Протокол «Архитектор»: Песочница

Внутри «Стерильного Бункера», интегрированного в глубокие недра Цитадели Демонического Царства, безраздельно властвовал вечный холод. Промышленная сплит-система, работающая на двух спаренных кристаллах Небесного Льда, бесшумно нагнетала в помещение эталонные семнадцать градусов тепла. Бэй Фэн полулежала в своем ортопедическом кресле, лениво покачивая ногой. Ей было невыносимо, экзистенциально скучно. Все текущие чертежи были полностью рассчитаны, проверены и отправлены мастерам Демонического царства для серийного производства. Новые массивы вентиляции для нижних уровней цитадели сейчас обкатывались демонами-послушниками во внешних секторах. Свинофермы поставляли бекон, бражка из демонической репы успешно спаивала маргинальные слои населения, газеты неизменно пропагандировали величие Императора Демонов на фоне недавнего саботажа человеческих пашен и, как вследствие, неурожая. Скукота. Её личные «глайд-бутсы» версии 5.0 стояли на полке, полностью готовые к эксплуатации, но летать на них в такое пекло не хотелось. «Издательский синдикат» Сяньшу временно ушел на каникулы — Лю Минъянь уехала на регенерацию творческих сил, так что свежих свитков с яойным «стеклом» не поступало уже неделю. Даже качели из нефрита, которые Бинхэ подвесил на террасе, сегодня не вызывали у неё ничего, кроме ленивого зевка. Сам Владыка Демонов, Ло Бинхэ, улетел еще на рассвете — проводить «горизонтальную интеграцию» очередного строптивого северного клана, чей генерал имел глупость громко высказаться о неэффективности его налоговой политики. — Скука — это главный деструктивный фактор для взрослого разума, — пробормотала Бэй Фэн в пустоту прохладного кабинета. — Процессор начинает деградировать от отсутствия входящих задач. Пожалуй, пришло время провести ревизию и дефектовку системы. Она потянулась к столу, выудила из ящика чистый свиток и открыла свой личный файл аудита. Взяв маркер, она начала строчка за строчкой прописывать сравнительный анализ двух версий реальности — канонного ПГБД, которую она читала в прошлой жизни, и своей собственной, уже полностью отлаженной системы. Бэй Фэн выводила иероглифы, мысленно ставя виртуальные галочки напротив каждого пункта в таблице: «Пункт первый: Материнская травма Су Сиянь. В каноне — полная деформация личности Бингэ из-за веры в то, что его выбросили в реку как мусор. В нашей системе — баг успешно устранен. Самолёт дебажил логи, Бинхэ знает правду о спасении, меридианы чисты от застарелой обиды. Статус: Проверено. Галочка. Пункт второй: Папаша. В каноне — Тяньлан-цзюнь гниет под горой, ненавидя человечество, и возвращается, чтобы устроить глобальный краш-тест всей Империи. Мы успешно провели операцию "Разморозка". Папаша сейчас благополучно реабилитирован, живет у себя на даче под видом почетного пенсионера на калорийном пайке, за обе щеки уплетая утку и читая фанфики. Лояльность объекта — 90%. Статус: Оптимизировано. Галочка. Пункт третий: ПТСР Бездны. В каноне — пять лет ада, поедание сырого мяса монстров и Синьмо, выжигающий сознание кошмарами. Бинхэ же прошел Бездну по ускоренному экспресс-маршруту вместе со мной. Никакого распада личности, Синьмо работает как послушная утилита. Статус: Пройдено без потерь. Галочка. Пункт четвертый: Самооценка и Шэнь Цинцю. Годы издевательств Шэнь Цзю превратили Бинхэ в мстительное чудовище. Я же вовремя применила "Протокол Папа", вылечила Учителю спину, подсунула ему меховой стульчак, и теперь Шэнь Цзю — это наш лучший административный бронежилет, который лично прикрывает нам жопу и постоянно закупается у нас ништяками. Статус: Полная интеграция. Галочка». Бэй Фэн остановилась, чтобы отпить глоток холодного улуна. Она посмотрела на следующий пункт, и её бледные щеки против её воли медленно, но отчетливо залил густой румянец. Ей пришлось сделать глубокий вдох, чтобы вернуть контроль над задрожавшей Ци. «Пункт пятый: Дефицит тактильности и соматическая калибровка. В каноне — Бингэ пытался заглушить внутренний голод Ци через открытие 3000 несовместимых женских виджетов, что привело к тотальному перегреву системы и одиночеству на троне. У нас...» Она на мгновение замерла, вспоминая, как их старая кровать и сетка под потолком пристройки на Цинцзине окончательно уступили место огромной обсидиановой кровати в Царстве Демонов, где Бинхэ теперь хозяйничал без всяких ограничений, постоянно затаскивая её туда под любым предлогом (и без). «...У нас тактильный дефицит компенсирован через регулярные сессии. Лицензия "племянника" мутировала в пожизненный контракт на владение моим телом. Бин-тех превратил "опеку" в самую настоящую диктатуру заботы. Каждое моё мелкое повреждение или ушиб он считывает как повод для немедленного Ян-прогрева под одеялом». Бэй Фэн с остервенением черкнула маркером по пергаменту, выводя свою главную, выстраданную за эту неделю фразу: «В связи с наступающим летним сезоном требуется ввести жесткое ограничение на частоту синхронизации. Мои меридианы перенасыщены, а Бинхэ ведет себя как неисправный термостат, зацикленный на режиме максимального нагрева». Она удовлетворенно откинулась на спинку кресла, любуясь своим «отчетом о проделанной работе». Но насладиться триумфом Логики ей не удалось. Воздух в кабинете внезапно стал плотным, вязким и невероятно горячим. Прохлада от ледяного кондиционера мгновенно отступила, словно испугавшись давления чужой мощной Ци. Тень за её спиной колыхнулась, и из неё абсолютно бесшумно, словно сотканный из самой тьмы, выступил Ло Бинхэ. Он вернулся с завоевания на три часа раньше срока. На нём не было ни пылинки, его черный шелк халата сиял безупречной чистотой, но от него исходил тот самый запах озона, каленого железа и того, что Архитектор любила называть ароматом нестиранных тряпок. Его зрачки были расширены, а багровая метка на лбу тускло мерцала под непослушной кудрявой челкой. Прежде чем Бэй Фэн успела хотя бы повернуть голову к нарушителю личного пространства, его пальцы мягко скользнули по её плечу, а другая рука легким движением выхватила свиток прямо из её рук. Ло Бинхэ чуть наклонил голову набок, и его губы растянулись в той самой хищной улыбке, от которой у Бэй Фэн внутри всё мгновенно заблокировалось от предчувствия системного сбоя. — Так-так-так, что тут у нас... — промурлыкал он ей прямо в самое ухо, обжигая кожу горячим дыханием. — Мой Архитектор снова занимается своими тайными расчётами? Бинхэ развернул плотный шелк свитка. Его взгляд, скользивший по иероглифам, замер. Багровая метка на его лбу на долю секунды вспыхнула яростным светом, а воздух в комнате зазвенел от мгновенно подскочившего напряжения. Он читал. И с каждой строчкой его плечи становились всё более жесткими, а Ци вокруг его фигуры сжималась в плотный, вибрирующий от скрытой угрозы купол. — "Ло Бингэ"... — медленно, словно пробуя на вкус чужой иероглиф, прочитал он вслух. Его голос был пугающе тихим, опустившись до вибрирующего инфразвука, от которого по полу пристройки прошла мелкая дрожь. — "Три тысячи наложниц"... "ПТСР Бездны"... Он опустил свиток на стол, прямо поверх её руки, и накрыл его своей горячей ладонью, полностью блокируя её возможность забрать документ назад. Бинхэ наклонился ниже, заглядывая ей в глаза. В его зрачках плескалась ревнивая Тьма Небесного Демона. — Скажи мне, Бэй-эр... — прошептал он, и в его улыбке обнажились острые клыки. — Что это за "Ло Бин-гэ", чью силу и ложе ты так подробно расписываешь в тайне от меня? И почему ты сравниваешь его позорный гарем из трех тысяч кукол с нашими ночами? С тем, как я согреваю твое Ядро до самого рассвета? Неужели моё присутствие кажется тебе настолько незаметным, что в твоем свитке нашлось место для чужого имени? Бэй Фэн почувствовала, как её щёки мгновенно заливает густой румянец. Ей было невыносимо стыдно. Взрослая женщина, которая давно проработала все свои травмы, сидела перед своим собственным творением и глупо моргала, пытаясь защититься привычными терминами. — Ну а че? — прогнусавила она, пытаясь вернуть лицу маску безразличного кирпича. — Это просто... анализ. Да! Могу же я иногда подкинуть своему процессу вычислений пищи для ума? Это сугубо гипотетический расчет несуществующего случая! Чистый контрафактум! Что было бы с твоей системой, не будь в твоей жизни меня, да! Бинхэ не стал слушать её оправдания про «контрафактум». Его взгляд скользнул по золотому шелку. Одним небрежным движением он извлек из-за пазухи Синьмо. Клинок Бездны издал короткий звон, и лезвие беззвучно рассекло воздух перед столом. В пространстве пристройки открылась сочащаяся фиолетовым дымом щель. Бинхэ просто скомкал свиток в кулаке и швырнул его в эту бездну, удаляя упоминание о другом Ло Бинхэ из реальности. Разлом мгновенно схлопнулся, оставив лишь легкий запах озона. — В твоих расчетах больше нет нужды, Бэй-эр, — тихо произнес он, и его Ци мягко окутала её плечи. — Этот призрак отправлен обратно в пустоту. Твоя память должна быть чистой от чужих имен. Бэй Фэн попыталась отодвинуться вместе со стулом, но упругая волна его Ци заблокировала движение. Она схватила со стола свой маркер, выставив его перед собой, как защитное оружие. — Бинхэ, соблюдай дистанцию! — рявкнула она, чувствуя, как внутри всё начинает плавиться от его близости. — Мы находимся в рабочей зоне, а не в спальном секторе цитадели! Твой Ян-поток сейчас нарушает мою терморегуляцию! Ло Бинхэ проигнорировал её «зоны» и «потоки». Он шагнул вперед, сокращая зазор до минимума. Его ладонь накрыла её пальцы, сжимающие маркер. Он бережно поднес её руку к своим губам, коснувшись кожи поцелуем. — Ты сама научила меня быть твоей защитой, Бэй-эр, — прошептал он, и его взгляд скользнул по её лицу. — Твои пальцы сейчас дрожат. Твоя Ци бьется в смятении. Разве я могу оставить свою жену в таком беспокойстве? Позволь мне согреть тебя. — Моя рука дрожит, потому что ты стоишь слишком близко и игнорируешь условия SLA! — Бэй Фэн попыталась вырвать руку, но её силы окончательно покинули её под воздействием его Ци. — Это несанкционированное вмешательство! Бинхэ лишь тихо рассмеялся бархатистым смехом Владыки. Он обнял её за талию, прижимая её тело к своей широкой груди. Черный шелк его рубашки обжег её сквозь легкий халат. — Твое тело само тянется к моей силе, Бэй-эр, — его губы коснулись её виска, заставляя утихнуть последний шум в её голове. — Ты можешь сколько угодно хмуриться над своими чертежами, но твое сердце сейчас бьется в одном ритме с моим. Я просто сделаю то, что должен. Бэй Фэн попыталась совершить тактический маневр — извернуться и ткнуть его локтем в бок, но её нога в тапочке скользнула по вощеному полу. Совершив классический «проеб», она потеряла равновесие. Маркер со стуком покатился под стол. Бинхэ перехватил её в полете, и они оба рухнули на пол. Бэй Фэн, пунцовая до кончиков ушей, уткнулась лицом в его плечо. Все её психологические защиты были стерты этой атакой. На её лице застыло то самое смущенное выражение женщины, которая наконец-то сдалась. — Блять... — глухо простонала она в его шелковый воротник. — Ну хватит меня папапашить на каждый мой проеб, Бинхэ! У меня ноги уже не сдвигаются! Ян-прогрев — это не универсальное средство от любых ушибов и ошибок! Ло Бинхэ приподнял её лицо за подбородок. На его лице играла сытая улыбка мужчины, который полностью контролирует свою вселенную. Он наклонился, целуя её в припухшие губы. — Я согрею тебя так, что ты забудешь о любой усталости, Бэй-эр, — прошептал он, и его Ци окончательно заблокировала все внешние сигналы в её меридианах. — Твои чертежи могут подождать до утра. А пока — просто доверься мне. Он легко приподнял её тело, укутывая облаком своей Ци, и направился в спальню, игнорируя все возмущённые попискивания Архитектора. *** В Тронном Зале Дворца Хуаньхуа стоял тяжелый, удушливый аромат — смесь сотен сортов пудры и благовоний, которыми пахли многочисленные жены. Ло Бин-гэ неподвижно восседал на золотом троне. Его взгляд, выжженный вековой скукой, лениво скользил по залу. Император Трех Миров чувствовал лишь одно — невыносимую пустоту внутри собственных меридианов, которую не могли заглушить ни стоны наложниц, ни крики врагов. Внезапно Синьмо на его коленях издал надрывный звон. Пространство перед троном разошлось фиолетовой трещиной, и из разлома прямо на расшитый шелк императорских одежд упал свиток. Бин-гэ взял его в руки. Сначала он увидел изнанку — какую-то странную, пугающе четкую вязь линий и кругов. «Схема подземных ходов? — мелькнуло в его голове. — Чертеж неизвестного артефакта, пронизанного жилами?» (Он не знал, что смотрит на план канализации, для него это выглядело как сложнейшая иероглифическая печать). Он перевернул шелк. И его взгляд застыл на первых же строках, выведенных жестким, но уверенным почерком. «Ло Бин-гэ (Оригинал)» — гласил заголовок. Владыка замер. Его меридианы дрогнули от наглости неведомого автора. Он читал, и каждое слово ложилось на его разум холодным клеймом. «Материнская травма — баг устранен». Бин-гэ почувствовал, как в груди разливается ядовитый холод. Кто-то смел называть его вечную боль «ошибкой»? Кто-то утверждал, что существует мир, где он знает правду о матери? Он читал дальше, и его пальцы непроизвольно впились в золото трона. «Отрезанный папаша реабилитирован... ест утку». Бин-гэ вспомнил, как собственноручно забивал Тяньлан-цзюня, видя в нем лишь источник своего позора. Значит, где-то другой он делил трапезу с отцом, пока этот Бин-гэ гнил в своем одиночестве? Но настоящая ярость накрыла его на пункте про Шэнь Цинцю. «Шэнь Цзю — защитный бронежилет... П.А.П.А...» Бин-гэ не понимал странных знаков «П.А.П.А», но слова о «защите» и «бронежилете» считал мгновенно. Тот, кого он держал обрубком в подвале, в другом мире был опорой? Щитом? Этот «Ло Бинхэ» из свитка нашел способ сделать своего мучителя полезным? Сама мысль о том, что Шэнь Цинцю может быть чем-то, кроме источника ненависти, показалась Императору безумием. Он дошел до финала. До тех самых строк. «В связи с наступающим летним сезоном требуется ввести жесткое ограничение на частоту синхронизации. Мои меридианы перенасыщены, а Бинхэ ведет себя как неисправный термостат, зацикленный на режиме максимального нагрева». Ло Бин-гэ замер. Его Ци на мгновение вышла из-под контроля, и по золотым колоннам зала пополз иней. В этом тексте не было мольбы. В нем не было страха. Неизвестная женщина — автор этого дерзкого отчета — жаловалась. Она ворчала на то, что другой Бинхэ задыхается от страсти к ней. Бин-гэ посмотрел на своих жен, замерших в отдалении. Они были послушны. Они были красивы. Но ни одна из них никогда не была для него ТАКОЙ ценностью. Ни одну из них он не желал так яростно, чтобы она начала молить о покое. В его голове, отравленной шепотом Синьмо, возник образ этого «другого Ло Бинхэ». Сытого. Довольного. Имеющего того, кто смеет ворчать на него даже после ночей, полных огня. — Кто... — прошептал Бин-гэ, и его голос в тишине зала прозвучал как удар меча по камню. — Кто имел наглость составить это сравнение? Кто этот человек, посмевший назвать мою жизнь — пустотой, а моих жен — мусором? Он сжал шелк так сильно, что тот начал тлеть под его пальцами. Зависть — черная, тяжелая и невыносимая — затопила его сердце. Он хотел этого. Он хотел эту женщину, которая не боится его тьмы, а пытается с ней работать. Он снова посмотрел на схему труб на обороте. Теперь он видел в них не магию, а почерк существа, которое знало секрет его «починки». — Я найду тебя, — Ло Бин-гэ поднялся с трона. — Кем бы ты ни была... ты ответишь за каждое слово в этом свитке. И я сделаю так, что ты забудешь, как дышать без моего дозволения. Он вскинул Синьмо. Воздух в зале задрожал. Император начал охоту. *** Пространство в самом центре личных покоев Владыки Демонов разорвалось с влажным треском. Воздух в спальне, где еще секунду назад царила выверенная до градуса прохлада, мгновенно наполнился запахом серы, крови и жженого золота. Ло Бинхэ стоял у огромного окна, застегивая воротник халата. Его рука опустилась на эфес Чэньмо. Он обернулся, и его глаза полыхнули багрянцем. Из фиолетового разлома шагнула фигура. Ло Бин-гэ ступил на ковер. На нем были парадные императорские одежды, залитые чужой кровью. На его лбу горела демоническая метка. В правой руке он сжимал пульсирующий Синьмо, а в левой — кусок смятого шелка. Два Небесных Демона уставились друг на друга. Два Владыки. Два Императора. Зеркальные отражения. Но один был пропитан запахом гарема, интриг и бесконечной войны. От другого пахло мятой, чистой водой и абсолютным покоем. — Значит, это здесь, — рокочущий голос Бин-гэ заполнил комнату. Он с брезгливым пренебрежением оглядел строгий интерьер без капли позолоты. — Гнездо подделки. Ты выглядишь слишком чистым для того, кто носит мое лицо. Бинхэ сделал шаг вперед. Его аура уплотнилась, превращаясь в монолитную стену, отрезающую незваного гостя от дверей, ведущих в купальню. — Ты пачкаешь мой пол, — тихо ответил Бинхэ. — Возвращайся в свою пустоту. Тебе здесь не рады. Бин-гэ усмехнулся. В этой улыбке скользнуло нечто безумное. Он поднял левую руку и развернул шелк. — Твоя женщина уронила это. Взгляд Бинхэ на долю секунды зацепился за знакомый почерк Бэй Фэн. Его зрачки сузились. — Она пишет весьма занимательные вещи, — продолжил Бин-гэ, делая шаг вперед и наслаждаясь тем, как напрягаются плечи его копии. — Описывает мою жизнь. Разбирает мои шрамы. Она знает о моем гареме. Она знает о моем отце. Эта неизвестная изучает меня так пристально, словно я — центр её вселенной. Бин-гэ намеренно сделал паузу. — Я занимаю её разум, даже не существуя в этом мире. А ты? Ты для неё — лишь удобная мебель. Она изучает меня, потому что я — истинная Тьма, а ты — лишь её выдрессированное подобие. Бинхэ не издал ни звука. Его лицо превратилось в маску из мертвого камня. — Но больше всего меня позабавил финал, — Император оскалился, цитируя выжженные в памяти строки. — Твоя Госпожа жалуется на тебя, подделка. Она молит о пощаде. Ты утомляешь её своей звериной страстью. Ты ей надоел. У меня три тысячи женщин, и ни одна не смеет сказать, что мой жар — это ошибка. А твоя жена... пишет трактаты о том, как сильно ты её достал. Бин-гэ поднял Синьмо, направляя острие прямо в грудь двойника. — Где она? Я заберу её. Я покажу ей, на что способен истинный Владыка. А тебя я оставлю здесь гнить. Воздух в спальне лопнул. Бинхэ исчез из зоны видимости, материализовавшись в миллиметре от Бин-гэ. Чэньмо с чудовищным звоном врезался в Синьмо. Ударная волна разорвала в клочья тяжелые шелковые портьеры. — Она думает о тебе как о мусоре, — прошипел Бинхэ прямо в лицо Императору. Его голос был лишен эмоций, это был приговор. — Она считает тебя дефектным механизмом. Твои три тысячи женщин — это признак твоей ничтожности. Ты питаешься объедками, потому что ни одна из них не видит тебя настоящего. Клинки скрестились снова, высекая снопы багровых искр. — Я — тот, кого она изучала! — выплюнул Бин-гэ, пытаясь продавить защиту. — Ты — её статистика, — холодно парировал Бинхэ, перехватывая инициативу. — А я — её жизнь. Она жалуется на меня, потому что я заполняю её целиком. Ей не нужны другие. Ей нужен только мой жар. Ты пришел сюда искать спасения, потому что твой мир пуст! Звук столкновения Синьмо и Чэньмо разорвал тишину. Вспышка. Воздух зазвенел, превращаясь в стекло. Они двигались. Быстро. Безумно быстро. Так, что пыль не успевала оседать на пол, прижатая силой их меридианов. Тяжелая Ци Синьмо, сочащаяся фиолетовым дымом, столкнулась с ледяной сталью Чэньмо. По обсидиановым плитам пола побежали трещины. Бингэ бил наотмашь. Его удар был наполнен яростью завоевателя, привыкшего крушить чужие армии одним взмахом. Тьма за его спиной клубилась кольцами, ища уязвимое место в защите противника. Он хотел уничтожить само пространство, стереть место, которое Бэй Фэн обустраивала годами. Ему нужно было сломать чужой покой. Бинхэ не отступал ни на дюйм. Чэньмо скользил по Синьмо, уводя сатаки врага в стороны. Он защищал не себя. Он защищал Стены. Её чертежи, её матрас, её тихий замок. Дерево. Хруст. Массивный стол из черного вяза, за которым они сидели вчера вечером, разлетелся на мелкие щепки. Свиток, улетевший в угол, едва не загорелся от летящих искр. Книжный шкаф накренился. Полки лопнули, засыпая пол фолиантами. Но ни один из них не обратил на это внимания. Они снова сблизились. Бингэ нанес удар локтем, целясь в челюсть, но Чэньмо заблокировал выпад. Раздался хруст металла. Бинхэ в ответ выкинул руку, вонзая когти в плечо Императора. Шелк порвался. Алая кровь брызнула на белые плиты, мгновенно испаряясь от жара их меридианов. Они сцепились в мертвой хватке. Мечи выпали из пальцев, со звоном покатившись по обломкам. Тьма и Тьма. Два одинаковых Ядра пульсировали в одном бешеном ритме. Бингэ сжал пальцы на горле Бинхэ, а тот мертвой хваткой вцепился в его метку на лбу. Воздух вокруг них закипел, готовый детонировать. ПЛЮХ! Десять литров ледяной воды обрушились на них сверху, мгновенно погасив демоническое пламя. Оба Владыки замерли. Вода стекала по их лицам, пропитывала роскошный шелк, заливала глаза. Они с одинаковым выражением абсолютного недоумения повернули головы. Дверь в купальню была открыта. На пороге стояла Бэй Фэн. Она была замотана в простой халат. Её волосы мокрыми прядями липли к лицу. В руках она сжимала пустое ведро. Её глаза метали молнии такой силы, что Синьмо в руке Императора испуганно погас. — Что вы здесь устроили?! Что это за бардак?! Блять, на пять минут нельзя вас одних оставить, сразу всё в помойку превратили! — Бэй Фэн тяжело дышала, её голос сорвался на крик взбешенного завуча. — Вам вообще не стыдно? Глаза свои бесстыжие поднимите и посмотрите, что вы натворили! Стены в инее, мебель в щепки! Неееет, вы только посмотрите на них — стоят, обтекают, и довольные такие! Гордитесь собой, да?! Два Небесных Демона, два императора, а мозгов — как у хлебушка! Решили тут силой мериться, пока я отчеты сверяю?! Живо оба за тряпки, и чтобы к утру здесь всё блестело, иначе я вам обоим меридианы так завяжу, что вы до конца жизни только строем ходить будете! Разошлись по углам! БЫСТРО! Она швырнула пустое ведро на пол. Бадья покатилась по залитому водой камню и ударилась о сапог Бин-гэ. В спальне повисла тишина. Ло Бинхэ среагировал первым. Вся его демоническая ярость, вся готовность убивать и рвать на куски испарилась за наносекунду. Он бросил свой меч на пол. Плечи Владыки опустились. Он выглядел как провинившийся школьник, которого поймали за курением за гаражами. — Прости, Владелец, — тихо покаялся он, стряхивая воду с ресниц. — Я допустил проникновение постороннего мусора в наш жилой сектор. Я уберу осколки. Он послушно попятился к стене, не смея перечить. Ло Бин-гэ стоял неподвижно. Вода капала с его носа. Его золотая корона покосилась. Он — Император. Перед ним трепетали континенты. Женщины падали в обморок от его улыбки, а генералы седели от его нахмуренных бровей. И вот сейчас... какая-то невысокая, абсолютно обычная женщина в халате окатила его водой из ведра. Она наорала на него. Она назвала его мозг «хлебушком». Она приказала ему взять тряпку и мыть пол. Бин-гэ смотрел на неё широко открытыми глазами. В её взгляде не было ни капли трепета, ни тени почтения. Для неё он был просто хулиганом, который испортил ей паркет. И в этот момент в груди оригинального Ло Бин-гэ что-то сломалось. Его измученная и выжженная фальшью душа вдруг задохнулась от болезненной эйфории. Это была настоящая жизнь. Никакого страха. Никакой лести. Только чистая злость уставшей женщины. Уголки губ Бин-гэ поползли вверх. Он стоял, мокрый до нитки среди обломков мебели, и на его лице расцветала ошеломленная улыбка. — Значит, это ты..., — прошептал он, делая шаг к ней. Его голос был хриплым, пропитанным сумасшедшей надеждой. — Ты действительно существуешь. Женщина, которая не боится моего огня. Женщина, которая смеет мне приказывать... Бэй Фэн скрестила руки на груди, смерив его ледяным взглядом с ног до головы. — Слышь, оригинал, — её голос лязгнул металлом. — Твои три тысячи баб тебя не научили стучаться? Ты мне тут пол залил своей кровью и водой. Я тебе не наложница, чтобы ты на меня так смотрел. Пшел вон с моего ковра. Бин-гэ замер. Его сердце забилось в бешеном ритме. Она отказала ему. Она отчитала его снова. Это было лучше, чем любой наркотик. — Я могу построить для тебя новый дворец, — быстро заговорил он, подаваясь вперед. — Я дам тебе власть над двумя мирами. Ты сможешь кричать на кого угодно. Ты сможешь наказывать меня. Пойдем со мной. Бэй Фэн закатила глаза, потирая переносицу. — Бинхэ, — она повернулась к мужу, который в этот момент уже держал в руках метлу, но внимательно слушал диалог. — Я просила тебя убрать мусор, а не пыриться молча на этот баг. Выметай этого отсюда. У меня ноги болят после вчерашнего, мне и так хреново. Ло Бинхэ мгновенно выпрямился. Его глаза сверкнули холодным светом. Он посмотрел на Бин-гэ. В этом взгляде было всё: торжество, превосходство и презрение к проигравшему. Она жаловалась на ноги. Она жаловалась на ЕГО страсть. А этого «императора» она просто назвала мусором. Бинхэ отбросил метлу и подошел к своей копии. Он схватил Бин-гэ за шиворот роскошного халата. Оригинал попытался сопротивляться, но его воля была сломлена. Он продолжал смотреть на Бэй Фэн, как голодный смотрит на недосягаемый хлеб. — Ты слышал Архитектора, — прошептал Бинхэ прямо в ухо Императору. — Ты — ошибка кода. Возвращайся в свою пустоту. Тебе никогда не получить её недовольства. Бинхэ уже занес руку, чтобы швырнуть двойника обратно в фиолетовый разлом. Он хотел стереть этот сбой. Выжечь саму память о его визите. — А хотя стой. Архитектор выглядела измотанной. Шлейф недавней «калибровки» всё ещё вибрировал в её меридианах, делая каждое движение тягучим. — Биня, отпусти его, — она зевнула, не глядя на мужчин. — Пинг высокий. Голова болит. Но есть идея. Бинхэ замер. Его пальцы дрогнули. — Владелец? Этот мусор нарушил твой покой. Его нужно утилизировать. — Утилизация требует открытия портала. Портал жрет Ци. Ци — это ресурс, — Бэй Фэн наконец подняла глаза. На её лице была привычная, наработанная годами скука администратора. — Раз уж он прорубился сквозь текстуры и разнес мне половину спальни... пусть отрабатывает. Она перевела взгляд на Ло Бин-гэ. Вода из ведра залила его глаза, но он не вытирал их. Он смотрел на неё с жадностью. — Слышь, Ваше Величество, — Бэй Фэн поправила воротник халата. — У нас в системе всё просто. Кто не работает — тот не ест. Биня, приготовь ему супчика... того, на костном бульоне. С имбирем. Для восстановления меридианов. Бинхэ задохнулся. — Суп?! ЕМУ?! — Если он уберет за собой бардак, — отрезала она. — Император, согласишься? Ну? Помыть полы. Если справишься — получишь горячее питание. И, может быть, я даже позволю тебе задать один вопрос по существу. Ло Бин-гэ молчал. В его голове рушились миры. Он — Владыка Трех Миров. Под его ногами — золото. За его спиной — три тысячи женщин. И вот ему предлагают... метлу. И тарелку супа. — Ты... хочешь, чтобы я убирался? — его голос был хриплым. — Я хочу, чтобы ты компенсировал нанесенный ущерб, — Бэй Фэн прищурилась. — Или проваливай прямо сейчас. Твой выбор, юнит. Либо ты гость, который платит за постой трудом, либо ты баг. Баги я удаляю. Бин-гэ посмотрел на Бинхэ. Тот стоял, скрестив руки на груди, и в его взгляде читалось злорадство. Торжество. Бинхэ уже понял: это не милость. Это высшая форма доминирования. Бэй Фэн только что превратила великого завоевателя в стажера-поломоя. — Я... — Бин-гэ сглотнул. Он почувствовал запах мяты, исходящий от её кожи. Запах дома. — Я согласен. — Вот и славно, — Бэй Фэн кивнула. — Биня, дуй на кухню. А ты... веник в углу. Тряпка за ширмой. И не вздумай использовать Ци, работай руками. Мне нужно видеть реальное старание, а не магическую имитацию. Следующий час в цитадели Небесного Демона был самым странным за всю историю её существования. Ло Бинхэ яростно гремел половником в соседнем помещении. От него во все стороны летели искры ревности и багровое свечение Ядра. Он готовил. Он вливал в этот суп столько силы, что тот мог бы оживить мертвого. Это был ЕГО суп. И он собирался подать его так, чтобы оригинал почувствовал себя ничтожеством. А в самой спальне Ло Бин-гэ, Император, медленно и пафосно возил тряпкой по полу. Он собирал обломки стола из черного вяза. Он подбирал каждый лист чертежа, стараясь не помять бумагу. Вода стекала с его роскошного халата, но он не замечал. Его внимание было приковано к Бэй Фэн. Она сидела на кровати, вытянув ноги. — Плохо трешь, — бросила она, не оборачиваясь. — Под шкафом пыль осталась. Коэффициент чистоты — неудовлетворительный. Бин-гэ замер. Он посмотрел на свои руки — руки, державшие судьбы миллионов. А потом опустился на колени и залез под шкаф. Для него это был экстаз. Она не боялась его присутствия. Она не пыталась соблазнить его. Она просто... администрировала его труд. Для выжженной души Императора это было похоже на возвращение в реальность. Ло Бин-гэ закончил с полом ровно в тот момент, когда Бинхэ вошел в комнату, толкнув дверь ногой. В руках он держал массивный поднос. Запах наваристого бульона, приправленного острым перцем и свежей зеленью, мгновенно вытеснил вонь серы и влаги. Бинхэ, не глядя на двойника, щелчком пальцев заставил обломки старого стола сложиться в некое подобие устойчивой платформы. Достал из пространственного мешка три стула. — Садись, — буркнула Бэй Фэн, указывая Императору на место напротив. — Оплата поступила. Ресурс готов к употреблению. Они сели. Картина была абсурдной. Бэй Фэн посередине, по левую руку — её законный муж, светящийся тихой яростью и гордостью, по правую — мокрый Император, чья корона теперь сиротливо лежала на полке для обуви. Бин-гэ, почувствовав тепло еды, попытался вернуть себе привычную маску. Он взял ложку, но вместо того чтобы есть, подался всем телом к Бэй Фэн. Его взгляд стал тягучим. — Ты ведь знаешь, Архитектор, — вкрадчиво начал он, и его голос вибрировал на частоте, которая в его мире заставляла женщин падать в обморок. — В моем дворце стены из чистого нефрита. Я мог бы дать тебе всё, о чем ты... — Жри молча, — прервала его Бэй Фэн, не поднимая глаз от своей миски. Бин-гэ осекся, но его демоническая натура требовала доминирования. Он проигнорировал ложку и протянул руку, намереваясь коснуться бледных пальцев Бэй Фэн. — Твоя судьба не здесь, — прошептал он, игнорируя то, как Бинхэ уже начал вытаскивать нож. — Ты создана для того, чтобы править рядом с истинной силой, а не сидеть в этой прохладной норе... Бэй Фэн положила палочки на стол. Она подняла на него взгляд. — Слушай, — произнесла она в полной тишине. — Будешь дальше качать права — не дадим тебе в дорожку пельмешков. Понял? Бин-гэ замер. Его рука зависла в воздухе. — Пельмешков? — тупо переспросил он. — Да. С мясом. Бинхэ их сам лепит, — она кивнула в сторону мужа. — У него идеальное ТЗ на начинку. Если продолжишь засорять мой эфир своим пафосом — пойдешь обратно в свою хибару голодным и злым. Выбор за тобой. Либо ты закрываешь хлеборезку и ешь суп, либо проводим депортацию. Император опустил руку. Его «кукуха» в этот момент проходила через экстренную перегрузку. Он, Владыка Трех Миров, только что замолчал из-за угрозы остаться без пельменей. Это было нелогично. Это было унизительно. Это было... невероятно заманчиво. Он взял ложку и уткнулся в суп. Бинхэ торжествующе хмыкнул, пододвигая Бэй Фэн тарелку с идеально слепленными пельмешками. — Вот, Владелец. Свежая партия. Бэй Фэн со вздохом взяла один пельмень, отправила его в рот и довольно зажмурилась. Затем она небрежно похлопала себя по животу через ткань халата. — Нажрала я тут с тобой, конечно... — меланхолично заметила она. — Складские запасы в районе талии увеличились на три процента за этот квартал. Надо переходить на режим экономии калорий. Ло Бинхэ мгновенно подобрался. Его взгляд стал пугающе сфокусированным. — Твой индекс массы в норме, Архитектор, — зачастил он, и его Ци начала вибрировать от затаенного предвкушения. — Но если ты чувствуешь дискомфорт... я знаю отличные методы по интенсивному похудению. Если… — СТОЯТЬ! — рявкнула Бэй Фэн, выставляя палочки как заградительный барьер. — Я знаю твои «методы»! Стоять, я сказала! Не при гостях! Бинхэ виновато опустил глаза, но его улыбка осталась хищной. Он знал, что этот раунд за ним. Остаток ужина прошел под глухой стук палочек о фарфор. Император ел медленно. Он разбирал вкус каждого пельменя, и на его лице, лишенном привычной маски величия, отражался глубокий внутренний крах. Бинхэ сидел рядом с Бэй Фэн, продолжая бросать на двойника многообещающие взгляды, но послушно держал руки на столе. Бэй Фэн отложила палочки, оценивая обстановку. Ло Бин-гэ сидел на её стуле и выглядел как огромный медведь, которого случайно зажали в посудной лавке. В его позе было слишком много скрытой тоски. «Объект дезориентирован, — констатировал её внутренний аналитик. — Логика Сянься-пафоса здесь не работает. Пора переводить конфликт в плоскость полезного аутсорсинга». Она потянулась к столу, взяла глубокую глиняную тарелку со свежими, еще горячими пельмешками и завернула её в чистую льняную салфетку. — На, — Бэй Фэн бесцеремонно пододвинула сверток к рукам Императора. — Заберешь с собой. Разогреешь дома, пожрешь. У нас еще есть, Бинхэ вчера целый мешок налепил. Бингэ медленно перевел взгляд на узелок с едой. Его пальцы дрогнули. Он никогда в жизни не получал «собойки» от женщины. В его мире еду подавали на золоте, рабски склоняясь, а здесь... ему просто дали домашнюю еду в дорогу. — И в следующий раз, — Бэй Фэн подняла указку, — когда решишь снова прорубиться сквозь текстуры... притащи что-нибудь полезное для хозяйства. Только не надо мне этих ваших голов драконов или редкого яда. Хавку лучше принеси. Свежих овощей с юга или меду. Это рационально. Бинхэ мгновенно побелел. Ци вокруг стола вспыхнула багровым пламенем. Его лотос на груди тяжело запульсировал. — Архитектор! — его голос сорвался на опасный рык. — Ты отдаешь ЕМУ мою еду? Ты разрешаешь этому мусору возвращаться в наше пространство?! Бэй Фэн лениво отмахнулась от его ревности. — Алё, Биня, не шуми. Это просто... сравнительный анализ. Мне нужно сопоставить вкусовые качества пищи в разных мирах. Чистая наука! Но, заметив, как Ло Бинхэ уже начал тянуться к Чэньмо, готовый проигнорировать все её протоколы и стереть двойника прямо за столом, она поняла, что совершила тактическую ошибку. Уровень ревности в системе превысил нормы безопасности. Срочный перерасчет приоритетов. — Ладно, тупанула, — Бэй Фэн потерла лоб. — Протокол меняется. Бингэ, раз уж ты у нас такой любитель помахать кулаками... Будешь за моего Биню выполнять всю грязную работу в этом секторе. Оба Демона замерли, уставившись на неё. — Бинхэ останется дома, — Бэй Фэн невозмутимо указала на мужа. — У него объявляется выходной. Я не хочу, чтобы Биня шастал непонятно где на своей работе по отрубанию башек. Это вредно для его меридианов. А ты... — она посмотрела на мокрого Императора, — ты как раз парень свободный. Иди и разнеси генерала вместо него. И тебе полезно — стресс свой разгонишь, и Бине выходной обеспечишь. Профит для всех сторон. Бинхэ откинулся на спинку стула. Вся его ревность в одно мгновение испарилась, сменившись чувством абсолютного превосходства. Она защищала его. Она не хотела, чтобы он уходил из дома на опасные задания. Она оставляла его рядом с собой, а оригинал... оригинал отправлялся выполнять за него черновую работу, как наемный батрак. Бин-тех посмотрел на Бингэ с такой надменной улыбкой, от которой у Императора внутри зачесались меридианы. — Я... я сделаю это, — тихо произнес Бингэ, сжимая в руке узелок с пельменями. Его гордость была растоптана, но в его душе расцветала безумная, темная надежда. Она дала ему задание. Она разрешила ему вернуться. Он сделает эту грязную работу лучше, чем его копия. Он докажет ей свою эффективность. — Вот и отлично, — Бэй Фэн зевнула, зарываясь в одеяло. — Смена закрыта. Бингэ, портал в углу. Иди работай. Биня, неси чай... тётушка хочет спать. Когда фиолетовый разлом Синьмо беззвучно сомкнулся за спиной уходящего Императора, Бэй Фэн закрыла глаза. Комната вновь погрузилась в тишину. Ло Бинхэ опустился на колени у её кровати, бережно накрывая её ноги одеялом и тихо улыбаясь своим мыслям. Система работала без сбоев. Владыка ушел выполнять их домашние обязанности, а её личный «Паук» наконец-то остался дома, полностью готовый к долгой ночной калибровке меридианов. [Лог Системы: Омаке успешно завершено.] [Ло Бинхэ (Бин-тех): Уровень счастья — Вне шкалы. Персональный Владыка Демонов официально переведен в статус "Домашнего мужа".] [Ло Бин-гэ (Оригинал): Получил контракт фрилансера и узелок пельменей. Ожидайте новых поставок ресурсов]. [СИСТЕМНЫЙ ЛОГ: Межпространственный защищенный канал «Синьмо_Link»] [Шифрование: Активировано] [Участники: Юнит 1: [Владыка_Бингэ] (Статус: В крови чужого генерала, ест холодный пельмень) Юнит 2: [Модуль_Бинхэ] (Статус: Лежит в кровати Владельца, массирует её ступни)]

[Владыка_Бингэ]: Генерал мертв. Я вырвал его позвоночник и повесил на воротах его же замка. Клан уничтожен. [Модуль_Бинхэ]: Избыточное применение силы. Архитектор не одобряет порчу биологического материала и лишнюю грязь. Тебе было приказано просто ликвидировать угрозу, а не устраивать театральное представление. Твой КПД хромает. [Владыка_Бингэ]: Закрой рот, подделка. Я — Император, а не твой наемный убийца. Я сделал это так, как подобает Владыке. [Модуль_Бинхэ]: Ты сделал это так, как я тебе разрешил, чтобы освободить мой график. Спасибо за аутсорс. Мой Владелец сейчас спит, а у меня будет возможность проводить её калибровку, когда она проснется, пока ты мерзнешь в чужом мире. [Владыка_Бингэ]: ...Она всегда такая? [Модуль_Бинхэ]: Уточни. [Владыка_Бингэ]: Такая... ненормальная. Она облила меня водой. Меня! Того, перед кем склоняются континенты! Она назвала мой мозг «хлебушком». Любая другая женщина в моих гаремах уже лишилась бы языка за один такой взгляд. А она приказала мне взять тряпку. [Модуль_Бинхэ]: Это называется «прямая передача данных без социальных фильтров». Да. Она всегда такая. Вчера она ударила меня тубусом по пояснице, потому что я слишком громко дышал. [Владыка_Бингэ]: И ты это терпишь?! Ты позволяешь какой-то женщине бить себя палкой?! У тебя кровь Небесного Демона, ничтожество! Ты ведешь себя как побитая дворовая псина! [Модуль_Бинхэ]: Я веду себя как единственный авторизованный пользователь её системы. Ты измеряешь власть количеством трупов и покорных кукол в твоем дворце. А я измеряю власть тем, что она, величайший разум этого мира, не может уснуть, пока я не нагрею её одеяло. Ты можешь сколько угодно называть меня псом, но эта "собака" спит на простынях Архитектора, а ты спишь в золотом склепе, окруженный фальшивками, которые боятся тебя до тошноты. [Владыка_Бингэ]: ... [Владыка_Бингэ]: Пельмени... были приемлемы. Тесто слишком тонкое. [Модуль_Бинхэ]: Тесто раскатано до толщины ровно в один миллиметр, потому что Архитектор не любит избыток углеводов. Я месил его с добавлением экстракта духовного корня. Я знаю, что ты съел их все. Не пытайся скрыть свои логи, старая версия. Тебе никогда в жизни не готовили с учетом твоей физиологии. [Владыка_Бингэ]: Замолчи. Я хочу знать другое. В том свитке... Она писала. Что ты не даешь ей... покоя. [Модуль_Бинхэ]: Тебя интересуют параметры нашей ночной интеграции? [Владыка_Бингэ]: Она жаловалась! Если ты не способен удовлетворить женщину так, чтобы она не пыталась сбежать от тебя в свои чертежи, то ты — мусор. В моем гареме... [Модуль_Бинхэ]: В твоем гареме женщины симулируют оргазмы из страха, что ты отрубишь им головы. А мой Архитектор жалуется, потому что я заполняю её меридианы своей Ян-энергией настолько плотно, что её тело буквально плавится от перегрузки. Она ворчит, потому что я не оставляю ей ни единого шанса думать о чем-то, кроме меня. Её жалоба — это признание моего абсолютного доминирования над её биологией. [Владыка_Бингэ]: Ты сумасшедший. Вы оба сумасшедшие. [Модуль_Бинхэ]: Мы — идеально сбалансированная экосистема. А ты — вирус, который ищет, к чему бы присосаться. [Владыка_Бингэ]: Я вернусь. Я принесу ей голову этого генерала, как она просила. И золото его замка. Я посмотрю, как она отреагирует на дары истинного Владыки. Я докажу ей, что мой ресурс превосходит твой. [Модуль_Бинхэ]: Приноси. Моему Архитектору как раз нужен был качественный металл для новых труб в канализацию. Только не забудь перед входом вытереть ноги. Она терпеть не может, когда на полу остаются следы чужой крови. Конец связи, фрилансер. Архитектор просыпается, мне нужно идти подавать ей чай. [Соединение прервано узлом: Модуль_Бинхэ] [Владыка_Бингэ: Отправка сообщения не удалась. Пользователь заблокировал ваш порт.]