Вкусный племянник

Очень долго единственными, кто знал об особенностях Люцериса, были его мама и старший брат, но слухи распространялись и вскоре дошли до его дядь — Эйгона и Эймонда. Эйгон первое время часто заявлялся, чтобы самому посмотреть на процесс, но Деймон его вовремя останавливал. Эймонд хоть и не проявлял активного интереса, но всё же Люцерис видел, как дядя поглядывает на его живот в эти дни, и ему становилось неловко. Поэтому еще через время, он и вовсе перестал выходить из комнаты в те дни, когда начинал чувствовать, что в нем созревают икринки. Рейнира всё же заставляла его иногда выходить, чтобы пройтись, ведь ему это было полезно. Люцерис бунтовал, но слово матери, в конце концов, оказывалось сильнее. Тогда он старался как можно быстрее пройти пару коридоров и вернуться к себе, чтобы никого не встретить по пути, что всегда удавалось до того раза, пока он не встретил Эймонда. Он появился внезапно и Люцерис вздрогнул при виде него. — Куда-то идешь? — спросил Эймонд. — Возвращаюсь к себе, — буркнул Люцерис. Он прошел мимо дяди и почувствовал резкую боль в животе. До выхода икринок еще должно было остаться время. Люцерис положил руку на стену, чтобы удержаться на ногах. Он чувствовал взгляд Эймонда на себе, поэтому постарался выпрямиться. — Тебе больно? — Эймонд сделал шаг к нему. — Нет, — нерешительно ответил он. — Я хочу помочь. Эймонд взял его за руку и потянул на себя. Люцерис ахнул, но помощь ему действительно была нужна и он согласился. Эймонд отнес его в свою комнату, так как она оказалась ближе. — Отвернись, пожалуйста, — попросил Люцерис, когда Эймонд положил его на кровать. — Мне нужно снять штаны. Эймонд посмотрел на бледное лицо Люка и отвернулся. — Но уходить не буду. В мечтах Эймонда Люцерис всегда показывался в его кровати по совсем иным причинам. Эймонд хотел обернуться, чтобы убедиться в правильности своих мыслей по поводу размера Люцериса, но не хотел его спугнуть и всё испортить. — Что ты делаешь с ними после? — спросил Эймонд, чтобы развеять тишину. Люцерис не хотел начинать диалог первым, поэтому был рад, что это сделал Эймонд, ему нужно было отвлечься. — Выпускаю в море. Я знаю, что из моих икринок никто не получится, но мне кажется, только там и место. — Это больно? Вместо ответа Люцерис застонал, из головки показалась первая икринка. Она была большая, поэтому долго не выходила, прямо за ней вместе со смазкой вылилось несколько маленьких икринок прямо на кровать Эймонда. — Можно посмотреть? — спросил он. Люцерис заметно покраснел, но позволил ему сделать это. Когда Эймонд обернулся, он увидел, как Люцерис лежит со спущенными штанами и водит рукой по своему члену, а из него вытекают икринки. Он сел рядышком и подставил ладонь. — Что ты делаешь? — возмутился Люк. — Мне стало интересно, какие они на ощупь. — Прости, что запачкал кровать. — Ничего страшного. Эймонд положил вторую руку на коленку Люцериса, а первую с икринками поднес ко рту. Убедившись, что Люцерис на него внимательно смотрит, он слизал пару штук с руки. — Прекрати! — прокричал Люцерис, но почти сразу же рассмеялся. — Это ужасно. — Ты никогда не пробовал? Они вкусные, немного солоноватые, чуть сладковатые. — Отлично, в будущем я буду скармливать всё тебе. — Я не против. Эймонд наклонился к лицу Люцериса. Он поцеловал его в губы, а после отодвинулся и лег между его ног. — Этот день превращается из просто странного в самый странный день в моей жизни. И всё из-за тебя. Эймонд облизал головку, а после взял ее полностью в рот и попытался втянуть икринки. Они полились ему в рот и Люцерис застонал. — Только не останавливайся. Эймонд и не думал, он жадно проглатывал всё, что попадало ему в рот. И лишь когда поток икринок закончился, он выпустил член Люка изо рта. Люцерис смотрел на него весь потный и покрасневший, но улыбающийся. — В следующий раз не ищи меня по коридорам, зови меня сразу к себе. Эймонд погладил Люцериса по бедру, совсем не хотелось его отпускать. — Мы можем и не ждать следующего раза, или тебе голодом морят? Эймонд снова прильнул к Люцерису, чтобы поцеловать, и на этот раз намного чувственнее и дольше.