Мои постыдные фантазии

Горячее дыхание сладко опалило нежную кожу шеи, заставляя её в ту же секунду покрыться крупными мурашками, а разгорячённое тело вздрогнуть в приятном экстазе. Большие теплые ладони без доли стыда хозяйничали по вздернутой вверх мужской груди, пересчитывая пальцами выпирающие рёбра и задевая твёрдые от возбуждения соски. Смакуя каждую свою фантазию, Йост больно закусил свою нижнюю губу, посасывая её и с тихим стоном выдыхая каждый раз, стоило ему нежно провести своим большим пальцем по чувствительной головке члена, размазывая по ней вязкий предэякулят, без какого-либо желания торопить процесс. Коленки мелко тряслись, и Кляйн, только что вышедший из душа, непроизвольно выгибался в спине, слыша из гостиной через не закрытую на замок дверь спальни разговор Томми по телефону, ещё больше подогревающий желание оттрахать его или же быть им оттраханным до визга и искр из глаз, ну а как подсказывало собственное воображение, скорее всего, второе. Он непроизвольно улыбнулся в наслаждении, прикрыв глаза, и также медленно, растягивая удовольствие, начал двигать рукой, от чего слышалось мягкое вязкое шлепанье. Том же достаточно звучно в соседней комнате продолжал что-то бурно обсуждать, кажется, это касалось организации концерта, и такой тон мужа низкий, грубый, и Кляйн точно не знал, как охарактеризовать его, но хотелось его слышать дольше, больше и в немного ином контексте. Мягкие губы методично посасывали чувствительный сосок, обводя языком розовый ореол, причмокивая, и периодически совсем невесомо для лёгкого чувства адреналина от осознания того, насколько это дело может быть небезопасно, покусывал мягкую кнопку. Внизу сладко тянуло, создавая приятное напряжение, от которого выступали мелкие слезинки наслаждения. Поглаживая ствол ладонью одной руки от мошонки до паха, другую руку Кляйн медленно запустил под футболку, поглаживая сначала живот, медленно переходя к небезволосой груди, медленно водя по которой Йост периодически сжимал мягкую кожу тела в фантазиях о любимом, и тем самым в очередной раз убеждаюсь, что ему больше нравится принадлежать, чем иметь. Он щупал свои бока немного сильнее, чем нужно, представляя на месте своих рук Тома, вжимающего его в постель, и игрался с сосками, это, пожалуй, была его любимая часть прелюдий, которые что во время мастурбации, что во время настоящего соития Кляйн старался растянуть как можно дольше, щипая, оттягивая или нежно массируя, неважно, итог всегда был один в виде твёрдой эрекции. Не торопясь, он оторвал руку от члена, медленно проводя по собственной ягодице и плавно подводя пальцы к сжавшемуся от напряжения анусу, и начал мягко его массировать, не вводя пальцы в себя. Из-за того, что те были сухими, первое прикосновение и тут же почувствовала зудящий жар, от которого мышцы живота самопроизвольно втянулись, это не было неприятно, скорее непривычно. Немного надавив на сфинктер, почувствовалась пульсация, и Йост начал медленно двумя пальцами выводить ими круговые движения. По-началу, ощущения были смазанные и непонятные, но, войдя во вкус, каждое движение блаженно отливало в мошонку корень члена, заставляя тихо поскуливать, вместе с лёгким дискомфортом исчезли и воспоминания, и, отдавшись этому потоку, Йост пропустил слова Томми из соседней комнаты: «Ладно, хорошо, хорошо, я понял, давай». Пропустил звук приближающихся шагов и скрип открывающейся двери. — Прям как в порнухе, — усмехнулся Том, выглядывая из дверного проёма. В эту же секунду Йост, взвизгнув от испуга, подскочил на месте, быстро прикрывая своё оголённое тело одеялом, прижав коленки к груди. — Твою же мать! — выкрикнул Кляйн, слыша, как его голос дрожит от проедающего насквозь стыда. — Ты, блять, стучаться не учили, пидрила!? После этих слов Том звонко расхохотался, задыхаясь со смеху и закашливаясь, а в попытках отдышаться его заносило громче. Сколько он там стоял, Йост даже думать не хотел, чувствуя, как его лицо горит от стыда и неловкости. — Ну хватит, — прошипел Кляйн, накрываясь чуть не с головой, тем самым выводя Томми на ещё больший смех. — Не-ну, правда, прекращай, не смешно уже. — Да-да, прости, — отчаянно пытался отдышаться Томми. — Сука ты, — пробубнил Кляйн, потягиваясь за валяющейся на полу футболкой. — Ээ, — протянул Томми, подходя ближе. — Стой, стой. — Чего опять? — показательно нахмурился Йост. — Продолжай, — улыбнулся кончиками губ Томми, присаживаясь на край кровати. — А я посмотрю. — В смысле? — похлопал глазами Йост, чувствуя, как в груди что-то начинает отливать теплом. — Ну в прямом, — пожал плечами Томми, после чего, давя на лице ухмылку, пробрался одной рукой под толстое одеяло, огладив бедро Кляйна, от чего он мелко вздрогнул. — Это у тебя фетиш типа какой, о котором я не знал? — недоверчиво обвел взглядом Йост мужа, чувствуя, как тот слегка пощипывает рукой его кожу, переходя к внутренней стороне бедра. — Бля, да какой фетиш, не вижу в этом ничего такого, мы с тобой ебемся уже столько лет, кого ты тут стесняешься? — с какой-то неожиданно, но в целом привычной в контексте Тома резкостью спросил он. — Почему ты мне вообще ничего не сказал? — Не сказал что? — То, что ты трахаться хочешь, — улыбаясь во все зубы, сказал Том. — Потому что ты уже трахал мозги Танту, — с нарочито игривой ужимкой на лице закатил глаза Йост. Томми было хотел что-то съязвить, но Кляйн опередил его действием, скинув с себя одеяло, демонстрируя свою эрекцию и по идиотской, как казалось Йосту, привычке надувая нижнюю губу. — Ну так заставь меня, — чуть тише сказал Кляйн, откидываясь на локти в полулежачем положении. Томми секунду хлопал глазами в попытках уловить правила их игры, и тут же расплылся в кошачьей улыбке, поняв, к чему всё идёт. Оба обожали подобного рода извращения, да и каждый прекрасно справлялся со своей ролью принимающего и нападающего. Возможно, однажды они что-то поменяют так ради эксперимента, но это будет уже потом. Не проронив ни слова, Томми мягко обхватил своей рукой шею Йоста, заставив откинуть голову назад, после чего, слегка надавливая на неё, он разместился сверху на бедрах мужа, а другой рукой перехватил запястья Йоста, поднимая их над его головой и вжимая в деревянное изголовье кровати. Не самое удобное положение для Йоста в том числе, но на это всё он с лёгкостью закрывал глаза под ломящим тело возбуждением. Том нагнулся к задраному лицу и не грубо приложился зубами к скуле, оставляя за собой легкие красные следы, вместе с тем продолжая надавливать на шею, от чего изо рта Йоста выходили хриплые вздохи, и он тут же на момент ослаблял хватку. Кляйну, пожалуй, слишком нравилось исполнять роль этакой покладистой сучки в постели, это уж слишком сильно контрастировало с ним в обычной жизни, где он не то чтобы себя за шею схватить не позволил, он бы себя и нахер послать не дал. Но сейчас все ограничения были сняты, и он мог просто наслаждаться процессом, чувствуя, как Томми влажным языком вызывает область рядом с ухом и у всё тех же острых скул мужа. Бедра уже сводило от неминуемого желания, и Йост звучно и отрывисто простонал, желая ускорить процесс. — Мм... — промычал он, чувствуя, как по краям глаз выступают слезинки от недостатка кислорода. — Томми... — Что такое? — оторвавшись от лица Йоста и перестав сжимать ему горло, спросил Том, кажется, посчитав, что тому не очень хорошо. — Всё нормально? — Томми, начинай уже, а, — прошептал Йост. — Проси, — снова включил в себе доминанта Том, как только до него дошла суть скуляжа Йоста. — Oh mijn god... Том, прошу... — сказал Йост, улыбаясь уголками губ, уж больно ему нравилось, когда с ним обращались подобным образом, ну а муж с успехом удовлетворял эту его потребность. — И что ты просишь? — прикусив мочку уха, от чего по телу Йоста расползлась приятная до дрожи боль. — Прошу, выеби меня... — с тихим стоном произнёс Йост, чувствуя, как после сказанных им слов его член начал ныть ещё сильнее от недостатка прикосновений. — Громче проси, — довольно улыбаясь, не унимался Томми. — Томми, прошу, трахни меня наконец! — резко и уже более чем с достаточной громкостью попросил Йост. — Ну раз просишь, — усмехнулся Томми, отпуская руки Йоста. И освободившейся ладонью проводя по напряжённой груди, сминая и щипая бока, прежде чем перейти ко внутренней стороне бедра, а затем уже к разгоряченному анусу, но тут резко осёкся, останавливаясь на месте. — Ану-ка, включи торшер, принцесса, я хочу видеть твоё лицо, — попросил Томми, поглаживая то место рядом с тату на ноге мужа. Ах да, на улице ведь уже давным-давно стемнело, часов по близости никаких не было, но Йост был уверен, что часа два ночи точно. Двигаться, когда тебя держат за шею, при этом сдавливая её, было весьма проблематично, но от этого так будоражило, ведь в этом и была суть их игры. Нажав на выключатель, Йост вновь свалился в прежнее положение, но Том снова начал: — Ну кис, — и о господи, как же Йост любил подобные прозвища, от них у него и в обычной повседневной жизни легко привставало, так сейчас он готов был расплыться. — Достань смазку из ящика, ты ж не хочешь, чтоб я порвал своими пальцами твою задницу. Йост так увлёкся, что действительно забыл про это, но не критично, он с тем же трудом приподнялся на локтях и, открыв ящик тумбы, нашарил там флакончик лубриканта, что дрожащей рукой передал мужу. — Умница, — хмыкнул Том. Стоило Тому размазать по пальцам приятно пахнущую жидкость и слезть с мужа, как Кляйн, приглашая, весь в желании раздвинул ноги, ожидая, пока его снова схватят за шею и прижмут сильнее. — Хороший мальчик... — Фу боже, — не смог сдержать хохот Йост. — Где ты это услышал? Ужас какой. — Ой, заткнись, — с наигранной обидой закатил глаза Томми под хихиканье мужа. — Всё тихо. Снова хватая того за шею и надавливая большим пальцем на выступающий кадык, сказал Том и, поднеся пальцы к анусу, не торопился их вводить, для начала просто массирующими размазывая смазку вокруг прохода не столько для того, чтобы поиздеваться, сколько для того чтобы Кляйн был готов в ответ на эти прикосновения. Йост тихо постанывал, неосознанно придвигаясь ближе к пальцам. — Какой ты нетерпеливый, — издевательским тоном подметил Томас. — Бля, завали уже и делай что должен, — не выдержал Йост. Отвечать Томми не стал, он лишь сильнее стиснул руку на шее, невозможно медленно входя одним пальцем, дойдя до предела, он остановился, просто ожидая, пока Йост, что стал часто глотать воздух, привыкнет. Чувствовалось для Йоста каждый раз это странныо, будто его распирает изнутри, боли не было, но было очень некомфортно, отчего стенки очень сильно сжимались внутри. — Расслабься, — отрезал Том. Спустя где-то минуту, может две, Томас начал двигать рукой, немного выгнув палец под неоднозначные вздохи Йоста, чьи мышцы живота заметно сжались от таких ощущений. — Нормально? — не мог не спросить Томми. — Я могу добавить второй палец? — Oh kreng... Ты можешь заменить их на свой хуй, — сдавленно простонал Йост. — Нет уж, — мотнул головой Томми. — Я буду трахать тебя пальцами, пока ты не кончишь. Кляйн было хотел возмутиться, уже дернувшись на месте, но Томас издал что-то вроде «шшш...» и сдавил шею Йоста так, что у того покатилась мелкая слезинка по щеке, после чего он добавил второй палец, но так уже двигая ими куда ленивее, с бережностью, чтобы не навредить. Но и этого оказалось на удивление достаточно под нужным углом, Йост неожиданно влажно простонал, выгнувшись в спине. — Видишь, — начал Томми. — Тебя и мои два пальца чудесно удовлетворяют. — Пшёл на хе- ер, — сквозь скулёж проговорил Йост, пока муж осторожно набирал темп. Всё тело Йоста с головой накрыло это сладкое ощущение, от которого позже захочется помыться, но тогда-то было не до этого, он полностью отдался порыву, глотая называющий легким воздух и стараясь не отрубиться прямо здесь и сейчас, он этой волны ощущений, а затем пара движений пальцев, и вся страсть вышла из него с белой жидкостью. — Ну я ж говорил, что тебе и пальцев хватит.