От ненависти до любви

Утро следующего дня встретило замок промозглым, пронизывающим до костей осенним ветром, который яростно бился в высокие витражные окна Большого зала. Внутри, однако, было необычайно шумно и оживленно. Под заколдованным потолком, где сегодня плыли тяжелые, свинцовые тучи, кружили сотни почтовых сов, но внимание студентов было приковано совсем к другому. Слухи о вчерашней ночной стычке в коридоре уже вовсю циркулировали по школе, обрастая самыми невероятными и сочными деталями.Рон и Гарри сидели за гриффиндорским столом с такими мрачными и перекошенными лицами, будто у них прямо перед носом отобрали их любимые метлы. Они демонстративно уставились в свои тарелки, наотрез отказываясь смотреть в сторону Алисы и Гермионы, которые устроились на самом краю длинного дубового стола.Алиса, как обычно, вела себя тише травы. Она спокойно, не торопясь, пила свой утренний чай, пока Гермиона увлеченно делала размашистые пометки в их общем расписании занятий, то и дело сверяясь со стопкой библиотечных книг. Вдруг привычный гул в зале немного утих, а по рядам гриффиндорцев прошел удивленный шепот. От слизеринского стола, грациозно лавируя между рядами, отделилась изящная фигура. Пэнси Паркинсон, небрежно накинув на плечо дорогую кожаную сумку, уверенным и легким шагом направилась прямиком к гриффиндоркам.— Привет, девочки! Не возражаете, если я присоединюсь к самой лучшей и интеллектуальной компании этого утра? — весело, звонко и нарочито громко, чтобы её слышал весь зал, спросила Пэнси. Она изящно отодвинула край скамьи и присела рядом с Алисой, обдав парней напротив тонким ароматом дорогих духов.За столом Гриффиндора мгновенно повисла шокированная, почти осязаемая тишина. Несколько первокурсников и вовсе замерли с открытыми ртами. Рон в этот момент как раз делал огромный глоток тыквенного сока — он судорожно закашлялся, подавился и начал шумно ловить ртом воздух, став пунцовым. Гарри яростно сжал в руке вилку, уставившись на слизеринку тяжелым, буквально испепеляющим взглядом. Фред и Джордж, сидевшие чуть поодаль, мгновенно нахмурились, растеряв всю свою утреннюю веселость и хитрые ухмылки.— Привет, Пэнси, — мягко и тепло улыбнулась Алиса, ничуть не смутившись под пристальными взглядами половины школы. — Конечно, присаживайся. Мы рады. — О, Паркинсон, — Гермиона удивленно, но вполне дружелюбно приподняла густые брови, откладывая перо в сторону. — Не боишься подхватить наши гриффиндорские микробы? Или, чего доброго, праведный гнев львиного факультета? — Ради того, чтобы поближе пообщаться с девочками, которые вчера так виртуозно, изящно и хладнокровно опустили Поттера и Уизли, я готова рискнуть даже своей репутацией, — заговорщически прошептала Пэнси, наклонившись ближе к Алисе и бросив короткий, полный глубочайшего презрения взгляд на парней напротив. — Блейз и Тео просили передать, что они в полном, абсолютном восторге от твоего вчерашнего монолога в коридоре. Алиса, ты теперь просто местная легенда. Наш факультет аплодирует стоя. Поттер, судя по его заплывшему от злости лицу, всю ночь в спальне подушку грыз от бессилия.Алиса лишь скромно опустила глаза к своей чашке, чувствуя, как к щекам приливает легкий румянец. Ей было непривычно такое внимание, но внутри разлилось удивительное, победное тепло. Впервые в жизни её ценили за её собственный ум, за её характер, а не судили по чужим, навязанным стандартам её шумной семьи.В этот момент гул в зале окончательно смолк, оборвавшись на полуслове. Профессор Дамблдор величественно поднялся со своего золоченого кресла за учительским столом. Его раскинутые руки безмолвно призывали к порядку, а в полумесяцах очков, как всегда, загадочно и лукаво поблескивали искры.— Тишина, пожалуйста, леди и джентльмены! — разнесся по залу его мощный, усиленный магией голос, эхом отдаваясь под сводами замка. — В этом учебном году Хогвартсу выпала великая, беспрецедентная честь. Мы принимаем у себя событие, масштаб которого трудно переоценить. Событие, которое из-за своей чрезвычайной опасности не проводилось уже более века. Начиная с октября, наши стены станут домом для иностранных делегаций из Академии Шармбатон и Института Дурмстранг. Я с гордостью объявляю, что в этом году в Хогвартсе пройдет Турнир Трёх Волшебников!Зал на секунду замер, а затем буквально взорвался оглушительными криками, неистовыми аплодисментами и восторженным ревом. Студенты вскакивали со своих мест, махали руками. Фред и Джордж тут же начали громко свистеть, победоносно переглядываясь и уже мысленно подсчитывая тысячу галлеонов призового фонда и вечную славу. Гарри и Рон мгновенно позабыли про свою утреннюю обиду — их глаза загорелись фанатичным блеском, и они тут же принялись бурно обсуждать, какие испытания их могут ждать.— Но помните! — Дамблдор грозно повысил голос, и на его обычно добродушном лице появилось жесткое, непреклонное выражение. — Безопасность наших студентов стоит на первом месте. Из-за высокой смертности участников в прошлом, Министерство магии совместно с главами школ ввело новое, строгое правило. В этом году выставить свою кандидатуру и бросить имя в Кубок огня смогут только те студенты, которым уже исполнилось семнадцать лет. Никаких исключений.— Это же бред! Полная херня! — яростно и громко выкрикнул Фред на весь зал, так что на него строго шикнула профессор Макгонагалл. — Да пошли они нахер со своими дебильными правилами! — Мы всё равно найдем способ обойти это министерское дерьмо, вот увидишь, — злобно прорычал Джордж, сжимая кулаки и не отрывая взгляда от судейского стола. — Старик Дамблдор нас недооценивает.Директор лишь загадочно и понимающе улыбнулся в свою густую бороду и плавным жестом объявил завтрак оконченным. Столы мгновенно опустели, и толпы студентов, оглушительно споря и переговариваясь, хлынули к массивным дверям выхода. Пэнси, задорно подмигнув девочкам и пообещав пересечься с ними после обеда в библиотеке, чтобы вместе проучить парней на трансфигурации, плавной походкой вернулась к своей компании. Алиса и Гермиона не спеша поднялись со скамьи, решив подождать, пока схлынет основная волна беснующейся и кричащей толпы парней.На самом выходе из Большого зала, где коридор сужался, образовалась приличная давка. Кто-то из спешащих гриффиндорцев сильно и неуклюже задел плечом идущую впереди Алису. Девушка резко покачнулась, потеряв равновесие, и её старая, потрепанная тканевая сумка, не выдержав веса тяжелых книг, учебников и той самой серебряной медали элитной гимназии, с треском порвалась по шву. Тяжелые тома по нумерологии, свитки пергамента, чернильница и наградной знак со звоном и грохотом покатились по холодным каменным плитам пола прямо под ноги уходящим студентам.— Ой, извини, пожалуйста! Я такой неуклюжий, правда, не хотел, — раздался прямо над головой Алисы очень приятный, мягкий и бархатистый голос.Алиса поспешно присела на корточки, собирая раскатившиеся вещи, и увидела, что кто-то уже активно помогает ей, бережно поднимая исписанные свитки. Это был высокий, стройный и очень подтянутый парень с красивыми, слегка растрепанными каштановыми волосами. Его удивительно добрые, теплые серые глаза смотрели на неё с искренним сожалением и участием. На его аккуратной мантии красовался желто-черный галстук Хаффлпаффа, а чуть выше блестел начищенный значок старосты факультета. Парень аккуратно поднял с пола серебряную медаль, на секунду задержал на ней взгляд, внимательно изучая гравировку, а затем с мягкой улыбкой протянул Алисе.— Очень красивая и тяжелая вещь. Награда за выдающиеся успехи в учебе? — парень тепло улыбнулся, и на его загорелых щеках появились симпатичные, обаятельные ямочки. — Я Седрик. Седрик Диггори. С четвертого курса Хаффлпаффа... то есть, по старой памяти, теперь уже официально с шестого.— Алиса Уизли, — тихо, почти шепотом представилась она, чувствуя, как лицо обдает сильной волной смущения от его открытого, пронзительного и совершенно бескорыстного взгляда. Принимая из его пальцев свою медаль, она случайно коснулась его теплой кожи, и по руке пробежали легкие искорки. — Да, это... это награда из моей прошлой школы. Я окончила её перед приездом сюда.— Это очень круто, честно, — Седрик поднялся на ноги, помогая Алисе встать и придерживая её за локоть, после чего аккуратно передал собранные книги Гермионе, которая с хитрой, всезнающей улыбкой молча наблюдала за этой сценой. — Не обращай внимания на весь этот дурдом вокруг Турнира. Мальчишки просто напрочь посходили с ума от одной только мысли о славе и деньгах. Рад был познакомиться, Алиса. Если у тебя еще раз порвется какая-то сумка — обязательно зови, у меня, как у старосты, отлично выходит заклинание починки и укрепления ткани.Он еще раз тепло и открыто улыбнулся ей, вежливо кивнул замершей Гермионе и спокойным, уверенным шагом пошел дальше, к своей компании хаффлпаффцев, которые уже активно махали ему из конца коридора.— Ну надо же, какие страсти, — заговорщически и очень тихо протянула Гермиона, слегка толкнув Алису локтем в бок, пока ОЖП завороженно смотрела вслед уходящему старшекурснику. — Главный красавец Хогвартса, лучший ловец школы и староста Хаффлпаффа, только что лично ползал перед тобой на коленях, собирал твои книжки и делал комплименты твоим магловским успехам. Кажется, твоя жизнь в этом замке становится намного интереснее, чем думали твои придурки-братья.Алиса лишь тихо, смущенно рассмеялась, аккуратно пряча серебряную медаль глубоко в карман мантии. Оглянувшись назад, она краем глаза заметила, что Рон и Гарри, стоявшие у самой стены неподалеку, видели всю эту сцену от самого начала и до конца. Рон выглядел так, будто прямо сейчас сожрал целый лимон — его лицо перекосило от чудовищной зависти и злости. Его тихая, презираемая сестра, которую он три года считал пустым местом и жалкой неудачницей, всего за пару дней учебы умудрилась завоевать уважение грозного Снейпа, подружиться со всей слизеринской элитой и с ходу привлечь внимание самого популярного парня школы, до которого самому Рону было как до луны.       Примечание: и все привет,как у вас дела?И кстати как вам такой поворот событий? Пишите в комментарии своем мнении