Второй шанс

Фадиме медленно приходила в себя. Во рту стоял металлический привкус, затылок ныл, но она думала совершенно о другом. Боль не имела значения. Имело значение лишь то, к чему она ещё только привыкала, то, о чём сама узнала совсем недавно. — С добрым утром, госпожа невестка, — улыбнулся Шериф. — Ты?! — сквозь зубы процедила Фадиме и дернулась, но почувствовала, что не может пошевелиться. Она была крепко привязана к стулу: и руки, и ноги стягивали веревки. — Я убью тебя! — Только ты, госпожа невестка, всегда говорила мне правду в глаза, — снова улыбнулся Шериф, — в отличие от некоторых. Да? Мои любимые племянники. Фадиме посмотрела в темноту, куда только что повернулся Шериф. Вспыхнул яркий свет. В его лучах она увидела Исо и Оруча. Они были так же связаны, а во рту у каждого торчал кляп. Оба отчаянно вырывались, но безуспешно. Исо, не отрываясь, внимательно смотрел на Фадиме. Подручные Шерифа подошли к братьям и вытащили кляпы. Исо тут же закричал: — Я убью тебя, если… Шериф перебил его и рассмеялся: — Исо, не повторяй за женой! Твоя дорогая супруга только что выдала точно такую же фразу. Встань в очередь. Дамы вперед, сначала она должна меня убить, она первая. Тебя разве не учили уважать очередь? — Если с её головы упадет хоть один волос, я уничтожу тебя! — закипел от злости Исо. Он повернулся к жене: — Всё будет хорошо, родная, всё будет хорошо, я обещаю. — Конечно, всё будет хорошо, — снова перебил его Шериф. — Мы просто поговорим, как семья. Как дружная семья Фуртуна. — Что ты хочешь? Что тебе нужно от нас? — прохрипел Оруч. — Я же сказал — поговорить. Поговорить, Оруч. Ой, мой дорогой племянник Оруч, глава семьи Фуртуна, у тебя проблемы со слухом? Или что? Может, нужно к врачу сходить? Ах, нет! Стоп! Ты же сам врач?! Или уже нет? — Шериф расхохотался так, будто только что выдал самый смешной анекдот. — Хорошо, давай поговорим, — более сдержанным тоном произнес Оруч. Исо не сводил взгляда с Фадиме. Она тоже смотрела на него. В её глазах появилось что-то новое, едва уловимое, но Исо никак не мог понять, что именно. Фадиме будто пыталась сказать ему что-то взглядом. Ему нужно было успокоиться — по крайней мере, постараться. Сначала узнать, чего хочет этот маньяк, спасти Фадиме и Оруча, а уже потом он обязательно поймет, на что она намекала. — Вот! Глава Фуртуна включился, — одобрил Шериф. — Как я и говорил, ты слабоват для лидера. Ну что ж… Я бы научил тебя, если бы ты хоть когда-нибудь меня слушал. Так о чём я? Ах, да, поговорить! Шериф подошел к Исо и сел перед ним на корточки. Исо опустил на него гневный взгляд. — Ты предал меня, мой дорогой племянник. Предал. Не то чтобы я доверял тебе полностью, но не думал, что ты пойдешь на такое. Ты прямо как Эсме — моя любовь и моя же боль. Сегодня ты герой этой мизансцены. И тебя нужно наказать. — Хорошо, наказывай. Но отпусти Фадиме и Оруча, а со мной делай всё, что хочешь. — Не смей трогать моего мужа! — закричала Фадиме. — Госпожа невестка, спокойно, я его еще и пальцем не тронул! Разговариваю только с ним, — Шериф заметил, что Оруч собирается высказать ему то же самое, и, опередив его, добавил: — Оруч, ты тоже спокойно. Спокойно. Что же вы все такие напряженные? Подошел просто побеседовать с любимым племянником, и то не дают! Ой, Аллах-Аллах! Тем более с Исо ничего не случится. Как я и сказал, он главный герой этой сцены. Стулья Фадиме, Исо и Оруча пододвинули к большому столу. Фадиме оказалась слева, Оруч — справа, а Исо — между ними. Во главе стола сел Шериф. В комнате находилось не менее пяти его подручных, которые молча ждали приказов. Шериф достал пистолет и медленно положил его на стол. — А теперь — само наказание, мой любимый племянник, — Шериф повернулся к Исо. — Видишь пистолет? Он заряжен. Даже не думай, что я дам его тебе в руки, нет… Суть игры такова: тебе нужно выбрать одного из них. Или Фадиме, или Оруча. Или любимую женщину, или брата. Я дам тебе три минуты на размышление. Если через три минуты ты не назовешь имя, я убью обоих. Или погибнет только один, или оба — третьего варианта нет. И предупреждаю сразу: если через три минуты ты скажешь что-то вроде «убей меня, я не могу выбрать», я застрелю их обоих, а тебя оставлю жить с этим. Итак, через три минуты ты должен назвать одно имя: Оруч или Фадиме. Если говоришь «Оруч», я стреляю в Фадиме. Если говоришь «Фадиме», я стреляю в Оруча. И еще, в знак моей доброты: стрелять я буду не в сердце и не в голову, а в живот. Как знать, вдруг этот человек выживет, и ты никого не потеряешь? — Шериф гадко улыбнулся. — Ты просто будешь смотреть, как он или она истекает кровью. Но, повторюсь, а вдруг выживут? — он притворно вскинул руки к небу. — Я никого не буду выбирать! Ты больной маньяк! — закричал Исо. — Будешь, будешь, иначе умрут оба. Три минуты пошли! Время! — громко объявил Шериф. У Исо бешено заколотилось сердце, казалось, оно вот-вот разорвется. — Исо, не нужно думать! Фадиме, скажи «Фадиме», говори «Фадиме»! — повернулся к нему Оруч. — Выбирай её! Исо переводил безумный взгляд с Фадиме на Оруча. «Убей меня!» — хотел кричать он Шерифу, но помнил, что тогда погибнут оба. Исо начал задыхаться. Комната была огромной, но воздух будто полностью выкачали. И вдруг среди этого кошмара он услышал голос. Голос, который всегда его успокаивал, приводил в чувство и возвращал к реальности. Голос, который он любил больше всего на свете. Голос Фадиме: — Исо, тихо. Тихо. Дорогой мой муж, посмотри на меня. Не слушай, что говорит Шериф, не слушай, что говорит Оруч. Слушай только себя. Только себя. Я люблю тебя. Мы любим тебя. И мы примем любой твой выбор. Слушай себя. — Стоп! Время вышло! — оборвал её Шериф и поднял пистолет. — Кто, Исо? Кто? Исо метался на стуле, как загнанный в ловушку зверь. — Кто?! Время истекло! Значит, оба? Обоих убить? Ты не выбрал? Ладно, оба так оба. — Оруч! Выстрел!