От отчёта до оргазмов

Гермиона Грейнджер ненавидела, когда что-то шло не по её плану, а в последнее время это касалось всего. Она до сих пор не могла успокоиться после новостей о том, что квартальный отчет её отдела потеряли. Вчера она лично отдала его секретарше Кингсли, а сегодня утром выяснилось, что документы исчезли, и никто не может сказать, куда они делись. «Я в шоке. Я уже не могу с этих… этих… слов нет», — бубнила себе под нос, нервно постукивая пальцами по столу и периодически сдувая непослушную прядь с лица и раздражаясь ещё больше. Её раздражение достигло пика, когда в кабинет вошёл Драко Малфой, как всегда безупречно одетый и с лёгкой ухмылкой на лице. — Малфой, ты опоздал на семь минут, — процедила она, не отрываясь от попыток восстановить хотя бы часть утерянных данных. — Тут собираются кого-то расчленить? — его голос звучал нарочито беззаботно. — Или это у тебя просто новый способ приветствия коллег? Драко, не снимая мантии, подошёл ближе, его взгляд скользнул по беспорядку на её столе — разбросанные пергаменты, недопитый кофе, ваза с букетом хризантем. Он заметил, как она сжала челюсти, пытаясь сдержать гнев. — Малфой, если ты сейчас не сядешь за свой чёртов стол и не начнёшь работать, я действительно кого-то расчленю, — её голос дрожал от напряжения, — И это будешь ты! Он приподнял бровь, но молча прошёл к своему месту. Его стол, как и всегда, сиял безупречной чистотой. Только серебряная подставка для перьев и набор маггловских ручек нарушали эту стерильность. Удивительно, но Драко Малфой давно перестал противиться маггловским вещам, и наличие шариковых ручек в его арсенале было первым открытием для Гермионы в начале совместной работы. Новость о работе в одном кабинете поначалу стала для нее воодушевляющей. Она представляла, как он, чистокровный высокомерный аристократ, будет в подчинении у неё, магглорождённой волшебницы. Гермиона хотела довести его «до ручки» также, как он доводил её в школьные годы, но было несколько «но». Первое — она взрослая двадцати восьмилетняя женщина. Второе — она выросла и понимала, что месть — не её путь. Третье — он искренне извинился. Четвертое — их профессиональное сотрудничество оказалось неожиданно продуктивным, несмотря на взаимные подколы. Пятое — он стал чертовски привлекательным мужчиной, и это только усложняло ситуацию. Шестое — она начала замечать его взгляды, когда тот думает, что она не видит. Седьмое — она поняла, что её детские обиды больше ни имеют значения в свете того, кем они стали сейчас. Восьмое — она хотела этого засранца себе и желательно на всю жизнь. Гермиона знала, что должна сосредоточиться на восстановлении отчёта, но мысли разбегались. Она поймала себя на том, что наблюдает за тем, как уверенно он устраивается за своим столом, как по-хозяйски достаёт бумаги. Это раздражало ещё больше. Они работали в тишине примерно полчаса. Она слышала, как он перелистывает страницы, иногда постукивает пальцами по столу. Эта его привычка стала для неё амбивалентной: она её ненавидела и одновременно ловила себя на том, что ждёт этого звука. Она пыталась сосредоточиться, но мысли возвращались к отчёту, к злости, к его невозмутимому лицу. В какой-то момент работы она не выдержала, и перо от сильного сжатия громко хрустнуло в её руке. Она швырнула обломки на стол, издавая раздражённый рык. Малфой медленно поднял голову и посмотрел на девушку, выгибая бровь. Не успел он спросить о причинах, как Гермиона взорвалась. — Нет, ты представляешь, Малфой. Я значит неделю писала этот чёртов квартальный отчёт, а эти одарённые личности… Мерлиновы панталоны… просрали его за один вечер. Ну я не могу с этих… с этих не острых углов. Драко медленно поднялся и подошел к её столу, опираясь бёдрами на него, его глаза сверкнули знакомым холодным блеском. — Успокойся, Грейнджер, — его голос звучал спокойно. — Криком делу не поможешь. Лучше скажи, кто последний имел доступ к документам? — Секретарша Кингсли! — выпалила Гермиона, сжимая кулаки. — Я отдала ей отчет вчера, чтобы она передала его Министру, его не было на месте. — И ты просто доверила такой важный документ этой… Линдси? — в его тоне проскользнуло едва заметное раздражение. Гермиона вскочила с кресла, опрокинув чернильницу. Та упала, но, к счастью, была зачарована и не разлилась. — Ты хочешь сказать, что это я виновата? — её голос звенел. — Я доверила отчёт человеку, который работает здесь дольше, чем ты сидишь в моём кабинете! И её зовут Люси! — Я ничего не говорю про вину, — Драко остался стоять, скрестив руки на груди, и смотрел на неё с ледяным спокойствием. — Я просто отмечаю факт: ты отдала документ первому встречному, не проверив, дойдёт ли он до адресата. Для начальника отдела — не самая блестящая стратегия. — Малфой, — сказала она тихо, почти угрожающе, — если ты такой умный, почему ты сидишь в моём кабинете на побегушках, а не возглавляешь свой отдел? Он усмехнулся, но в глазах не было веселья. — Потому что, Грейнджер, не всем дано быть с золотой медалью на шее. Некоторым приходится отбывать срок, — он сделал паузу, и его взгляд скользнул по её лицу, задержавшись на губах ровно на секунду. — Но я хотя бы не теряю отчёты. Она задохнулась от наглости. В шаге от него она ощутила аромат сандалового дерева и цитруса, смешанных с пергаментом, и это бесило её до дрожи, потому что тело реагировало быстрее, чем разум. — Я считаю себя осторожнее, — продолжил он ровно. — И не позволю себе терять голову из-за… — он запнулся, и его взгляд на миг метнулся к вазе, — из-за рабочих моментов. Она заметила этот взгляд и внутри что-то щёлкнуло. — Почему ты смотришь на цветы? — спросила она, чуть подавшись вперёд. — По кочану… — он отступил на полшага, что было для него нехарактерно. — Просто задумался, кто их дарит. Твой тайный поклонник, наверное, очень терпеливый человек. Каждую неделю — и ни разу не написал записку. Гермиона прищурилась. Он говорил это с лёгкой насмешкой, но она уловила в его голосе стальную нотку, которую пока не смогла расшифровать. — Тебя это волнует? — она сделала шаг к нему, сократив расстояние до минимума. Теперь она почти касалась его грудью. — Мой тайный поклонник? — Мне всё равно, — он отступил, но она заметила, как его челюсти сжались. — Я пошёл искать твой драгоценный отчёт. А ты пока можешь успокоиться и придумать новый способ выражения гнева, менее разрушительный для канцелярских принадлежностей. Когда дверь за ним закрылась, Гермиона опустилась в кресло, ощущая, как колотится сердце. Она ненавидела признавать это, но его близость действовала на неё странным образом. Её взгляд упал на вазу с цветами. Она прикинула, что завтра должны доставить новый букет. Она ещё до работы с Малфоем оформила подписку в новом цветочном магазине, единственном, в котором, как и у магглов, есть данная функция. Гермиона усмехнулась собственным мыслям. Иронично, что цветы, которые должны были поднимать ей настроение, теперь стали источником недопонимания. Она сама выбрала этот сервис, сама оплатила подписку на полгода вперёд — просто потому, что любила работать и видеть на столе свежие букеты. Это было её маленькое удовольствие, ритуал, который напоминал ей, что она не просто железная леди из Министерства, а женщина, которая может позволить себе красивые вещи. Но Малфой думал иначе. Она вспомнила его лицо, когда он говорил про «терпеливого поклонника». В его голосе была скрытая ревность. Гермиона знала этот тон — она слышала его раньше, когда Рон замечал, что она слишком долго смотрит на кого-то другого или разговаривает с другим мужчиной. Но Драко — не Рон. Он не закатывал сцен и не требовал объяснений, он просто отступал. Чёрт, может он поэтому не реагирует на меня? Она встала и подошла к своему столу, чтобы собрать разбросанные бумаги. Некоторые упали на пол, когда она вскакивала. Гермиона вздохнула и опустилась на колени, собирая пергаменты один за другим. Её пальцы дрожали от напряжения, а сердце билось чаще обычного. Прядь волос упала на лицо, и она машинально сдула её, продолжая ползать по полу в поисках последних листов. Юбка натянулась на бёдрах, обнажая стройные ноги в чёрных чулках, но она не обращала на это внимания, ведь в кабинете никого не было, кроме неё. Она уже собирала последний файл, когда дверь внезапно распахнулась. — Грейнджер, я нашёл твой… — голос Драко оборвался. Гермиона вздрогнула от неожиданности, и в тот же момент её пальцы, потянувшиеся к листу, зацепились за его штанину. Она дёрнулась, чтобы убрать руку, но замерла, когда подняла голову. Он нависал над ней в мягком свете ламп. Серую радужку было уже не видно за чернотой зрачков, пока он смотрел на неё сверху вниз. Его дыхание стало тяжёлым, а в глазах читалось нечто большее, чем просто удивление. Она застыла на месте, всё ещё стоя на коленях, глядя на него снизу вверх. Её рука так и лежала на его штанине, пальцы сжимали тёмную ткань. — Малфой? — выдохнула она, и голос прозвучал хрипло, не так, как она планировала. Он не двигался. Время, казалось, растянулось до бесконечности. Она видела, как сжались его челюсти, как побелели костяшки пальцев, сжимающие папку. Он тяжело дышал, не отрывая взгляда от сидящей перед ним девушки. — Что ты делаешь? — спросил он, его голос стал ниже, интимнее. — Собирала бумаги, — выдохнула она, не отрывая взгляда от его лица, от потемневших глаз. Их тела разделяли считанные сантиметры. Она ощущала тепло его тела, запах его парфюма, который сводил её с ума. Её пальцы всё ещё касались его штанины, и она не могла заставить себя убрать руку. Он сглотнул, его кадык дёрнулся. Взгляд скользнул по её склоненной голове, по изящной линии шеи, по приоткрытым губам, по тому, как её волосы рассыпались по плечам. Он видел, как её пальцы дрожат, касаясь его брюк, чувствовал, как учащается её дыхание. Драко с трудом сдерживал себя, чтобы не поддаться искушению. Он представил, как проводит рукой по её волосам, как впускает в них руку и притягивает её ближе, как она расстёгивает ширинку, как чувствует её дыхание на своей коже, как она облизывает головку члена, проводит по нему рукой и берет в рот, прикрывая глаза. Он ощущал, как напряжено его тело, как тяжело бьётся сердце. Её близость сводила его с ума, а эти чёртовы мысли о том, как она могла бы быть с ним, становились невыносимыми. Гермиона, словно уловив его состояние, чуть наклонила голову, и её губы оказались так близко к его паху. Он едва сдержал стон, когда снова представил, как она касается его члена своими губами. Он видел, как её грудь поднимается и опускается от тяжёлого дыхания, как пульсирует жилка на её шее. Он хотел прикусить её, ощутить пульс своими губами. Хотел попробовать её, прикоснуться к ней так, как никогда не сможет. — Я нашёл твой отчёт, — сказал он, беря себя в руки и отгоняя непрошенные мысли. — Линдси, Люси или как её там просто забыла передать. — Отлично, — её голос дрогнул, когда она медленно убрала руку от его штанины и поднялась с колен. Она оказалась почти вплотную к нему, так близко, что чувствовала тепло его прерывистого дыхания на своей коже. Он не отступил, но его взгляд метнулся вниз, туда, где она стояла на коленях секунду назад. И снова поднялся к её глазам, задерживаясь перед этим на приоткрытых губах. — Спасибо, Малфой, — прошептала она, её голос звучал мягче, чем обычно. Гермиона направилась к своему столу, не одёргивая юбку, позволяя ему увидеть то, что он так жадно искал взглядом каждый день. «Чертовка», — подумал Драко, рассматривая её длинные ноги в чёрных чулках, резинка которых соблазнительно выглядывала из-под ткани. Он наблюдал, как она двигается, как покачиваются её бёдра, как играет свет на её волосах. Его тело реагировало мгновенно, и он с трудом сдерживал желание подойти ближе, коснуться её, почувствовать вкус её губ желательно нижних. Гермиона остановилась у стола, но не повернулась к нему лицом. Она знала, что он смотрит, и это знание пьянило её, как хорошее вино. — Ты… — начал он, но слова застряли в горле. — Что? — она повернулась к нему, её глаза сверкнули вызовом. Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между ними. Их тела почти соприкасались. — Ничего, — прошептал он, наклоняясь к её уху. — Просто хотел убедиться, что с отчётом всё в порядке. Его дыхание обожгло её кожу, и она почувствовала, как по спине пробежала дрожь. — Всё в порядке, — ответила она, её голос дрожал от напряжения. Он отстранился на мгновение. Его взгляд скользнул по её губам, и она увидела в его глазах то же желание, которое сжигало её изнутри. — Мне надо спуститься в архив на пару часов, — пробормотал он, отступая. — Да, конечно, — ответила она, стараясь скрыть разочарование. Дверь за ним закрылась, и Гермиона выдохнула так, будто всё это время не дышала. Она опустилась в кресло, прикрыла глаза и попыталась унять бешено колотящееся сердце. Пальцы всё ещё помнили тепло его тела, Гермиона вспоминала ощущение его дыхания на её коже. Она сжала кулаки, прогоняя навязчивые образы. — Соберись, Гермиона, — прошептала она себе. — Ты начальник отдела, а не девочка-подросток. Она взяла найденный отчёт, пробежалась по строкам, пытаясь сосредоточиться. Всё было на месте. Люси видимо действительно просто забыла передать бумаги. Никакого заговора, никакой кражи — просто человеческая рассеянность. И от этого Гермионе стало ещё тоскливее: она разозлилась на пустом месте, сорвалась на Малфое, а потом ещё и постояла перед ним на коленях. Блестяще. Я бы лучше постояла на коленях перед ним не в такой ситуации… А ещё лучше, чтобы на коленях был он. Она только погрузилась в работу, как дверь снова распахнулась без стука и с громким хлопком. — Гермиона! Я знаю, что ты занята, но это срочно! В кабинет влетела Джинни Поттер в ярко-красном плаще с огромной сумкой через плечо и решительным видом. — Джинни? — Гермиона моргнула. — Что ты здесь делаешь? У тебя же тренировка вроде должна быть. — Отменилась, — отмахнулась Джинни, плюхаясь на стул напротив и скидывая сумку на пол. — У меня к тебе серьёзный разговор. Гермиона насторожилась. Джинни редко появлялась в Министерстве без предупреждения, и если она пришла, значит, действительно что-то случилось. — Гарри в порядке? Дети? — Все живы и здоровы, — заверила Джинни, но её глаза горели нетерпением. — Разговор пойдёт о тебе. — Обо мне? — Гермиона откинулась на спинку кресла, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Джинни, у меня сейчас нет времени на светские беседы. Я только что потеряла и нашла квартальный отчёт, у меня голова идёт кругом, и вообще… — Именно поэтому я здесь, — перебила Джинни, подаваясь вперёд. — Ты выглядишь так, будто неделю не спала, и я знаю, что дело не только в отчёте. Ты постоянно на взводе, злишься на всех подряд, и это не похоже на тебя. Тебе нужно расслабиться. Гермиона открыла рот, чтобы возразить, но Джинни подняла руку, останавливая её. — Не спорь. Я вижу тебя насквозь. Ты работаешь как проклятая, забываешь про личную жизнь, а последние месяцы у тебя, судя по всему, вообще никакой личной жизни нет. — У меня есть личная жизнь, — огрызнулась Гермиона, но прозвучало это неубедительно. — Ага, — усмехнулась Джинни. — Твоя личная жизнь — это отчёты и этот твой… помощник. — Она бросила многозначительный взгляд на пустой стол Драко. — Кстати, где он? — В архиве, — буркнула Гермиона. — Вот и отлично. Значит, у нас есть время поговорить без свидетелей. — Джинни наклонилась и заговорщицки понизила голос: — Я тут подумала: тебе срочно нужно снять напряжение. И я знаю как. — Если ты скажешь «йога», я закричу, — предупредила Гермиона. — Я скажу «клуб», — Джинни вытащила из сумки что-то, завёрнутое в бумагу. — Сегодня вечером и это не обсуждается, я знаю, что завтра у тебя внеплановый выходной. Новое место открылось — «Ночной горизонт» называется. Там музыка, танцы, люди… и, самое главное, там можно забыть про всё и просто оторваться. А ещё — познакомиться с кем-нибудь. А то пока ты дождёшься Малфоя, уже состаришься. Гермиона нахмурилась. — Джинни, я не хочу ни с кем знакомиться. У меня нет времени на… — Вот именно, что нет! — Джинни хлопнула ладонью по столу. — Ты превратилась в робота, Гермиона. Ты думаешь только о работе, а когда ты в последний раз занималась сексом? Гермиона поперхнулась воздухом. — Это что за вопрос? — Очень прямой и скорее риторический, — Джинни усмехнулась. — Я твоя подруга, я имею право спрашивать и знаю ответ: слишком давно. — Она протянула ей свёрток. — Поэтому я купила тебе подарок. Открой. Гермиона нехотя развернула бумагу. Внутри оказалось короткое черное платье с глубоким вырезом и тонкими бретельками. Лёгкая и шелковистая ткань струилась в руках. Оно было очень красивым. — Джинни, я не могу это надеть, — выдавила она. — Это не мой стиль. — Именно поэтому я его и купила, — Джинни подмигнула. — Ты слишком много носишь эти офисные костюмы и закрытые мантии, хотя эта юбочка ничего такая. Пора вспомнить, что тебе двадцать восемь, ты чертовски привлекательна и можешь себе позволить выглядеть как женщина, а не как главный бухгалтер. — Я не выгляжу как главный бухгалтер… — начала она. — Я же сказала, что не обсуждается, — перебила Джинни. — Я зайду за тобой сюда под конец рабочего дня, нам надо будет заскочить ещё кое-куда. Можешь переодеться уже сейчас. Ну, чтобы твой помощник увидел и его челюсть отвисла. Я думаю, что он гей или импотент, — она посмеялась, — а он ходит и ничего не предпринимает. Я бы уже давно тебя попробовала трахнуть, если бы была мужчиной. Гермиона вздохнула, понимая, что спорить бесполезно. Джинни была упрямой, как и все Уизли. И, возможно, она была права. Возможно, ей действительно нужно было выйти из этого кабинета, выпить вина, потанцевать и перестать наконец думать о том, почему Драко Малфой смотрит на неё так, будто хочет, но не берёт. — Ладно, — сдалась она. — Но только один вечер. — Ура! — Джинни хлопнула в ладоши, и её глаза засияли. — Ты не пожалеешь. У меня есть план: мы пьём, танцуем, флиртуем, и, если повезёт — ты уйдёшь оттуда не одна. А может быть, даже с кем-то, кто сможет заставить тебя забыть обо всех этих дурацких отчётах. Гермиона покачала головой, но улыбнулась. — Ты невыносима. — Знаю, — Джинни встала, подхватывая сумку. — Я зайду за тобой. И, Гермиона, — она обернулась у двери, — надень платье, пожалуйста. — Ага, — ответила Гермиона, всё ещё сжимая в руках шёлковую ткань. Джинни уже взялась за ручку двери, но вдруг остановилась и посмотрела на букет хризантем. — Кстати, а это от кого? — спросила она, кивая на вазу. — Я думала, у тебя никого нет, а тут цветы… Гермиона скривилась. — Это я сама себе заказала. Подписка в цветочном магазине на полгода, чтобы было приятно работать. — Ого, — Джинни подняла бровь. — А я-то подумала, у тебя тайный поклонник. — Нет, — Гермиона вздохнула. — Мой тайный поклонник — я сама. Просто способ поднять настроение. — Ладно, верю, — Джинни подмигнула и вылетела из кабинета, оставив после себя шлейф духов и ощущение лёгкого хаоса. Гермиона осталась одна. Она ещё раз с улыбкой посмотрела на платье, потом на цветы, потом на дверь, за которой скрылась Джинни. Драко Малфой стоял в коридоре за несколько метров от двери в кабинет. Он вернулся недавно из архива, но услышал женские голоса. Не то, чтобы он хотел подслушивать, но они громко говорили. Он узнал голос Уизли. Он уже хотел развернуться и уйти, чтобы не мешать, но слова, долетевшие до него, пригвоздили к месту. «Это я сама себе заказала. Подписка в цветочном магазине на полгода, чтобы было приятно работать». Драко замер. Его сердце пропустило удар, потом забилось быстрее. Она сама себе покупает цветы. У неё нет поклонника. Она ни с кем не встречается. Все эти недели он мучился ревностью, держал дистанцию, отступал, когда она приближалась, — и всё это время она была свободна. Он прислонился спиной к стене, прикрывая глаза. В голове проносились все её провокации: наклоны, взгляды, случайные прикосновения. Она хотела его. Она пыталась его привлечь. А он, как благородный дурак, решил, что она играет, что у неё есть кто-то другой. — Чёрт, — выдохнул он одними губами. Он слышал, как Джинни попрощалась и вышла из кабинета. Её каблуки застучали по коридору, и она прошла мимо него, не заметив. Драко выждал ещё несколько секунд, затем медленно подошёл к двери кабинета. Его рука уже легла на ручку, но он остановился. Он развернулся и сделал несколько шагов в сторону выхода, затем остановился. Его челюсти сжались, глаза потемнели. Она сегодня пойдёт в клуб, чтобы найти кого-то, чтобы снять напряжение. А он пропустил свой шанс, потому что не решался действовать. Драко выругался сквозь зубы, толкнул дверь лестничной клетки и быстро зашагал вниз. Он не зайдёт в кабинет сейчас. Ему надо подышать. Прошло около сорока минут. Гермиона сидела за столом, пытаясь сосредоточиться на работе. Она сжала в руке платье, когда часы на стене показали без пятнадцати шесть. — Ладно, — сказала она себе, вставая. — Если уж идти в клуб, то хотя бы выглядеть достойно. Она оглянулась на дверь — заперта. Малфой сказал, что будет в архиве пару часов, значит, не вернётся до конца рабочего дня. Она сняла блузку и юбку, оставшись в чёрном кружевном белье и чулках. Последние месяцы она стабильно надевала красивые комплекты, в глубине души надеясь, что Малфой сдастся в плен её провокаций. — Чёрт, Джинни, — пробормотала она, глядя на себя в зеркало в углу кабинета. — Ты издеваешься? Я не могу в этом выйти на улицу. Она попыталась надеть платье поверх бюстгальтера и трусиков, но результат был катастрофическим — ткань обтягивала кружево, создавая нелепые бугры и складки. Гермиона вздохнула и, ругая подругу последними словами, стянула с себя бельё. Бюстгальтер и трусики полетели в сумку, чулки она решила оставить. — Вот же… — пробормотала она, натягивая платье уже на голое тело. Шёлк скользнул по коже, облегая бёдра и грудь. Она поправила бретельки, посмотрела в зеркало и замерла. Платье сидело идеально. Глубокий вырез открывал плечи и ключицы, ткань спускалась до середины бедра, открывая ноги настолько, что каждый шаг или небольшой наклон могли стать опасными. Она провела рукой по ткани, расправляя складки, и ощутила, как воздух касается кожи под подолом. Это было странно, освежающе и возбуждающе одновременно. По телу пробежали мурашки, заставляя соски напрячься. Она села за стол, накинув сверху рабочую мантию, чтобы скрыть платье до прихода Джинни. Всё, что оставалось — дождаться подругу. Гермиона взяла перо, попыталась перечитать какие-то бумаги, но строчки плыли. Она думала о том, как сегодня вечером будет танцевать, пить вино, флиртовать. И о том, что на самом деле она хотела, чтобы в этом клубе был один конкретный человек, но его не будет. Дверь распахнулась. Гермиона вздрогнула и подняла голову. На пороге стоял Драко Малфой с папкой в руках и растрёпанными волосами. Он выглядел слишком напряжённым. — Малфой, — выдохнула она, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Ты напряжён. Он не ответил, но смотрел на неё. Взгляд пробежал по её лицу, по мантии, накинутой поверх платья, хотя до этого она была без неё, и остановился на её груди, а точнее на вставших сосках. — Вот отчёт, — сказал он глухо, положив папку ей на стол, но из-за неосторожности (неосторожность ли на самом деле?) задел другие документы, и они посыпались на пол, разлетаясь веером. — Аккуратнее, — бросила Гермиона, наблюдая, как он застыл на месте. Он посмотрел на разлетевшиеся бумаги, потом на неё. — Уронил? — она приподняла бровь, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее от его присутствия. — Ты и поднимай. Она говорила это с вызовом, не думая о последствиях. Хотела, чтобы он хоть что-то сделал. Чтобы перестал стоять столбом и смотреть на неё так, будто решается на что-то важное. Драко медленно, не отрывая от неё взгляда, опустился на колени и начал собирать бумаги. Гермиона смотрела, как его пальцы подбирают разлетевшиеся листы, как платиновые волосы падают на лоб, как мышцы плеч напрягаются под рубашкой. Она даже не заметила, как затаила дыхание. Он уже почти всё собрал, но вдруг замер. Его взгляд упёрся в её ноги. Прямо перед ним, под столом, были её стройные ноги в чёрных туфлях на высоком каблуке. Мантия, которую она накинула, была расстёгнута, и край платья приподнялся. Он почувствовал, как кровь отлила от головы, когда увидел, что под тканью ничего нет. Её бёдра, мягкие и гладкие, были обтянуты чулками. Он сглотнул, резко сминая пальцами последний лист бумаги. — Всё собрал? — спросила Гермиона, не понимая, почему Драко застыл. — Малфой? Он уже открыл рот, чтобы что-то ответить, когда дверь кабинета с грохотом распахнулась. Драко быстро сдвинулся ближе к ней и залез под стол, вжавшись в деревянную перегородку так, чтобы его не было видно входящему. — Гермиона! Привет! — в кабинет влетел Гарри Поттер, с растрёпанными волосами и очками, съехавшими на нос. — Джинни сказала, что зайдёт за тобой через час, я решил тебя проведать, а то мы редко видимся в последнее время, и… — Привет, Гарри, — она придвинулась ближе к столу, но поздно осознала, что стала ближе к Малфою. «Мерлин, я же без трусов». Её сердце забилось чаще и вспотели ладони. — Ты чего покраснела? — спросил Гарри, разглядывая подругу. — Жарко тут, работа, напряжение, стресс, Малфой, все дела короче, — протороторила она, нервно улыбаясь и ощущая, как под столом Драко замер, прислушиваясь. Гарри нахмурился, но быстро улыбнулся и плюхнулся на стул напротив неё. — Джинни сказала, вы сегодня в клуб собираетесь. Ну, хоть отдохнёшь от бумаг. — Джинни настояла, — Гермиона старалась говорить спокойно, но её голос дрогнул, когда она почувствовала, как пальцы Драко коснулись её щиколотки. Он всё ещё был под столом и не собирался вылезать. Только вылизать. Пальцы увереннее легли на тонкую косточку щиколотки, провели по ней чуть выше, к икре, и она вздрогнула, не в силах это контролировать. Гарри сидел в метре от неё, болтая о чём-то, а Драко внизу занят её ногами. Большая, горячая ладонь обхватила икру, пальцы сжали мышцу, поглаживая. Гермиона поджала губы, внутри всё сжалось от предвкушения. — Слушай, Гермиона, я хотел спросить: ты не видела тот отчёт по артефактам? Мне нужно сдать его завтра, а я перерыл весь кабинет. Может, он у тебя остался после нашего совещания? — Нет, не видела, — ответила Гермиона, чувствуя, как пальцы Драко медленно поднимаются от икры к колену. У неё получилось не дёрнуться, но мурашки остановить не удалось. — Ну, как скажешь, — Гарри пожал плечами. — Джинни говорит, ты последние месяцы только и делаешь, что работаешь и смотришь на Малфоя. — Я не смотрю на Малфоя, — выдохнула она, когда пальцы Драко начали медленно поглаживать кожу с внутренней стороны бедра. Его прикосновения становились всё смелее. Он провёл пальцем по краю чулка, слегка поддев ткань, и она почувствовала, как влага скапливается между ног. Она прикусила губу до боли, чтобы не выдать себя звуками, и зажмурилась на секунду, пытаясь собраться. — Ага, — ухмыльнулся Гарри. — Ну-ну. Кстати, как вам вообще работается вместе? Вы ещё не убили друг друга? Я слышал, что много спорных данных. — Всё… хорошо, — выдавила Гермиона, ощущая, как пальцы Драко скользят выше, к тому месту, где заканчивалось платье. — Мы работаем эффективно. Он почти коснулся того места, где она желала почувствовать его как можно скорее, и она едва сдержала стон, закусив губу. Она видела, как Гарри наклоняет голову, что-то говоря, но слова доносились как через воду. Весь мир сузился до точки, где пальцы Драко скользили по её коже, приближаясь к влажному, пульсирующему клитору. Её дыхание стало прерывистым, грудь вздымалась под тонким шёлком, и она чувствовала, как соски затвердели, потираясь об ткань. — Ты в порядке? — нахмурился Гарри. — Ещё больше покраснела. — Жарко, — быстро сказала она. — В кабинете душно. — Ну, я ненадолго, — Гарри откинулся на спинку стула. — Просто хотел уточнить насчёт того отчёта. Если он у тебя, отправь мне, а то завтра уже дедлайн, а я без него как без рук. Гермиона кивала, но слова Гарри доносились до неё как сквозь вату. Пальцы Драко скользили по её коже, раздвигая влажные складки. Его большой палец нажал на клитор, и у неё перехватило дыхание. Она вцепилась в подлокотники кресла до побелевших костяшек. — И вообще, — продолжал Гарри, — если найдёшь его, дай знать. А то я уже весь отдел поднял на уши. Кстати, меня на следующей неделе отправляют в командировку, так что я буду недоступен пару дней. — Хорошо, я посмотрю, — выдохнула Гермиона, чувствуя, как Драко продолжал круговыми движениями ласкать клитор, а другим пальцем провёл по влажным половым губам, заставив её тело чуть выгнуться. Она сжала бёдра, пытаясь остановить его, но он не позволил — его рука легла на внутреннюю сторону бедра, мягко раздвигая их шире. Она чуть не застонала, но сдержалась, впившись ногтями в ладонь. Влажность между ног была почти неприличной, и она чувствовала, как его пальцы скользят снаружи, но пока не проникают внутрь. — Договорились, — кивнул Гарри. Палец Драко медленно проник внутрь. Гермиона задохнулась, и её глаза расширились. Она чувствовала, как он медленно и глубоко двигается, выходя из неё почти полностью и снова входя, растягивая и заполняя. Её тело предательски отзывалось на каждое прикосновение, мышцы сжимались вокруг его пальца, втягивая его глубже. — Что-то ты совсем раскраснелась, — нахмурился Гарри. — Может, воды принести? — Нет, — выдохнула она, ощущая, как Драко добавляет второй палец, растягивая её шире. Она прикусила губу, чувствуя, как влага стекает по его пальцам, как он двигается внутри неё, наращивая темп. — Всё… хорошо. Она смотрела на Гарри, продолжавшего говорить о чём-то, но её разум был занят только тем, что происходило под столом. Внутри неё Драко двигался ритмично и глубоко, постепенно ускоряясь, его большой палец кружит по клитору, и она чувствовала, как с каждым толчком её тело больше начинает дрожать, как приближается к первому оргазму от рук Драко Малфоя. Гермиона ощущала, как сильно сжимает его пальцы внутри, как они идеально входят в неё и давят куда надо с каждым движением, как волна начинает подниматься, нарастая, сжимая всё внутри. Она закусила губу так сильно, что почувствовала солёный привкус крови, но не могла остановить дрожь, пробегающую по ногам, по животу, по груди. — Ладно, — Гарри хлопнул ладонями по коленям и встал. — Пойду я, а то Джинни говорила, что забирает тебя через час, и если я задержусь на работе, она меня убьёт. Ещё увидимся, Гермиона. Он направился к двери. Гермиона, услышав шаги, задержала дыхание, ощущая, как Драко внутри неё замедлился, прислушиваясь. Когда дверь щёлкнула, закрываясь за Гарри, она наконец выдохнула: — Мерлин… Драко не стал ждать. Он вставил третий палец, заполняя её до предела, и начал двигаться ещё быстрее и жёстче, заставляя её бёдра непроизвольно подаваться навстречу. Его большой палец продолжал давить на клитор, и она почувствовала, как внутри неё всё сжимается, как волна накрывает её с головой. — Малфой, — прокричала она, уже не сдерживаясь, её голос сорвался в стон, когда первый спазм прошёл по телу, заставляя её выгнуться в кресле. Она вцепилась в волосы Драко, сжимая их пальцами, и почувствовала, как он продолжает двигаться внутри неё, продлевая удовольствие, растягивая его до тех пор, пока она не обмякла, обессиленная, всё ещё сжимаясь вокруг его пальцев. Он медленно вытащил руку из-под платья и поймал её взгляд. Драко медленно поднёс пальцы ко рту и облизал их, вытащив с громким влажным звуком. Его язык скользнул по фалангам, и она видела, как он прикрыл глаза на секунду, пробуя её вкус. Когда он открыл их снова, в них горел тёмный, голодный огонь. Он был возбуждён — она видела, как напряжена ткань его брюк, и чувствовала, как сильно он хочет её. — Это был только первый, Грейнджер, — произнёс он хрипло, и его голос вибрировал где-то в груди. — Я с тобой ещё не закончил. — Много слов, Малфой. Тебе не обязательно было ронять мои документы, чтобы оказаться передо мной на коленях. Нужно только попросить, — нагло улыбнулась ему, пытаясь восстановить дыхание. Он шагнул ближе, и она почувствовала жар его тела сквозь тонкий шёлк платья. Его рука легла на спинку её кресла, другая опустилась на подлокотник, и он навис над ней, загораживая свет. — Ты даже не представляешь, сколько раз я представлял тебя вот так, — прошептал он, и его дыхание обожгло её губы. — Такую блядски мокрую и дрожащую от оргазма. Гермиона смотрела на него снизу вверх, и её сердце колотилось где-то в горле. Она хотела сказать что-то острое, но слова застряли, когда он наклонился и поцеловал её. Поцелуй был жёстким, властным, с привкусом её собственной влаги на его губах. Он впился в её губы так, что она врезалась в спинку стула, но почувствовала только его горячий, влажный язык, который сразу же скользнул внутрь. От него пахло кофе и парфюмом. Она вцепилась в его волосы, притянула ближе и услышала низкое рычание, вырвавшееся из его горла. Его пальцы сжали её бедро сквозь шёлк. Он прикусил её нижнюю губу, а она в ответ царапнула его губы зубами, чувствуя его выдох. Дыхание сбилось у обоих. Он отстранился на секунду, чтобы перевести дух, и она увидела, что его зрачки расширены, губы припухли и блестят. — Чёрт, — выдохнула она, когда он склонился к её шее, целуя, покусывая кожу, спускаясь ниже. Его язык провёл по ямке между ключицами, и она выгнулась, подставляя себя под его поцелуи. Его руки скользнули под бедра Гермионы, он одним движением поднял её, усаживая на край стола. Бумаги снова разлетелись, чернильница опрокинулась, но никому не было дела. — Раздвинь ноги, — приказал он низким голосом. Она подчинилась, ощущая, как он задирает платье до талии, открывая его взгляду всё. Он посмотрел на неё — мокрую, раскрасневшуюся, с широко разведёнными бёдрами — и его глаза потемнели ещё сильнее. — Такая мокрая, — выдохнул он, проводя пальцами по её половым губам, собирая влагу и размазывая её по коже. — Ты вся течёшь для меня, да, Гермиона? Ты всё это время хотела, чтобы я вот так разложил тебя на столе и трахал? Она кивнула, не в силах говорить. — Я не слышу твой ответ, — произнёс он, обнажая её грудь и продолжая ласки внизу. Его большой палец скользнул по клитору, и она вздрогнула всем телом, желая большего. — Да, — простонала Гермиона, почувствовав, как он начинает посасывать один сосок, играясь пальцами с другим. Его язык был горячим, влажным, он двигался по кругу, покусывал, посасывал, заставляя её выгибаться навстречу его губам и языку. Она чувствовала, как влага между ног становится ещё обильнее, как её тело плавится от каждого его прикосновения. Она судорожно начала расстёгивать пуговицы его рубашки, пальцы дрожали и соскальзывали с гладких перламутровых пуговиц. Она не могла сосредоточиться — его рот на её груди, его пальцы, скользящие по влажному клитору, его дыхание, обжигающее кожу. — Руки, — выдохнул он, отрываясь от её груди. — Не торопись. Мы никуда не спешим. Ну, почти, — усмехнулся он, косясь на часы. — У нас есть тридцать пять минут до прихода твоей подруги. Он сам расстегнул оставшиеся пуговицы и скинул рубашку на пол. Гермиона впилась взглядом в его торс — бледная кожа, рельефные мышцы груди и живота, старые шрамы от проклятия, тонкая полоска светлых волос, уходящая за пояс брюк. Она провела ладонями по его груди, ощущая, как бьётся его сердце под пальцами, как напрягаются мышцы от её прикосновений. — Ты даже не представляешь, — прошептала она, водя пальцами по его ключицам, спускаясь ниже по животу, — сколько раз я представляла тебя вот так. — О, я представляю, — хрипло ответил он, снова целуя её губы. Он прижался к ней всем телом, и она почувствовала сквозь плотную жесткую ткань его твердый член. Он начал двигаться, создавая давление, и она застонала от этого трения, прикусывая губу и пропитывая влагой ткань брюк. — Ты чувствуешь, что ты со мной делаешь? — прошептал он хрипло, прижимаясь к ней сильнее. Её руки скользнули вниз, между их телами, и она нащупала пуговицу на его брюках. Пальцы дрожали, но она расстегнула её, затем молнию, стягивая штаны вместе с боксерами. Она почувствовала, как его твёрдый, горячий член прижался к её входу. — Малфой, — прошептала она, обхватывая его рукой, проводя по всей длине, чувствуя, как он пульсирует в её ладони. — Не дразни меня, — прорычал он, перехватывая её запястье и убирая руку. Он провёл членом по её влажным складкам, собирая смазку, и она застонала от этого скольжения, выгибаясь навстречу. Головка коснулась клитора, и она вздрогнула. — Хочешь, чтобы я вошёл в тебя? — спросил он, наклоняясь к её уху. — Да, — выдохнула она. — Сейчас же. — Тогда смотри на меня, — приказал он, и когда она встретилась с его глазами, он медленно, глубоко вошёл в неё одним плавным движением, заполняя её до предела. Гермиона вскрикнула, вцепившись в его плечи, чувствуя, как он растягивает её. — Я хочу, чтобы ты запомнила, что трахать могу тебя только я. — Боже, — простонала она, запрокидывая голову. — Только я, — прорычал он, ускоряясь. — Поняла? — Да, да, Малфой, — она сжала грудь, выдыхая, — только не останавливайся. Он вошёл в неё глубже, меняя угол, и она ощутила, как его член касается той самой точки, от которой у неё темнеет в глазах. Она громко застонала, и он зажал ей рот ладонью, продолжая быстро и жёстко вбиваться в неё. — Тише, Грейнджер, — прошептал он, и его дыхание было горячим у её уха. — Ты не хочешь, чтобы весь этаж услышал, как я трахаю тебя на твоём рабочем столе? Она мычала в его ладонь, чувствуя, как волна удовольствия нарастает где-то внизу живота, как мышцы начинают сжиматься вокруг него. Он тоже ощущал, что близок к оргазму, его дыхание сбилось, толчки стали глубже, жёстче. — Скажи моё имя и смотри на меня, — прорычал он. — Драко, — прошептала она, смотря ему в глаза. — Да, — выдохнул он. — Кончи для меня. Сейчас, Гермиона. Я хочу чувствовать, как ты сжимаешься на моём члене. Она кончила с криком, выгибаясь на столе, сжимая его член так сильно, что он зарычал ей в рот. Волны удовольствия прокатывались по телу, одна за другой, а Драко продолжает двигаться внутри, продлевая её оргазм. Он ощущал, как её мышцы пульсируют и сжимаются вокруг его члена, как она вбирает его в себя, и это ощущение довело его до грани. Каждое сокращение её внутренних стенок посылало искры удовольствия по его телу, заставляя его терять контроль. Он ускорился, вбиваясь в неё глубже, жёстче, чувствуя, как его собственный оргазм нарастает где-то внизу живота, как напряжение становится невыносимым. — Вот так, — прошептал он, целуя её шею, покусывая кожу. — Моя девочка. Он продолжал быстро двигаться внутри неё, его рука скользнула вниз. Большой палец нажал на её клитор, начал круговые движения в такт толчкам, и она вскрикнула, вцепившись в его плечи. — Драко, — выдохнула она, — Я не смогу больше. — Сможешь, — прорычал он, наклоняясь к её уху, и его голос был низким, вибрирующим. — Ты выдержишь. Я хочу, чтобы мы кончили вместе. Чувствуй меня, Гермиона. Его пальцы двигались по клитору быстрее, синхронно с его членом, который входил в неё идеально глубоко. Она чувствовала, как внутри неё всё сжимается, как тело реагирует на каждое его прикосновение, на каждое слово. Он был везде — внутри неё, на её коже, в её дыхании. — Я не могу… я больше не выдержу… — простонала Гермиона, чувствуя, как новые волны удовольствия накатывают, слишком быстро, слишком интенсивно. — Давай, Гермиона. Сейчас, — прошептал он, и его голос сорвался, когда он прижался лбом к её лбу, глядя ей в глаза. — Кончай. Её тело содрогнулось, когда оргазм накрыл её третий раз. Она сжалась вокруг его члена так сильно, что он зарычал, и в тот же миг его член дернулся внутри неё, изливаясь горячей, густой спермой. Она чувствовала, как он наполняет её, как его пульсации сливаются с её собственными сокращениями. — Да, — выдохнула она, прижимая его к себе, чувствуя, как их тела дрожат в унисон, как они замирают, прижавшись друг к другу, тяжело дыша. Он оставался внутри неё несколько секунд, наслаждаясь последними спазмами, а затем медленно вышел. Он взял её за подбородок, приподнимая к себе, и нежно поцеловал. — Три, Грейнджер, — сказал он, и голос его был низким, хриплым, с нотками удовлетворения. Он отстранился и наложил очищающее заклинание на обоих. Она смотрела на него снизу вверх, чувствуя, как его пальцы всё ещё касаются её кожи. — И ещё, — произнёс он как бы между прочим. — В субботу на восемь и позже ничего не планируй. Пойдем в итальянский ресторан, о котором ты говорила на прошлой неделе. Гермиона моргнула, не веря своим ушам. — Ты приглашаешь меня на свидание? Сейчас? После того как… — После того как трахнул тебя на рабочем столе, — закончил он за неё с лёгкой усмешкой. — Да. Проблемы? Она прикусила губу, но она не успела ответить, как он наклонился к её уху и добавил почти шёпотом: — А сегодня вечером я заберу тебя из клуба, так что даже не думай уйти с кем-то другим. Я буду ждать у входа в полночь, — он отстранился и чмокнул в нос. — А ещё у тебя 7 минут до прихода Джиневры. В кабинет залетел Патронус в виде оленя. Раздался ехидный голос Гарри: «Малфой, в следующий раз прячь туфли под столом Гермионы получше и, Мерлина ради, не забывайте про заглушающие чары. Я уже полгода жду, когда вы оба перестанете строить из себя невинность и просто уже потрахаетесь, но слушать звуки твоего удовлетворённого рычания по всему этажу — выше моих сил». Патронус растворился в воздухе, а в кабинете после молчаливой короткой паузы раздался общий смех.