Сколько верёвочке ни виться, а конец будет

В просторном зале за длинным столом сидели пятеро мужчин — лидеры фракции. В помещении царила тяжелая тишина. Себастьян нервно переводил взгляд с одного лица на другое. Ему предстояло дать полный отчет о катастрофе в секторе АМ5. На данный момент было известно лишь одно: выживших почти не осталось. Среди них — неизвестная девушка-подросток, личность и принадлежность к фракции которой установить пока не удалось, двое Бесстрашных и одна представительница Эрудиции. Все четверо находились под круглосуточным наблюдением врачей в медицинском центре Эрудиции. Их состояние было настолько тяжелым, что допросить пострадавших не представлялось возможным. Первым нарушил молчание Макс. — Начнем заседание. Себастьян, доложите. Что стало причиной взрыва? Почему число выживших настолько мало? Себастьян глубоко вдохнул. — Когда мы прибыли на место, большая часть комплекса уже была разрушена. Повсюду был огонь, перекрытия продолжали обрушаться. Люди оказались под завалами, многих уже невозможно было спасти. Все произошло слишком быстро... Но я не верю, что это была случайность. Лидеры внимательно слушали, не перебивая. — Вы считаете, что это был поджог? — спокойно спросил Макс. — Да. По крайней мере, я не исключаю этой версии. Слишком многое указывает на то, что пожар начался не случайно. Макс покачал головой. — Это крайне маловероятно. Проект «Сектор АМ5» был совместной разработкой Эрудиции и Бесстрашия. Никому из наших фракций не было выгодно уничтожать объект. — А если они нашли что-то? — тихо возразил Себастьян. — Какие-нибудь документы о прошлом... о войне... информацию, которую кто-то хотел скрыть. Тогда мотив появляется. В комнате вновь повисла тишина. Наконец Макс произнес: — Пока это только предположения. Нам нужны факты. Мы должны допросить выживших и собрать все возможные улики. Себастьян устало покачал головой. — Там уже нечего собирать. Здание полностью обрушилось. Макс посмотрел на сидящего рядом Зика. — Тогда работаем с тем, что осталось. Зик, займитесь архивами. Поднимите записи камер видеонаблюдения, журналы доступа, историю проекта, отчеты сотрудников — абсолютно все, что можно восстановить. Зик кивнул. — Уже занимаюсь этим. Эрудиция связалась со мной еще до начала совета и запросила дополнительную информацию. Я ответил, что сначала дождусь решения совета. После заседания передам им все материалы, которые удастся найти. Они, в свою очередь, обещали предоставить нам свои данные, если обнаружат что-то важное. — Хорошо, — сказал Макс. — Теперь второй вопрос. Он открыл лежащую перед собой папку. — Девушка. Кто она? Почему подросток оказался на объекте такого уровня секретности? Это грубейшее нарушение правил безопасности. Никто не ответил. — Возможно, она дочь кого-то из сотрудников, — предположил Себастьян. — Но даже в этом случае ей не место в секторе АМ5. Макс кивнул. — Установите ее личность. Нужно выяснить, к какой фракции она принадлежит, кто ее родители и кто допустил ее появление на объекте. Если она не из нашей фракции, немедленно свяжитесь с руководством Эрудиции. Этот вопрос требует ответа не меньше, чем причина самого взрыва. Совет продолжился, но каждый понимал: катастрофа в секторе АМ5 была лишь началом куда более опасной истории. После непродолжительной паузы слово взял самый молодой из присутствующих лидеров — Эрик. Он молча обвел взглядом сидящих за столом. На его лице не отражалось почти никаких эмоций, лишь проколотая бровь едва заметно дергалась всякий раз, когда он о чем-то напряженно размышлял. Наконец Эрик заговорил: — Макс, по-моему, здесь все очевидно. Если бы это была обычная техническая авария, комплекс не превратился бы за одну ночь в груду руин. Такие объекты строятся с огромным запасом прочности. Сто процентов — это поджог. Несколько секунд в комнате стояла тишина. — И еще, — продолжил он уже тверже. — Я хочу лично допросить выживших. Себастьян раздраженно цокнул языком. Его давно выводила из себя манера Эрика разговаривать с остальными. Несмотря на свой возраст, тот держался слишком уверенно, почти фамильярно, словно находился среди равных друзей, а не среди лидеров фракций. — Эрик, — холодно произнес Себастьян, — может, тебе лучше заняться своими обязанностями? Если я не ошибаюсь, через пару месяцев начинается новый набор неофитов. Кто-то ведь должен заниматься их подготовкой. Эрик спокойно перевел взгляд на него. — Неофиты никуда не денутся. А вот люди, которые могут знать, что произошло в секторе АМ5, могут умереть раньше, чем придут в сознание. — Они сейчас не в том состоянии, чтобы отвечать на вопросы, — возразил Себастьян. — Я это прекрасно понимаю, — ответил Эрик. — Именно поэтому хочу быть одним из первых, кто поговорит с ними, как только врачи разрешат. Пока мы спорим, следы исчезают, свидетели теряют память, а виновники получают время скрыться. Макс внимательно посмотрел сначала на Эрика, затем на Себастьяна. — Хватит. Личные разногласия сейчас не имеют значения. Он сделал короткую паузу. — Эрик, ты получишь возможность участвовать в допросе выживших. Но только после официального разрешения врачей Эрудиции. До этого момента никто не будет оказывать на пострадавших никакого давления. Эрик коротко кивнул. — Меня это устраивает. Себастьян промолчал, хотя по выражению его лица было понятно, что решение Макса его совсем не радует. До этого молчавший Джонни спокойно сложил руки на столе. Его взгляд медленно скользнул по присутствующим: сначала на Эрика, затем на Себастьяна и, наконец, остановился на Максе. — Знаете... — произнес он негромко. — Мы все рассматриваем версию поджога. Но почти никто не задает себе главный вопрос: кому это было выгодно? Он сделал короткую паузу. — Если это не работа одной из наших фракций... значит, остается Эрудиция. В комнате сразу стало заметно тише. Себастьян нахмурился. — Ты сейчас серьезно обвиняешь Эрудицию? — Нет, — спокойно ответил Джонни. — Я говорю, что нельзя исключать ни одной версии. Мы слишком мало знаем. Он посмотрел на лежащие перед ним документы. — Представьте, что в секторе АМ5 нашли информацию, которая не должна была попасть наружу. Старые архивы... сведения о прошлом мире... о войне... Или, например, документы о дивергентах. При последнем слове несколько лидеров переглянулись. — Если подобная информация действительно существовала, — продолжил Джонни, — кто-то мог решить уничтожить весь объект вместе с доказательствами. Пожар — самый простой способ стереть следы. Эрик медленно кивнул. — Именно об этом я и говорил. Такое разрушение слишком похоже на попытку замести следы. Макс, не меняя выражения лица, произнес: — Пока это лишь теория. Очень опасная теория. — Но заслуживающая проверки, — ответил Джонни. — Мы не можем закрывать глаза только потому, что подозрения падают на союзную фракцию. Макс перевел взгляд на остальных. — Хорошо. До тех пор пока у нас нет доказательств, никто не обвиняет Эрудицию. Однако Зик проверит все архивы, переписку по проекту, историю доступа к сектору АМ5 и любые материалы, которые могли исчезнуть незадолго до катастрофы. Зик кивнул. — Если кто-то пытался удалить информацию, я это увижу. Даже если файлы были уничтожены, цифровые следы обычно остаются. Макс поднялся со своего места. — Тогда действуем именно так. Никаких поспешных выводов. Только факты. Если за взрывом действительно кто-то стоит, мы найдем виновных, кем бы они ни были. После слов Джонни за столом воцарилось молчание. Первым его нарушил Эрик. Он медленно откинулся на спинку кресла и усмехнулся краем губ. — Забавно. Все взгляды обратились к нему. — Мы уже полчаса сидим здесь и обсуждаем, кто виноват. Эрудиция, прошлый мир, дивергенты... Только никто не задал самый простой вопрос. Макс прищурился. — Какой же? Эрик пожал плечами. — Почему мы вообще ничего не знаем? Себастьян раздраженно выдохнул. — К чему ты клонишь? — К тому, что вы слишком привыкли доверять бумажкам и отчетам. — Эрик постучал пальцем по лежащей перед ним папке. — Здесь нет ни одного факта. Одни догадки. — Факты мы сейчас и собираем, — холодно ответил Себастьян. Эрик посмотрел на него так, словно услышал что-то смешное. — Правда? Пока что я вижу только попытки убедить самих себя, что всё под контролем. Себастьян резко подался вперед. — Следи за словами. — А то что? — спокойно спросил Эрик. — Выгонишь меня с совета? Макс уже собирался вмешаться, но Эрик продолжил: — Если бы объект охраняли мои люди, никто бы не пронес туда даже канистру с горючим. Значит, либо охрана была некомпетентной... либо кто-то сознательно открыл двери. Себастьян ударил ладонью по столу. — Ты сейчас обвиняешь Бесстрашных? — Нет. Эрик даже не повысил голос. — Я обвиняю тех, кто отвечает за безопасность и до сих пор не может объяснить, почему погибли почти все. Тишина стала почти невыносимой. Себастьян поднялся со своего места. — Ты слишком молод, чтобы разговаривать со мной в таком тоне. Эрик тоже медленно встал. — А вы слишком долго сидите в этом кресле, чтобы замечать собственные ошибки. Макс резко ударил ладонью по столу. — Достаточно! Оба повернули головы к нему. — Это не поединок самолюбия. Пока вы меряетесь опытом и возрастом, настоящий виновник получает время скрыться. Сядьте. Несколько секунд никто не двигался. Первым сел Эрик. Он спокойно поправил рукав куртки и, не сводя глаз с Себастьяна, произнес: — Когда найдете виновного, извинитесь. Если, конечно, хватит смелости признать, что я был прав. Себастьян ничего не ответил. Но по его взгляду было ясно: после окончания совета этот разговор он забывать не собирался. Совет закончился. Стулья заскрипели, мужчины начали молча подниматься со своих мест. Никто больше не спорил. Каждый уносил с собой собственные мысли. Эрик еще несколько секунд сидел неподвижно. Он внимательно посмотрел на каждого из лидеров. На Макса — слишком спокойного. На Себастьяна — раздраженного. На Джонни — задумчивого. ЗиК уже мысленно был где-то среди архивов. «Никто из вас не понимает, насколько все плохо...» Эрик молча поднялся и первым вышел из зала. Тяжелые двери закрылись за его спиной. Широкие коридоры штаба были почти пустыми. Каблуки его тяжелых ботинок размеренно отбивали шаг. — Идиоты... — тихо произнес он себе под нос. Он сунул руки в карманы куртки. — Все до единого. Его голос звучал спокойно, почти равнодушно. — Они до сих пор думают, что это просто авария... Или хотят думать. Эрик усмехнулся. — Пока они будут писать отчеты и собирать комиссии, тот, кто устроил этот взрыв, уже заметет все следы. Он остановился у большого окна. За стеклом мерцали огни города. — Если это действительно поджог... значит, кто-то бросил вызов всему Совету. Несколько секунд он просто смотрел в темноту. — А вы даже не поняли, что война уже началась... Он отвернулся и продолжил путь. *** Дверь квартиры тихо закрылась. Внутри было непривычно тихо. Эрик бросил ключи на стол, снял куртку и подошел к небольшому шкафу. Из него он достал бутылку виски и тяжелый стеклянный стакан. Плеснул совсем немного. Несколько секунд он просто смотрел на янтарную жидкость. — За халатность... — сухо усмехнулся он. — И за тех, кто слишком уверен, что контролирует ситуацию. Он сделал один медленный глоток. Алкоголь обжег горло, но мысли яснее не стали. Перед глазами снова вспыхнули слова Джонни о прошлом мире, лица лидеров, разрушенный сектор АМ5 и неизвестная девушка, которая каким-то чудом осталась жива. Эрик поставил стакан на стол. — Если девчонка очнется раньше, чем до нее доберутся остальные... я сам с ней поговорю. Эрик устало потер переносицу и открыл очередной журнал доступа к сектору АМ5. Страница за страницей. Дата за датой. Большинство записей были однообразными: сотрудники, инженеры, техники, охрана. Он уже собирался закрыть файл, как вдруг взгляд зацепился за одну строчку. Временный пропуск № А-17. Имя владельца отсутствовало. В графе «Статус» значилось лишь: «Допуск по личному распоряжению руководителя проекта-Валерия Легасова» Эрик медленно выпрямился. — Что за... Он открыл полную карточку допуска. Фотография отсутствовала. Фамилия была удалена. Дата рождения тоже. Остались лишь несколько строк.
Допуск оформлен в сопровождении научного руководителя проекта.
Причина посещения — засекречено. Эрик нахмурился. — Засекречено... Он открыл журнал повторных посещений. Тот же номер допуска. Еще одна запись. Еще одна. Девушка появлялась в секторе М5 не один раз. Она посещала объект регулярно. — Значит... ты была там не случайно. Он быстро открыл список сотрудников, надеясь найти руководителя, оформившего пропуск. Но вместо имени увидел лишь красную системную пометку: «В просторном зале за длинным столом сидели пятеро мужчин — лидеры фракций. В помещении царила тяжелая тишина. Себастьян нервно переводил взгляд с одного лица на другое. Ему предстояло дать полный отчет о катастрофе в секторе АМ5. На данный момент было известно лишь одно: выживших почти не осталось. Среди них — неизвестная девушка-подросток, личность и принадлежность к фракции которой установить пока не удалось, двое Бесстрашных и одна представительница Эрудиции.  Все четверо находились под круглосуточным наблюдением врачей в медицинском центре Эрудиции. Их состояние было настолько тяжелым, что допросить пострадавших не представлялось возможным. Первым нарушил молчание Макс. — Начнем заседание. Себастьян, доложите. Что стало причиной взрыва? Почему число выживших настолько мало? Себастьян глубоко вдохнул. — Когда мы прибыли на место, большая часть комплекса уже была разрушена. Повсюду был огонь, перекрытия продолжали обрушаться. Люди оказались под завалами, многих уже невозможно было спасти. Все произошло слишком быстро... Но я не верю, что это была случайность. Лидеры внимательно слушали, не перебивая. — Вы считаете, что это был поджог? — спокойно спросил Макс. — Да. По крайней мере, я не исключаю этой версии. Слишком многое указывает на то, что пожар начался не случайно. Макс покачал головой. — Это крайне маловероятно. Проект «Сектор АМ5» был совместной разработкой Эрудиции и Бесстрашия. Никому из наших фракций не было выгодно уничтожать объект. — А если они нашли что-то? — тихо возразил Себастьян. — Какие-нибудь документы о прошлом... о войне... информацию, которую кто-то хотел скрыть. Тогда мотив появляется. В комнате вновь повисла тишина. Наконец Макс произнес: — Пока это только предположения. Нам нужны факты. Мы должны допросить выживших и собрать все возможные улики. Себастьян устало покачал головой. — Там уже нечего собирать. Здание полностью обрушилось. Макс посмотрел на сидящего рядом Зика. — Тогда работаем с тем, что осталось. Зик, займитесь архивами. Поднимите записи камер видеонаблюдения, журналы доступа, историю проекта, отчеты сотрудников — абсолютно все, что можно восстановить. Зик кивнул. — Уже занимаюсь этим. Эрудиция связалась со мной еще до начала совета и запросила дополнительную информацию. Я ответил, что сначала дождусь решения совета. После заседания передам им все материалы, которые удастся найти. Они, в свою очередь, обещали предоставить нам свои данные, если обнаружат что-то важное. — Хорошо, — сказал Макс. — Теперь второй вопрос. Он открыл лежащую перед собой папку. — Девушка. Кто она? Почему подросток оказался на объекте такого уровня секретности? Это грубейшее нарушение правил безопасности. Никто не ответил. — Возможно, она дочь кого-то из сотрудников, — предположил Себастьян. — Но даже в этом случае ей не место в секторе АМ5. Макс кивнул. — Установите ее личность. Нужно выяснить, к какой фракции она принадлежит, кто ее родители и кто допустил ее появление на объекте. Если она не из нашей фракции, немедленно свяжитесь с руководством Эрудиции. Этот вопрос требует ответа не меньше, чем причина самого взрыва. Совет продолжился, но каждый понимал: катастрофа в секторе АМ5 была лишь началом куда более опасной истории. После непродолжительной паузы слово взял самый молодой из присутствующих лидеров — Эрик. Он молча обвел взглядом сидящих за столом. На его лице не отражалось почти никаких эмоций, лишь проколотая бровь едва заметно дергалась всякий раз, когда он о чем-то напряженно размышлял. Наконец Эрик заговорил: — Макс, по-моему, здесь все очевидно. Если бы это была обычная техническая авария, комплекс не превратился бы за одну ночь в груду руин. Такие объекты строятся с огромным запасом прочности. Сто процентов — это поджог. Несколько секунд в комнате стояла тишина. — И еще, — продолжил он уже тверже. — Я хочу лично допросить выживших. Себастьян раздраженно цокнул языком. Его давно выводила из себя манера Эрика разговаривать с остальными. Несмотря на свой возраст, тот держался слишком уверенно, почти фамильярно, словно находился среди равных друзей, а не среди лидеров фракций. — Эрик, — холодно произнес Себастьян, — может, тебе лучше заняться своими обязанностями? Если я не ошибаюсь, через пару месяцев начинается новый набор неофитов. Кто-то ведь должен заниматься их подготовкой. Эрик спокойно перевел взгляд на него. — Неофиты никуда не денутся. А вот люди, которые могут знать, что произошло в секторе АМ5, могут умереть раньше, чем придут в сознание. — Они сейчас не в том состоянии, чтобы отвечать на вопросы, — возразил Себастьян. — Я это прекрасно понимаю, — ответил Эрик. — Именно поэтому хочу быть одним из первых, кто поговорит с ними, как только врачи разрешат. Пока мы спорим, следы исчезают, свидетели теряют память, а виновники получают время скрыться. Макс внимательно посмотрел сначала на Эрика, затем на Себастьяна. — Хватит. Личные разногласия сейчас не имеют значения. Он сделал короткую паузу. — Эрик, ты получишь возможность участвовать в допросе выживших. Но только после официального разрешения врачей Эрудиции. До этого момента никто не будет оказывать на пострадавших никакого давления. Эрик коротко кивнул. — Меня это устраивает. Себастьян промолчал, хотя по выражению его лица было понятно, что решение Макса его совсем не радует. До этого молчавший Джонни спокойно сложил руки на столе. Его взгляд медленно скользнул по присутствующим: сначала на Эрика, затем на Себастьяна и, наконец, остановился на Максе. — Знаете... — произнес он негромко. — Мы все рассматриваем версию поджога. Но почти никто не задает себе главный вопрос: кому это было выгодно? Он сделал короткую паузу. — Если это не работа одной из наших фракций... значит, остается Эрудиция. В комнате сразу стало заметно тише. Себастьян нахмурился. — Ты сейчас серьезно обвиняешь Эрудицию? — Нет, — спокойно ответил Джонни. — Я говорю, что нельзя исключать ни одной версии. Мы слишком мало знаем. Он посмотрел на лежащие перед ним документы. — Представьте, что в секторе АМ5 нашли информацию, которая не должна была попасть наружу. Старые архивы... сведения о прошлом мире... о войне... Или, например, документы о дивергентах. При последнем слове несколько лидеров переглянулись. — Если подобная информация действительно существовала, — продолжил Джонни, — кто-то мог решить уничтожить весь объект вместе с доказательствами. Пожар — самый простой способ стереть следы. Эрик медленно кивнул. — Именно об этом я и говорил. Такое разрушение слишком похоже на попытку замести следы. Макс, не меняя выражения лица, произнес: — Пока это лишь теория. Очень опасная теория. — Но заслуживающая проверки, — ответил Джонни. — Мы не можем закрывать глаза только потому, что подозрения падают на союзную фракцию. Макс перевел взгляд на остальных. — Хорошо. До тех пор пока у нас нет доказательств, никто не обвиняет Эрудицию. Однако Зикпроверит все архивы, переписку по проекту, историю доступа к сектору АМ5 и любые материалы, которые могли исчезнуть незадолго до катастрофы. Зик кивнул. — Если кто-то пытался удалить информацию, я это увижу. Даже если файлы были уничтожены, цифровые следы обычно остаются. Макс поднялся со своего места. — Тогда действуем именно так. Никаких поспешных выводов. Только факты. Если за взрывом действительно кто-то стоит, мы найдем виновных, кем бы они ни были. После слов Джонни за столом воцарилось молчание. Первым его нарушил Эрик. Он медленно откинулся на спинку кресла и усмехнулся краем губ. — Забавно. Все взгляды обратились к нему. — Мы уже полчаса сидим здесь и обсуждаем, кто виноват. Эрудиция, прошлый мир, дивергенты... Только никто не задал самый простой вопрос. Макс прищурился. — Какой же? Эрик пожал плечами. — Почему мы вообще ничего не знаем? Себастьян раздраженно выдохнул. — К чему ты клонишь? — К тому, что вы слишком привыкли доверять бумажкам и отчетам. — Эрик постучал пальцем по лежащей перед ним папке. — Здесь нет ни одного факта. Одни догадки. — Факты мы сейчас и собираем, — холодно ответил Себастьян. Эрик посмотрел на него так, словно услышал что-то смешное. — Правда? Пока что я вижу только попытки убедить самих себя, что всё под контролем. Себастьян резко подался вперед. — Следи за словами. — А то что? — спокойно спросил Эрик. — Выгонишь меня с совета? Макс уже собирался вмешаться, но Эрик продолжил: — Если бы объект охраняли мои люди, никто бы не пронес туда даже канистру с горючим. Значит, либо охрана была некомпетентной... либо кто-то сознательно открыл двери. Себастьян ударил ладонью по столу. — Ты сейчас обвиняешь Бесстрашных? — Нет. Эрик даже не повысил голос. — Я обвиняю тех, кто отвечает за безопасность и до сих пор не может объяснить, почему погибли почти все. Тишина стала почти невыносимой. Себастьян поднялся со своего места. — Ты слишком молод, чтобы разговаривать со мной в таком тоне. Эрик тоже медленно встал. — А вы слишком долго сидите в этом кресле, чтобы замечать собственные ошибки. Макс резко ударил ладонью по столу. — Достаточно! Оба повернули головы к нему. — Это не поединок самолюбия. Пока вы меряетесь опытом и возрастом, настоящий виновник получает время скрыться. Сядьте. Несколько секунд никто не двигался. Первым сел Эрик. Он спокойно поправил рукав куртки и, не сводя глаз с Себастьяна, произнес: — Когда найдете виновного, извинитесь. Если, конечно, хватит смелости признать, что я был прав. Себастьян ничего не ответил. Но по его взгляду было ясно: после окончания совета этот разговор он забывать не собирался. Совет закончился. Стулья заскрипели, мужчины начали молча подниматься со своих мест. Никто больше не спорил. Каждый уносил с собой собственные мысли. Эрик еще несколько секунд сидел неподвижно. Он внимательно посмотрел на каждого из лидеров. На Макса — слишком спокойного. На Себастьяна — раздраженного. На Джонни — задумчивого. ЗиК уже мысленно был где-то среди архивов. «Никто из вас не понимает, насколько все плохо...» Эрик молча поднялся и первым вышел из зала. Тяжелые двери закрылись за его спиной. Широкие коридоры штаба были почти пустыми. Каблуки его тяжелых ботинок размеренно отбивали шаг. — Идиоты... — тихо произнес он себе под нос. Он сунул руки в карманы куртки. — Все до единого. Его голос звучал спокойно, почти равнодушно. — Они до сих пор думают, что это просто авария... Или хотят думать. Эрик усмехнулся. — Пока они будут писать отчеты и собирать комиссии, тот, кто устроил этот взрыв, уже заметет все следы. Он остановился у большого окна. За стеклом мерцали огни города. — Если это действительно поджог... значит, кто-то бросил вызов всему Совету. Несколько секунд он просто смотрел в темноту. — А вы даже не поняли, что война уже началась... Он отвернулся и продолжил путь. *** Дверь квартиры тихо закрылась. Внутри было непривычно тихо. Эрик бросил ключи на стол, снял куртку и подошел к небольшому шкафу. Из него он достал бутылку виски и тяжелый стеклянный стакан. Плеснул совсем немного. Несколько секунд он просто смотрел на янтарную жидкость. — За халатность... — сухо усмехнулся он. — И за тех, кто слишком уверен, что контролирует ситуацию. Он сделал один медленный глоток. Алкоголь обжег горло, но мысли яснее не стали. Перед глазами снова вспыхнули слова Джонни о прошлом мире, лица лидеров, разрушенный сектор АМ5 и неизвестная девушка, которая каким-то чудом осталась жива. Эрик поставил стакан на стол. — Если девчонка очнется раньше, чем до нее доберутся остальные... я сам с ней поговорю.  Эрик устало потер переносицу и открыл очередной журнал доступа к сектору АМ5. Страница за страницей. Дата за датой. Большинство записей были однообразными: сотрудники, инженеры, техники, охрана. Он уже собирался закрыть файл, как вдруг взгляд зацепился за одну строчку. Временный пропуск № А-17. Имя владельца отсутствовало. В графе «Статус» значилось лишь: «Допуск по личному распоряжению руководителя проекта-Валерия Легасова» Эрик медленно выпрямился. — Что за... Он открыл полную карточку допуска. Фотография отсутствовала. Фамилия была удалена. Дата рождения тоже. Остались лишь несколько строк. Допуск оформлен в сопровождении научного руководителя проекта. Причина посещения — засекречено. Эрик нахмурился. — Засекречено... Он открыл журнал повторных посещений. Тот же номер допуска. Еще одна запись. Еще одна. Девушка появлялась в секторе АМ5 не один раз. Она посещала объект регулярно. — Значит... ты была там не случайно. Он быстро открыл список сотрудников, надеясь найти руководителя, оформившего пропуск. Но вместо имени увидел лишь красную системную пометку: «Данные удалены администратором высшего уровня». Эрик усмехнулся.