Запах вишни

— Бросили кафе. Игнорировали звонки. Явились, как ни в чём не бывало. Босс сердито ходил кругами, держа руки за спиной. — А ведь ты, Ноли, ещё и лучшим работником зовёшься, — кинув на него взгляд через плечо, он разочарованно вздохнул. Ноли и Севен виновато опустили головы. — Извините, у нас правда были причины… — Не оправдывайтесь, — перебил босс, махнув рукой. — На первый раз увольнять не стану. Но случись такое ещё раз — мигом вылетите! От его тяжёлого, как металл, взгляда по спине прошёлся холод. Работники переглянулись и кивнули. — Мы поняли, — сказали они хором. Босс что-то проворчал себе под нос и пошагал к выходу, но остановился и обернулся. — Надеюсь, хоть с пользой время провели? — Он прошёлся глазами по лицу Севена. Севен дрогнул, но промолчал. Хмыкнув, босс ушёл. Дверной колокольчик проводил его звоном. Атмосфера в кафе сразу стала более приветливой и лёгкой. Ноли и Севен наконец смогли выдохнуть. — Да уж… — протянул второй, опустив плечи. — Теперь отрабатывать придётся. — Лучше спасибо скажи, что босс у нас такой понимающий, — бросил Ноли, возясь с кофемашиной. — Другой бы не стал сюсюкаться и сразу уволил. Опуская стулья со столов, Севен тихо соглашался. Закончив подготовку к открытию, он устало плюхнулся на стул, раскинув руки. Краем глаза заметил, как пристально Ноли следил за ним. — Чё? — спросил Севен. — Я как-то не так выгляжу? Ноли дёрнулся, взявшись протирать стойку, изображая занятость. — Всё с тобой в порядке, — ответил он, чуть улыбнувшись. — Я просто… радуюсь. Севен подался вперёд, с интересом глядя на Ноли. — Радуешься? Чему? — Тому, что ты наконец можешь быть собой, — ответил Ноли. Опустив взгляд, он добавил: — И ещё… ты пахнешь мной. Севен замер на миг, округлив глаза, а потом поспешно отвернулся, пытаясь скрыть вспыхнувшие от смущения щёки. — Звучит странно, — произнёс он, не поворачиваясь. — Но… почему-то приятно.

***

В первую же ночь Севен не смог уснуть у себя. Он ворочался, откидывал одеяло, снова укрывался. Мысли крутились одна за другой, но всегда возвращались к одному и тому же — к Ноли. К тому, как тот смотрел на него сегодня утром, к его голосу. К тому, как спокойно было на душе, когда он был рядом. Севен шумно выдохнул, перевернулся на другой бок, но сон не приходил. Чего-то не хватало. Или кого-то. Он потянулся к телефону, даже не глянув на время, набрал номер Ноли и ждал. Первый гудок в этой мёртвой тишине казался оглушительно громким. Второй — тише. От всех следующих Севен невольно напрягался. «Что, если он уже спит?» — думал он. Он уже сбился, какая по счёту пошла секунда, и вдруг из телефона послышался голос: — Алло? — Голос Ноли был хриплым, будто его только что разбудили. — Ты не спишь? Ноли зевнул, только потом ответив: — Нет, — и, помолчав, добавил: — А ты? — И я нет. — Севен замолчал, сжимая телефон в руке. — Можно я приду? В ответ — тишина. Он уже успел подумать, что Ноли заснул. — Жду, — наконец сказал тот.

***

Так прошли четыре долгих дня. Они засыпали рядом, вдвоём собирались на работу, вместе готовили. Севен уже и забыл, каково это — просыпаться в одиночестве. Но в конце четвёртого дня, когда они сидели на кухне и пили чай, Севен вдруг почувствовал, что с ним происходит нечто странное. — Я сейчас, — он резко встал и скрылся в спальне. Ноли не придал этому значения, мало ли, что бывает. Но вот уже полчаса прошло, а Севен так и не вернулся. Почуяв неладное, а точнее едва уловимый аромат вишни, Ноли пошёл за ним. Севен сидел на краю кровати, опустив голову, и трогал исчезающую метку на своём плече. Футболка валялась у него в ногах. Он даже не смотрел в сторону вошедшего в комнату Ноли. Тот подошёл к нему и сел рядом. — Снова течка? — спокойно спросил он, глядя на дрожащие руки Севена. Тот лишь кивнул и сцепил пальцы в замок на коленях. Взгляд Ноли упал на плечо Севена, на котором едва можно было заметить то, что осталось от метки. — Поставить тебе новую? — спросил он. Севен молча повернулся к нему спиной. Придвинувшись ближе, Ноли сразу ощутил, насколько сильный жар исходил от тела Севена. Он придержал его за плечи и, не мешкая, укусил в то же место, прямо поверх старого укуса. Севен прошипел от боли, выгибая спину, и сжал кулаки. Разжав челюсти, Ноли выдохнул на влажный от слюны след с кровавыми каплями и прошёлся поверх него языком. Севен дрогнул, ахнув от неожиданности. — Ты чё делаешь?! — спросил он почти вскриком, пытаясь отодвинуться от Ноли, но тот обвил его руками за талию, не позволяя отойти. Ноли прижался к его спине грудью, и Севен, почувствовав его тепло, больше не стал сопротивляться. Только тяжело вздохнул, когда Ноли в очередной раз лизнул метку. Отчего-то его прикосновения казались особенно приятными, унимая даже дрожь в теле. Вскоре Ноли прекратил, но всё ещё удерживал своей крепкой хваткой. Но чем дольше он находился так близко, тем сильнее Севен чувствовал странное тепло внизу живота. Когда оно стало совсем нестерпимым, он разжал руки Ноли и сказал: — Хватит тебе. Вцепился в меня тут как клещ. Ноли рассмеялся, с улыбкой наблюдая краснеющее лицо Севена. — А ты хотел, чтобы я просто укусил и ушёл? Не дождёшься. Севен быстро поднял футболку с пола, натягивая её на себя. — Мог бы и не вылизывать, — буркнул он, заваливаясь на кровать, и раскинул руки. Покачав головой, Ноли лёг рядом, глядя на него. Совсем скоро в голове Севена начали крутиться разные мысли. Он бросал взгляд на Ноли, будто хотел что-то сказать, но каждый раз лишь томно вздыхал, отворачиваясь к стене. Ноли, не выдержав очередного воздыхания, поднял голову и спросил: — Что ты всё время вздыхаешь? Если есть что рассказать — говори. Севен тихо ответил: — Нечего мне рассказывать. Просто воздуха не хватает. Ноли прищурился, с недоверием вглядываясь в его лицо, и хмыкнул. — Ты же знаешь, что ты всегда губы поджимаешь, когда лжёшь? Выкладывай давай. Севен сложил руки на груди и, нахмурившись, смотрел в потолок. — Да достало уже, — с раздражением ответил он. — Как только метка исчезает — течка снова возвращается. Подавители не помогают. Каждый раз что ли эту херню ставить? Ноли помолчал, глядя на Севена, потом спросил: — А раньше ты как с этим справлялся? — Да до того дня я даже и не знал, что такое течка. Всю жизнь на подавителях сидел. Ноли поднял брови, привстав на локте. — Прям всю жизнь? — с удивлением спросил он. — Ясно, почему тебе так долго удавалось прикидываться бетой. Севен кивнул и перевернулся на бок, лицом к Ноли, поудобнее устраивая голову на подушке. — А сам-то ты как долго подавители пьёшь? — он внимательно вгляделся в лицо Ноли. — Что-то мне не верится, что ты всё это время держался только благодаря своей силе воли. — Ну-у, — протянул Ноли, смотря в потолок, — лет семь, наверное? Может, чуть меньше. — Семь? — Севен поднял голову. — Разве это не должно было как-то сказаться на тебе? Ноли кивнул: — Ну, детей у меня точно не будет. По крайней мере, пока я пью эти таблетки. — Удивительно, что ты вообще их пьёшь. — Почему это удивительно? — нахмурился Ноли. Севен сел, оперевшись спиной о стену, и подтянул колени к груди. — Ну как это так получилось, что доминантный альфа подавители принимает? — Он усмехнулся, хотя в голосе было искреннее непонимание. — Вы же, альфы, любите всё на инстинктах решать, природой своей гордитесь. А ты вон на таблетках сидишь. Будто крылья сам себе обрезаешь. — Не обрезаю, а держу под контролем. Разницу чувствуешь? — Чувствую, просто… странно видеть альфу, который сдерживает себя. Обычно всё с точностью наоборот. Помедлив секунду, он пододвинулся к Ноли и улёгся рядом. — Но, знаешь… мне это нравится, — Севен улыбнулся. — Что именно? — Щёки Ноли едва заметно покраснели. Севен долго молчал, перебирая десятки фраз в голове, пока слова сами не слетели с языка: — Наверное… то, что мне с тобой спокойно. Ноли улыбнулся. — Спасибо, — почти шёпотом сказал он. — Для меня очень важно было услышать это. Севен осторожно лёг ближе, почти стирая пространство между ними, и смотрел Ноли в глаза, легко улыбаясь. Но с каждой секундой улыбка с его лица сползала, сменяясь странным смущением. Щёки горели, а сердце стучало слишком часто. Мельком он поглядывал на губы Ноли, затем на лицо, снова на губы и не мог решиться. Он понимал, что Ноли всё замечает, а тот понимал, что именно происходит, и ждал, не двигаясь с места. Пару раз едва сдержал смешок, так и рвущийся наружу от бушующих эмоций. Прикрыв глаза, Севен подался вперёд, но остановился в сантиметре от губ Ноли, всё же не решившись, и отвернулся от стыда. Но в тот же миг почувствовал лёгкое прикосновение к своей талии, а затем тепло чужих рук под футболкой. Ноли оглаживал его бока, переходя на спину, но нарочно делал это без излишней напористости, лишь чтобы показать Севену, что бояться нечего. Севен тихо ахнул, когда руки Ноли опустились ниже, вызвав на коже волну мурашек. Он вновь посмотрел на его лицо, в глаза, бросил взгляд на губы и решил: «Я сделаю это». Он сам не понял, как это произошло, но прямо сейчас он целовался с Ноли. Дыхание перехватывало от одной только мысли об этом. «Это правда происходит…» Голова кружилась, воздуха не хватало, но он не хотел останавливаться. Ноли крепко, но с нежностью прижимал его к себе, не веря своим ощущениям. Он никогда не мог подумать, что целоваться с кем-то может быть настолько приятно, пусть даже этот поцелуй был неумелым и неловким. Всё же желание сделать вдох оказалось сильнее. Севен отпрянул первым и смотрел на довольную морду Ноли, смущаясь сильнее, чем когда-либо в жизни. Ноли снова притянул его, собираясь поцеловать, но Севен прикрыл ему рот ладонью. — Всё, хватит, — сказал он, отвернувшись. — Почему? — промямлил Ноли. — Потому что ты слишком странно смотришь на меня… — Как? Севен помолчал, а затем стеснительно ответил: — Так… влюблённо. — Но я люблю тебя. — Знаю, но… — от смущения Севен заговорил тише, — если ты продолжишь так на меня смотреть, я не знаю, чего захочу дальше… Он убрал руку со рта Ноли и добавил: — Пойдём чай попьём. Не дожидаясь ответа, Севен поднялся с кровати и быстро вышел из комнаты. Ноли не двигался с места, удивлённый ответом Севена. «Не знаю, чего захочу дальше» — прокручивал он в голове, и в груди разрасталось приятное чувство лёгкости.