Греховные узы: становясь человеком

— Думал вырваться, алхимик? — злорадно спросил Жадность, встав напротив Сайго. Алхимик медленно поднялся, стряхивая с одежды пыль после взрыва. — А ты думал, я пальцем деланный? — По крайней мере, с тобой не скучно. Жаль только, что рядом нет моих химер. Вот тогда было бы настоящее веселье... — Много говоришь и медленно действуешь! Сайго резко сорвался с места. Хлопок в ладоши — и прямо из земли вырвалось длинное каменное копьё. Он вложил в удар весь вес тела, целясь Жадности прямо в грудь. Раздался звон. Острие разлетелось на куски. Жадность даже не шелохнулся. — Не ожидал? — громко рассмеялся он. — Мой абсолютный щит. Моё совершенное тело. Пока активирован углеродный панцирь, меня невозможно пробить. Он мгновенно ударил Сайго локтем в живот. Воздух вышибло из лёгких. Следом прилетел удар коленом в грудь. Алхимик отлетел на несколько метров, перекатился по земле и едва успел увернуться от следующего удара. Кулак Жадности врезался в мостовую, оставив в камне глубокую вмятину. — Бегаешь неплохо! — усмехнулся Жадность. Сайго хлопнул в ладоши. Из мостовой поднялись сразу несколько каменных кольев. Жадность отпрыгнул назад. Ещё один хлопок. Теперь уже целая стена выросла между ними. — Думаешь, это меня остановит? Жадность одним ударом пробил её насквозь. Каменные обломки разлетелись в стороны. Сайго воспользовался моментом и ударил его сзади алхимическим клинком. Снова звон. Клинок треснул пополам. — Да сколько можно... — процедил Сайго. — Пока ты пытаешься пробить мой панцирь, я уже десять раз успею свернуть тебе шею! Жадность мгновенно оказался рядом. Удар. Ещё удар. Сайго успел поставить алхимический щит, но тот разлетелся после второго попадания. Жадность схватил его за воротник и с силой впечатал в стену ближайшего дома. — Всё. Наигрался. Он превратил правую руку в длинный чёрный клинок и приставил его к горлу алхимика. — Сначала прикончу тебя. Потом разберусь с Данте. И тогда всё станет моим. Абсолютно всё. Власть, философские камни... даже Похоть однажды поймёт, что Данте всего лишь использовала её. — Ты в этом так уверен? За спиной Жадности раздался знакомый спокойный голос. Он резко обернулся. Поздно. Лезвия Похоти насквозь пронзили его шею. Жадность пошатнулся, но уже через несколько секунд рана начала стремительно затягиваться. Он усмехнулся. — Всё-таки пришла... А я уж думал, ты решила бросить своего алхимика. Он посмотрел сначала на Похоть, потом на Сайго. — Забавно... Ты ведь никогда ни к кому не привязывалась. Похоть ничего не ответила. Лишь вновь бросилась вперёд. Лезвия засверкали одно за другим. Жадность уходил от ударов, блокировал их своим панцирем, несколько раз сумел отбросить её мощными ударами. Один из них пришёлся прямо в живот, и Похоть отлетела к дереву, расколов спиной ствол. Она тут же поднялась. — Уже лучше, — усмехнулся Жадность. — Хоть кто-то способен меня развлечь. — Похоть! Сейчас! Сайго резко хлопнул в ладоши. Из-под ног Жадности выросли каменные цепи и намертво опутали обе ноги. — Чего?.. Он попытался вырваться. В этот же миг Сайго обеими руками вцепился ему в ногу. — Держу! — Жалкий человек! Жадность ударил его ногой по лицу. Потом ещё раз. Но Сайго не отпускал. — Сейчас! Похоть сорвалась с места. Её рука насквозь пробила грудную клетку Жадности. На этот раз панцирь не успел защитить философский камень. Она сжала его в ладони. Хруст. По камню побежали трещины. Жадность замер. Потом неожиданно улыбнулся. — Забавно... Именно этого... я... и хотел... Он перевёл взгляд сначала на Похоть, затем на Сайго. — Удачи... с Данте... Философский камень окончательно рассыпался. Тело Жадности медленно начало растворяться в воздухе. Через несколько секунд от него ничего не осталось. Похоть подошла к Сайго и молча протянула ему руку. Он взял её ладонь и поднялся. Несколько секунд они просто смотрели друг другу в глаза. — Прости... — тихо произнёс Сайго. — Я не хотел тебя тогда обидеть. Ты действительно стала для меня очень важной... — Всё в порядке, — спокойно ответила Похоть, чуть крепче сжав его ладонь. — Теперь я понимаю. Они дороги тебе. Это твои друзья. И я не вправе осуждать тебя. Всё-таки... мне до сих пор трудно понять человеческие чувства. Она подняла взгляд на луну. Потом снова посмотрела на Сайго. — Но одно я поняла точно. Она осторожно коснулась его щеки. — Ты — единственный, кого я чувствую. Если ты погибнешь... я снова стану пустой оболочкой. Поэтому... не смей умирать. Понял? Сайго невольно закрыл глаза и слегка потянулся к ней, решив, что она хочет его поцеловать. Но Похоть лишь поправила ему воротник. — Так лучше. На её губах появилась едва заметная улыбка. — Осталось окончательно подлатать тебя. Она перевела взгляд вперёд. — И сделать последний рывок. Продолжение следует...