Моя муза. Моя всегда.

--- Вечер. Фотостудия в старом здании на окраине города. Высокие потолки, белые стены, огромные окна. За ними — дождь. Ника сидит за столом, перебирая портфолио. Она — фотограф, которая год не может снять ни одного стоящего кадра. Она ищет лицо. Лицо, которое заставит её снова захотеть работать. Лицо, которое сломает её творческий кризис. Она уже пересмотрела сотни анкет. Всё не то. Слишком идеальные. Слишком фальшивые. Слишком... никакие. Дверь открывается. Входит Катя. Она худенькая, с тёмными волосами, убранными в небрежный пучок. На ней простой чёрный топ и джинсы. Она выглядит неуверенно — мнёт пальцами край рубашки, не знает, куда деть руки. — Здравствуйте. Я на кастинг. Мне сказали... — Садись, — перебивает Ника, не поднимая головы. — Фамилия? — Катя Соколова. — Возраст? — Двадцать четыре. — Опыт работы? — Я танцую. В театре. Современный танец. Но я никогда не снималась... для фотографий. Специально. Ника наконец поднимает голову. Смотрит на неё. И замирает. У Кати глаза — серые, большие, с длинными ресницами. И в них — что-то, чего Ника не видела в других. Не нарочитая красота, не идеальные пропорции. Что-то настоящее. Что-то... живое. Ника молчит несколько секунд. Она не может оторвать взгляд. — Разденься до белья, — говорит она наконец. Голос ровный, профессиональный. — Я хочу посмотреть, как ты держишься. Катя краснеет. Но она не спорит. Снимает топ, джинсы. Остаётся в белом простом белье. Прячет руки за спиной. Смотрит в пол. — Подойди к свету, — командует Ника. — Встань в центр. Подними голову. Катя подходит. Поднимает голову. Смотрит прямо в объектив. Ника делает первый кадр. Потом второй. Потом третий. — Сделай движение. Что угодно. Катя делает шаг — грациозно, мягко, как в танце. Её тело двигается легко, воздушно. Она поворачивается, поднимает руку, опускает. Ника щёлкает затвором. Снова. Снова. — Стоп, — говорит она. — Это всё. Одевайся. Катя замирает. Она не знает, провалила или прошла. Она одевается молча. Уже собирается уходить, когда Ника говорит: — Ты подходишь. Завтра начинаем. Восемь вечера. Катя поворачивается. В глазах — удивление. — Серьёзно? Я думала... — Я не говорю просто так, — перебивает Ника. — Завтра. Восемь. Не опаздывай. Катя кивает. Она выходит, оставляя за собой запах лёгких духов и тишину. Ника остаётся одна. Она смотрит на снимки на экране компьютера. На лицо Кати. На её глаза. На её тело в движении. Она знает, что проект спасён. Она знает, что нашла музу. Но она не знает, что нашла больше. --- Восемь вечера. Та же студия. На этот раз за окнами — ночь. Дождь всё идёт. Катя приходит вовремя. На ней чёрное платье, лёгкое и простое. Ника стоит у стола, поправляя софиты. — Хорошо. Ты вовремя. — Я не опаздываю, — говорит Катя. — Вы сказали. Ника смотрит на неё. — Я вижу. Она подходит ближе. Оценивающе смотрит на Катю. — Сегодня мы работаем обнажённой. Ты согласна? Катя сглатывает. Но не отводит взгляд. — Да. Я согласна. — Тогда раздевайся. Встань к фону. Я скажу, что делать. Катя медленно раздевается. Сначала платье. Потом бельё. Она остаётся полностью обнажённой и встаёт у белого фона. Её тело освещено софитами — тёплым светом, который создаёт мягкие тени на коже. Ника берёт камеру. Щёлкает. Снова. Снова. — Подними руки. Запрокинь голову. Хорошо. — Повернись чуть влево. Ещё. Задержи дыхание. — Отлично. Посмотри в камеру. Катя делает всё, что говорит Ника. Но она чувствует напряжение. Не от камеры. Не от наготы. От того, как на неё смотрит Ника. Сквозь объектив. Но не через него. Ника делает десятки кадров. Двигается вокруг Кати. Иногда она подходит ближе, чем нужно. Поправляет её руку, касается плеча. От этих прикосновений по телу Кати бегут мурашки. — Готово, — говорит Ника наконец. — Можешь отдохнуть. Катя облегчённо выдыхает. Она опускает руки, поворачивается к Нике. Хочет взять халат. — Нет, — говорит Ника тихо. — Не одевайся. Катя замирает. — Почему? Ника ставит камеру на стол. Медленно подходит к ней. Останавливается в шаге от Кати. — Я хочу ещё кое-что снять, — говорит она. Голос низкий, спокойный. — Но без камеры. — Я не понимаю, — шепчет Катя. Ника смотрит на неё в упор. Глаза — серьёзные, без игры. — Я хочу запомнить тебя без объектива, — говорит она. — Я хочу знать, как ты выглядишь, когда не позируешь. Когда ты просто... есть. Катя смотрит на неё. Её дыхание сбивается. Она не знает, что ответить. Ника делает шаг ближе. — Ты останешься, — говорит она. — Со мной. До утра. Катя поднимает глаза. В них — вызов. Она улыбается краем губ: — А если я не хочу до утра? Если я хочу навсегда? Ника молчит. На её лице — тень улыбки. — Тогда ты получишь навсегда. Студия погружена в полумрак. Горит только один софит — направленный на Катю, освещая её обнажённое тело тёплым золотым светом. Ника стоит напротив, в нескольких шагах. Катя смотрит на неё, не отрываясь. Сердце Кати колотится где-то в горле. Она чувствует, как воздух в студии становится гуще, тяжелее. Между ними — тишина, наполненная тем, что нельзя произнести вслух. — Подойди ко мне, — говорит Катя. Её голос звучит тихо, но твёрдо. Ника медленно идёт. Каждый её шаг отдаётся эхом в тишине студии. Она останавливается в шаге от Кати. Смотрит на неё — на её глаза, на её губы, на её тело. Она не спешит. Она наслаждается моментом. Наслаждается тем, как Катя дрожит, как её дыхание сбивается, как она не может отвести взгляд. — Ты красивая, — говорит Ника. — Не как все. По-другому. Катя улыбается. В её улыбке — и смущение, и вызов. — Ты тоже. Особенно когда не прячешься за камеру. Ника протягивает руку. Её пальцы касаются ключицы Кати. Медленно, едва ощутимо. Кожа Кати под её пальцами горит. Ника чувствует, как бьётся пульс Кати под её пальцами — быстро, неровно. — Ты дрожишь, — говорит Ника. — От тебя, — шепчет Катя. Ника притягивает её за талию. Целует — властно, требовательно. Катя отвечает. Её пальцы скользят по плечам Ники. Поцелуй становится глубже, жарче. Ника чувствует, как Катя прижимается к ней, как её руки сжимают её плечи. Ника отстраняется. Смотрит ей в глаза. — Ложись на постамент, — командует она. — На спину. Катя ложится на белый постамент в центре студии. Софит светит прямо на неё. Ника подходит. Нависает над ней. — Смотри на меня, — говорит она. — Всё время. Не закрывай глаза. Катя смотрит. Ника медленно касается её — пальцами по плечам, по груди, по животу. Она изучает её тело, как изучает кадр. Медленно, внимательно. Её пальцы скользят по коже Кати, оставляя за собой дорожку мурашек. — Ты снимаешь меня? — шепчет Катя. — Нет. Я запоминаю, — говорит Ника. Она наклоняется и целует её шею. Медленно. Губами по коже — от уха до ключицы. Катя запрокидывает голову, подставляясь. Её пальцы впиваются в плечи Ники. — Ты всегда так делаешь? — выдыхает Катя. — С моделями? Ника поднимает голову. Смотрит ей прямо в глаза. — Никогда, — говорит она. — Только с тобой. Катя протягивает руку, касается её щеки. — Я хочу знать тебя. Всю. Не как фотографа. Как женщину. Ника смотрит на неё. В глазах — огонь. — Тогда ты её увидишь. Ника опускается и целует Катю в губы — глубже, властнее. Катя отвечает. Её пальцы запутываются в волосах Ники, притягивая её голову ближе. Ника чувствует, как Катя дрожит под ней — не от холода, не от страха. От желания. От того, как долго она ждала этого момента. Ника отрывается от её губ и спускается ниже. Её губы касаются шеи Кати — медленно, оставляя влажный след. Она чувствует, как бьётся пульс Кати под её губами — часто, неровно, как будто сердце пытается вырваться наружу. Ника целует её шею, спускаясь к ключице. Её язык касается кожи, оставляя влажный след. — Ты чувствуешь это? — шепчет Ника ей в ухо. Её дыхание касается уха Кати, и та вздрагивает. — Да... — выдыхает Катя. — Ты чувствуешь, что я хочу тебя? — Да... Ника целует её ключицы, спускается к груди. Она берёт сосок Кати в рот — медленно, чувственно. Её язык кружит вокруг соска, сначала нежно, потом с нажимом. Катя выгибается навстречу, её пальцы сжимают плечи Ники. Ника чувствует, как сосок Кати затвердевает у неё во рту, как Катя дрожит от каждого движения её языка. — Не останавливайся, — шепчет Катя. Её голос прерывается. — Я не остановлюсь, — говорит Ника. Она целует её живот, спускается к бёдрам. Катя дрожит, её дыхание становится рваным. Ника касается языком внутренней стороны бедра, оставляя влажный след. Она чувствует, как Катя сжимает её плечи, выгибаясь навстречу. Кожа Кати влажная от пота, горячая, пахнет возбуждением. — Пожалуйста... — выдыхает она. — Скажи, чего ты хочешь, — командует Ника, поднимая голову. Её глаза встречаются с глазами Кати. — Я хочу тебя, — говорит Катя, глядя ей в глаза. — Я хочу, чтобы ты коснулась меня. Я хочу чувствовать тебя. Всю. Ника опускает голову. Её язык касается клитора — легко, почти невесомо. Катя вскрикивает. Её тело выгибается навстречу. Ника чувствует, как она влажная, как её бёдра начинают двигаться в ритм. Ника не торопится. Она водит языком вокруг клитора — медленно, изучая каждую реакцию Кати. Она смотрит на её лицо — как расширяются зрачки, как она закусывает нижнюю губу, пытаясь сдержать стоны. Она чувствует, как Катя сжимает её волосы в кулаках. — Не сдерживайся, — командует Ника. Катя стонет. Громко, не сдерживаясь. Ника ускоряет движения — круговыми движениями, с нажимом. Она чувствует, как Катя дрожит, как её бёдра начинают двигаться в ритм, как её тело приподнимается навстречу её языку. Ника добавляет пальцы. Сначала один, касаясь входа. Она чувствует, как Катя влажная, как она пульсирует от желания. Потом второй, медленно входя внутрь. Катя стонет громче, её тело выгибается навстречу. Ника чувствует, как она сжимается вокруг её пальцев — влажная, горячая, готовая. Её пальцы скользят глубоко, и она чувствует, как Катя напрягается. — Я сейчас... — выдыхает Катя. — Нет, — командует Ника, замедляясь. Катя смотрит на неё с мольбой. Её глаза влажные, почти умоляющие. Она буквально дрожит от напряжения. — Ещё нет, — говорит Ника. — Я не разрешала. Ника продолжает. Медленнее, чем раньше. Она растягивает удовольствие — то ускоряясь, то замедляясь. Она наблюдает за лицом Кати — как она пытается сдерживаться, как ей трудно. Видит, как её грудь вздымается, как она облизывает губы, как её пальцы впиваются в край постамента. — Пожалуйста... — выдыхает Катя. Её голос срывается. — Я не могу больше... Пожалуйста... — Скажи, чего ты хочешь, — командует Ника. Её голос низкий, спокойный, без капли сомнения. — Я хочу кончить, — говорит Катя, глядя ей в глаза. — Я хочу кончить для тебя. Пожалуйста. — Хорошо, — Ника ускоряет ритм. Её пальцы двигаются глубже, быстрее. Язык продолжает кружить вокруг клитора. — Кончи для меня. Катя кончает. С криком, выгибаясь дугой. Её тело напрягается, дрожит — она прижимается к Нике, вцепляясь пальцами в её плечи. Ника чувствует, как она сжимается вокруг её пальцев — ритмично, сильно, волна за волной. Ника не останавливается — продолжает двигаться, пока Катя не обмякает, тяжело дыша. Ника медленно выходит из неё. Смотрит на Катю — растрёпанную, с влажными дорожками на бёдрах, с разметавшимися волосами, с приоткрытыми губами. Она прекрасна. — Это было только начало, — говорит Ника. Она хватает Катю за талию и переворачивает на живот. Катя не сопротивляется. Она хочет этого. Она хочет всего, что Ника готова ей дать. — Встань на колени, — командует Ника. Катя становится на колени на постаменте, опираясь на руки. Её спина выгибается, голова опущена. Ника встаёт сзади, прижимаясь к её спине. Её руки скользят по талии Кати, по бёдрам. Чувствует, как та дрожит под её пальцами — её тело всё ещё пульсирует после первого оргазма. Ника чувствует, как кожа Кати горит под её пальцами, как мышцы напрягаются в ожидании. Она проводит рукой по спине Кати — от лопаток до копчика. Медленно. Её пальцы скользят по влажной коже, оставляя дорожку. Она чувствует, как Катя выгибается навстречу — инстинктивно, приглашая. Касается входа — Катя всё ещё мокрая после оргазма. Входит в неё медленно. Один палец. Потом два. Чувствует, как Катя сжимается вокруг них — влажная, горячая, готовая. Катя стонет, сжимая край постамента. Ника начинает двигаться. Медленно, глубоко. Каждое движение — полное, уверенное. Она чувствует, как Катя принимает её, как её тело подстраивается под ритм. — Громче, — командует она. Катя стонет громче. Её голос эхом разносится по пустой студии, смешиваясь с тихим гулом дождя за окном. Ника ускоряется — её пальцы двигаются глубже, быстрее. Она чувствует, как Катя напрягается, как её тело начинает дрожать. Ника видит, как сжимаются пальцы Кати на краю постамента, как напрягаются мышцы спины. Слышит, как её дыхание становится рваным, прерывистым. Чувствует, как её тело становится всё более влажным, как она пульсирует вокруг пальцев. — Ты уже близко? — спрашивает Ника. — Да... — выдыхает Катя. — Я не разрешала, — замедляется Ника. Катя стонет от разочарования. Её тело напрягается, она пытается сдерживаться. Ника продолжает. Медленно. Наслаждается каждым движением, каждым стоном Кати. Она смотрит на её лицо в отражении окон — видит, как она закрывает глаза, как открывает рот, как пытается дышать. Чувствует, как Катя дрожит под ней, как её руки сжимают край постамента. — Скажи, чего ты хочешь, — командует она. — Я хочу кончить, — выдыхает Катя. — Пожалуйста. Я хочу кончить для тебя. Я хочу, чтобы ты чувствовала меня. — Хорошо, — Ника ускоряется. — Кончи для меня. Сейчас. Катя кончает. С криком, сжимая пальцы Ники. Её тело напрягается, дрожит. Ника чувствует, как она сжимается вокруг её пальцев — сильно, ритмично. Продолжает двигаться, пока волны не стихают. Потом она медленно выходит из неё. --- Ника берёт Катю за руку и помогает ей спуститься с постамента. Катя стоит на дрожащих ногах — её тело всё ещё пульсирует после двух оргазмов. Её дыхание сбивается, на лбу выступили капли пота. — Иди сюда, — говорит Ника тихо. Она ведёт Катю к дивану в углу студии. Садится первая и тянет Катю за собой. Катя падает на неё, прижимаясь всем телом. Ника обнимает её, укрывая своим пиджаком. Катя чувствует, как бьётся сердце Ники — ровно, спокойно, уверенно. Она прижимается ближе, вдыхая запах её кожи. — Я не отпущу тебя, — говорит Ника. Катя поднимает голову. В глазах — слёзы. — А если я не хочу уходить? — Тогда останься, — Ника обнимает её крепче. — Навсегда. Они лежат в тишине. За окнами — рассвет. Дождь кончился. Первые лучи солнца пробиваются сквозь тучи, освещая студию мягким золотым светом. — Что теперь будет? — тихо спрашивает Катя. Ника целует её в лоб. Медленно, нежно. — Теперь ты будешь моей музой, — говорит она. — Моей. Всегда. Катя улыбается и прижимается к ней. --- Рассвет. Студия залита серым дневным светом. Ника просыпается на диване. На ней — чёрная рубашка, расстёгнутая на две пуговицы. Рядом — пусто. Она садится. Оглядывается. Кати нет. На столе — стопка чёрно-белых снимков. Готовая серия. Ника берёт её. На каждом — Катя. Её лицо, её тело, её глаза. Снимки получились. Лучшие за последние годы. На последнем — лицо Кати крупным планом. Её глаза. И внизу — подпись. От руки Ники: «Моя муза. Моя. Всегда». Ника улыбается. Она встаёт и подходит к окну. Дождь кончился. Город просыпается. Она сжимает снимок в руке. Она знает — она не уйдет. --- Через неделю. Катя стоит у дверей студии. Она улыбается. В руке — та же фотография. Она смотрит на неё и читает подпись. Потом поднимает глаза — на дверь студии, где внутри её ждёт Ника. Она не стучит. Она входит. Заходит не как модель, а как человек, которому сказали «навсегда». Ника стоит у окна. Поворачивается. Видит Катю. Улыбается. — Ты пришла. — Я обещала, — говорит Катя. — Я здесь. Навсегда. Ника подходит к ней. Берёт за руку. — Я знала, что ты придёшь, — говорит она. — Я ждала. Катя сжимает её руку. — Я больше не уйду. Они стоят у окна. Город просыпается за стеклом. Солнце встаёт над крышами. ---