СЛОВО КАПИБАРЫ СВИНОБУЛЛЕР НА АСФАЛЬТЕ

Глава 1: Возвращение к свету Нальчик горел. Не огнём, а фиолетовыми молниями, которые разрывали небо, и эхом битв, которые гремели по всему городу. Но здесь, на этой разрушенной улице, было тихо — только холодный ветер и тяжелое дыхание четырех героев, стоявших перед лицом стального монстра. Супер Нео Метал Соник парил в воздухе, его корпус был идеальным, отполированным до зеркального блеска, а красные глаза горели безразличным светом. Он не смотрел на них как на врагов — он смотрел на них как на препятствия, которые нужно устранить. — Тимур... — прошептала Арина, и её голос дрогнул, но она заставила себя сделать шаг вперёд. — Это не Тимур, — твёрдо сказал Соник, вставая перед ней. — Это монстр, который украл его тело. Держись за мной. Метал Наклз шагнул вперёд, его броня заскрежетала, а голос, полный боли, вырвался из динамиков: — Брат... я не хочу с тобой драться. — Я больше не твой брат, — холодно ответил Метал Соник. — Я совершенство. Анжела подняла руки, и вокруг них начал формироваться звёздный барьер, переливающийся серебристым светом, но Супер Нео Метал Соник даже не шелохнулся. Он просто поднял руку, и барьер рассыпался на тысячу искр, словно его и не было. — Слабые попытки, — сказал он. — Вы все будете уничтожены. Арина вышла вперёд, обходя Соника. Её глаза были полны слёз, но голос был твёрдым, как сталь, которую она когда-то ковала. — Я знаю, что ты там. Ты не забыл меня. Ты не забыл нас. Ты Тимур. Ты мой Тимур. Вернись! Метал Соник на мгновение замер, и в его глазах промелькнула едва заметная искра — тёплая, живая, человеческая. Но она погасла так же быстро, как и появилась, и его голос снова стал ледяным: — Прощай, Арина. Он поднял руку, и в ней начала формироваться сфера чистой энергии, которая росла с каждой секундой, угрожая стереть их всех с лица земли. Соник приготовился к прыжку, Метал Наклз сжал кулаки, а Анжела закричала: — Назад! И в этот момент, когда всё замерло, Арина сделала шаг вперёд. Она больше не плакала. Её глаза горели решимостью, а голос стал твёрже стали, которую она держала в руках. — Нет. Я не отступлю. Я не оставлю тебя, Тимур. Никогда. Она подняла свой отбойный молоток, и вокруг неё начала формироваться синяя, пульсирующая энергия. Её каска засветилась, а броня на её плечах начала трансформироваться, покрываясь неоновыми вставками и защитными пластинами. — УльтраДжеки! — крикнула она, и её голос эхом разнёсся по пустой улице. Вспышка синего света озарила всё вокруг. Когда он рассеялся, Арина стояла в новом облике: сине-бело-оранжевый костюм с неоновыми вставками, отбойный молоток, светящийся электричеством, и защитный шлем с визором, из которого исходил мягкий голубой свет. Она выглядела как воин из будущего — строитель, который решил защищать, а не строить. — Тимур, — сказала она, и её голос звучал чисто и ясно. — Я знаю, что ты внутри. Я знаю, что ты слышишь меня. И я не уйду, пока не верну тебя. Потому что я люблю тебя. Я всегда любила тебя. И я не позволю этому монстру забрать тебя у меня. Метал Соник замер. Его рука с энергетической сферой дрогнула на мгновение. Но затем он снова поднял её, готовясь к атаке. — Ты меня не слышишь? — крикнула Арина. — Я люблю тебя! И ты любишь меня! Вспомни! В этот момент Соник исчез. Он двигался так быстро, что даже воздух не успевал за ним — сверхзвуковой ураган, который обрушился на Метал Соника сбоку, заставляя его пошатнуться и выпустить сферу в пустоту, где она взорвалась, уничтожив полдюжины домов. — Двойной вихрь! — крикнул Соник. Тимур, всё ещё металлический, но теперь сбитый с толку, попытался ответить, но Метал Наклз уже был рядом. Он использовал свой «Супер-рывок Соника», чтобы сократить дистанцию, и его кулаки, покрытые шипами, обрушились на броню робота. — Брат! — закричал он. — Я не хочу делать тебе больно! Но я не позволю тебе причинить боль ей! Метал Соник отбросил его мощным ударом, но в этот момент Анжела подняла руки. — Звёздный гнёт! — выкрикнула она. Вокруг Метал Соника вспыхнула зона повышенной гравитации, придавливая его к земле и не давая взлететь. Он пытался сопротивляться, но Анжела держала его, и её глаза светились серебристым светом. — Ты не уйдёшь! — крикнула она. — Мы не дадим тебе уйти! Арина воспользовалась моментом. Она ударила отбойным молотком по земле, создавая «Отбойную волну», которая замедлила Метал Соника на 50%, заставляя его двигаться словно в сиропе. — Ты видишь? — сказала она, подходя ближе. — Мы не враги. Мы твоя семья. И ты часть нас. Вернись, Тимур. Пожалуйста. Метал Соник замер. Его красные глаза начали мигать, и в них снова промелькнула та искра — тёплая, живая, человеческая. Но она была слабой, слишком слабой, чтобы бороться с программой. — Я... не могу... — прохрипел его металлический голос. — Эггман... он сильнее... — Нет! — крикнула Арина. — Ты сильнее! Ты Тимур! В этот момент Соник и Метал Наклз снова атаковали, нанося удары, которые выбивали искры из брони робота. Анжела использовала «Звёздный барьер», чтобы защитить их от ответных атак, а Арина продолжала говорить, её голос становился всё тише, но всё более настойчивым. — Помнишь, как мы впервые встретились? На вокзале. Ты стоял с цветами, и я знала, что ты тот самый. Помнишь, как ты смеялся, когда я рассказывала тебе о своей работе? Ты сказал, что я самая красивая строительница, которую ты когда-либо видел. Метал Соник дрогнул. Его рука, занесённая для удара, опустилась на мгновение. — Помнишь, как ты купил мне наушники? Ты сказал, что хотел, чтобы я слышала только тебя. И я слышу, Тимур. Я слышу тебя. Вернись. Его глаза замигали — красный, синий, красный, синий. Его системы боролись с программой, которая пыталась удержать его в плену. — Ари...на... — прохрипел его голос, и в нём послышалась та самая теплота, которую она так любила. — Да! — закричала она. — Это я! Вернись! Но затем его глаза снова стали красными, и он взревел, отбрасывая Соника и Метал Наклза ударной волной. Анжела едва успела создать барьер, чтобы защитить их. — Он слишком силён, — прошептала она. — Я не могу удержать его. Но Арина не отступала. Она подошла вплотную к Метал Сонику, и её голос стал тихим, почти умоляющим. — Я знаю, что ты там. И я не уйду. Даже если ты убьёшь меня, я останусь с тобой. Потому что я люблю тебя. Она протянула руку и коснулась его металлической щеки. Её пальцы дрожали, но она не убрала руку. — Ты мой, — прошептала она. — Всегда. В этот момент её отбойный молоток начал светиться ярче, и энергия, которая исходила от него, начала перетекать в тело Метал Соника. Это был «Строительный рывок» в комбинации с «Притягивающим ударом» — она не собиралась атаковать, она собиралась перепрограммировать его своей любовью и силой. — Я не позволю тебе уйти, — сказала она. — Ты мой Тимур. И ты останешься со мной. Метал Соник замер. Его глаза начали мигать быстрее красный, синий, красный, синий, а затем они остановились на синем. Его броня начала трескаться, обнажая старые, заржавевшие механизмы, но под ними был свет — тот самый свет, который он так долго искал. — Арина... — прошептал он, и его голос больше не был механическим. Он был человеческим. Он упал на колени, и его стальное тело начало сжиматься, уменьшаясь, пока не стало прежним Тимуром живым, но всё ещё металлическим. Его глаза смотрели на неё с любовью и благодарностью. — Ты вернула меня, — сказал он. — Ты всегда возвращаешь меня. Арина упала на колени перед ним и обняла его, крепко прижимая к себе. Её слёзы текли по её лицу, но она не обращала на них внимания. Она чувствовала его стальное тело, но знала, что внутри него билось сердце её сердце. — Я никогда не отпущу тебя, — прошептала она. — Никогда. Соник и Метал Наклз подошли к ним, их лица выражали облегчение и гордость. Анжела опустила руки, и её звёздная аура медленно погасла. — Ты молодец, — сказал Соник, положив руку на плечо Арины. — Ты спасла его. — Мы все спасли его, — ответила она, не отпуская Тимура. — Мы все. Тимур поднял голову и посмотрел на своих друзей. Его глаза всё ещё были синими, но в них горела искра жизни той самой жизни, которую он так боялся потерять. — Я вернулся, — сказал он. — И я обещаю, что больше никогда не позволю Эггману забрать меня. Арина поцеловала его в лоб, и в этот момент её «УльтраДжеки» трансформация начала рассеиваться, возвращая ей прежний облик. Но она не обращала на это внимания. Единственное, что имело значение, было то, что он был рядом. — Пошли домой, — сказала она, помогая ему подняться. — Нас ждёт ещё много дел. Тимур кивнул и взял её за руку. И вместе, с Соником, Метал Наклзом и Анжелой, они двинулись вперёд, оставляя позади обломки и пепел, но унося с собой надежду на новое начало. Глава 2: Тишина перед бурей Магазин Урахары был забит до отказа. Раненые, уставшие, но живые — все, кто ещё мог стоять на ногах, собрались здесь, чтобы перевести дух и залечить раны после того ада, который Эггман устроил Нальчику. Азимус влетел в магазин, его дыхание было сбитым, а глаза метались по комнате в поисках знакомой капибары. Он не нашёл Пукки на поле боя, не нашёл его среди обломков, и это выбило его из колеи. — Где Пукки?! — крикнул он, перекрывая гул голосов. — Мы не знаем, — ответил Фиор, сидевший на ящике с перевязанной рукой. — Он исчез после того, как Дюк... — он запнулся. — Что Дюк?! — Азимус схватил его за плечо. — Дюк похитил Софию, — тихо сказал Надар, стоявший в углу. — Мы видели, как он её утащил. Пукки бросился за ними. Азимус замер. В его голове пронеслась тысяча мыслей, и все они заканчивались одним: София девушка Пукки. И если Дюк её похитил... — Я должен идти! — сказал он, разворачиваясь к выходу. — Стоять! — голос Урахары прозвучал твёрдо. — Ты не знаешь, где искать. И ты не сможешь помочь Пукки, если сам будешь истекать кровью, Дюк очень силён, он может управлять временем, и ты с ним не справишься Азимус только сейчас заметил, что его рука всё ещё кровоточит, а бок болит от удара, который он получил в бою с Шардом. Он опустил голову, сжимая кулаки. — Садись, — Урахара указал на свободное место. — Я залечу твои раны. В углу, на мягкой лежанке, лежали Аста, Лайм и Рукия. После битвы с Сильвер Соником они были почти без сил. Рукия спала, её дыхание было ровным. Лайм сидел с закрытыми глазами, приложив лёд к ушибу. Аста, несмотря на усталость, пытался улыбнуться Азимусу. — Азимус... ты как? — спросил он. — Лучше, чем ты, — ответил Азимус, но в его голосе не было уверенности. — Мы справились, — сказал Лайм, открывая глаза. — Сильвер Соник больше не существует. А как там Тимур? — Я здесь, — раздался металлический голос. Все обернулись. Из тени вышел Метал Соник. Его корпус всё ещё был повреждён, но глаза больше не горели красным. Теперь они были холодного, но спокойного синего цвета. Он перепрограммирован, но он всё ещё робот. — Тимур... — прошептала Арина, которая сидела рядом с ним. Она схватила его за руку, словно проверяя, что он настоящий. — Я в порядке, — сказал он, и в его голосе послышалась та самая ворчливая интонация, которую они так любили. — Соник перепрограммировал меня. Я помню всё, что сделал. И я хочу исправить это. — Ты уже исправил, — сказал Соник, кладя руку ему на плечо. — Ты снова с нами. Это главное. Азимус смотрел на них, и в его груди что-то перевернулось. Тимур вернулся. Арина снова улыбалась. Но Пукки не было. — Почему он убежал? — спросил Азимус, снова переходя к главному вопросу. — Он думает, что должен сделать это сам, — сказал Влакс, который стоял у стены. — Он сказал: «Не вмешивайтесь». И ушёл. — Это глупость, — сказал Азимус. — По словам Урахары злодей не просто робот. Он бессмертный, он управляет временем. Пукки не справится один. — Ты знаешь, где он? — спросил Метал Наклз, подходя ближе. — Нет, — ответил Азимус. — Но я знаю, что Дюк не стал бы просто так похищать Софию. Это ловушка. И Пукки идёт прямо в неё. — Но что мы можем сделать? — спросила Анжела, её голос был тихим, но полным тревоги. — Мы едва стоим на ногах. Азимус посмотрел на неё, потом на остальных. Аста, Лайм и Рукия — они восстанавливаются, но они не в бою. Чубрик, Серра и Луз всё ещё не вернулись. Команда была разбита, и Пукки ушёл один. — Я пойду за ним, — сказал Азимус. — Даже если я один, я не позволю ему умереть. — Нет, — голос Урахары был твёрдым. — Ты не пойдёшь. Никто из вас не пойдёт. Не сейчас. Азимус резко обернулся. — Но Пукки... — Пукки знает, что делает, — сказал Урахара. — Он не дурак. И он не просто так просил вас не вмешиваться. Если он хочет спасти Софию и победить Дюка, он должен сделать это по-своему. — Но он может погибнуть! — выкрикнул Азимус, его голос сорвался. — Он может, — сказал Урахара, и его голос стал мягче. — Но если вы пойдёте за ним сейчас, вы только помешаете ему. Вы устали, вы ранены, вы не готовы к бою. Дайте ему время. Дайте ему шанс. — А если он не справится? — спросил Влакс, его голос был тихим. — Тогда мы пойдём за ним, — сказал Соник, подходя к Азимусу. — Но не сейчас. Мы подождём. Мы восстановим силы. А когда наступит момент, мы нанесём удар. Азимус хотел возразить, но в его груди что-то сжалось. Он знал, что Урахара прав. Они были разбиты. И если они пойдут сейчас, они только ослабят Пукки. — Ладно, — сказал он, опуская голову. — Мы подождём. Но если он не вернётся к завтрашнему утру... — Мы пойдём за ним, — сказал Тимур, его металлический голос звучал твёрдо. — Все вместе. Азимус кивнул, чувствуя, как напряжение медленно отпускает его. — Тогда готовьтесь, — сказал он. — Завтра мы идём в бой. Все разошлись по своим местам. В магазине повисла тишина, нарушаемая только дыханием раненых и тихими голосами тех, кто ещё мог говорить. Азимус сел на пол, прислонившись к стене, и закрыл глаза. Он не спал. Он просто ждал. Глава 3: Ловушка для героя Пукки бежал через разрушенный Нальчик. Сердце колотилось так сильно, что он слышал его в ушах. София. Дюк похитил Софию. Эта мысль жгла его изнутри, превращая страх в холодную ярость. Он нашёл их в старом храме за городом. Дюк стоял в центре зала, его чёрный корпус зловеще блестел в свете факелов, а рядом, прикованная к каменному алтарю, сидела София. Она была жива. Её фиолетовые волосы с белыми прядями были растрёпаны, но глаза — яркие, зелёные, как у Блэйз из далёкой вселенной — смотрели на Пукки с надеждой и страхом одновременно. На ней была простая школьная форма, испачканная пылью, а на запястьях поблескивали энергетические наручники. Она была точной копией той самой принцессы из мира Соника, но без огня и королевской мантии, просто девочка, которая любила его и ждала спасения. — Пукки! — крикнула она, и её голос эхом разнёсся по пустому залу. — София! — он рванул к ней, но Дюк поднял руку, и перед ним выросла прозрачная стена энергии. — Не торопись, капибара, — раздался знакомый голос. Из тени вышел Эггман. Он ухмылялся, потирая руки. — Ты думал, что я просто так похитил твою подружку? Это ловушка, глупый зверёк. Моя лучшая ловушка. Пукки оглянулся. Стены храма начали светиться фиолетовым, и из земли вырвались энергетические цепи, обвивая его ноги и руки. — Ты не сможешь двигаться, — сказал Эггман. — Мои цепи блокируют твою силу. Банкай, Шаринган — всё это бесполезно. Пукки рванулся, но цепи держали крепко. Он смотрел на Софию, и внутри него что-то ломалось. Гнев, страх, отчаяние — всё смешалось в один тугой комок. — Отпусти её, — прохрипел он. — Отпусти её, ублюдок! — Не сейчас, — усмехнулся Дюк. — Она ключ к твоему поражению. София плакала. Она пыталась освободиться, но наручники не поддавались. — Пукки... прости... я не хотела... — Ты ни в чём не виновата, — сказал он, и его голос стал твёрже. — Я вытащу тебя. Я обещаю. Эггман подошёл ближе, рассматривая пленника. — Ты не сможешь. Ты слаб. Ты всегда был слаб. И в этот момент, когда всё казалось безнадёжным, Пукки почувствовал это. Сначала — едва заметный импульс, потом — волну силы, которая разлилась по всему телу. Его глаза вспыхнули золотом, а цепи начали трещать. — Что?! — Эггман отшатнулся. — Это... это не Банкай, — прошептал Пукки, чувствуя, как его тело наполняется новой энергией. — Это что-то большее. Он рванул цепи, и они рассыпались в пыль. Золотая аура окутала его тело, шерсть встала дыбом, а глаза засветились ярче солнца. Инстинкт Капибары. Он не знал, как это назвать. Но он знал, что теперь он видит каждое движение Дюка до того, как тот сделает его. Тело двигалось само, без его воли, уклоняясь от атак, которые он даже не заметил. — Что... что ты сделал?! — закричал Эггман. — Я проснулся, — ответил Пукки, и его голос звучал спокойно. — И теперь ты пожалеешь, что тронул её. Дюк поднял руку, готовясь к атаке, но Пукки уже исчез. Он появился рядом с Софией, разбил наручники одним движением и схватил её за руку. — Уходим, — сказал он. — Сейчас. — Но... как ты... — начала она. — Потом объясню. Он поднял руку, и из его ладони вырвался поток золотой энергии, который ударил в стену храма, пробивая проход. — Мы не закончили! — закричал Эггман. — Дюк, останови его! Дюк рванул вперёд, но Пукки уже был за пределами храма, держа Софию за руку. Он не оборачивался. Он просто бежал, чувствуя, как новая сила пульсирует в его венах. Он не знал, что это за сила. Но он знал одно: она дала ему второй шанс. Глава 4: Тени прошлого и свет будущего Битва с Меха Сониками МК1 и МК2 началась мгновенно, как только три фигуры — Чубрик, Серра и Луз — ступили на пустырь за старым храмом. Два огромных робота, один серо-оранжевый, другой — более коренастый и мощный, стояли перед ними, их красные глаза сканировали пространство. — Три цели обнаружены, — проскрежетал МК1. — Ликвидация. — Ну, началось, — сказал Чубрик, поправляя повязку на глазах. Серра молча шагнул вперёд, его татуировки начали пульсировать. — Я прикрою, — сказала Луз, и в её руках вспыхнул ледяной глиф. Флешбэк. 2018 год. Нальчик. Дом старика. Маленький Чубрик сидел на полу, рисуя на бумаге странные круги. Рядом с ним, скрестив ноги, сидел Серра, его глаза были прикованы к окну, где заходило солнце. Старик — седой, с добрыми морщинистыми глазами и вечной трубкой в зубах, подошёл к ним и сел на стул. — Вы снова рисуете свои круги, Чубрик, — сказал он, улыбаясь. — Знаешь, однажды они могут стать реальностью. — Правда? — спросил маленький Чубрик, поднимая на него глаза. — Правда. Но помни: любая сила — это ответственность. Если ты сможешь управлять пространством, ты должен защищать тех, кто не может. — А я? — спросил Серра, не оборачиваясь. — Что я должен делать? — Ты должен защищать его, — сказал старик, кивая на Чубрика. — Вы — братья. Не по крови, но по духу. И вы всегда будете друг у друга. Серра ничего не сказал. Но он сжал кулак так, что костяшки побелели. Настоящее время. Пустырь. МК1 рванул вперёд, и Луз выставила ледяной глиф, создавая стену, но робот пробил её одним ударом. — Сильный, — прошептала она. — Серра, прикрой! — крикнул Чубрик. Серра шагнул вперёд и взмахнул рукой. — Рассечение! Невидимые лезвия разрезали броню МК1, но робот не остановился. — Он адаптируется, — сказал Серра. — Его броня становится толще с каждой атакой. — Тогда нам нужно что-то другое, — сказала Луз, и в её руках вспыхнул новый глиф — огонь. — Откуда у тебя это?! — удивился Чубрик. — Не знаю, — ответила она. — Но сейчас это неважно! Она швырнула огненный глиф в МК2, и взрыв отбросил его назад. — Она сильнее, чем кажется, — заметил Серра. — Я знаю, — сказал Чубрик. — Она подруга Азимуса. Мы должны доверять ей. Флешбэк. 2019 год. Смерть старика. Чубрик стоял на коленях перед кроватью, на которой лежал неподвижный старик. Его рука всё ещё сжимала трубку, но глаза были закрыты навсегда. — Не уходи, — прошептал Чубрик. — Ты обещал, что научишь меня управлять пространством. Серра стоял в дверях, его лицо было каменным, но в глазах блестели слёзы. — Он не вернётся, — сказал он. — Он был слаб. И мы не должны быть слабыми. — Мы не будем, — сказал Чубрик, поднимаясь. — Мы станем сильными. Мы защитим других. Как он хотел. Настоящее время. Чубрик почувствовал, как его магия «Бесконечности» начала резонировать с чем-то под ногами. Он посмотрел вниз и увидел старый, покрытый пылью меч, торчащий из земли. — Что это... — прошептал он. Он схватился за рукоять, и в тот же момент меч начал светиться фиолетовым светом, пульсируя в такт его сердцебиению. — Это... это не просто железо, — сказал он, поднимая клинок. Серра и Луз обернулись. — Чубрик, что ты делаешь? — спросил Серра. — Я не знаю, — ответил Чубрик, и его глаза засветились фиолетовым светом. — Но я чувствую, что он часть меня. Он поднял меч над головой, и его магия «Бесконечности» начала перетекать в клинок. Пространство вокруг него начало искажаться, и воздух наполнился фиолетовыми искрами. — Раскройся, Мугенкаге! Меч изменился. Он стал длиннее и тоньше, покрылся светящимися фиолетовыми узорами, а рукоять обвила призрачная тень. Пространство вокруг Чубрика начало вибрировать, и МК1 замер, его системы начали давать сбои. — Что это?! — проскрежетал робот. — Это моя сила, — сказал Чубрик, и его голос стал твёрже. — Сила, которую я искал. Он рванул вперёд и нанёс удар «Теневой разрез». Меч разрезал пространство, и через секунду на броне робота появилась глубокая трещина, а затем он развалился на части. — Чубрик... — прошептал Серра. — Я здесь, — ответил он. — И я не позволю им победить нас. МК2 взревел и бросился на них, но Серра шагнул вперёд. Его татуировки начали пульсировать быстрее, а из его рук вырвалась новая энергия. — Моя очередь, — сказал он, и его голос стал глубже. — Проклятый клинок. Из его ладони материализовался клинок из чёрной проклятой энергии. Это была не просто техника — это было пробуждение его силы. — Откуда ты... — начал Чубрик. — Я не знаю, — ответил Серра. — Но я чувствую, что это было внутри меня всё это время. Он рванул вперёд и нанёс удар «Разрез реальности». Клинок разрезал не только броню робота, но и пространство вокруг него, заставляя МК2 замереть на мгновение. — Луз, сейчас! — крикнул Чубрик. Луз подняла руки, и в её ладонях вспыхнул комбинированный глиф — лёд и свет. — Заморозка! — крикнула она, и луч света ударил в робота, покрывая его слоем льда. Чубрик и Серра одновременно атаковали. — Красный взрыв! — крикнул Чубрик, и ударная волна отбросила робота назад. — Разрез! — крикнул Серра, и последний клинок разрезал корпус МК2 на части. Робот рухнул на землю, его искры зашипели и погасли. Тишина. Только ветер и дыхание трёх бойцов. — Мы... мы сделали это, — прошептала Луз, опуская руки. — Мы сделали, — ответил Чубрик, опуская меч. Его Шикай медленно рассеялся, возвращая клинку обычный вид. — Я не знал, что ты умеешь это, — сказал Серра, глядя на Чубрика. — Я сам не знал, — ответил он. — Но я рад, что теперь знаю. Они посмотрели друг на друга, и в их глазах была гордость и облегчение. — Ты была права, — сказал Чубрик, глядя на Луз. — Мы доверяли тебе. И ты не подвела. — Я рада, что я здесь, — сказала Луз, улыбаясь. — Азимус бы гордился. — Он бы сказал «заткнись» и улыбнулся, — усмехнулся Серра. Они рассмеялись. Впервые за долгое время. На горизонте занимался рассвет. Нальчик начинал просыпаться, и впереди их ждала новая битва. Но сейчас, в этот момент, они были живы, сильны и вместе. Глава 5: Ради неё Пукки бежал, держа Софию за руку. Храм остался позади, но гул голосов Эггмана и тяжёлые шаги Дюка всё ещё звучали в ушах. Он не знал, куда бежит, но знал одно: он должен увести её подальше от этого кошмара. — Пукки... — прошептала София, её голос дрожал. — Ты... ты спас меня. — Я обещал, — ответил он, не оборачиваясь. — И я всегда держу свои обещания. Они остановились на краю обрыва. Внизу шумела река, а позади них лес начинал редеть, открывая вид на разрушенный храм. — Они не отстанут, — сказала София, её глаза были полны слёз. — Пукки, я боюсь... — Не бойся, — сказал он, поворачиваясь к ней. — Я не дам им тебя тронуть. Она посмотрела на него, и в её взгляде была такая любовь, что у него сжалось сердце. Он взял её лицо в свои лапы и поцеловал в лоб. — Я люблю тебя, — сказал он. — И я вернусь к тебе. Обещаю. — Ты не должен идти один, — сказала она, хватая его за руку. — Мы можем сбежать! — Нет, — твёрдо ответил он. — Если я убегу сейчас, он будет преследовать нас всегда. Я должен закончить это. Он отстранился и посмотрел на лес, где уже слышались шаги. — Спрячься за теми камнями, — сказал он, указывая на укрытие. — И не выходи, пока я не скажу. — Пукки... — начала она, но он перебил её. — Я вернусь, — сказал он, и в его голосе была такая уверенность, что она поверила. Она спряталась, а он повернулся к лесу. — Выходи, Дюк! — крикнул он. — Я знаю, что ты здесь! Из леса вышла чёрная фигура. Дюк двигался бесшумно, его красные глаза горели холодным огнём. — Ты смел, капибара, — сказал он. — Но смелость не спасёт тебя. — Мне не нужно спасение, — ответил Пукки, и его голос стал твёрже. — Мне нужно уничтожить тебя. Он выхватил свой занпакто и активировал Шикай. — Грей, поглощай и сокрушай... Куро Капибара! Меч трансформировался в массивный тесак, окутанный чёрным пламенем. Пукки рванул вперёд, но Дюк поднял руку, и его телекинез отбросил Пукки назад. — Ты слаб, — сказал Дюк. — Твоя любовь к этой девушке делает тебя уязвимым. — Нет, — сказал Пукки, поднимаясь. — Она делает меня сильнее. Он активировал Инстинкт Капибары. Его тело покрылось золотой аурой, и мир замедлился. Он видел каждое движение Дюка, каждое его намерение. — Что это?! — удивился Дюк. — Это моя сила, — сказал Пукки. — Сила, которую я нашёл ради неё. Он исчез и появился рядом с Дюком, нанося удар Куро Капибарой. Дюк едва успел выставить блок, но удар был настолько сильным, что его отбросило на несколько метров. — Ты... ты стал сильнее, — прохрипел Дюк. — Это ещё не всё, — сказал Пукки. Он активировал Режим Кайо-Кен Капибары. Его аура стала красной, а шерсть встала дыбом. Его скорость и сила удвоились. — Удар Горилльего Топота! — крикнул он. Призрачный кулак обезьяны обрушился на Дюка, отправляя его в землю. Но робот поднялся, его системы начали перезагружаться. — Ты не сможешь победить меня, — сказал Дюк. — Я бессмертный. — Я не буду тебя убивать, — сказал Пукки, и его голос стал спокойным. — Я сотру тебя в порошок. Он активировал Банкай: Дзен-Кинезис — Золотое Равновесие Мира. Золотая корона засияла над его головой, а крылья расправились за его спиной. — Я сражаюсь за неё, — сказал он, и его голос был полон силы. — За Софию. За нашу любовь. И я не проиграю. Он сконцентрировал всю свою энергию в один удар. Пространство вокруг него начало искажаться, а воздух затрещал от напряжения. — Психический Разлом! — крикнул он. Удар мечом, усиленный телекинезом, обрушился на Дюка. Робот попытался выставить щит, но лезвие пронзило его броню, проходя сквозь неё. — Нет! — закричал Дюк, но его тело начало трескаться, а затем рассыпаться на тысячи осколков, которые разлетелись по ветру. Пукки опустил меч. Он тяжело дышал, чувствуя, как силы покидают его. Но он улыбнулся. — Я сделал это, — прошептал он. — Пукки! — София выбежала из укрытия и бросилась к нему, обнимая его так крепко, что он почувствовал её дрожь. — Я вернулся, — сказал он, обнимая её в ответ. — Я обещал. Она смотрела на него, её глаза были полны слёз радости. — Я так боялась, — сказала она. — Я думала, я потеряю тебя. — Ты никогда не потеряешь меня, — ответил он. — Я всегда буду рядом. Он поцеловал её, и в этом поцелуе была вся их любовь — их страх, их надежда, их будущее. — Пошли домой, — сказал он, беря её за руку. Она кивнула, и они пошли вперёд, оставляя позади обломки храма и пепел врага. Глава 6: Недоговорённое Они шли по разрушенной дороге, оставляя позади обломки храма и пепел Дюка. Пукки чувствовал, как силы покидают его с каждым шагом — Банкай, Инстинкт Капибары и Режим Кайо-Кен выжали из него почти всё. Он старался не показывать слабость, но ноги подкашивались, и он то и дело спотыкался о камни. — Пукки, ты в порядке? — спросила София, сжимая его руку. — Всё хорошо, — ответил он, но голос дрожал. Он сделал ещё несколько шагов, и мир начал плыть перед глазами. Он почувствовал, как земля уходит из-под ног, и начал падать, но в последний момент сильные руки подхватили его. — Осторожно, — раздался знакомый голос. Пукки поднял голову и увидел Азимуса. Рядом стоял Метал Соник — его синий корпус блестел в лучах заходящего солнца, а глаза горели спокойным синим светом. — Азимус? — прошептал Пукки. — Ты... ты здесь? — Мы искали тебя, — сказал Азимус, помогая ему встать. — Ты дурак, что ушёл один. — Я должен был... — начал Пукки, но его взгляд упал на Метал Соника. — Тимур? — удивился он. — Ты вернулся? — Вернулся, — ответил Метал Соник, и его голос был тем самым ворчливым, знакомым голосом. — Но я всё ещё робот. Арина вернула меня, но Эггман не оставил мне выбора. — Он живой, — сказал Азимус. — Это главное. Пукки посмотрел на Азимуса, и в его голове всплыли слова Асты. «Азимус тебя любит. Только признаться боится.» Пукки тогда не поверил. Но сейчас, глядя на Азимуса, который держал его за плечо, он почувствовал, как что-то в его груди ёкнуло. — Азимус... — начал он. — Что? — Азимус посмотрел на него, и в его глазах промелькнула едва заметная тревога. — Ты... — Пукки замялся. — Ты ведь не просто так пришёл? Азимус замер. Его рука дрогнула на плече Пукки, и он быстро убрал её. — Ты капитан, — сказал он, отводя взгляд. — Идиот, который бросается в одиночку на врага. Кто-то должен был проследить, чтобы ты не умер. — Азимус... — снова попытался Пукки. — Хватит, — оборвал его Азимус. — Ты еле стоишь на ногах. Мы должны вернуться в город. Пукки замолчал. Он хотел спросить прямо: «Ты любишь меня?», но слова застряли в горле. Он посмотрел на Софию, которая держала его за руку, и понял, что сейчас не время. — Ладно, — сказал он. — Пошли. Они двинулись вперёд. Азимус шёл чуть впереди, не оборачиваясь. София сжала руку Пукки и тихо спросила: — Что-то не так? — Всё в порядке, — ответил Пукки, но его взгляд был прикован к спине Азимуса. Метал Соник шёл рядом, и его ворчливый голос раздался: — Ты выглядишь так, будто хочешь спросить его о чём-то. — Я не знаю, — честно ответил Пукки. — Ты знаешь, — сказал Метал Соник. — Ты просто боишься ответа. Пукки промолчал. Он смотрел на Азимуса и думал о том, что сказал Аста. Он не знал, правда ли это. Но он знал, что между ними всегда было что-то, что нельзя было выразить словами. Они добрались до магазина Урахары, когда солнце уже начало садиться. Все были там — раненые, уставшие, но живые. София помогала Пукки сесть на скамью, а Азимус сразу направился к выходу. — Азимус, — позвал Пукки. Азимус остановился, не оборачиваясь. — Спасибо, — сказал Пукки. — Что пришёл. — Не за что, — ответил Азимус и вышел за дверь. Пукки смотрел на закрывшуюся дверь и чувствовал, что слова, которые он хотел сказать, остались невысказанными. Он не знал, что Азимус стоял за дверью, прислонившись спиной к стене, и сжимал кулаки так, что костяшки побелели. — Прости, — прошептал Азимус. — Просто... я не могу. Глава 7: Звёзды над Нальчиком Нальчик затихал. Битвы закончились, и город медленно возвращался к жизни. В магазине Урахары было тихо, все разошлись по домам или лечили раны. Только Азимус стоял на крыше, глядя на ночное небо, усеянное звёздами. Он слышал шаги за спиной и знал, кто это. — Ты не спишь, — сказал Пукки, подходя ближе. — Не могу, — ответил Азимус, не оборачиваясь. — Слишком много мыслей. Пукки встал рядом, и их плечи почти соприкасались. Азимус почувствовал знакомое тепло и сжал кулаки. — Азимус, — тихо сказал Пукки. — Ты ведь хотел мне что-то сказать. Я вижу. Азимус замер. Он знал, что если он не скажет сейчас, то не скажет никогда. Он глубоко вздохнул и повернулся к Пукки. Его глаза встретились с глазами капибары, и в них была такая боль, что Пукки невольно сделал шаг назад. — Пукки, — начал Азимус, и его голос дрожал. — Я... я должен тебе кое-что сказать. Я должен был сказать это давно. Но я боялся. — Чего? — спросил Пукки, чувствуя, как его сердце начинает биться быстрее. — Я боюсь, что ты отвернёшься, — ответил Азимус. — Что ты перестанешь видеть во мне друга. Что я разрушу всё, что у нас есть. Но я больше не могу молчать. Он замолчал, собираясь с силами, а затем выдохнул: — Я люблю тебя, Пукки. Не как друга. Как... как человека, который смотрит на тебя и не может дышать. Я знаю, что ты с Софией. Я знаю, что я не имею права. Но я не могу больше врать себе. Ты самое важное, что есть в моей жизни. Пукки замер. Он слышал эти слова, но они не сразу дошли до него. Он смотрел на Азимуса, на его сжатые кулаки, на его дрожащие глаза, на его боль, которую он так долго скрывал. — Азимус... — прошептал он. — Я... я не знал. — Я знаю, — сказал Азимус, и его голос стал ровнее, хотя в нём всё ещё слышалась боль. — Я знаю, что ты не можешь ответить. Я знаю, что у тебя есть София. И я не хочу, чтобы ты выбирал. Я просто хотел, чтобы ты знал. Чтобы я больше не боялся. Он замолчал и отвернулся, глядя на звёзды. — Я люблю тебя, Пукки, — сказал он тихо. — И, наверное, буду любить всегда. Но я не хочу, чтобы это разрушило нашу дружбу. Ты мой лучший друг. И я не хочу тебя терять. Пукки подошёл ближе, и его голос был мягким и тёплым: — Азимус... ты не потеряешь меня. Ты никогда меня не потеряешь. Ты мой лучший друг. И я не могу представить свою жизнь без тебя. Он положил руку на плечо Азимуса, и тот вздрогнул, но не отстранился. — Я люблю Софию, — сказал Пукки. — И я никогда не предам её. Но я люблю и тебя. По-другому. Ты мой брат. Мой самый близкий человек. И я хочу, чтобы ты знал: ты всегда будешь рядом со мной. Всегда. Азимус почувствовал, как с его плеч падает невидимая тяжесть. Он не получил того, чего хотел, но он получил нечто большее, понимание и принятие. — Спасибо, — сказал он, и его голос стал ровнее. — Я не знал, как ты отреагируешь. — Ты дурак, если думал, что я отвернусь, — усмехнулся Пукки. — Я никогда не отвернусь от тебя. Они стояли рядом, глядя на звёзды. Ночь была тихой, и только ветер шевелил их волосы и шерсть. — Красиво, — сказал Азимус, глядя на небо. — Да, — ответил Пукки. — Почти как наши звёзды. Азимус улыбнулся. Впервые за долгое время его улыбка была настоящей. — Прости, что я не сказал раньше, — сказал он. — Не извиняйся, — ответил Пукки. — Ты сказал сейчас. Это главное. Они стояли в тишине, и звёзды над Нальчиком сияли ярко, словно освещая путь в будущее.