Белые стены

Прошло ещё некоторое время. Лололошка продолжал медленно идти по длинным больничным коридорам, внимательно осматривая всё вокруг. С каждым шагом ему становилось всё тяжелее. Воздух, который ещё недавно казался обычным, теперь словно давил на грудь, не позволяя сделать глубокий вдох. В теле появилась странная слабость, а ноги постепенно наливались тяжестью. Казалось, будто силы медленно покидают его. Он невольно вспомнил мироходцев, которых видел в столовой. Их измученные лица, потухшие глаза. Размышления прервали тихие шаги. Перед ним остановилась знакомая медсестра. Её тёмно-каштановые волосы были аккуратно уложены, а синий цветок в волосах сразу привлёк внимание. Она выглядела такой же спокойной, как и во время их первой встречи. — Пациент 993, пройдите, пожалуйста, за мной, — вежливо произнесла она. Лололошка молча кивнул. После всего, что он успел увидеть и услышать, спорить не имело смысла. Если здесь кого-то приглашали на обследование, отказаться, скорее всего, было невозможно. Они неторопливо шли по длинному коридору. Несколько минут прошли в полной тишине. Лололошка внимательно наблюдал за медсестрой. Она двигалась уверенно, словно знала каждый метр этого здания, и ни разу не оглянулась назад. Наконец он нарушил молчание. — Почему вы называете меня пациентом 993? Кейт ответила не сразу. — Так удобнее, — спокойно сказала она. — Каждому мироходцу присваивается индивидуальный номер. Персонал использует именно его. Она слегка повернула голову в его сторону. — Ты ведь уже заметил жетон у себя на шее? Лололошка машинально коснулся пальцами холодного металла. В памяти сразу возник Дилан. На его шее висел точно такой же жетон, только с номером 233. Тогда Лололошка не придал этому значения. Их здесь переставали воспринимать как отдельных людей. Номер был удобнее имени. Эта мысль неприятно кольнула где-то внутри. Через некоторое время Лололошка снова заговорил: — А как мне обращаться к вам? Медсестра ненадолго задумалась, словно решая, стоит ли вообще отвечать. — Кейт. Её голос оставался таким же спокойным. Она не стала ничего объяснять и сразу продолжила идти вперёд. Лололошка не настаивал. Вместо этого он невольно обратил внимание на карман её медицинского халата. Из него выглядывал край небольшой фотографии. Во время ходьбы снимок слегка сместился, и ему удалось рассмотреть изображение. На фотографии был молодой парень. В его лице угадывались те же черты, что и у Кейт: похожий взгляд, форма лица и лёгкая улыбка. Было трудно не заметить это сходство. Лололошка отвёл взгляд. Он понимал, что спрашивать о фотографии сейчас неуместно. Если Кейт носила её с собой каждый день, значит, этот человек занимал особое место в её жизни. Поэтому он решил оставить своё любопытство при себе. Кейт молча проводила Лололошку до комнаты, в которой он оказался сразу после своего появления в этом странном месте. Всю дорогу они не сказали друг другу ни слова. В коридоре было непривычно тихо, слышались только их шаги. Остановившись возле двери, Кейт открыла её и спокойно произнесла: — Проходите. Лололошка молча вошёл внутрь. Не успел он обернуться, как дверь за его спиной уже закрылась. Медсестра ушла так же быстро, как и всегда. Казалось, она никогда не задерживалась рядом с мироходцами дольше, чем было необходимо. Комната встретила его привычной тишиной. Лололошка тяжело выдохнул и сел на кровать. Он провёл ладонями по лицу, пытаясь привести мысли в порядок. Всё, что произошло за последнее время, не давало ему покоя. В голове снова и снова всплывали разговор Ашры и Сан-Франа, странное поведение Дилана, номера на шеях мироходцев и слова Кейт. Он тихо начал разговаривать сам с собой, надеясь, что это поможет хоть немного разобраться в происходящем. — Почему именно мироходцы?.. Что они вообще хотят от нас?.. И зачем им скинтонит?.. Ответов, как и раньше, не было. Посидев ещё немного, Лололошка поднялся с кровати. Просто сидеть без дела ему быстро надоело. По привычке он опёрся руками о пол и легко встал на руки. Несколько секунд он спокойно удерживал равновесие, а затем сделал пару шагов, продолжая стоять вверх ногами. Это было для него чем-то совершенно обычным. На какое-то мгновение он даже отвлёкся от тревожных мыслей. Опустившись обратно на ноги, Лололошка хотел снова сесть на кровать, но внезапно замер. Перед ним стоял стул. На этом стуле уже сидел Джон Дейви Харрис. Лололошка настолько растерялся, что даже не успел понять, когда врач успел войти в комнату. Он не слышал ни открывающейся двери, ни шагов. Казалось, Джон просто появился здесь. Главный врач сидел совершенно спокойно, положив руки на колени. На его лице, как обычно, была лёгкая улыбка. — Присаживайтесь, — спокойно произнёс он. Лололошка машинально обернулся. Позади него действительно стоял ещё один стул. Он был уверен, что ещё несколько секунд назад его здесь не было. «Странно… Я ведь точно его не видел…» Несколько секунд он просто смотрел на стул, пытаясь понять, откуда тот появился. Однако, не желая выглядеть подозрительно, всё же сел напротив Джона. Главный врач внимательно посмотрел на него. Несколько секунд в комнате стояла полная тишина. После этого Джон заговорил: — Итак, как вы себя чувствуете? — Нормально. — Ничего не беспокоит? Лололошка ненадолго задумался. Если не считать действия скинтонита, он действительно чувствовал себя вполне нормально. — Нет. Джон слегка кивнул. — Хорошо. Он продолжил задавать вопросы. Они были совершенно обычными: как Лололошка спал, не кружится ли голова, нет ли слабости или других неприятных ощущений. Лололошка спокойно отвечал на каждый вопрос. Обследование казалось вполне обычным. Но спустя несколько минут вопросы неожиданно изменились. Джон всё так же спокойно улыбался, не сводя с него взгляда. — Чувствуете ли вы действие скинтонита? Лололошка слегка напрягся. Этот вопрос прозвучал совсем иначе. Не так, как предыдущие. Не дожидаясь ответа, Джон задал следующий: — Как чувствует себя ваша вспышка? Лололошка удивлённо посмотрел на врача. Он не понимал, почему именно это интересовало его больше всего. Но Джон продолжил: — Испытываете ли вы боль? Улыбка не сходила с его лица. Она оставалась такой же спокойной и вежливой, но почему-то именно сейчас показалась Лололошке странной. Джон ещё несколько секунд внимательно смотрел на Лололошку, словно мысленно перебирая вопросы, которые хотел задать. Затем он неспешно закрыл блокнот, аккуратно убрал ручку в карман халата и слегка улыбнулся. — Ладно, пациент 993, — спокойно произнёс он. — Не буду слишком нагружать вас вопросами на сегодня. Он поднялся со стула, поправил рукав белого халата и направился к двери. — Спокойной ночи. Не дожидаясь ответа, Джон вышел из комнаты. Дверь за ним тихо закрылась, и в помещении снова воцарилась привычная тишина. Лололошка ещё некоторое время сидел неподвижно. Он не сразу понял, что всё это время невольно задерживал дыхание. Только сейчас, когда врач ушёл, он медленно выдохнул и откинулся на спинку кровати. Разговор закончился, но ощущение тревоги никуда не исчезло. Самые обычные вопросы не вызывали подозрений. Однако стоило Джону заговорить о скинтоните, вспышке и боли, как выражение его лица менялось. Он продолжал улыбаться так же спокойно, но Лололошке всё время казалось, что врача интересует вовсе не его самочувствие. Эта мысль никак не выходила из головы. Он лёг на кровать и долго смотрел в потолок. Перед глазами снова возникали лица Ашры, Сан-Франа, Дилана и Кейт. В памяти всплывали их слова, обрывки разговоров и собственные догадки. Чем больше он размышлял, тем сильнее понимал, что вопросов становится только больше. Когда усталость окончательно взяла верх, мысли постепенно начали путаться, а веки стали тяжёлыми. Незаметно для себя Лололошка уснул. Проснулся я от тупой боли в голове. Я медленно открыл глаза и несколько секунд просто лежал, не двигаясь. Голова неприятно гудела, словно он совсем не спал этой ночью. Я сел на кровати и осторожно потер виски, надеясь, что боль скоро пройдёт. Несколько минут он сидел молча, прислушиваясь к своим ощущениям. Боль была неприятной, но терпимой. Он решил не обращать на неё внимания. В этот момент дверь комнаты открылась. — Доброе утро, — спокойно произнесла одна из медсестёр. — Всем необходимо пройти в душевые.  Лололошка поднялся с кровати и вместе с остальными мироходцами вышел в коридор. Утро здесь начиналось одинаково для всех. Сначала душевые и туалеты. Мироходцы молча шли по коридору, почти не разговаривая между собой. Некоторые выглядели сонными, кто-то постоянно тёр глаза, а кто-то едва переставлял ноги, словно сил проснуться у него так и не появилось. После этого всех организованно проводили в столовую. Большой зал уже постепенно заполнялся людьми. Звук отодвигающихся стульев, тихие разговоры и звон посуды смешивались в один монотонный шум. Шатен привычно подошёл к тому же столику, за которым сидел накануне, и занял своё место. Он ещё не успел осмотреться, как напротив кто-то сел. Это снова был Дилан. Он выглядел заметно уставшим. Под глазами залегли лёгкие тени, волосы были слегка растрёпаны, а взгляд казался ещё более сонным, чем вчера. Несмотря на это, выражение его лица оставалось таким же спокойным и почти безэмоциональным. Лололошка невольно начал рассматривать его. Белые зрачки по-прежнему выглядели непривычно. Вчера он почти не успел обратить на них внимание, но сейчас они казались ещё более странными. Наверное, именно поэтому он слишком долго не отводил взгляд. Дилан первым нарушил молчание. Он медленно поднял глаза на шатена  и с лёгким раздражением спросил: — Ты так и будешь на меня пялиться? Я вздрогнул. Я и сам не заметил, что всё это время внимательно смотрел на него. — Извини… — неловко произнёс он, быстро отводя взгляд. — Просто… Я ненадолго замолчал, подбирая слова. — Ты единственный мироходец, с которым я смог нормально поговорить. Эти слова прозвучали намного тише предыдущих. Лололошка сам почувствовал, как изменилось выражение его лица. Вчера он надеялся найти среди мироходцев ответы. Но никто ничего не знал. Одни слишком устали, другие боялись говорить, третьи будто давно потеряли интерес ко всему происходящему. От этой мысли внутри стало особенно пусто. Дилан несколько секунд молча смотрел на него.Похоже, он заметил это настроение. Он тихо прокашлялся. — Кхм… После недолгой паузы Дилан наклонился немного ближе и заговорил уже значительно тише, чтобы его не услышали окружающие. — Вообще… я знаю кое-что. Лололошка сразу поднял голову. Вся усталость словно исчезла. Он внимательно посмотрел на Дилана, стараясь не пропустить ни одного слова. Тот быстро огляделся по сторонам. Убедившись, что никто не обращает на них внимания, он снова перевёл взгляд на Лололошку. — Но говорить здесь не стоит. Он сделал небольшую паузу. — Поговорим в другом месте. Лололошка молча кивнул. Внутри неожиданно появилось чувство, которого он не испытывал с момента появления в этой больнице. Надежда.