развернулся, уткнувшись лбом в грудь Ноли, и поднял на него взгляд. — Знаешь, я… — начал Севен, прикрыв глаза, — счастлив. Я никогда не думал, что стать парой будет так приятно. От услышанного у Ноли перехватило дыхание. Это звучало лучше любого признания. Севен привстал и потянулся к его лицу. — И я вдвойне счастлив, что моя пара — это ты. — Он плавно повёл руки к щекам Ноли. — Я люблю тебя. Ноли не успел ничего ответить, как Севен уже накрыл его губы своими. От поцелуя внутри разливалось тёплое, трепещущее чувство. Ноли прикрыл глаза и притянул Севена, отвечая на его прикосновения. Всё, чего он так долго хотел, находилось рядом с ним. Вдруг телефон Ноли, лежащий на тумбочке, зазвонил. Севен глянул на него одним глазком, но не спешил отстраняться, так же, как и Ноли. Но ни через пять гудков, ни через десять звонок не прекратился. Первым отстранился Севен, раздражённый таким настойчивым разрушителем атмосферы. Но увидев имя на экране телефона, он раскрыл глаза и подскочил, хватая устройство с тумбочки. — Босс! — приглушённо крикнул он, передавая телефон Ноли. Тот дрожащими руками схватился за него, прокашлялся, пытаясь выровнять голос, и нажал на зелёную кнопку. Ноли раскрыл рот, собираясь заговорить, но голос босса мигом донёсся из телефона, заставляя вздрагивать на каждом слове. — Какого чёрта ты и Севен не на рабочем месте?! Вы время видели?! Ноли мельком глянул на экран. 13:37. — Босс, я могу объясн… — Не можешь! Даже не начинай! Я уже слышал ваши объяснения! Его низкий, басистый голос пробирал до костей. Они оба молчали, пока босс тяжело не вздохнул. — Чтоб через двадцать минут оба были на месте! — Двадцать? Но нам ехать дольше… — Это уже ваши проблемы! В трубке что-то громыхнуло, будто кто-то стукнул кулаком по столу. — И если через двадцать минут вас не будет на месте… — Босс угрожающе замолчал. — Я вас точно уволю! Вызов завершился. Севен, всё это время неподвижно сидящий напротив Ноли, наконец зашевелился и издал короткий смешок. — Почему-то мне кажется, он нас не уволит, — произнёс он с ухмылкой. — Ага, уж сколько раз он грозился увольнением… Севен тихо хихикнул, но всё же пошёл собираться. Ноли последовал за ним. С тех пор каждый их день был наполнен радостью, счастьем и новыми пиздюлями от босса за очередной прогул. Уволить их он так и не смог. Как оказалось, найти людей, готовых работать за такую зарплату и выполнять столько обязанностей, было куда сложнее, чем терпеть Ноли и Севена.