How to tie a (kn)hottie

      Минхо и Джисон дружат ещё с начальной школы. В первый учебный день Хан попросил у Ли ручку, потому что забыл свой пенал. Минхо тогда нахмурился, а затем по-доброму рассмеялся. И ручкой поделился. Вот с тех самых пор они не разлей вода.       Схожие интересы, но разные характеры — убийственное сочетание. Минхо мог одним своим взглядом сбить с ног кого угодно. Но только не Джисона. А Хан постоянно что-нибудь забывал, громко смеялся и вечно ходил в творческом беспорядке. Минхо поправлял ему одежду и ошибки в английском.       Они мечтали вместе поступить на международные отношения. И поступили. В Сеульский национальный университет. Минхо ужасно гордился этим.       Студенческая жизнь захватила их с головой. Оба хотели поскорее избавиться от родительского контроля, и как только представилась возможность — выбили себе места в общежитии на кампусе, чтобы поселиться вместе. По-другому ведь и быть не могло.       Минхо стоит в одних трусах посреди комнаты. Вокруг разбросаны бесчисленные конспекты, яркие учебники и пустые банки из-под энергетиков.       — Эй, Хани, ты флешку взял? — кричит Ли.       — Вроде как, — доносится из ванной.       — Проверь!       Джисон выходит из ванной и шлёпает босыми мокрыми ногами по чистому полу. Минхо только вчера его помыл.       Минхо резко поворачивается и перестаёт моргать. Он миллиард раз видел Джисона в одном белье. И даже вообще без него. Стоило бы уже привыкнуть, а Минхо никак не может. Каждый раз залипает.       Вот сейчас вообще не до этого — им проект защищать надо. Уже выходить пора, а тут мокрый Джисон в этом чёртовом полотенце, которое задницу еле прикрывает. Блять.       — Три раза уже проверил, — вздыхает Хан как ни в чём не бывало.       Минхо тщетно пытается понять, когда это всё вообще началось. Вот это странное влечение, которое он и безответным-то назвать не может. Потому что Джисон ведь ему отвечает. Просто всегда в своей манере — шутливой и беззаботной. А у Минхо от этого башню рвёт.

✧ ✧ ✧

      В первый раз что-то пошло наперекосяк где-то год назад накануне школьного выпускного. Джисон тогда жил у родителей в огромном особняке, и они с Минхо там часто зависали — до школы было рукой подать. Вот и в тот памятный вечер они решили особо не заморачиваться и помочь друг другу собраться без спешки.       Взаимопомощь — это вообще про них. Кто, если не лучший друг, скажет тебе горькую правду о чём угодно прямо в лицо? Вот только Минхо уже тогда с досадой частенько прикусывал язык, лишь бы не сболтнуть лишнего.       Джисон выглядел как человек, который полностью доверял. И Минхо это обезоруживало. Он стоял напротив зеркала, которое немного криво висело на стене, и рассматривал своё отражение. Белоснежная рубашка и чёрный пиджак — неустаревающая классика. Бабочки только не хватало. Минхо усмехнулся. К чёрту бабочку. Ему же не пятьдесят, в конце-то концов. Успеет ещё поносить.       — Я вроде как готов, — подскочил Хан сзади и тоже уставился в зеркало. — Поможешь с галстуком?       Джисон обожал галстуки. Он стал носить их ещё в средней школе, чтобы выглядеть старше. Или солиднее. Минхо эту страсть никогда не разделял, но ради друга он научился завязывать все виды узлов. Бесполезный навык, если ты сам не носишь галстуки. И, конечно, если твой лучший друг — не Хан Джисон.       — Блин, — посетовал он. — Точно нормально выгляжу?       — Угу, — кивнул Минхо. Хотелось, конечно, отвесить комплимент, но в голове почему-то крутились только самые двусмысленные, поэтому он сдержался.       — Минхо, — тихо позвал Хан. Он поднял воротник рубашки в явном ожидании чужих рук на своей шее, — думаешь, кто-нибудь захочет пригласить меня на танец?       Ли застыл как вкопанный со злополучным тёмно-синим галстуком в руке. Какой-то очень дорогой, судя по ткани. Наверняка Джисон его у отца умыкнул. Шёлковый.       Что-то больно кольнуло в районе груди, и Минхо нахмурился.       — А тебе прямо очень хочется? — тихо спросил он. И на Джисона посмотреть не решился.       — Ну-у-у, — протянул тот, — а тебе — нет? По-моему, было бы клёво, — он пожал плечами.       И вроде бы звучало логично, а Минхо хотелось сквозь землю провалиться. И Джисона обнять захотелось. И поцеловать вдруг тоже. До трясущихся рук. Да что это с ним такое? Это же его лучший друг!       Минхо грешил на выпитое вино. Наверное, зря они решили накатить заранее. Теперь вот он друга своего хочет. Из-за вина этого дурацкого.       — Волнуешься? — всё-таки собрался с мыслями Минхо и подошёл к Джисону вплотную сзади. Он почти отчётливо мог слышать чужое дыхание. — Я завяжу тебе Four-in-Hand, окей?       — Валяй, — усмехнулся Джисон. — Я тебе доверяю.       От этих слов у Минхо в горле пересохло. И дышать труднее стало. Но он вида не подал. Встал напротив Джисона и начал привычно возиться с узлом.       — А почему Four-in-Hand? — спросил Хан. — Звучит как что-то неприличное.       Минхо прочистил горло и пояснил:       — Это же классика. Самый старый узел. Его британские кучера придумали. Типа четыре лошадиные упряжки в одной руке держать надо было, а второй рукой галстук завязывать.       — Ого, — хмыкнул Джисон. — А ловко они это придумали.       Хан дышал прямо в ухо. Так близко, что аж жарко становилось. До этого Ли проделывал это множество раз, но почему-то теперь всё ощущалось не так, как раньше.       По-другому.       Минхо не мог понять, что именно изменилось. Но что-то точно. Он оторвался от галстука и посмотрел на Джисона. Тот выглядел взволнованным, каким-то притихшим. Пальцы Минхо всё равно не слушались, а чужое горячее дыхание так сильно распаляло, что Ли решил бросить начатое на полпути. Джисон пах яблочным шампунем. Минхо почему-то уже давно обожал этот запах.       — Я с тобой потанцую, — вдруг вырвалось хриплое. Минхо не мог поверить, что он это сказал вслух. Но было уже поздно. — Если никто не пригласит, — добавил он в попытке спасти своё положение.       Джисон долго смотрел. Пристально, изучающе. А затем выдал неоднозначное:       — Только потанцуешь?       И у Минхо от этих слов крышу сорвало окончательно. Руки несмело легли на чужой живот и потянулись ниже.       Спустя какое-то жалкое мгновение они уже избавились от рубашек, но штаны снять так и не потрудились, хотя стоило бы. У Джисона в шкафу уж точно не висело с десяток запасных костюмов на выпускной.       Сначала они жадно ощупывали друг друга. Минхо сжимал чужой член осторожно, словно всё ещё не мог поверить в то, что это реально происходит с ними.       Когда Джисон плюнул в ладонь и размазал слюну по члену Минхо для лучшего скольжения, в голове словно ураган поднялся и вынес оттуда вообще все мысли.       — Блять, — вырвалось отчаянное. — Хани, какого хера мы творим?!       — Расслабься, — рвано прошептал Джисон. — Нужно ведь стресс снять, да?       И у Минхо не нашлось ни одного аргумента против. Сердце колотилось просто бешено, но руки уже не могли остановиться. После того, как они кончили почти одновременно, Джисон довольно прохрипел:       — Давай ещё выпьем, а? Всё равно теперь опоздаем. Чур, я первый в душ, — и исчез за дверью, повязав полотенце на бёдра.       Минхо откинул голову в попытке прийти в себя. Щёки нещадно горели.       В ту ночь они действительно много танцевали. И по отдельности, и вдвоём. Это был лучший выпускной. Лучше и представить было нельзя.

✧ ✧ ✧

      — Минхо, я что-то волнуюсь, — сбивчиво говорит Джисон и тем самым возвращает Ли в реальность.       Минхо пот прошибает. Воспоминания, оказывается, ещё слишком свежи. И ведь нельзя сказать, что за эти месяцы они не стали ближе. Ещё как стали.       Когда только переехали сюда, стеснялись расхаживать в трусах по небольшой кухне и спали по разным углам. Но уже спустя месяц Джисон иногда засыпал прямо в кровати у Минхо, если они допоздна зубрили политологию. Или же Минхо вырубался на груди у Джисона, когда тот донимал его своим ужасным английским акцентом. Ещё со школы этот язык Хану почему-то не давался.       Зато галстуки тот любил до трясучки. Носить любил, а вот завязывать — не очень. Прямо денди какой-то. Или даже принц. Минхо всегда умилялся с этого и подкалывал Джисона. Тот в ответ только посмеивался и каждый раз заставлял Минхо тренировать мелкую моторику на новом узле.       Вот и сейчас Хан уже надувает губы в нетерпении:       — Завяжешь что-нибудь… Ну, чтобы прям чётко было?       На Джисоне уже наспех надета рубашка, но он ещё без штанов. Стоит в одних боксерах и без стеснения Минхо взглядом пожирает.       — Half-Windsor сделаю, — коротко заключает Минхо и подходит вплотную.       — Что ещё за винстон? — усмехается Джисон.       — Да ну тебя, — с улыбкой отвечает Ли. — Будет идеально. Это универсальный узел. Ровный, симметричный. С ним точно защитимся на «отлично».       И он не врёт. Старается завязать так, чтобы комар носа не подточил. Джисон хмурится и будто думает о чём-то неприятном. Тяжело вздыхает.       — Так не пойдёт, — вдруг говорит Минхо и отстраняется, чтобы посмотреть на плоды своих трудов. — Ты слишком напряжён. Волнуешься. Тебе надо расслабиться, иначе завалим всё к чертям собачьим. Иди-ка сюда, — манит его к кровати и зачем-то усаживает.       Джисон непонимающе хлопает глазами, но послушно присаживается. А Минхо опускается на колени. И бельё с него стягивает.       Джисон дышит быстро-быстро, а у Минхо сердце чуть из груди не выпрыгивает.       — Эй, ты чего? — шепчет Хан и в глаза заглянуть норовит.       Минхо головы не поднимает. Вместо этого кладёт ладони на тёплые ляжки и легко сжимает. А затем одним движением берёт аккуратный небольшой член в рот.       Джисон возбуждается быстро. Нечленораздельно поскуливает, но Минхо от себя не отталкивает. И снова становится жарко. Прямо как тогда перед выпускным. Только сейчас они оба трезвые. Хочется раздеться, но некогда. Ли осторожно посасывает, лижет языком влажную головку. И ему совсем не противно. Наоборот. Собственный член болезненно упирается в живот. От хлюпающих звуков хочется провалиться сквозь землю, но Минхо всё ещё сидит на полу и стискивает ляжки Джисона.       — Ах! — всхлипывает Хан и дрожит.       Минхо чувствует, как тепло чужой спермы заполняет рот. И глотает. Вообще всё, до последней капли.       Им требуется несколько секунд, чтобы осознать происходящее. Прийти в себя. Начать соображать.       — Ну… Ты больше не так сильно волнуешься? — с надеждой спрашивает Минхо. Щёки горят так, что если к ним прикоснуться, есть риск сгореть ко всем чертям.       — Это, — Джисон прочищает горло и натягивает боксеры, — ну, это было… Короче, спасибо. А ты как? — он кивает куда-то вниз, и до Минхо доходит.       — Опаздываем уже, — коротко отвечает и вылетает из комнаты.       Минхо прячется в ванной. Приводит себя в порядок. Долго. Настолько, что Джисон осторожно стучится. Приходится выйти.

✧ ✧ ✧

      Студенты толпятся в узком коридоре, стоит неразборчивый гул. Скоро подойдёт их с Ханом очередь. Они просто обязаны затащить этот чёртов проект — если войдут в пятёрку лучших, смогут поехать в летнюю языковую школу. И не куда-нибудь, а в Лондон.       Минхо никогда так далеко не ездил. Он будет на седьмом небе — наконец-то язык попрактикует. Главное, что с Джисоном. Хоть тот и шарахается от английского как от огня.       — Ну, как я выгляжу? — беспокоится Хан и старательно приглаживает непослушную шевелюру.       Ли поправляет ему галстук. Теперь идеально. Он так думает.       — Честно? Как человек, который ни хрена не выучил свою часть, — говорит вслух.       — Тогда мне придётся брать харизмой, — Джисон поигрывает бровями, на что Минхо лишь демонстративно прикрывает ладонью глаза, мол, фейспалм словил.       Они защищаются на «отлично». Дома выпивают пиво и всю ночь рубятся в приставку. О том, что случилось утром, не разговаривают. Да и зачем? Минхо уже давно смирился, что их странные порывы остаются без обсуждений. Просто об этом неловко говорить. Страшно.       Это ведь уже давно длится на самом деле. Джисон не всегда просто спит рядом в кровати Минхо. Иногда он забирается руками под его футболку. Они даже целовались. Да, в основном по пьяни, но неоднократно и довольно грязно. Потому что возбуждались от этого оба. И дрочили друг другу иногда. В особенно тяжёлые дни, когда что-то не ладилось. Они так расслаблялись.       А потом снова сидели на одном диване, как ни в чём не бывало, и смотрели аниме. И никто ни о чём не спрашивал. Просто это вошло в привычку. Странную, но очень уж необходимую.       Теперь вот они в Лондон летят. У Минхо вообще мечта сбылась, а он ходит чернее тучи и всё думает, думает. Ему и дружбу портить не хочется, а с другой стороны — ну что это за дружба такая? С поцелуями и взаимной дрочкой. Короче, лажа полная. И Минхо по уши влип.

✧ ✧ ✧

      Они живут почти в самом центре города, и это огромный плюс. После занятий можно сбежать куда угодно — в паб, если хочется шума. Или даже на крышу кампуса осторожно выбраться — отсюда видно купол собора Святого Павла. Минхо нравится всё: и в пабах с Джисоном зависать, и просто по ночным улицам вместе шататься. После двух кружек пива им море становится по колено, и любая подворотня кажется не опасностью, а новым приключением.       Джисон всё так же громко смеётся. Постоянно свой зонт в аудитории забывает. А Минхо втихаря прихватывает его и отдаёт только после долгих шутливых препираний и возни на кровати.       Они живут в маленькой, но уютной комнате. Она похожа на их общагу в Сеуле, но здесь как будто ещё теснее. Личного пространства почти нет, а ванная настолько маленькая, что вдвоём особо не развернёшься.       И вот в этой самой ванной Джисон торчит уже третий час по ощущениям. Минхо не помнит, когда он в последний раз замечал, чтобы Хан так долго не выходил из душа. Он там решил на всю оставшуюся жизнь вперёд помыться что ли?       Он не выдерживает и недовольно зовёт:       — Хани-и-и, ты чего там делаешь? Не хочешь пройтись до китайского квартала?       Залипать в инсте уже скучно, и Минхо хочет прогуляться. Как обычно. Они часто так делают. Днём — учёба, вечером — гулять. Но обязательно вдвоём.       — Слушай, я тут подумал, — отвечает Джисон и выходит в одном полотенце. — Сегодня, наверное, попробую один сходить.       Минхо хмурится, но молча ждёт дальнейших объяснений.       — Я кое с кем познакомился в местном Тиндере, — Джисон кивает на свой айфон, который вибрирует от уведомлений на прикроватной тумбочке. — Можешь мне что-нибудь эдакое завязать? Заодно свой новый галстук хочу выгулять.       Что?! Возмущению Минхо нет предела. Ему это не снится? Хочется себя ущипнуть, но Ли этого не делает. Руки отчего-то начинают предательски подрагивать. Это ведь он Джисону этот чёртов галстук подарил! В честь их первого успешного совместного проекта, который они с таким триумфом вместе защитили. А теперь что получается?       Хан хочет пойти на свидание. Но не с ним. Не с Минхо. Как ему с этой информацией жить вообще? Вот бы подсказал кто…       Но рядом только Джисон. Он мельтешит, бегает по комнате. Ищет подходящие вещи, натягивает то одно, то другое. Примеряет у зеркала, с волосами что-то пытается сделать. Какую-то ерунду спрашивает, кажется, про гель для укладки волос.       А Минхо себя ощущает как в замедленной съёмке. И соображать ни черта не получается. Голос Джисона он слышит где-то на периферии сознания. Слов не понимает, не считывает уже.       — Эй, Минхо, — Хан щёлкает пальцами прямо перед носом. — Ну так что, поможешь с узлом?       Приходится машинально кивнуть. А что ещё делать-то? В конце концов, Джисон ему в любви не клялся. Как и Минхо Джисону. Они просто друзья. А друзья помогают друг другу. И радуются друг за друга.       Только вот Минхо почему-то совсем не радостно. Ему повеситься охота. Или в Темзу броситься с моста этого грёбаного. Реалистичнее звучит как-то.       Минхо на ватных ногах подходит к Джисону — он всё тот же. Свой уже, родной какой-то. Яблочным шампунем своим пахнет. Куда он его такого отпустит? А вот придётся. Потому что он, Минхо, — самый настоящий идиот. Дурак просто. Трус последний.       — Что за узел? — интересуется Хан.       — Элдридж, — бросает Ли.       — Королевский какой-нибудь?       — Нет. Его обычный американец Джеффри Элдридж придумал.       — Да ладно, — усмехается Джисон. — Не верю!       — Вообще-то, это один из самых сложных для завязывания узлов, — хмурится Минхо. — Для официальных мероприятий не подойдёт. Слишком броский.       — Но для свидания — в самый раз, — давит на больное Хан.       Минхо не спорит. Он скрупулёзно делает свою работу. Пальцы слушаются плохо, но он переступает через себя. Каждый шаг приближает его к тому, что Джисон уйдёт. Выйдет за эту дверь и войдёт сюда уже другим человеком.       Уже не таким родным. Не таким его. Хан имеет право встречаться и спать с кем угодно. Просто почему-то Минхо наивно полагал, что у них всё как-то взаимно. И что вдвоём они так до самой старости протянут. У них же и секс почти был, чего Джисону не хватает? Минхо больно закусывает губу. Пыхтит, мучается со скользкой атласной тканью.       Сам собирает своего Хана на грёбаное свидание. Ну не идиот ли? Вот именно. Минхо возится по-настоящему долго. Как будто отпускать не хочет. Или не как будто.       — Готово, — сдавленно бросает Минхо.       — Спасибо, — тихо благодарит Джисон. И уже разворачивается, чтобы уйти. Ему только обуться осталось.       Ли выходит за ним в коридор. Стоит, смотрит. Подойти не решается.       Джисон обувается и оборачивается, чтобы как-то неуверенно сказать:       — Ну, я пошёл? Пожелай мне удачи, что ли…       — Нет, — срывается с губ отчаянное в ответ.       Джисон вопросительно приподнимает брови.       — Не уходи? — будто спрашивает его Минхо.       — Почему?       — Я не хочу так.       — Как?       — Ну, вот так, — мнётся Ли. — Чтобы не со мной, а с кем-то… Чтобы уходил. Чтобы…       — Блять, а я уж думал, что никогда не признаешься, — тихо произносит Хан.       Всего мгновение, и расстояние между ними сокращается и перестаёт существовать вообще. Губы Минхо впиваются в чужие — тёплые, влажные. Родные.       Джисон хватается за спину Минхо. Минхо сжимает в ответ его плечи.       Укус за нижнюю губу. Несдержанный стон, не разобрать уже чей. Возможно, обоих сразу. И вот они возле кровати. Минхо толкает Джисона — мягко, но решительно. Хватит уже им прятаться от самих себя. И так вон до чего уже допрятались.       Одежда летит в стороны. А вот грёбаный галстук теперь чёрта с два развязать получится. Минхо нетерпеливо пытается распустить узел, но не выходит.       — Оставь, — шепчет Джисон.       И правда. Галстук ведь ничем не помешает. Он ни в чём не виноват. Пусть болтается. От рубашки Минхо Джисона избавляет и жадно проводит по животу.       — У меня в сумке в коридоре есть резинки и смазка, — хрипит Джисон. Почти задыхается уже от нетерпения.       Минхо замирает. Неужели и правда с кем-то переспать так сильно хотел? Джисон замечает.       — Да не парься ты так, блин. Никуда я не собирался идти. Просто подразнить тебя хотел, — признаётся Хан. — Давай, Минхо, прошу тебя. Я в душе обдрочился весь. Возьми меня.       — Ах ты, — только и может выдохнуть Ли.       Такое у них в первый раз. Минхо чувствует, как дыхание Джисона сбивается. И как ладони потеют. Но в глазах такое желание плескается, что аж скулы сводит.       И всё равно спешить нельзя. Минхо знает. Читал он об этом зачем-то. Ну, когда у них до дрочки дошло, то и другие перспективы вроде как на горизонте замаячили. Не зря читал, выходит.       Палец слишком легко проскальзывает, и Джисон сжимается вокруг него. Минхо охает.       — Ты что, готовился? Прям настолько? — глаза даже округляются.       — Ну, это ведь как с узлом, — бесстыже усмехается Хан. — Сноровка нужна и практика.       Минхо не может не хихикнуть над этим. Член, конечно, оказывается протолкнуть сложнее, но они уже не торопятся. Каждый миллиметр внутри Джисона ощущается как рай.       Ли двигается осторожно, хотя Хан сжимает его до звёздочек перед глазами. Они целуются много. Мокро. Минхо кончает и хрипло стонет. И уже ничего не стесняется.       Джисон блаженно глаза прикрывает и губу так соблазнительно закусывает. Аж съесть его охота. Или как минимум — укусить. И Минхо кусает. В плечо. Легко, без нажима. Только оттягивает кожу немножко. Потом кончить ему помогает.       Как же хорошо-то, чёрт возьми. Теперь так должно быть всегда. Минхо себе мысленно клятву даёт.       Оказывается, ему не Лондон был нужен. А Джисон. Вот так вот, чтобы прямо весь. От макушки до кончиков пальцев.

✧ ✧ ✧

      Теперь в родной общаге они спят вместе без всяких недосказанностей. Зажимают друг друга в прихожей, когда захотят. Кровати даже не заправляют.       Кстати, почему-то на кухонном столе Минхо особенно нравится. Теперь каждый раз, когда он садится поесть без Джисона, то вспоминает, как тот любит стонать под весом тела Минхо. И как громко скулит, когда Ли его шею аккуратно пальцами жмёт.       Новый учебный год впереди. Какая-то жалкая неделя каникул всего осталась. Но Минхо даже не обидно — это лето уж слишком насыщенным выдалось. И жизнь с ног на голову перевернулась. Они вроде всё те же. Но уже не сами по себе. А вместе. Уже без шуток там всяких.       Джисон удалил Тиндер. Долго извинялся ещё за ту свою выходку.       — Ну вот вообще неблагородно вышло! — смеётся Минхо и тыкает Хана в бок.       — А как ещё тебя на чистую воду вывести было? — театрально возмущается Джисон и глаза закатывает.       Минхо жмётся к чужой груди и откладывает телефон в сторону.       — Мы теперь в универе за ручку ходить будем? — мечтательно тянет.       — Не-а, — мотает головой Хан. — Будешь меня за галстук водить, как собачку, — хихикает. Бесстыдник. — Кстати! У меня для тебя это… подарок есть. Я его ещё в Лондоне купил, но хотел перед учёбой вручить.       Минхо любопытно до жути. Что же там такое, интересно?       Джисон достаёт из шкафа замысловатую коробочку с надписью. «Jeff Banks London», — шевелит губами Минхо.       Ну ничего себе! Когда осознаёт, то чуть с кровати не падает. Минхо уже догадывается о содержимом.       — Обалдеть, — тихо восхищается Ли. Рассматривает галстук: он тёмно-синий, очень гладкий. Шёлковый. Строгий, элегантный. Даже просто прикасаться приятно.       Минхо аж вздыхает.       — Знаю, ты не любитель, — говорит Джисон. — Но я как представлю тебя в нём… Хотя бы в первый день надень.       — Спасибо, Хани, — шепчет Минхо и целует Джисона: сначала в щёку, потом в губы. Ну, а кто им теперь запретит-то?       — Кстати, это… Я тут времени зря не терял. Пока ты в зале торчал, я парочку гайдов на ютубе глянул. Можно я попробую тебе тоже узел завязать? Говорят, на ком-то проще, чем на себе.       — Это правда, — соглашается Минхо, а у самого под ложечкой сосёт. Его почему-то это возбуждает. Да так сильно, что член встаёт лишь от слов одних. Непорядок. Или ничего страшного?       — Иди сюда, — подзывает Хан к зеркалу и подходит сзади.       Теперь всё как-то наоборот. И вроде непривычно, но почему-то так правильно.       Джисон возится в попытке завязать как положено. Как в гайде. Брови хмурит и лоб сосредоточенно морщит. Такой прекрасный. Прелесть.       — Что за узел? — тихо спрашивает Минхо.       — Принц Альберт, — отвечает Джисон. — Знаешь такой?       — Угу.       — Что скажешь?       Минхо поворачивается. Смотрит в чужие бездонные глаза и говорит:       — Этот узел не распускается, даже если узкий конец вынуть. Этим он от Виктории отличается.       — Ага, — улыбается Джисон. И отчего-то краснеет.       — Это ты так мне в любви признаёшься? — шепчет Минхо.       — И это тоже, — Хан губу закусывает и глаза прячет. — А ещё кое-что предложить тебе хотел.       — Да понял я уже всё, — теперь улыбается Минхо. — Я тебя тоже. И… Я согласен. Можем попробовать. Только я в душ схожу.       Вот так всё между ними теперь просто. А ведь когда-то Минхо и представить себе такого не мог. Даже в самых смелых своих фантазиях.       Джисон обнимает нежно, целует медленно. Его руки — горячие и мягкие. Но Минхо этого почти не ощущает, потому что сам весь плавится. Ему волнительно, но с Джисоном не так страшно. Когда чужой палец проскальзывает внутрь, из Минхо громкий стон вырывается. В голове вообще грёбаный фейерверк начинается.       Член ощущается даже приятнее пальцев. Минхо зажмуривается. Джисон его так крепко держит, словно боится, что Минхо куда-то исчезнет. Никуда он от него уже не денется. И когда Минхо чувствует, как Хан внутри него кончает, то окончательно в этом убеждается.       — Ну что, как у меня получилось? — интересуется Джисон спустя какое-то время блаженной послеоргазменной тишины.       — Потрясающе, — искренне отвечает Минхо.       — Да нет, — усмехается Хан. — Я про узел. Нормально завязал или так себе?       — Для первого раза — великолепно, — Минхо смеётся в ответ. — Но нет предела совершенству, знаешь…       — Ты должен меня научить завязывать красиво. Не хочу, чтобы на нашей свадьбе тебе кто-то чужой завязывал.       Минхо замирает. И глаза прикрывает, а улыбка с лица так и не сходит.       — Ты и сам можешь, конечно, — буднично продолжает Джисон. — Но это ведь романтично, согласись…       Минхо почти не слушает дальнейшую болтовню. Он хочет запомнить те самые слова. А остальное потом послушает, если это так уж важно.       Джисон ведь всегда без умолку болтает. Вот бы он ещё на английском с таким же энтузиазмом… А хотя, вряд ли они в дождливый Лондон на медовый месяц бы поехали. Хотя, почему нет? Минхо ведь там нравится. И Джисону тоже.       А вообще без разницы куда. Суть ведь не в этом.       Минхо это теперь точно знает.