Сторожевая башня

От неожиданно раздавшегося звука Сай тут же проснулась. Рука тут же скользнула под подушку, туда, куда она спрятала косу. Дотронувшись до неё, она успокоилась. Кто–то очень сильно и, по всей видимости намеренно, ударил в огромный гонг, от которого стены башни содрогнулись. Узница не удержалась на месте и свалилась с койки, растянувшись на влажном каменном полу. Последовал ещё один удар и башню наполнил раскатистый пронзительный звук. Сай попыталась заткнуть уши и свернулась калачиком. Когда всё стихло, за дверью послышался топот, – кто–то быстро сбегал вниз по лестнице. От холодных и влажных стен камеры несло плесенью, как в погребе. Мебели внутри было немного – койка да столик с гнилыми ножками. Тонкий матрас набит старой, свалявшееся соломой, которая превратилась в обычную труху. Подушка не лучше – узкая и грязная. Всё гораздо хуже, чем в городской тюрьме. Там хотя бы было маленькое окошко под потолком, из которого по ночам лился лунный свет. В этой же мокрой норе была лишь сплошная, промозглая темнота. Такая же, как в самих туннелях. Раздался третий удар. Дверь неожиданно вздрогнула и отворилась, впуская внутрь стражника. – Новенькая? – рявкнул он, пытаясь поставить девушку на ноги. – Чего разлеглась? Работа зовёт. Молодому человеку ничего не стоило выволочь узницу из камеры. Измождённая и оголодавшая, она с трудом могла устоять на ногах, точно, как новорождённая лошадка, и постоянно заваливалась на бок. Опереться о стену не получилось, она только соскользнула с влажных камней вниз. По лестнице спускались заключённые. Они бросали быстрые взгляды в сторону Сай и горячо шептались, подгоняемые нетерпеливыми стражниками. – Это она! Ведьма! – доносилось из толпы и самые любопытные головы тут же поворачивались. Сомнений не оставалось, – молва о Сай разнеслась уже по всей башне. Стражник поволок узницу за собой. Пятки едва касались ступенек, плечо горело от крепкой хватки. Лестница, серпантином уходила вниз, до первого этажа, а потом спускалась ещё ниже, под землю, в подвал. У огромных деревянных дверей, обитых железом, ступеньки заканчивались, открывался путь в слабо освещённый коридор. Кислый, морозный воздух уже начинал пробирать до костей, а значит до туннелей недалеко. За дверью распределительной комнаты с буквой «В» толпились люди. Высокие стражники в своих знаковых чёрных доспехах с золотистыми крыльями на плечах, следили за порядком. Их едва можно было отличить от легионеров короля Сангиона, охранявших столицу. Когда вошла Сай, к ней тут же обернулись заинтересованные взгляды. Потрёпанные, исхудавшие, в большинстве своём узники выглядели, тем не менее, гораздо лучше, чем королевская фрейлина. – Эй! – Толпа расступилась, пропуская вперёд невысокого мужчину с густыми усами в тёмных рыцарских латах. Из–за спины у него торчала обёрнутая кожей рукоятка меча. – Отведите её в оружейную и оденьте. Всё, как в прошлый раз. – Мужчина поймал на себе затравленный взгляд узницы и разочарованно покачал головой. Даже он понимал, что от неё не будет никакого толку. – Сай, правильно? Если хочется ещё пожить, – собери все силы, что есть, и двигайся. У тебя меньше десяти минут. Эйша! – Так точно, командир Линус. – Рядом с командиром появилась темнокожая девушка в кожаных доспехах. За ней маячила блондинка, с жёлтыми глазами и луком на плече. В столовой она представилась Златой. – Остальные – по местам. Дозор скоро начнётся! Заключённые засуетились: проверяли застёжки на доспехах, вытирали лезвия топоров и широких, затупленных мечей от засохшей грязи. У стойки стража–распорядителя остались только Сай и темнокожая лучница Эйша. – Барышне так и не удалось найти ванную, я погляжу, – Ловкие пальцы бегали по спине, помогая завязывать кольчугу. – Больше не опаздывай. В наказание тебе прикуют меч к кандалам и не снимут до конца дозора. – Но ведь это очень опасно, я могу порезать себя! – Их это не волнует, дорогуша. Если не справишься с оружием – зачем ты башне такая сдалась, лишний рот кормить. Лучше не высовывайся, делай, что говорят, бери, что дают. И на будущее: первый удар гонга – встаёшь, второй – начинаешь спускаться в туннели, третий – заходишь в распорядительную комнату. – Как мне понять, в какую именно? – Тебе всегда в эту. Она обозначена буквой «В», что значит «Восток». Четыре стороны света, четыре распорядительные комнаты. Поняла? – А если я заблужусь? – Тебя направят. Но лучше запомни дорогу. Лучница слабо ей улыбнулась. Сердце Сай сжалось от радости. Давно она не видела таких искренних, добрых глаз. Казалось, что Эйша и правда хотела ей помочь, вне зависимости о того, как её тут называют. Однако, как только взгляд девушки скользнул по её волосам, она дотронулась до их грубо обрезанных концов: – Хотя, наверное, знатной даме никогда не было нужды знать о сторонах света, правда же? Для такого всегда были слуги. – Эйша развернулась на пятках и отправилась к остальным заключённым. К ней присоединилась желтоглазая лучница и они вместе встали в строй. Сай хотела возразить, оправдать себя, но не решилась раскрыть рта. Пришлось самостоятельно застёгивать ремешки на латах, подвязывать подол платья и надевать наколенники. Напоследок ей всучили длинный лук. Она приняла его неохотно. В её маленьких руках он казался совершенно неуместным. Послышался скрежет, и каменная стена дрогнула. Целый отсек, похожий на дверь, отъехал в сторону, открыв проход в тёмный туннель. Промозглый, стылый воздух ворвался внутрь комнаты, у ртов людей стали собираться облачка пара. Заключённые задвигались, застучали доспехами, обнажили свои клинки. Темнота туннеля, казалось проникала внутрь башни, словно она была чем–то осязаемым, до чего можно было дотронуться, ощутить само наступающее зло. Туннель уходил глубоко, свет свечей не доставал даже до первого поворота. Тьма дрогнула, зашевелилась и в ней открылись четыре горящих глаза. На спине проступил ледяной пот. У Сай потемнело в глазах, и она крепко вцепилась в единственное оружие, которое у неё было. Отряд уничтожал всё на своём пути, продвигаясь медленно и осторожно. Сай держалась командира Линуса, ни на шаг, не приближаясь к стенам туннелей и уж тем более к монстрам. По большей части она дрожала от страха, прижимая к груди лук, словно руку матери. Она не знала ни как из него стрелять, ни как его заряжать –  колчан со стрелами нетронутый покоился на спине. В миг туннели закончились и заключённые оказались в просторном зале. Линус тут же приказал устроить небольшой привал. Заключённые вставили факелы в специальные крепления на стене и сели кругом в центре. Никто не выпускал из рук оружия, не терял бдительности, постоянно наблюдая за тёмными проходами, откуда в любой момент могли показаться чудовища. Дышать стало немного легче. Сай осматривалась по сторонам, изучая кладку стен. Чёрная, влажная, она слабо поблескивала в свете факелов. Линус решил выкроить минутку, чтобы рассказать новенькой об основах стрельбы. Он отвёл её поближе к стене и предложил в качестве мишени валяющийся в темноте прокусанный шлем. Следы от зубов были отчётливо видны на его макушке. Однако, как Сай ни пыталась, следовать указаниям Линуса, но спина и руки были так слабы, что она не могла дотянуть тетиву даже до своего локтя, не говоря уж о щеке. Острая струна впивалась в пальцы, разрывая кожу до крови. – Так дело не пойдёт, тебе нужны перчатки, – покачал головой Линус. Он терпел все её жалкие попытки натянуть тетиву и выпустить стрелу по прямой, как хороший, опытный командир, к которому в отряд попала полная неумеха. Сай жалела его. Он мучился тут с новенькой, у который на костях нет ни грамма мышц. – Возможно, лук, – не для тебя, – устало вздохнув, сдался он и вернулся к отряду. Девушка взглянула на свои изрезанные тетивой руки. Ей хотелось плакать, настолько бесполезными казались ей сейчас все части её тела. Они никогда не были предназначены для сражений: она заботилась о них годами, делая их наиболее мягкими и приятными на ощупь. Сколько баночек эфирных масел было истрачено только ради того, чтобы в самом расцвете жизни Сай покрылась слоями пота и грязи. Её тело должно было быть облачено в дорогие наряды, украшено каменьями и золотом, а руки использовались бы не более чем для письма и вышивки. В этом был их главный смысл. Неожиданно из тёмного ответвления туннелей донёсся истошный крик. Заключённый, самовольно отделившийся от отряда, попал в засаду нео–гоблинов. Мужчины подскочили со своих седалищ, покрепче схватились за оружие, готовые отражать атаку. Несчастный нёсся со всех ног верх по туннелю, подгоняемый толпой маленьких, костлявых чудовищ со светящимся глазами. Они напоминали уродливых детей с небольшими серыми тельцами, длинными когтистыми руками и лысыми бугристыми головами. – Отряд! Держать строй! Лучницы, внимание! Колонны! Задрав голову к потолку, Сай ужаснулась россыпи светящихся глаз, смотрящих на неё из темноты. Не прошло и минуты, как монстры начали сползать вниз. Их острые когти ловко хватались за грубую кладку стен. – Это всего лишь кучка гаденышей! – командир Линус вынул из ножен свой широкий плоский меч и снёс голову первому же бросившемуся на него нео–гоблину. Его собратья засвиристели и кинулись вслед за ним, но мужчина ловко увернулся и разрубил их тельца, словно сухие ветки. Зал полнился лязгом мечей. Отряд успешно отбивал атаки нео–гоблинов, однако люди быстро уставали. Всё же они были лишь узниками тюрьмы, облачёнными в элитные доспехи, а не профессиональными войнами. Многие из них беспорядочно махали мечами и секирами, больше выматывая себя, чем нанося врагу хоть какие–то повреждения. Сай пряталась за спинами соратников, быстро сообразив, что от неё будет мало толку в битве. Лук валялся у её ног, словно бесполезный мусор. Не лучше ли было не мешать тем, кто действительно приносил пользу? Неожиданно, волосы на затылке у неё встали дыбом. Она спешно оглянулась, вглядываясь в темноту туннеля, который вёл обратно к башне, и в ужасе обнаружила там пару светящихся глаз маленького монстра. – Ты! Ведьма! Не стой столбом! Найди себе оружие! – кричал заключённый с тёмным от сажи лицом. Белки его светились не хуже глаз монстров, морщинки разбегались от них светлыми полосами, как у работников шахты. Он схватил её за волосы и притянул к себе. – Приди в себя, бесполезное создание! Ну, же! Нео–гоблин заверещал, созывая сородичей и скоро весь туннель вспыхнул яркими белыми точками. Если бы Сай не тряслась от жуткого страха, она могла бы найти эту картину красивой и даже волшебной. Однако в опасности, которую несли за собой чудовища, не было ничего волшебного. Защищаться ей было нечем. – Я не могу… я не знаю, что делать. – Слёзы подступили к глазам, но Сай смахнула их прежде, чем они хлынули по щекам. – Помогите! Прошу! Шахтёр наконец заметил толпу нео–гоблинов в туннеле позади и тут же закричал: – Мы окружены! Они позади нас! Всем внимание! Казалось, что монстров в зале стало гораздо больше, чем заключённых. Слишком много светящихся глаз, скалящихся ртов. Люди проигрывали битву с нечистью. Неожиданно на плечо Сай легла чья–то рука. Коренастый сангионец вышел вперёд, закрывая девушку от атак чудовищ. Меч он держал крепко и стоял уверенно. Настоящий рыцарь, пусть и не в блестящих доспехах! Однако, разрубив двух монстров, он как–то неуклюже развернулся и начал медленно оседать, а потом повалился лицом на пол, прямо в белую жижу. Его лодыжка оказалась разодрана острыми клыками нео–гоблина, из неё сочилась чёрная кровь. – Мусор! Есть здесь хоть один нормальный клинок! – Шахтёр рядом разочарованно бросил черенок от копья, наконечник которого куда–то подевался. Рыцарь не двигался. Укус нео–гоблина убил его так быстро, что Сай не на шутку испугалась. Светящиеся глаза нео–гоблинов казались ей страшнее пасти теневой собаки. Никакая броня не спасёт её от маленьких, прытких созданий, если они только решат наброситься на неё. – Ты оглохла? Оставь его и помоги мне, ну же! – продолжал кричать шахтёр. В руках у него остался лишь короткий кинжал, которым он отмахивался от наступающих чудовищ. – Тебе так не терпится умереть? Взгляд Сай упал на грубый, тяжёлый меч, который продолжала сжимать рука мертвеца. Зажав лезвие меча между двумя пальцами, девушка дёрнула его на себя, но хватка шахтёра оказалась такой крепкой, что меч тут же отпрыгнул обратно. Разжать её не получилось, пальцы стали словно камни, – холодные и застывшие. – Почему ты не взяла лук, а? Бабе в отряде нужен лук, чтоб она хоть на что–то была годна. Бестолковая курица! Ты небось и ложки с пола в своей жизни не подняла! По залу понёсся гул и из туннеля выбрался огромный нео–гоблин, выше и больше остальных своих собратьев. Он раскрыл клыкастую пасть и издал громкий, пронзительный вопль. Шахтёр не выдержал и оттолкнул Сай от трупа. Всего одного удара клинка по запястью убитого хватило, чтобы оно отлетело от руки вместе с мечом. – Вот как это делается! – Кисть упала на залитый кровью нео–гоблинов пол. Сай вздрогнула, не решаясь даже взглянуть на обрубок. – Видишь это – берёшь, поняла? Не тормози, неумеха! Шахтёр даже не успел оглянуться, как тяжёлая рука огромного нео–гоблина снесла его с ног, и он полетел, словно безвольная кукла, прямо в стену. Сай вскрикнула от неожиданности. Чудовище возвышалось над ней. В его бездушных, горящих, как угли, глазах, она не увидела ни капли жалости и даже гнева. Монстр устранял препятствия на своём пути, только и всего. Его огромная, когтистая лапа схватила Сай за горло и подняла её над землёй, словно она ничего не весила. Девушка пыталась вырваться, впиваясь пальцами в его слизкую, жилистую руку, однако всё было тщетно. Нео–гоблин победно зарычал и отбросил от себя Сай, как не представляющую никакой опасности вошь. Уши закладывало, в голове шумело, по виску стекало что–то горячее, заливало глаза, смешивалось со слезами. Рядом с ней от ужаса дрожала девчушка. Знакомые ярко–зелёные глаза застыли от испуга, руки крепко сжимали небольшой, короткий клинок. – Лай–ка?.. – проговорила Сай. Земля содрогалась от тяжёлых шагов нео–гоблина. Он приближался, он был уже совсем рядом. Как только его рука опустилась Лайке на голову, девушка дёрнулась, но было поздно. Она подлетела вверх молча, охваченная ужасом. Лапища нео–гоблина стискивали её череп, словно орех. Девочка не защищалась, ни пыталась вырваться, словно смирилась со своей участью. Некогда придворная дама поднялась на ноги, качаясь от боли и страшной усталости. У Сай всё плыло перед глазами. Сил хватило лишь на один рывок. Стиснув зубы, она бросилась громиле нео–гоблину в ноги. Веса доспехов оказалось достаточно чтобы повалить чудовище на бок. Девчушка выпала из его разжавшейся лапы и рухнула на пол. У Сай не было оружия, чтобы добить страшного монстра, только тяжелые латы, которые весили, казалось, больше её самой. Монстр зарычал, пытаясь скинуть с себя груду металла, но Сай только сильнее придавила его к земле. Рядом от ужаса дрожала девчушка. Клинок всё ещё был зажат в её маленькой, бледной ручке. – Коли его! – кричала Сай Лайке, но та только смотрела на неё во все глаза и не двигалась. Она застряла цепких лапах душившего её страха. Её взгляд бегал между воющим нео–гоблином и красным от крови лицом бывшей фрейлины. – Чего ты ждёшь! Коли! Ну же! Чудовище снова попыталось свалить с себя узницу. У него почти получилось. Вот и всё, сейчас Сай скатиться с него на пол. Вжух! Огромный меч рассёк воздух и обрушился на шею монстра. Жуткий вопль оборвался, угаснув в зачатке. Голова, словно гнилой кочан капусты, укатилась в темноту. Командир Линус поднял окровавленный клинок, закинув его себе на плечо. Светящаяся кровь чудовища хлынула на пол. Доспехи Сай в очередной раз взяли над ней верх и сами потянули её вниз. Она приземлилась головой прямо в белую лужу. Ядовитая кровь попала на губы, проникла внутрь, смешалась со слюной. Узница попыталась выплюнуть её, но яд уже подействовал. Руки и ноги отказали и больше не могли двигаться. То ли от усталости, то от отравления. Последнее, что она увидела, это испуганное лицо Лайки, по щекам которой текли слёзы.