Пять ломаных лучей

Через четыре цикла после Перемычки-девять Альден обнаружил, что у его каюты появилась очередь. В служебных записях у нее все еще был нормальный корабельный коридор, нормальная дверь, нормальный допуск Рифа и список ночных правил, который за последние дни разросся до такой степени, что Мейра предложила оформить его как учебный блок для молодых генералов с повышенной склонностью к сложным решениям. Официально пятеро «Парадокса» жили внутри временно, с соблюдением пожарного доступа, свободного прохода к двери, запретом на самовольную правку вентиляции и отдельным пунктом о том, что Гром не является допустимой заменой штатному замку. На деле каждое утро начиналось с того, что кто-то из пятерых уже стоял там, где Альден мог пройти, упасть, задеть край стола, забыть поесть, открыть дверь или слишком долго смотреть на служебную панель. Сегодня у двери стоял Гром. У стены напротив - Тень. Внутри, у медицинского набора, Пульс проверял запасы после вчерашней тренировки. Тик сидел возле служебной ниши и явно спорил с технической схемой, хотя руки держал на датападе, а не на панели. Лис занимал место у стола, где можно было видеть и Альдена, и дверь, и всех остальных. Альден сел на койке и посмотрел на них по очереди. - Вы все понимаете, что я сейчас просто собираюсь умыться? Лис чуть повернул голову. - Понимаем. - И для этого мне не нужен полный боевой контур. Тик поднял взгляд. - Гигиеническая ниша имеет скользкий пол. - Я не собираюсь погибать на скользком полу. Тень сказал: - Намерение пола неизвестно. Альден медленно потер лицо ладонями. С утра это уже стало ритуалом, хотя он изо всех сил старался не давать слову «ритуал» слишком много власти. - Это была шутка? Тень помолчал. - Частично. Гром добавил: - Пол плохой. - Пол нормальный. Пульс открыл рот. - Пульс, если ты сейчас скажешь, что падение в гигиенической нише может привести к травме головы, я выйду в коридор и попрошу Рифа назначить мне охрану от собственной охраны. Пульс закрыл рот. Потом сказал: - Травма головы действительно возможна. - Я знал. Лис смотрел на него спокойно, почти терпеливо. После последних задач он стал чуть чаще использовать паузы как способ дать Альдену самому услышать, что тот собирается сказать. Это раздражало и помогало одновременно. - Проблема не в гигиенической нише, - сказал Лис. - А в чем? - В отсутствии сменного режима. Альден замер с сапогом в руке. - Ты сейчас сам это сказал? - Да. - Это сказал не я? - Нет. - Повторите в журнал. У нас исторический момент. Тик уже дернул пальцами к датападу. - Это было приказом? - Нет, Тик. Это было утреннее изумление. - Понял. Лис продолжил, не обращая внимания на боковой разговор: - Запреты на коридорное дежурство, блокировку двери, изменение вентиляции и переселение вас на «Бордовый» не отменили задачу сохранения командира звена. Они создали дополнительные ограничения без распределения функции. Альден почувствовал, как усталость отступает ровно настолько, чтобы уступить место вниманию. - Ты предлагаешь смены? - Да. - Кто-то из вас спал этой ночью нормально? Пульс ответил первым: - Нормально требует критерия. Альден посмотрел на него. - Четыре часа непрерывного сна без одновременного прослушивания коридора, пересчета дыхания в комнате и мысленной оценки состояния моего позвоночника. Гром произнес: - Позвоночник не оценивал. - Спасибо, Гром. - Дверь оценивал. - Разумеется. Лис не стал обходить ответ. - Полностью - нет. Частично - да. Альден опустил сапог на пол и выдохнул. Мейра говорила: правила, не запреты. Корд, если бы был рядом, сказал бы грубее. Наверное, что-то про пять волков, которых заперли в курятнике и потом удивились, что они считают выходы. - После брифинга с Рифом составим сменный порядок, - сказал он. - Пока я умываюсь один. Дверь закрыта, доступ по ночным правилам, гигиеническая ниша не считается вражеским объектом до первого доказательства обратного. Тик поднял палец. - Если упадете? - Если я упаду, вы услышите. Если не услышите, значит, не упал. Тень тихо сказал: - Логика неполная. - Зато я чистый буду. Лис чуть наклонил голову. - Это распоряжение? - Это просьба к здравому смыслу. - Статус здравого смысла все еще... - Тик, не помогай. Тик закрыл рот. До брифинга Альден все-таки дошел чистым, с целыми костями и без сопровождения в гигиенической нише. Он счел это личной победой. Риф, услышав пересказ, сказал, что личная победа генерала над собственной ванной должна быть внесена в моральный отчет флота. Мейра ответила, что если Риф начнет писать моральные отчеты, Республика капитулирует от стыда раньше, чем КНС от поражения. Они находились в малой комнате связи, а не в обычной комнате разбора. Это уже было подозрительно. На столе стоял защищенный голопроектор, рядом два дроида-связиста, отключенных от внешнего канала, и Рифов датапад с пометкой «не трогать», которую Тик, к счастью, еще не видел. - Вызов пришел через старый канал инструкторской сети Камино, - сказал Риф. - Источник не Ору Се. Личное шифрование, мандалорский ключ, несколько обходных узлов и подпись Корда Веша. Альден поднял голову. - Корд? Пятеро «Парадокса» за его спиной изменились так тихо, что любой другой мог бы не заметить. Альден заметил. Лис перестал двигать пальцем по краю датапада. Пульс поднял взгляд от меднаруча. Тик замер с тем выражением, с которым обычно видел закрытую панель. Тень сместился на полшага, чтобы видеть голопроектор и дверь. Гром перестал быть частью стены и стал человеком в броне, который помнит другое помещение, другой голос и белые коридоры. Мейра посмотрела на них, потом на Альдена. - Я так понимаю, связь стоит принять. - Да, - сказал Альден. Риф включил канал. Голограмма Корда Веша появилась не сразу. Сначала пришли помехи, синий зернистый шум, короткое мандалорское слово, которое переводчик флагмана благоразумно не озвучил. Потом изображение собрало фигуру в старой броне. Корд выглядел так же, как на Камино: жесткий, поцарапанный, не предназначенный для того, чтобы кому-то становилось спокойно. За его спиной виднелся темный технический отсек, возможно, где-то в каминоанском секторе обслуживания. Он явно выбрал место, где Ору Се не будет стоять у него за плечом и делать вид, что не слушает. Корд посмотрел на Альдена. - Джедай. - Веш. - Живой. Уже лучше, чем половина отчетов, которые я видел. Альден отметил слово «видел». - Вам дают отчеты? - Мне дают ровно столько, чтобы я не начал задавать вопросы громко. Это разные вещи. Взгляд Корда сместился за его плечо. Пятеро стояли в серо-бордовой броне, со знаком точки в круге и пяти ломаных лучей на груди и наплечниках. Уже не Н-5 в белых тренировочных комплектах. Не пустые «Катарн» с Камино. Имена, цвет, знак, оружие, опыт первых задач и странная тишина комнаты связи между ними и человеком, который видел их до всего этого. Корд долго молчал. - Значит, раскрасили. Тик ответил: - Матово-серая база, темно-бордовые акценты. Маркировка не конфликтует с «Клинком», медицинскими метками и аварийным красным. - Я спросил не отчет. Тик замолчал. Гром сказал: - Белого меньше. Корд посмотрел на него и коротко кивнул. - Вот это ответ. Потом его взгляд упал на Лиса. - Ноль-один. Пауза была очень маленькой. Лис не дрогнул, но Альден почувствовал, как старое обозначение скользнуло по комнате холодной полосой. - Лис, - сказал Альден. Корд перевел взгляд на него. - Имя? - Да. - Сам выбрал? Лис ответил: - Генерал предложил. Отказ был допустим. Имя применено и подходит. Корд хмыкнул. - Значит, почти сам. Нормально. Ноль-два? - Пульс, - сказал Пульс. - Медик с таким именем или слишком честно, или слишком нагло. Живой? - Да. - Себя лечишь? - При необходимости. - Плохой ответ. Пульс молчал. Корд перевел взгляд дальше. - Ноль-три? - Тик. - Конечно, - сказал Корд, и впервые в голосе мелькнуло что-то почти похожее на грубое удовлетворение. - Сколько систем уже испортил? Тик выпрямился. - Улучшил. - Значит, испортил для всех, кроме себя. Риф тихо сказал: - Я это запишу. Тик посмотрел на него. - Не рекомендую. Корд услышал и усмехнулся краем рта. - Ноль-четыре? - Тень. - Подходит. Все еще видишь то, что нормальным людям мешает жить? - Да. - Хорошо. Ноль-пять? Гром стоял неподвижно. - Гром. Корд осмотрел его с ног до шлема. - Двери целые? - Если не мешают. - Прогресс. Гром, кажется, принял это как похвалу. Альден уже достаточно знал его, чтобы заметить едва изменившуюся постановку плеч. Корд снова посмотрел на всю пятерку. - Мои любимчики живы, в броне, с краской и именами. Ору Се от этого, наверное, спит хуже. Уже полезно. Мейра негромко сказала: - Вы всегда так проявляете радость? - Нет, генерал. Обычно хуже. - Тогда ценю сдержанность. Корд перевел взгляд на нее, оценил за одну секунду и, кажется, решил, что спорить пока не нужно. - Мейра Тон. - Корд Веш. - Бывшая мастерша джедая? - Все еще местами его здравый смысл. Работа тяжелая. - Видно. Альден сложил руки на груди. - Я здесь, между прочим. - Знаю, - сказал Корд. - Это и беспокоит. Он снова посмотрел на пятерых. - Едите? Пятеро молчали. - Спите? Молчание стало еще выразительнее. - Скрываете раны? Пульс начал: - Функция... - Я не тебя одного спросил, медик. И если ты снова начнешь с функции, я найду способ передать через этот канал что-нибудь тяжелое. Пульс закрыл рот. Лис ответил: - Питание контролируется нерегулярно, но улучшается. Сон фрагментирован из-за отсутствия сменного порядка. Раны докладываются после уточнения генералом. Пульс сообщил об ушибе кисти после последней задачи. Корд посмотрел на Альдена. - «После уточнения генералом»? Альден не стал защищаться. - Я заметил, что он проверяет себя молча. Ввел доклад о себе в последний контур. - Поздно, но правильно. Пульс тихо сказал: - Ушиб не мешал работе. Корд резко повернулся к нему. - Твое тело - не расходник, потому что ты умеешь держать инъектор зубами и стрелять другой рукой. Если падаешь ты, падает медик. Если падает медик, кто-то умирает глупо. Не героически. Глупо. Пульс стоял ровно. Слишком ровно. Альден добавил тише: - Пульс, это не отличается от того, что мы уже говорили. Только грубее. - Грубее быстрее доходит, - сказал Корд. Пульс посмотрел на Альдена, потом на Корда. - Понял. Корд не смягчился, но кивнул. Этого хватило. - Теперь главный вопрос. Джедай, они уже начали спать у твоей двери? Риф кашлянул. Мейра закрыла глаза на полсекунды. Альден ответил: - Не у двери. Корд молча смотрел на него. - В каюте, - сказал Альден. - Все пятеро? - Да. Корд медленно вдохнул через нос. - Ты либо умнее, чем выглядишь, либо устал до опасной глупости. - Спасибо. - Это не похвала. - Я понял. - Нет, не понял. Если бы понял, у тебя уже были бы смены. Лис сказал: - Обсуждение смен начато. - Начато, - повторил Корд. - Прекрасно. Война подождет, пока вы начнете. Гром тихо произнес: - Генерал должен быть защищен. - Конечно, должен. Но если вы все пятеро будете стоять вокруг него каждую ночь, то через неделю будете хуже дроидов с перегретыми платами. Дроиды хотя бы честно дымят, когда ломаются. Тень сказал: - Смены снижают обзор. - Смены сохраняют глаза. Если все смотрят все время, через два цикла никто не видит толком. Тик сказал: - Можно поставить датчики. - Можно, - сказал Корд. - И тогда ты будешь следить за датчиками вместо сна, а остальные будут следить за тобой, потому что ты не спишь. Очень умно. Почти каминоански. Тик замолчал так резко, что Альден посмотрел на него. Корд тоже заметил, но не извинился. Он не был человеком, который смягчает удар сразу после того, как попал. - Слушайте сюда, - сказал Корд. - Не запрещай им быть рядом, джедай. Запретишь дверь - получишь вентиляцию. Запретишь коридор - получишь техпанели. Запретишь каюту - они будут спать по двое у трапа твоего «Бордового» и скажут, что проверяли рампу. Им нужны правила, не запреты. Кто смотрит. Когда смотрит. Кто спит. Кто ест. Кто докладывает. Кто не трогает панель, даже если очень хочется. Тик очень тихо сказал: - Последнее избыточно. Риф ответил: - Нет. Корд продолжил: - Смены по функции. Один активный ближний сектор. Один дальний или технический. Остальные спят. По-настоящему спят, а не лежат и делают вид, что мебель. Если тревога - подъем всех. Если нет тревоги - спит тот, кто должен спать. И ты, джедай, не говоришь «все спать» так, будто выключаешь их рубильником. Альден почувствовал, как в груди неприятно дернулось. Он не рассказывал Корду о той ночи. Но, возможно, и не нужно было. Корд знал их до имен. И, как выяснилось, достаточно понял его самого. - Уже было, - сказал Альден. Корд посмотрел на него внимательнее. - Испугался? - Да. - Хорошо. Мейра тихо усмехнулась без веселья. - У вас с генералом Тон пугающе похожие критерии хорошего, - сказал Альден. - Потому что вы, джедаи, иногда умнеете только после того, как вам стало страшно. - Не только джедаи, - сказала Мейра. - Верно. Но сейчас я ругаю его. Риф, до этого молчавший, вмешался: - Сменный порядок можно оформить в корабельном протоколе каюты и «Бордового». Я подпишу, если генерал Крейс даст формулировку и если Тик не впишет туда датчики без моего допуска. Тик сказал: - Датчики нужны. - Не без допуска. - Понял. Лис смотрел на Альдена. - Генерал? Альден уже понял, что они ждут не Корда. Корд мог говорить правду, ругаться, помнить их, но приказ создавал он сам. Как всегда. Даже здесь. - Сменный порядок вводим с сегодняшнего цикла, - сказал Альден. - Черновик составим после связи. Принцип: один ближний сектор, один дальний или технический, трое спят. Через установленное время смена. Пульс отдельно контролирует, чтобы спали не только телом в горизонтальном положении. Тик не заменяет сон наблюдением за датчиками. Тень не считается двумя сменами только потому, что видит больше. Гром не стоит дверью, если это не его смена. Лис не бодрствует за всех, потому что может. Лис чуть повернул голову. - Последнее требует уточнения. - Не требует. Это было очень точное попадание. Корд хмыкнул. - Уже лучше. Пульс спросил: - Питание? Альден посмотрел на него. - Включим. - Ваше тоже. - Да, Пульс. Мое тоже. Мейра подняла чашку. - Я свидетель. - Отлично, теперь это почти приговор. Корд перевел взгляд на Альдена. - Теперь убери их на минуту. Пятеро мгновенно стали внимательнее. - Нет, - сказал Лис. Он сказал это раньше, чем Альден успел что-то ответить. Не громко и не грубо, но так ровно, что отказ лег в комнату как закрытая дверь. Корд посмотрел на него, и в этом взгляде вдруг стало видно, что он не просто инструктор, который когда-то бил их по ошибкам. Он знал, где они начнут сопротивляться. - Я не собираюсь продавать его Ору Се, Лис. Лис не двинулся. Альден поднял руку. - Я не хочу говорить о вас за вашей спиной. - Не о них, - сказал Корд. - О тебе. И о том, как не развалиться рядом с ними так, чтобы они решили, что держат единственную стену. Мейра тихо сказала: - Это стоит услышать. Альден посмотрел на пятерых. Они стояли в комнате связи, серо-бордовые, с именами и знаками, уже далеко от белого Камино, но при одном намеке на разговор без них снова собранные вокруг его доступности. - «Парадокс», - сказал он. - Выходите в коридор на три минуты. Риф остается у двери. Это не удаление из решения, не скрытие приказа и не передача вас кому-либо. Это личный разговор, после которого я сам сообщу вам, что относится к группе. Тень, не слушать через отражение. Тик, не через панель. Лис, не через Рифа. Гром, дверь не держать. Пульс, я в порядке. Мейра отвернулась к чашке. Риф смотрел в потолок так, будто ему внезапно стало интересно устройство освещения. Лис после длинной паузы сказал: - Принято. - Лис. - Понял. Они вышли. Дверь закрылась. Снаружи остался Риф, и Альден был почти уверен, что пятеро распределились в коридоре так, чтобы не нарушить приказ и все равно быть достаточно близко. Он решил пока считать это компромиссом. Корд ждал, пока закрытие двери подтвердится на панели. - Им стало хуже, - сказал он. Альден дернулся. - Что? - Не в бою. В бою они, судя по отчетам, стали тем, чем я знал, что станут. Хуже в привязке. Ты вытащил их из белого, дал им имена, краску, корабль и место рядом с собой. Думал, они будут держаться слабо? Альден сжал пальцы на краю стола. - Вы сказали, если беру, не возвращать. - И не отказываюсь. Но каждый хороший шаг тоже затягивает узел. Это не причина не делать. Это причина держать нож острым. - Нож? - Правила. Честность. Сон. Еда. Четкие приказы. И способность сказать им «нет» так, чтобы не начать ненавидеть себя за это. Мейра молчала. Это был редкий случай, когда она позволяла Корду говорить первым. - Мне иногда удобно, когда они рядом, - сказал Альден. - Конечно. - Вы даже не пытаетесь смягчить. - Зачем? Рядом с ними правда безопаснее. Если кто-то войдет с ножом, дроидом, плохим приказом или ложкой, он сначала встретит серо-бордовую стену с плохим чувством юмора. Альден моргнул. - С ложкой? - Неважно. Смысл понял. Мейра вдруг сказала: - Ложка, кстати, тоже может быть угрозой в руках очень настойчивого техника. - Не помогай, - сказал Альден. Корд продолжил: - Опасность не в том, что тебе спокойно рядом с ними. Опасность в том, что ты начнешь принимать это спокойствие как должное. Тогда они будут стоять, пока ноги не откажут, молчать, пока не рухнут, и выполнять твою усталость так же честно, как приказ. Альден посмотрел на дверь. За ней были пятеро. Не вещи. Не стены. Не удобный страховой контур для молодого джедая, которому страшно ошибиться. Пять взрослых мужчин в броне, как сказала Мейра. Пять бойцов, которых система назвала браком, потому что не умела дать им место. - Как этого избежать? - спросил он. - Никак полностью. Но можно меньше врать. Не говори «мне не нужно», если нужно. Говори «мне нужно двое рядом, трое спят». Не говори «не охраняйте», если знаешь, что будут. Говори «охраняет тот, чья смена». Не говори «я в порядке», если тебя шатает. Медик все равно заметит, и станет хуже. И не позволяй медику лечить всех, кроме себя. - Пульс уже начал докладывать. - Начал не значит умеет. Он будет искать дырку в формулировке, где его тело снова станет инструментом без владельца. Закрой дырку. Альден кивнул. - Лис? - Не дай ему быть твоей совестью вместо тебя. Он будет точным, полезным и опасным. Если каждый твой приказ будет проходить через его уточнение, однажды ты перестанешь думать сам. - Тик? - Дай ему системы, которые можно трогать. Запрещенный техник найдет запретную панель. Назначенный техник чинит то, что нужно, и гордится, что успел раньше врага. Мейра тихо сказала: - Это хороший совет. - Я иногда говорю умные вещи. Не записывайте, испортите репутацию. - Тень? - спросил Альден. - Ему нужны сектора и время, когда он не отвечает за все отражения мира. Иначе однажды он увидит угрозу там, где просто усталость. - Гром? Корд посмотрел на дверь, будто видел сквозь нее тяжелую фигуру у прохода. - Грому нужны границы силы. Он будет стоять там, где должен быть удар. Это хорошо. Но если не скажешь, когда отойти, он решит, что его место - всегда между тобой и всем остальным. Даже если «всем остальным» окажется еда, сон или обычный разговор. Альден молчал. Все это он уже видел частями. В каюте. На «Бордовом». У трапа. В малых задачах. Корд просто сказал вслух, без храмового спокойствия и без каминоанского холода. Сказал как человек, который годами смотрел, как пять бойцов в белых тренировочных комплектах становятся слишком хорошими для таблиц и слишком опасными для тех, кто хотел удобства. - Вы скучали по ним? - спросил Альден неожиданно для себя. Корд помолчал. - Я проверял, живы ли они. - Это не ответ. - Это мой ответ. Мейра мягко сказала: - Вполне ясный. Корд бросил на нее короткий взгляд. - Я передал вам кое-что. Малый груз, уже должен быть в ангаре. Если снабжение вашего флагмана не потеряло его из уважения к хаосу. Риф снаружи по каналу тут же сказал: - Снабжение услышало и оскорбилось. Корд не изменился лицом. - Значит, работает. Альден посмотрел на дверь. - Можно впустить их? - Теперь можно. Когда пятеро вернулись, они вошли так, будто каждая позиция в комнате была заранее рассчитана и одновременно немного виновата. Лис посмотрел на Альдена первым. Пульс отметил его дыхание. Тик - панель проектора. Тень - отражение Корда. Гром - дверь. - Часть разговора относится к группе, - сказал Альден. - Сменный режим, питание, сон и самодоклады будут оформлены сегодня. Оформлены как порядок, без карательного смысла. Корд передал практические рекомендации по каждому из вас. Я не буду пересказывать все сейчас, потому что часть касается того, как мне не использовать вас неправильно. Лис чуть повернул голову. - Использовать неправильно. - Да. И это моя ответственность. Корд сказал: - Не делайте из этого красивую паузу. У вас груз в ангаре. Тик сразу поднял голову. - Какой груз? - Деталь. Это слово сработало на Тика почти физически. - Назначение? - Крепежный модуль. Старый. Мандалорский. Держал люк на корабле, который был умнее большинства заводских решений тем, что выжил после них. На ваш «Бордовый» подойдет, если руки не кривые. Тик сказал: - Мои руки не кривые. - Докажи Рифу, не мне. Риф из коридора произнес: - Я уже жалею. - Это нормальное состояние командира, - сказал Корд. Гром спросил: - Почему передали? Корд посмотрел на него. - Потому что ваш шаттл теперь получает удары вместо белых стен. Пусть хоть один кусок в нем знает, как держаться. После этих слов в комнате повисло тяжелое, неловкое молчание. В нем не было ни торжественности, ни мягкости, зато было слишком много того, что Корд не собирался называть вслух. Он не сказал «подарок», не сказал «помню», не сказал «берегите себя», но деталь стала всем этим сразу и еще чем-то, чему в его голосе места не нашлось. Лис произнес: - Принято. Корд фыркнул. - Все еще слишком красиво для вас. Просто поставьте и не сломайте. - Понял, - сказал Тик. - Вот так лучше. Связь начала сыпаться помехами. Корд посмотрел на пятерых еще раз. - Живыми оставайтесь. И тренировку не позорьте. Гром ответил: - Не позорим. - Посмотрим. Пульс сказал: - Вы еще свяжетесь? Корд задержал взгляд на нем. - Если будете скрывать раны, узнаю. - Это не ответ. - Учишься у плохих людей. - У вас. Корд усмехнулся уже заметно. - Тогда шансы есть. Связь погасла. Несколько секунд никто не говорил. Голопроектор оставил в воздухе пустую синюю сетку, потом выключился. Комната связи снова стала обычной: стол, панель, дроиды, Риф у двери, Мейра с чашкой, пятеро в серо-бордовой броне и Альден с маленьким знаком на наруче. - В ангар? - спросил Тик. Риф вздохнул. - Разумеется. Груз оказался небольшим. Дюрастальный контейнер был старым, потертым, с мандалорской меткой на боку и новым флотским ярлыком, где кто-то из снабжения подписал: «крепежный модуль, не взрывать, не отдавать Н-03 без коммандера Рифа». Тик прочитал ярлык и посмотрел на Рифа. - Устаревшее обозначение. - Я знаю. - Также оскорбительное. - Зато точное по риску. Альден положил ладонь на крышку контейнера. - Открываем с Рифом. Тик, ты смотришь, но не хватаешь. - Понял. Внутри лежала небольшая темная деталь: крепежный модуль с ручной защелкой, старый, но чистый, из металла, который не выглядел заводским. На краю были царапины, рабочие, не декоративные. Рядом лежала маленькая пластина с выцарапанными знаками, которые Альден не смог прочитать. Гром наклонился ближе. Тень посмотрел на отражение. Пульс почему-то проверил края, как будто деталь могла быть ранена. Лис молчал. Тик взял модуль только после разрешения. Очень осторожно. - Хороший, - сказал он. Риф поднял бровь. - Всего одно слово? - Очень хороший. Ручная защелка не зависит от питания. Механический дублер. Можно поставить на внутренний фиксатор рампы «Бордового» или на аварийный отсек. Лучше на рампу. Если питание отключат, будет ручное подтверждение закрытия. Гром сказал: - Рампа. Тень спросил: - Звук останется? Тик смотрел на деталь, уже просчитывая. - Можно оставить звук. И добавить ручное ощущение замыкания. Пульс сказал: - При эвакуации полезно. Лис повернулся к Альдену. - Разрешение на установку после технического допуска? Альден посмотрел на Рифа. Риф долго молчал. Потом сказал: - При условии проверки техниками «Клинка», без отключения штатного замка, с записью в ангарный журнал и без того, чтобы Тик назвал всех инженеров Республики неуважающими кабельные развязки. - Последнее сложно, - сказал Тик. - Справишься. Установка заняла почти два часа. «Бордовый» стоял на посадочной линии с открытой рампой. Внутри пахло маслом, чистящим составом, теплой броней и темно-бордовой краской, которая уже перестала быть новой, но все еще держала свой сухой металлический запах у переборок. Тик работал у внутреннего фиксатора рампы под надзором двух техников «Клинка», Рифа и Альдена. То есть под таким количеством контроля, которое обычного техника довело бы до нервного срыва, а Тика, кажется, только раздражало недостаточно. Гром держал тяжелую панель, пока техник снимал внутренний кожух. Пульс стоял рядом с медицинской нишей и время от времени смотрел на пальцы Тика, будто ждал, когда тот порежется. Тень проверял, как новый ручной фиксатор будет виден в отражении. Лис внес изменение в локальную запись «Бордового». Когда модуль встал на место, Тик долго не закрывал панель. - Что? - спросил Альден. - Подходит. Это было сказано тише, чем обычно. Альден посмотрел на старую деталь, теперь встроенную в их шаттл. Она не бросалась в глаза снаружи, не была знаком или цветом, не имела парадной красоты. Просто ручной дублер, который будет держать рампу, если питание ляжет, если система ошибется, если кто-то решит, что штатного достаточно. - Тогда закрывай. Тик закрыл панель. Риф дал разрешение на проверку. Рампа опустилась, потом поднялась. Низкий знакомый звук прошел по полу и переборкам. В конце появился новый, едва слышный механический щелчок. Не электронный сигнал. Настоящий звук металла, который вошел в паз и держит. Пятеро повернулись к нему одновременно. Тик сказал: - Замкнуло. Гром положил ладонь на внутренний край рампы. - Держит. Лис внес в локальную запись: - Мандалорский ручной фиксатор. Источник: Корд Веш. Альден не стал поправлять слово «источник». В этом случае оно было правильным. Вечером они составили сменный порядок. На это ушло гораздо больше времени, чем могло бы показаться нормальному человеку. Лис пытался сделать порядок идеальным, Тик - технически полным, Тень - зрительно непрерывным, Пульс - медицински разумным, Гром - таким, чтобы дверь все равно не осталась без тяжелого аргумента. Риф пришел на середине обсуждения, прочитал первый вариант и сказал, что это не сменный порядок, а попытка оккупировать собственную каюту генерала в шесть этапов. Мейра заглянула позже, увидела третий вариант, сказала, что он уже похож на нечто, с чем можно пережить ночь, и ушла раньше, чем ее назначили свидетелем питания. Итог был простым, насколько простота вообще была возможна рядом с «Парадоксом». Один ближний сектор в каюте или у двери, если есть тревога. Один дальний или технический контроль, не требующий бодрствования всех остальных. Трое спят. Через три часа смена. Если Альден не спит, это не повод не спать всем. Если Пульс считает, что Альден не ел, он сообщает в свою смену, а не поднимает группу. Если Тик хочет проверить датчик, он записывает это в список до утра. Если Тень видит плохое отражение, он докладывает тому, кто в смене, а не перестраивает всю комнату. Если Гром считает дверь плохой, он сообщает и не становится вместо нее. Гром долго смотрел на последний пункт. - Дверь все еще плохая. - Мы знаем, - сказал Альден. - Я лучше. - Мы знаем. - Тогда пункт странный. Риф ответил: - Пункт спасает мой пожарный доступ и нервы генерала Крейса. Гром подумал. - Нервы слабее двери. - Именно поэтому мы их защищаем, - сказала Мейра из коридора, даже не заходя. Альден поднял голову. - Ты подслушиваешь? - Я прохожу мимо с кафом и жизненным опытом. - Очень удобно. - Я старалась. Первая ночь по сменам не была спокойной. Альден проснулся через час после отбоя от того, что в комнате было не так тихо, как в ночь после его «все спать». Теперь тишина была распределенной. Гром спал у стены, не у двери. Пульс, чья смена еще не началась, действительно лежал, а не слушал всех одновременно, хотя Альден подозревал, что медик способен считать дыхание даже во сне. Тик дремал в служебной нише, датапад лежал закрытым рядом. Тень сидел в ближнем секторе, почти невидимый в слабом свете, и смотрел не на Альдена, а в отражение коридора. Лис находился у стола с тусклым экраном, выполняя дальний контроль без общего надзора за всеми сразу. Два человека бодрствовали, трое действительно спали, и этот новый порядок держался не идеально, но достаточно, чтобы Альден услышал разницу. Он приподнялся на локте. Лис сразу повернул голову. - Угроза? - Нет. Просто проснулся. - Боль? - Нет. Тень не повернулся, но сказал: - Коридор чистый. Альден медленно лег обратно. Ему хотелось сказать, что им не нужно докладывать каждое движение мира. Потом он вспомнил слова Корда: не запрещай, назначай. Они сейчас выполняли назначенное. Не идеально, не свободно, не так, как обычные люди. Но лучше, чем пять неподвижных тел, выключенных его усталостью. - Хорошо, - сказал он тихо. - Продолжайте смену. Лис ответил: - Понял. Тень ничего не сказал. Через несколько секунд Альден услышал, как Гром во сне тяжело выдохнул и чуть сменил положение, не вскакивая, не проверяя дверь, не становясь стеной. В этой маленькой комнате все еще было слишком много брони, слишком много оружия рядом с жизнью, слишком много власти в одном голосе. Но впервые за несколько ночей Альден слышал не абсолютное подчинение, а порядок, который оставлял место дыханию. Он закрыл глаза. Где-то далеко, в ангаре, «Бордовый» держал рампу новым старым фиксатором Корда. Электронный сигнал молчал, но Альден почти слышал тот тихий механический щелчок: металл вошел в паз, контур замкнулся, и все еще можно открыть его рукой, если знаешь как.