Пепел Узушио

Наруто очнулся не сразу. Сначала он услышал капли воды. Потом почувствовал холодный камень под спиной, боль в шее и мерзкое ощущение, будто его голову кто-то использовал как барабан. Он резко открыл глаза, попытался вскочить и почти сразу понял, что руки связаны. Отлично. Просто прекрасно. Проснулся в неизвестной пещере, связан, весь побитый, а рядом ещё и темно так, будто кто-то специально решил сделать атмосферу максимально подозрительной. — Ну конечно, — хрипло сказал он. — Просто отличный день. В стороне что-то шевельнулось. Наруто резко повернул голову и увидел того самого мужчину в чёрном плаще с красными облаками. Он сидел у стены, спокойно смотрел на него и вообще выглядел так, будто не похитил человека после боя с песчаным монстром, а просто ждал, пока тот проснётся после обычной тренировки. — Очнулся, — сказал мужчина. — Нет, сплю, — огрызнулся Наруто, пытаясь потянуть верёвки. — Это у меня такой тупой сон. Обычно там ещё Менма орёт, но, видимо, сегодня без него. — Твои друзья живы. Наруто замер только на секунду, но мужчина это заметил. — Саске Учиха и Менма Намикадзе остались на поляне. Я не тронул их. — Какой добрый, — Наруто зло усмехнулся. — Медаль тебе дать? Или сразу памятник поставить? Ты меня похитил, псих. — Я не хотел делать это так. — Ага, конечно. Просто рука сама ударила мне в шею. Мужчина молчал. Наруто наконец нормально разглядел его: длинные красные волосы, маска на половине лица, плащ с красными облаками. Они ему напоминали про некую организацию Акацуки. Он слышал про эту организацию только краем уха. Нукенины. Опасные. Сильные. Те, с кем нормальные генины вообще не должны встречаться, если хотят дожить хотя бы до следующей недели. — Кто ты? — спросил Наруто уже тише, но всё равно зло. — Рэн Узумаки. Имя ударило странно. Внутри что-то неприятно дёрнулось. Наруто нахмурился, пытаясь понять, почему ему стало так не по себе. Рэн. Красные волосы. Рука. Голос из сна. Обрывки снова вспыхнули в голове, но сразу распались. — Узумаки? — Наруто прищурился. — Очень удобно. Увидел красные волосы и решил, что мы теперь родственники? — Мы и есть родственники. — Серьёзно? — Наруто коротко рассмеялся. — Ну всё, тогда развязывай. Семейная встреча прошла отлично. Рэн поднялся и подошёл ближе. Наруто напрягся, готовый хотя бы пнуть его, если получится, но тот просто достал кунай и разрезал верёвки. Вот это уже было неожиданно. Наруто сразу отскочил назад, растирая запястья, и схватил первый попавшийся камень. Оружие так себе, но лучше, чем ничего. — Не подходи. — Если бы я хотел убить тебя, ты бы не проснулся. — Самая тупая фраза для доверия, которую я слышал. — Возможно. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Наруто не понимал, что раздражает сильнее: то, что этот Рэн слишком спокоен, или то, что рядом с ним вспоминались вещи, которых Наруто не должен был помнить. Маленькая ладонь в своей. Чей-то смех. Красные волосы, склонённые над ним. Пожар. Крики. И голос, который говорил ему не плакать. Наруто сжал камень сильнее. — Я видел тебя во сне, — сказал он неохотно. — Иногда. Красные волосы, рука, голос. Это ты? Рэн на пару секунд прикрыл глаз. — Да. — Кто ты мне? — Старший брат. В пещере стало слишком тихо. Наруто сначала даже не нашёл, что ответить. Потом злость пришла сама. Он швырнул камень в Рэна, но тот легко поймал его ладонью. — Старший брат?! — рявкнул Наруто. — Где ты был всё это время, старший брат?! Я жил один, не знал вообще ничего о семье, о клане, о себе, а ты такой просто появляешься в плаще нукенина и говоришь “я твой брат”? Да ты издеваешься?! — Я искал тебя. — Плохо искал! — Да. Этот ответ сбил злость хуже, чем если бы Рэн начал оправдываться. Наруто ожидал спора, пафоса, красивых слов. А тот просто признал. И от этого стало только неприятнее. — Я был ребёнком, когда всё произошло, — сказал Рэн. — Меня вывели из Узушио перед последней атакой. Тебя тоже должны были вывести, но конвой перехватили. Потом след потерялся. Коноха забрала часть выживших, часть документов уничтожили, часть людей пропала. Я нашёл тебя только недавно. — Узушио… — Наруто медленно опустил руку. — Твоя родина. Родина нашего клана. — В Академии говорили, что Узушио уничтожили другие страны. Потому что боялись фуиндзюцу Узумаки. — Это правда только наполовину. Наруто ненавидел такие фразы. Обычно после них всё становилось хуже. Рэн подошёл к небольшой каменной плите и положил на неё старый свиток. Бумага была пожелтевшая, с красной печатью, похожей на спираль. Наруто не хотел подходить. Правда. Но ноги сами сделали пару шагов. — Узушио просило Коноху о помощи, — сказал Рэн. — Союзники. Родня. Старые договоры. Они отправили несколько сообщений. Просили прислать шиноби, припасы, хотя бы отряд для эвакуации детей. — И что? — спросил Наруто, хотя уже не хотел слышать ответ. — Помощь не пришла. — Почему? Рэн посмотрел на него спокойно, но в этом спокойствии было что-то тяжёлое. — Данзо Шимура запретил. А Советники молчали. Им было выгодно, чтобы Узушио исчезла как самостоятельная сила. Слишком сильный клан, слишком независимый, слишком опасные знания. Коноха хотела остатки Узумаки, но не хотела живую страну Узумаки. Наруто несколько секунд просто стоял. Внутри всё неприятно сжалось. Он хотел сказать, что это ложь. Что Коноха не могла. Что Минато бы не допустил. Что взрослые, которые рассказывали про союзников и Волю Огня, не могли просто оставить целую страну умирать. Но слова застряли. — Докажи, — сказал он хрипло. Рэн кивнул на свиток. — Письма. Перехваченные отчёты. Имена людей, которые подписывали решения. Я собирал это годами. Наруто схватил свиток, развернул и начал читать. Не всё было понятно сразу, но некоторые слова ударяли в глаза сами: “эвакуация отклонена”, “риск усиления клана”, “контроль выживших”, “не допустить восстановления Узушио”. В одном месте стояло имя Данзо. В другом — упоминание совета. Наруто читал быстрее, чем успевал думать. — Нет, — выдохнул он. — Нет, это какая-то хрень. — Я тоже так сказал, когда впервые увидел. — Заткнись. Рэн замолчал. Наруто сжал свиток так, что бумага хрустнула. Перед глазами всплыла Коноха. Академия. Ирука. Какаши. Менма, который орал на него из-за каждого пустяка. Саске, которая угрожала убить его за шутки. Минато, который тренировал их месяц и говорил, что в бою никто не спросит, честно ли тебя убили. Всё это было настоящим. Но рядом теперь стояло другое. Узушио. Крики. Письма, на которые никто не ответил. — Почему ты в Акацуки? — спросил Наруто уже тише. — Потому что этот мир не меняется просьбами. — И ты решил стать нукенином? — Я решил создать силу, которую не смогут игнорировать. Наруто поднял взгляд. — Ты хочешь уничтожить Коноху? — Я хочу уничтожить систему, которая решила, что одни люди могут спокойно бросить других умирать ради выгоды. Коноха — часть этой системы. Наруто нервно усмехнулся, но смех вышел пустым. — Звучит как речь злодея. — Возможно. — Ты вообще умеешь отвечать нормально? — Иногда. Наруто отвернулся и прошёлся по пещере туда-сюда. Хотелось ударить стену. Хотелось найти Данзо и заставить его объяснять каждую строчку. Хотелось вернуться к Саске и Менме, чтобы они сказали, что это всё бред. Но где-то глубоко он уже понимал: не бред. Слишком много совпало. Орочимару знал про кровь Узумаки. Рэн знал его сны. Свитки пахли старой пылью и правдой, от которой хотелось блевать. — И что теперь? — спросил Наруто, не поворачиваясь. — Теперь ты решишь сам. — Сам? Ты меня вырубил и притащил в пещеру. — Иначе ты бы не послушал. — Да я и сейчас почти не слушаю. Рэн подошёл ближе, но остановился на расстоянии. — Я не прошу тебя сразу верить мне. Я прошу посмотреть правде в лицо. Если после этого захочешь вернуться в Коноху — я не стану держать. — Врёшь, — Наруто резко повернулся. — Нет. — Тогда почему сейчас? Рэн впервые ответил не сразу. Его видимый глаз стал холоднее. — Потому что Данзо уже знает, кто ты. Орочимару тоже. После сегодняшнего боя за тобой начнут охотиться. Коноха будет говорить, что защитит тебя, но Коноха уже один раз “защитила” Узумаки. Наруто сжал зубы. Это было слишком. Слишком быстро, слишком грязно, слишком больно. Ещё утром он думал о финале экзамена, о Гааре, о том, как будет подкалывать Саске после победы. А теперь стоял в пещере с человеком, который называл себя его братом, и читал бумаги о том, как его клан оставили умирать. — Мне нужно время, — сказал он наконец. — У тебя его мало. — Я сказал, мне нужно время, — рявкнул Наруто. — Не беси меня сейчас. — Хорошо, — Рэн кивнул. Наруто сел у стены, всё ещё держа свиток в руках. Он не плакал. Не кричал. Просто смотрел в одну точку и пытался удержать в голове всё, что только что услышал. Но внутри уже что-то треснуло. И где-то далеко, за каменными стенами пещеры, Коноха впервые показалась ему не домом, а местом, которое слишком много скрывало.