Спасти Маму Эймму

Глава 8. Решение: если нельзя изменить события напрямую, надо менять медицину Остаток дня Рейнира провела в удивительно хорошем настроении, потому что впервые с момента попадания перестала гоняться за призраком забытой даты и наконец получила задачу, которую хотя бы теоретически можно было решить собственными силами. Она прекрасно понимала, что не способна изменить человеческое упрямство, политические традиции, желание Визериса иметь наследника или саму историю дома Таргариенов, однако мысль о возможности изменить подход к лечению неожиданно показалась ей одновременно самой безумной и самой реалистичной из всех прежних идей. Современная медицина вовсе не появилась однажды утром благодаря одному очень умному человеку, потому что тысячи маленьких открытий постепенно складывались в общую картину, а значит, даже несколько правильных мыслей могли однажды изменить чью-нибудь судьбу. Проблема заключалась в том, что знания самой Рейниры представляли собой весьма странную смесь школьной биологии, популярных научных передач, случайных статей из интернета и огромного количества медицинских советов, которые она слышала настолько часто, что считала их совершенно очевидными. Она была абсолютно уверена в необходимости мыть руки перед любыми медицинскими процедурами, прекрасно помнила, что новорожденных нельзя переохлаждать сразу после рождения, знала о существовании швов, кесарева сечения и некоторых других вещах, однако совершенно не представляла, как объяснить все это людям, живущим за много веков до появления микробиологии. — Великолепно, — негромко сказала она самой себе, медленно кружась по комнате с очень серьезным видом, — теперь осталось убедить лучших лекарей целого королевства поверить шестилетней девочке, которая даже слово «бактерия» объяснить не сможет, потому что сама не знает, как именно они выглядят. Мысль оказалась настолько смешной, что Рейнира невольно рассмеялась, после чего почти сразу снова стала серьезной, поскольку другого плана у нее все равно не существовало. Она попыталась честно перечислить все медицинские знания, которыми действительно обладала, однако уже после десятого пункта обнаружила, что очень многие современные правила кажутся ей настолько естественными, что она никогда раньше не задумывалась, почему люди вообще пришли именно к таким выводам. — Так, — пробормотала она, загибая маленькие пальцы, — руки мыть, инструменты держать чистыми, младенцев согревать, лишний раз ничего не отрезать, раны сначала промывать, а потом уже думать, чем их закрывать, и обязательно не забыть все остальное, которое я сейчас совершенно неожиданно забыла. Последняя фраза прозвучала настолько нелепо, что Рейнира тяжело вздохнула, потому что память продолжала демонстрировать поразительную способность исчезать именно в тот момент, когда становилась особенно нужна. Она подошла к столу, взяла чистый лист пергамента и вывела наверху большими буквами заголовок «То, что нельзя забывать», решив записывать каждую полезную мысль сразу, пока собственный мозг снова не решил обменять ее на воспоминания о чьем-нибудь плаще или красивом драконе. Первым пунктом она написала слово «руки», вторым — «тепло», третьим — «швы», после чего надолго задумалась, поскольку была совершенно уверена, что существует еще множество очевидных вещей, однако они пока упорно не желали всплывать из памяти. В этот момент дверь осторожно приоткрылась, а служанка сообщила, что королева просит дочь присоединиться к вечерней прогулке, поскольку Эймма заметила, что маленькая принцесса уже второй день почти не выходит из своих покоев. Во время прогулки Рейнира внимательно прислушивалась к разговорам взрослых значительно больше обычного, неожиданно обнаружив, что придворные постоянно упоминают какого-то великого мейстера, спрашивают его совета, обсуждают лечение, лекарства и здоровье, словно именно через этого человека проходили почти все важные решения, касавшиеся человеческой жизни. Она сделала вид, будто рассматривает цветущие кусты, хотя на самом деле внимательно слушала каждое слово, постепенно приходя к выводу, что искать придется вовсе не самого знаменитого рыцаря, не самого влиятельного советника и даже не самого богатого лорда. Если она действительно собиралась изменить медицину, то ей прежде всего требовался человек, который всю жизнь посвятил именно медицине, потому что никакие правильные идеи не принесут пользы, если их некому будет применять на практике. Возвращаясь в свои покои, Рейнира уже почти не думала о забытых сроках беременности Эйммы, поскольку впервые за долгое время ее мысли были заняты не надвигающейся катастрофой, а человеком, которого еще только предстояло найти. Она даже не подозревала, что будущий великий союзник сейчас, вероятнее всего, совершенно спокойно занимается привычными делами, не имея ни малейшего представления о том, что очень скоро одна чрезмерно любопытная шестилетняя принцесса начнет задавать ему вопросы, способные перевернуть все представления о врачевании. Уже засыпая, Рейнира неожиданно улыбнулась в темноте и тихо сказала самой себе, что убийство Визериса определенно было значительно более простым планом, однако разговорить ученого наверняка окажется намного полезнее для человечества, если, конечно, этот самый ученый не выставит ее за дверь уже после первых двух вопросов.