Ой, наш хулиган любит яой?

Утро 8:06

Pov: от лица Валерчика

Я проснулся сегодня сам, без будильника — чудо, не иначе. Встал, потянулся, хрустнул позвоночником. На часах 8:06. Ко второму уроку должн буду успеть, даже есть время нормально собраться. Я натянул свой любимый костюм «Адидас» — тёмно-синий, с белыми полосками, немного вытянутый на коленях, но ещё вполне приличный. Белая футболка, носки. Всё как обычно. Взял телефон, чтобы проверить сообщения, и увидел уведомление от Риты. Открыл. Рита: «Мне Саша предложил вместе в школу пойти. Кароче, тебе наверное сегодня одному идти придётся. Мы на автобус пораньше выйдем, чтобы к первому уроку успеть.» Я улыбнулся сам себе. Ну наконец-то этот лох решился на первый шаг! Сколько Рита уже сохла по нему, сколько раз он её замечал, но боялся подойти. А тут — сам предложил. Молодец, кудрявый. Я быстро набрал ответ: Я: «Ну наконец-то! Рад за тебя, удачи. Только не навреди ему своей болтовнёй 🤣» Она ответила смайликом-подмигиванием. Я хмыкнул, убрал телефон в карман, накинул лёгкую куртку — сегодня не холодно, осень балует теплом — и вышел из дома. На улице было свежо, но по-осеннему мягко. Солнце уже поднялось, но не жарило, а ласково грело лицо. Листья шуршали под ногами, двор выглядел почти уютно — если не считать вечно стоящих у подъезда бутылок и мусора. Я дошёл до автобусной остановки. На остановке почти никого не было. Пара старушек с сумками-тележками, какой-то мужик в телогрейке — и всё. Я встал в сторонку, сонно протирая глаза. Ещё не проснулся толком, голова была слегка ватной, а мысли — вязкими, как утренний туман. И тут к остановке подошёл он. Андрей. Моё сердце пропустило удар. А потом заколотилось где-то в горле. В моей голове мгновенно всплыло то, что я делал прошлой ночью. Его руки на моём теле, его шёпот, его запах. Мне стало жарко, хотя на улице было прохладно. Я резко отвернулся, делая вид, что очень заинтересован рекламным щитом на другой стороне улицы. Но он подошёл. Блин. — Привет, мелкий. — Его голос раздался прямо над ухом, низкий, чуть хрипловатый, с лёгкой усмешкой. — Чё на автобус так поздно пришёл? Я не хотел поворачиваться, но тело предательски подчинилось. Я поднял глаза — и сразу же опустил. Андрей стоял напротив, широкий, накаченный, в чёрной футболке, которая обтягивала его плечи и грудь. На его лысой голове блестели капельки пота — видно, уже успел пробежаться или просто жарко. Чёрная кожаная куртка была расстёгнута, на шее — тонкая серебряная цепочка. Его тёмные глаза смотрели на меня с лёгким любопытством, и в них мелькнула та самая искорка, от которой у меня внутри всё переворачивалось. Я почувствовал, как кончики ушей начинают гореть, становятся алыми, будто я их кипятком ошпарил. — Просто... проспал, — выдавил я, стараясь не смотреть ему в глаза. — Ты чего такой дёрганый? — спросил он, и его рука легла на мою голову. Пальцы мягко взъерошили волосы, и я почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Его ладонь была шершавой, горячей — как в моей фантазии. Я отшатнулся, как ужаленный. Резко, быстро, почти испуганно. Начал поправлять причёску, чувствуя, как щёки заливаются краской. — Ты чё лезешь, придурок?! — выпалил я, но голос дрогнул, и получилось не зло, а почти жалобно. Андрей удивлённо поднял бровь, а потом усмехнулся. По-доброму, тепло. Его глаза смотрели на меня так, будто я был маленьким котёнком, который хочет рыбу с хозяйского стола, но боится подойти. Он снова протянул руку и опять взъерошил мои волосы, но теперь медленнее, почти нежно. — Тебе так больше идёт, — сказал он, и голос его звучал низко, с хрипотцой. Я смотрел на него, слегка приоткрыв рот. Кажется, моё лицо покрылось едва заметным румянцем — я чувствовал, как жар разливается по щекам. Я хотел сказать что-то резкое, но язык не слушался. Вместо этого я просто убрал его руку — хотя делать этого совсем не хотелось — и отошёл на шаг. — Я сам знаю, как мне лучше, — буркнул я в сторону. Но волосы поправлять не стал. Пусть взъерошенными остаются. Не потому, что это нравится Андрею. Нет. А потому что так лучше. И потому что это нравится Андрею. Приехал автобус. Мы зашли. Андрей сразу направился к водителю — сел на переднее сиденье и начал о чём-то разговаривать, оживлённо жестикулируя. Видно, старый знакомый. А я прошёл в самый задний ряд и сел у окна. В автобусе было несколько человек. Пара ребят с моей школы — я их знал, но не общался. Какой-то парень с девушкой, они сидели в обнимку и хихикали. Женщина с маленькой девочкой. Девочка смотрела на меня большими карими глазами, а потом подошла и протянула леденец. — Возьми, — сказала она тоненьким голоском. — Ты грустный. А от конфет грусть проходит. Я улыбнулся. Впервые за утро по-настоящему. — Спасибо, — сказал я, принимая конфету. Девочка гордо кивнула и вернулась к маме. Та улыбнулась мне и погладила дочку по голове. Мне стало немного теплее на душе. Мы подъехали к школе. Автобус остановился, двери раскрылись. Я выскочил пулей, как только двери открылись, даже не оборачиваясь. Сердце колотилось, дыхание сбилось. Я почти бегом добежал до входа, чтобы не столкнуться с Андреем и чтобы не опоздать ко второму уроку. Хотя второй урок начинался только через пятнадцать минут. Я просто хотел побыть один.

Утро 7:58

Pov: от лица Андрюши

Я проснулся в семь утра. Спать лёг в три ночи — смена в баре была адской, какой-то мужик напился и устроил драку, пришлось его выводить. Голова слегка гудела, но я привык. Кофе, холодный душ — и я в порядке. Никита уже шастал по квартире. Он был сам не свой с самого утра: ходил из угла в угол, постоянно смотрел в телефон, что-то искал. Я сидел на кухне, пил чёрный кофе и наблюдал за ним. — Ты чего такой дерганый? — спросил я, отхлебывая из кружки. — Да не, ничего, — ответил он, но в голосе слышалось напряжение. Потом он подошёл ко мне и спросил: — Слушай, ты в школе не знаешь таких учеников... ну, которые на мотоциклах ездят? Есть там кто-то? Может, парень с тёмными волосами и карими глазами? Такой добрый, на щеночка похож. Я удивлённо посмотрел на него. — Ты чего, братан? Я блядь откуда знаю, кто ездит, а кто нет? Я физрука заменяю, а не за каждым учеником слежу. — Я хмыкнул и допил кофе. — Но если хочешь, могу поспрашивать у пацанов. Что за парень? Никита слегка смутился, потёр затылок — свой знак, что он что-то недоговаривает. — Да один... я его на сходке увидел. Светлый такой, улыбчивый. Брюнет с карими глазами. На эндуро красном. Я уставился на него. У меня чуть челюсть не отвисла. — Ты что, влюбился, что ли? Никита вспыхнул. Даже лысая голова покрылась лёгким румянцем. Он замахал руками: — Да нет! Просто... прикольный парень. Захотел познакомиться. Я засмеялся — громко, от души. — Ладно, посмотрю. Хотя если у него карие глаза и он брюнет, то среди школьников таких полно. Но ради тебя поищу. Никита облегчённо выдохнул. Я усмехнулся про себя. Я его давно знаю: его всегда тянуло к светлым и добрым людям. Но единственный минус в этом — Никита, скажем так по-мягче, любит, когда его слушаются. Надеюсь, он ничего плохого не задумал. Я вышел из квартиры, спустился по гулкой лестнице и зашагал к автобусной остановке. Время — 8:20. Автобус будет только в 8:36, к школе подъедет где-то в 8:45. На остановке было пусто. Только один парень стоял в стороне. Светлые волосы, спортивный костюм «Адидас», куртка нараспашку. Я сразу узнал его — Валера Шишкин. Стоит, сонно протирает глаза, постанывает. Сегодня жарковато, поэтому зипка расстёгнута, и я вижу его худую, но крепкую фигуру под белой футболкой. Я подошёл ближе. Заметил, как он слегка напрягся, когда я оказался рядом. Его руки чуть сжались в кулаки, но он не отодвинулся. — Привет, мелкий, — сказал я с улыбкой, окидывая его взглядом. — Чё на автобус так поздно пришёл? Всё время первый урок прогуливаешь? Он замялся. Его глаза забегали по сторонам, и он сонным, слегка хриплым голосом ответил: — Проспал просто... Я смотрел на него. Его светлые волосы, мягкие и чуть растрёпанные, его голубые глаза, которые он старался отвести, его тонкие губы, слегка прикушенные от волнения. В нём было что-то невероятное: смесь гопнической дерзости и детской уязвимости. Эта нежность в грубой обёртке — чертовски привлекательно. Честно говоря, это моя слабость. Да, мне нравятся парни. Я это уже давно знаю. Никите вообще похуй, он — тот ещё мудак, который трахает всех и вся. Но сейчас не об этом. Я решил, что в плохом нет ничего. Я протянул руку и взъерошил его волосы. Мягкие, чуть влажные — видно, недавно мылся. Прямо как я себе представлял. Он отшатнулся, как испуганный котёнок. Его уши стали пунцовыми, и это было чертовски мило. — Ты чё лезешь, придурок? — краснея, сказал он, поправляя причёску. Я усмехнулся и снова взъерошил его волосы, медленно, почти невесомо. — Тебе так больше идёт, — сказал я, и сам почувствовал, как в груди разливается тепло. Его щёки покрылись лёгким румянцем. Он убрал мою руку — но как-то неуверенно, будто сам не хотел этого делать — и отвернулся: — Я сам знаю, как мне лучше. Я улыбнулся. Сопротивляется, но волосы не поправляет. Значит, ему понравилось. Подъехал автобус. Я сел на переднее сиденье, рядом с водителем — старым знакомым моего отца. Мы разговорились о жизни, о работе, о погоде. Но я то и дело бросал взгляд назад, на Валеру. Он сидел у окна, смотрел на проезжающий город. Его щёки всё ещё были розовыми, он слегка кусал губу и теребил в руках конфету — ему кто-то дал, я видел. Выглядел он невероятно мило: задумчивый, растрёпанный, растерянный. Мы подъехали к школе. Он выскочил из задней двери, как пуля, даже не оглянувшись. Я вышел следом, но не стал его догонять. Пусть бежит. Сегодня у его класса нет физры. А жаль. Я усмехнулся, провёл рукой по лысому черепу и зашагал в спортзал. Сегодня будет хороший день. Я чувствую. ------------------------------------------------------------- Сегодня кароткая глава, у меня просто творческий кризис. Хочу услышать ваше мнение и какие нибудь идеи🥺