Афония

4:30

      Помни просыпается в холодном поту, хватаясь за сердце. Пару минут проходят в тишине. В комнате ещё довольно темно, слышно лишь тяжёлую отдышку.       Она сразу же включает настольную лампу, которая, к счастью, находится на тумбочке рядом с кроватью, и снова падает спиной на кровать, пытаясь отдышаться. Ужасный, нет, мерзкий сон – это не шутки. – Я... Хочу прогуляться. Срочно.       Помни тихо одевается. На каждый скрип в доме она вздрагивает и оглядывается по сторонам, в надежде, что родители не проснулись. На ней какие-то полу-домашние штаны тёмного цвета, розовый лонгслив и кожанка сверху.       Помни выбегает на улицу из-за нарастающего чувства духоты, и о боже-       Мало того, что она застаёт нереальный закат и пение птиц, так ещё и на улице везде... Туман! По-настоящему красиво. Видимо, красота города раскрывается именно в 4 утра, не иначе. Ещё и этот запах после дождя...       Помни глубоко вдыхает и начинает наконец-то просто улыбаться. С началом учебного года это стало действительно сложнее. «Наверное, сейчас была бы очень красивая сцена курения. Но хорошо, что я не занимаюсь таким», думает Помни, снова расплываясь в улыбке.       На улице приятная прохлада. Ветер обволакивает волосы и щекочет шею. В некоторых окнах уже включён свет... Неужели люди собираются на работу в такую рань?       Помни пошла на детскую площадку, а точнее – на качели. Они неприятно скрипели, но она не обращала никакого на это внимания. И хотя тёмноволосая зевала, а её глаза слипались от недостатка сна, она не хотела идти домой. Но и на качелях начало тошнить. Куда тогда идти? Помни задумалась, вспоминая свой родной город. В отличие от этого, в её старом городе это не было странно – выйти рано утром на свежий воздух. Наоборот, когда Помни не спалось, её спасало только это.       И всё же... Она безумно скучала. По всему: по старому дому, который продали родители, по друзьям, по местам в городе, которые стали настолько родные, что Помни считала их своими. Исключительно своими. Вздохнув, Помни достала телефон из кармана и напечатала сообщение:

Вы, 5:02

«Привет, это я!! Слушай, у меня тут время отличается на пару часов. Так что у вас сейчас уже утро, верно?»

Вы, 5:03

«Надеюсь, я не сильно отвлекаю.»

Вы, 5:07

«Мне поговорить больше не с кем. Я скучаю по нашим прогулкам.»

Вы, 5:12

«А ты?»

Вы, 5:15

«Представляешь, сегодня снился сон! Мы как в старые добрые гоняли на заброшки и играли в видеоигры.»

Вы, 5:17

«Я скучаю.»

«Моя школа – отстой.»

Вы, 5:19

«Напиши, как освободишься, хорошо? Не хочу тебе мешать.»

      Помни вздохнула. Одна слеза покатилась по щеке и упала на экран телефона.       Ветер усилился. Он неприятно обжигал, что Помни, невольно, ещё больше вжала голову в плечи. – Пора идти домой...       Произнесла девушка, и это было единственным звуком в такой тишине. И хотя район, который выбрали родители, очень шумный на первый взгляд, оказалось, что рано утром слышно только своё дыхание и пение птиц. Но всё же, под неприятный ветер Помни добралась до квартиры. Они жили на высоком этаже, но она добралась пешком.       Дверь бесшумно открылась, и квартира встретила тишиной. Родители ещё не проснулись? Помни направилась в свою комнату и снова оделась в пижаму. Делать было нечего, она включила телефон и легла на кровать. Сейчас явно кого-то не хватало... Например, кота. Которого можно было бы сейчас тискать, и было бы не так одиноко. Но родители ни за что не разрешат завести хоть какое-то животное.       Вспомнилась ситуация из детства, когда Помни принесла домой бедного, бездомного котёнка. Он был полностью чёрным и очень шугался всех звуков. Она просто не могла пройти мимо. Котёнок был в прямом смысле пылинкой на фоне всего мира. Он смотрел на Помни с такой надеждой, но в то же время так, будто сейчас заплачет. Глаза были такие жалостливые. Конечно, родители велели убрать поскорее этого котёнка. Он же наверняка ещё чем-то болеет! А потом, когда помни вернулась домой уже одна, они накричали на неё. «Помни, ты должна спрашивать у нас разрешения, прежде чем приносить домой этого... Жалкого котёнка!»       Сейчас же Помни укрылась в плед и вздохнула. Остаётся ещё 3 часа до школы. До первого официального учебного дня. И, возможно это удивительно, но Помни хочет пойти в школу.       Но вот прошло полчаса, уснуть так и не удалось. – Думаю... Стоит отказаться от попытки уснуть. – Помни оглядела свою новую комнату, свой новый рабочий стол. – Сколько бы я не пыталась, моя голова занята мыслями о предстоящем дне.       В итоге уснуть так и не удалось. Прямо как перед каким-то важным днём или событием. Мозг отказывается засыпать, а глаза, даже когда закрыты, метаются из стороны в сторону. Помни приняла решение узнать больше о своих новых одноклассниках. Она зашла в школьный чат и увидела, что Джекс скинул какое-то видео из TikTok в 3 часа ночи. Девушка даже решила глянуть, что именно он скинул.       Какое-то видео, которое наверняка предназначается его дружкам. Тупые шутки и... Что-то, за что Помни не шарит. Он серьёзно такое смотрит? Помни закатывает глаза: – Обхохочешься...       И листает дальше: какие-то информативные сообщения о том, что через неделю пройдёт турнир по волейболу, и нужно три мальчика и три девочки. Помни на секунду задерживает внимание на нём. В своём родном городе она частенько играла в волейбол с ребятами со двора. Но это было довольно давно... И вообще! Это был исключительно любительский волейбол. Помни отмахивается: если попросят – она пойдёт. А самой предлагать свою кандидатуру... Для этого нужны определённые умения в виде уверенности в себе и хоть какие-то навыки лидерства. Помни задумывается... И приходит к выводу, что всё это не про неё. – Да чёрт с ними...       Ещё какие-то сообщения... Больше видео от Джекса... И...       Оу.       Помни застывает, не веря своим глазам.       Та самая крутая девчонка... Заблокировала её? Она пролистывает дальше и видит, что, кажется, её подружки тоже теперь видны без аватарок. Что за хрень? – Может... Это ошибка? Чат залагал, или что-то с моим телефоном.       Но с остальными аккаунтами всё в порядке. Что-то подсказывает, что дело не в какой-то ошибке и уж точно дело не в телефоне Помни. Всё гораздо серьёзнее. – Надо расспросить Рагату. Или!.. Или вообще спросить у самой одноклассницы.       Но пальцы не слушаются, а глаза застывают на том профиле.       Последующие два часа проходят как в тумане. В смыслях – куча вопросов и ни одного ответа. Что она сделала не так? Она как-то на них не так посмотрела? Но она ничего не делала! А на лице – растерянность.       Шоколадные шарики с молоком, которые Помни купила, были безвкусные. Чай – слишком горячий, что аж обжог язык. Было больно. Когда она зашла в ванную, хотелось просто простоять здесь до конца дня, держа руки в горячей воде. Но и это не спасло – напротив, Помни ещё больше погрузилась в раздумья: – Нет, они ошибаются... Я ничего такого не делала, это они слишком высокого о себе мнения! Ей удобно, что её всегда защитят подружки. – Или... Наверное, если бы я ещё вчера подошла бы к ним и завела разговор, этого бы не произошло. – Вздохнула Помни. Её губы дрогнули и сжались до тонкой нитки, а в глазах начало плыть. – Я не плакса! Эти девочки – никто мне, они не должны так влиять на меня и мои эмоции.       Помни двинулась в комнату, чтобы одеться. Но одежда просто была... Ну не та. Рубашка сидела мешковато, а юбка странно торчала. Но Помни постаралась быстро себя успокоить.       За окном было пасмурно, но до дождя не дошло. Город был заполнен всё таким же туманом. Время 7:46, и Помни поторопилась на остановку.       Но в школе волнение не ушло. Наоборот, оно усилилось. И воздух в школе был тяжёлый, будто кто-то насильно забирает его из лёгких, и с каждой секундой дышать всё сложнее. Помни шла по коридору до урока алгебры с листочком в руке. Она пока что не могла запомнить кабинеты. Рука тряслась, и старшеклассница удерживала её левой рукой. Глаза то и дело искали кабинет 1-10, и Помни не решалась попросить у кого-то помощи. Вдруг она услышала шёпот. Потом смех. Помни встала в ступоре: «Они про меня, да? О боже, это точно про меня...», живот скрутило.       Сначала это были лишь догадки, возможно, совпадения. Но потом шёпот продолжился, и она услышала своё имя. В глазах потемнело. Помни дошла до ближайшей стены и облокотилась на неё, тяжело дыша. – У неё совсем чувства стиля нет! Ну кто так одевается?       Её подруга продолжает: – Знаешь, я даже имени её не помню. – Пф-ф-ф!.. – девушка засмеялась, схватившись за плечо подруги.       Начинает звенеть в ушах. Помни оглядывается по сторонам, но никому нет до неё дела. Никому, кроме них.       Когда она всё-таки доходит до нужного кабинета, шёпот прекращается. Может, они хотят выглядеть прилежными в глазах других, может, это затишье перед бурей. Помни садится за последнюю парту второго ряда, чтобы учитель не заметил её. Да кому есть до неё хоть какое-то дело? Может получится просто отсидеть 8 уроков и уйти домой? Постепенно в класс заходят все остальные. Рагата задерживает взгляд на Помни. «Наверное, я выгляжу жалко», думает девушка, и отворачивается от своей новой подруги.       Рагата вздыхает и садится с какой-то другой одноклассницей.       И, словно добивая, через неопределённое время после начала урока учитель вызывает Помни к доске: – Помни, как ваш учитель, я должен проследить, чтобы все, и новенькие в том числе, знали материал. – Он поправил очки. Кажется, ему было важно, чтобы всё было идеально. – Выходи к доске. Решишь задачу, чтобы я понял, какой у тебя уровень, и насколько хорошо учителя в твоей школе объясняли материал.       Помни вздрогнула. Вот так? В первый же день ей придётся выйти к доске? Несколько минут позора. Она никогда не знала геометрию, а алгебру – и подавно. Тёмноволосая сглотнула и опустила взгляд на свою парту. Все ждали, что она выйдет. Те девчонки, как крысы, перешёптывались и посматривали на неё, усмехаясь, будто уже знали, какой будет исход. Провал. Рагата и её соседка сочувствующе посматривают. Джекс разглядывает, но в его взгляде нет какого-либо интереса. Его голова поворачивается, будто он рассматривает Помни как какой-то экспонат в музее. Хватит. – Помни, выходи-       Помни набирается уверенности и вскакивает со стула, но руки всё ещё дрожат на парте. На лице – маска уверенности, хотя она ни в чём не уверена. Школьница маленькими шагами подходит к доске и берёт в руки мел. Ещё чуть-чуть и по щекам польются слёзы. Мел ломается в руке.       Так проходят десять минут. На доске ничего нет, учитель недоволен, а девочки даже не скрывают своих усмешек. Кабинет вдруг становится узким. – Можно мне... Выйти? – голос Помни прорезает пустоту, звучит неестественно.       Она стоит лицом к доске и боится повернуться к классу. Уже известно, что её ждёт. Тяжёлые взгляды, Рагата разочаровывается, те одноклассницы показывают пальцем и прокричат: «Крыса!». Потом придёт Мистер Кейн и разведёт руками: «Походу, наша новенькая уже не способна понять даже такой материал, а впереди экзамены», Рагата ответит с парты: «Ну, не все годятся для такого!», а Джекс вставит свои пять копеек: «Слушайте, а кто-то вообще что-то о ней знает? Я даже имени её не помню», и, и... – ...Можешь идти.       Помни вздрагивает. Сколько она так простояла? – Т-то есть как?.. – Помни уставилась на него, до неё не сразу доходит смысл предложения. – А... А! Х-хорошо!       Она выбегает из класса, пряча лицо рукой. Так она добегает до туалета. Уже внутри она несколько минут, дрожа, она стоит над одной из раковин. Мысли в голове спутались, а внутри чувство, будто пол уходит из-под ног. Помни зажмуривает глаза до белых вспышек, но это не помогает. Через некоторое время кто-то заходит. Помни слышит звук открывающейся дверь и топот каблуков, останавливающийся сзади. В воздухе витает запах лака для ногтей и какого-то дешёвого парфюма, от которого, кажется, голова кругом ещё больше. Помни не оборачивается. Если она обернётся, то совершит ужасную ошибку. Но, кажется, оппонент настроен серьёзно, и первым начинает разговор: – Помни, верно? Хотя стой! Твоё имя – курица! – она весело смеётся, крутясь из сторону в сторону, а потом резко прижимает Помни к раковине. – Тебе здесь никто не рад. А Рагата вообще общается с тобой из-за жалости, – говорит одноклассница на ухо, – Ох, представляю, как это обидно! Что даже твоя единственная подруга такого о тебе мнения. – Помни собирается что-то сказать, но девчуля прерывает её. – Но-но-но! Не веришь мне, что-ли? Да спроси кого угодно в классе – все подтвердят! – в её голосе слышна усмешка.       Она может сколько угодно оскорблять Помни, но та не готова слушать такое о своих друзьях. Помни резко оборачивается. – Слушай сюда, как-там-тебя, – улыбка одноклассницы на миг спадает с её лица, – если ты думаешь, что твой статус даёт тебе право говорить мне такие вещи и шептаться за спиной – то ты ошибаешься.       Та нервно сглатывает, ведь без своих подруг намного сложнее уже вести спор, но всё же продолжает: – Видимо, ты не поняла... И так, первое правило в нашем классе – авторитет здесь я. И староста тоже я. Так что, если будешь много базарить... – она отводит взгляд на волосы Помни, шевеля их, – напишу на тебя жалобу. И ты быстренько вылетишь не только из класса, но и из города. Тебе и не снилось, кем работает мой папа.       Помни чувствует, как по спине течёт капелька пота. И дело не в том, что она верит в слова одноклассницы. Но она не хочет создавать проблем для своих родителей. – Второе правило. Если подумаешь засматриваться на Джекса... – девушка замолкает и медленно проводит пальцем по горлу. Помни нервно смеётся: – Я... что?! Мы с ним даже не общаемся! – она чувствует, как начинают гореть её уши. – Я два года пытаюсь добиться его внимания! – произнесла девушка, и на миг показалось её истинное лицо – глубокая неуверенность. Но следующие слова прозвучали как угроза, – так что, курица, не смей даже думать о таком. – после этого она почти по-доброму улыбнулась, но в голосе слышалась усмешка, – По правде говоря, на такую как ты он вообще не посмотрит!       Закончив, одноклассница резко отвернулась. Её волосы, длинные и прямые, покрутились в воздухе и чуть не попали в лицо Помни. Через пару секунд она ещё раз повернулась и, посмотрев убийственным взглядом, полным ревности и чувства, будто Помни – угроза для неё, она ушла уверенной походкой. Тёмноволосая осталась, прикованная к раковине, хотя её больше никто не держал. Она уже ничего не понимала.       И таким же строем прошли остальные два дня. Были попытки отстоять своё право здесь находиться и вообще существовать. Но компашка девочек сразу же их подавляла. С каждым днём чувство потери не только кислорода, но и голоса, возрастали. Они пресекали каждую попытку. В один из таких дней Помни зашла в столовую. Четыре урока, половина из которых математика, давали о себе знать. Дождавшись своей очереди, что нынче трудно, она взяла суп с фрикадельками и вермишелью, пюре и котлету. Выглядело довольно симпатично, будто это мама приготовила обед своей любимой дочке. Помни села за стол около окна. Пока осень только наступила, нужно успеть полюбоваться яркими листьями, появившиеся по всему периметру школы. Да и погода пока что позволяет гулять. Помни дала себе задание – не забыть предложить погулять Рагате на днях. Но сначала – обед! Да и перемена не такая уж и длинная, стоит поторопиться. С этой мыслью она принялась за суп. Через некоторое время, когда Помни съела как минимум половину супа, мимо неё кто-то пробежал. Хотя, скорее, это было больше похоже на зоопарк. Словно слоны пробежали. Помни хотела оглядеться, чтобы узнать, кто это был, как вдруг её стул толкают. Суп проливается на одежду, а ложка падает на пол. Глаза округляются, когда она пытается судорожно убрать все остатки еды. И ухо улавливает тихое «курица». Помни поворачивается, и её догадка, к сожалению, оказывается правдой. Рядом со столом стояла та компашка девочек. Проще сказать, стадо. Двух девочек заинтересовали свои ногти (хотя, что более вероятно, они хотят остаться невинными в этой ситуации, а возможно, даже подставить кого-то из подруг), девочка справа, даже не скрывая это, смеётся. И последняя, стоящая посередине, снимает всё на видео. Это она! Это она тогда устроила пытку в туалете!       Помни не выдерживает. Она встаёт из-за стола и подходит к девочкам, и видит краем глаза, как одна из тех, что стоит слева, отшатывается, отмахиваясь руками. Будто Помни заразная или, может воняет из-за пролитого супа. – Ты сделала это специально! – кричит Помни, и некоторые из столовой обращают внимание на крики и подходят ближе, словно они в каком-то цирке.       Но главная заноза в одном месте, затеявшая всё это, напротив, встаёт на колени, как только видит сформировавшуюся публику. – П-прости! Оставалось всего ничего до конца перемены!.. А я так голодна! – девушка ухмыляется в пол и, вздохнув, продолжает, – Сегодня... По дороге в школу я встретила милого котёнка. Он был та-а-ак одинок! – она смотрит на людей вокруг и наворачивает слёзы, – Я просто не могла пройти мимо! Кто-то голодает на улице, а мы, – старшеклассница указывает на еду Помни, которую та ещё не съела, – покупаем уже готовую еду! А где-то рядом голодает бедный, брошенный котёнок!       Одноклассница встаёт на ноги и подходит к Помни. Руки обхватывают её руки, всё ещё немного липкие от супа, из-за чего девушка немного морщится, но продолжает шоу: – Я-я не думала, что я так разозлю тебя, Помни! – девчонка максимально корчит лицо, чтобы казалось, словно она действительно сожалеет о содеянном. – Хочешь, я куплю тебе новый суп? Я могла бы потратить деньги на ту бездомную собаку, которая ночует у нашей школы уже много лет... – длинноволосая всхлипывает и произносит следующие слова ещё громче, – Н-но я вижу, как ты расстроена из-за еды и испорченной одежды! Я всё сделаю, только прости меня!       По толпе проносится вой, не предвещающий ничего хорошего. Помни растерянно оглядывается по сторонам, ища поддержки, но все ученики, находящиеся в столовой, точно поверили не ей. И самое ужасное во всём этого то, что Помни даже не может доказать, что одноклассница не права! Она чувствует себя так ужасно. Будто теперь это клеймо у неё на всю жизнь. Это девочка... Она с самого начала всё продумала! Сделать всё это в людном месте, на большой перемене... Она лишь ждала, когда Помни пойдёт туда! И помни, осознав это, сбежала. Она бежала со всех ног, лишь бы уйти из этого удушающего места. В след ей что-то кричали, но она уже не слышала. На выходе из столовой Помни врезалась в кого-то. – О-ох... Простите, простите, пожалуйста!       Помни падает на пол, закрывая своё лицо руками. Но вокруг тишина. Постепенно она открывает глаза и видит... Любопытство берёт вверх, и она сначала посматривает на человека сквозь пальцы рук, а потом медленно убирает их, открывая полный взор, и видит...       Джекс?       В его взгляде не было привычной усмешки. Только немой вопрос: «Что, чёрт возьми, с тобой сейчас?»       Помни сидела на полу, подогнув ноги. Щёки пылают, на них – всё ещё дорожка из слёз. Глаза большие-прибольшие, метаются из стороны в сторону. А губы обкусаны до крови.       Джекс ничего не сказал – ему и не нужно ничего говорить. Он просто протянул упаковку салфеток с изображением милой лягушки и спрятал своё лицо. Помни, всё ещё не веря, дрожащей рукой потянулась за ними. В голове только вопрос: «Почему он? Ему что-то нужно от меня?», но как только Помни поднимает голову, она замечает, что он уже ушёл. – Тебе помочь?       Помни вздрагивает. Обернувшись, тёмноволосая видит какую-то девушку. Кажется, она из параллельного класса. У неё была стрижка до плеч и кудрявые волосы тёмного цвета. Они, кажется, очень непослушные – девушка то и дело постоянно приглаживает их. На её лице виднелись родинки, кожа смуглая. Девушка была одета в тёмные брюки и в такую же рубашку, отдающую бордовым цветом, а рукава доставали лишь до середины руки. Под ними была татуировка, но Помни не смогла распознать рисунок.       Не дождавшись ответа, незнакомка мягко взяла салфетки из рук Помни и принялась аккуратно вытирать её лицо. – Сильно же тебе досталось, – в голосе чувствовалось сочувствие. Она не упрекала, только протянула руку, чтобы помочь Помни встать. Она также оглянулась на выход на пару секунд. Туда, куда ушёл Джекс. – А. А ты... – Помни встала и достала салфетку, чтобы вытереть рубашку. – Я обедала здесь. Марья Ивановна достала уже с русским языком, вот я и решила прогулять урок.       Когда она закончила, Помни успела лишь благодарно кивнуть. Незнакомка улыбнулась и уже собиралась уходить, но её остановили: – Стой! А как тебя зовут? – Помни придержала её рукой. – Зубл, – девушка улыбнулась. – меня зовут Зубл.       Помни ещё раз поблагодарила и отпустила её. Кажется, это пока что самое приятное за день – получить помощь от кого-то, от кого не ожидаешь. До конца перемены оставалось мало времени. Помни побежала из столовой под взгляды той компашки и уже хотела пойти в туалет, чтобы вымыть руки, но прямо перед поворотом услышала разговор. Джекс и его компашка гоготали какое-то время, пока один из его дружков не спросил: – А че ты сейчас новенькой помог? Понравилась, да? – компашка разлилась смехом, который, кажется, можно было бы услышать с первого этажа.       Джекс сразу же помрачнел и отвёл взгляд: – Она выглядела жалко, ясно? – а потом повернулся к пацану и процедил сквозь зубы, – Я не хотел, чтобы она потом с кислой миной ходила целый день. Это раздражает.       Но его друзья не поверили в такое оправдание. Помни задержала дыхание и постаралась больше вжаться в стену: – Да мы видим, как ты на неё смотришь! – пацан разводит руками, – Ничего личного, братан, но я твой вкус вообще не понимаю. За тобой бегают не только одноклассницы, но и красотки из параллельных классов, а ты помогаешь какой-то... – он замолкает, будто пытается подобрать слово. – Страшиле, – заканчивает уже другой одноклассник.       Джекс встаёт в ступоре и поглядывает на парня с широко раскрытыми глазами. – Че ты там вякнул? А ну повтори!       Но тот быстро теряет не только уверенность, но и самообладание тоже: – Да че ты так защищаешь её?! Е-если она тебе безразлична, значит перестань так пялиться на неё! Все это подтвердят! – он поглядывает на дружков, но те резко отходят назад. – В-вы! Вы сейчас серьёзно?! Вы как стая собак! Вот, кто вы!       Парень стирает пот с лица и продолжает: – Защищаешь её, значит?! Тогда хотя бы веди себя прилично! – он указывает пальцем него, – Краснеешь как девка! – улыбка дрожит, но парень не останавливается и произносит следующие слова с наибольшим удовольствием, – Или ты – девочка, Джекс?       Помни клянётся, что видит, как у Джекса загораются глаза: – Заткнись нахрен! – Джекс берёт двумя руками за воротник «друга» и поднимает вверх, – Ты ничего обо мне не знаешь, чтобы делать какие-то выводы!       Остальные ребята подбегают пытаются его успокоить: – Эй, эй! – один из них неловко постукивает по плечу Джекса, – Тихо, успокойся! Нам просто стало интересно! Тебе же всегда было похуй на тёлок!       Джекс поворачивается к нему через плечо, но с таким взглядом, что парень отбегает назад, больше не говоря ни слова. Его товариц подходит, продолжая: – М-мы же не хотели вывести тебя из себя! Ты наш друг! – школьник показал рукой на всю компашку, неловко улыбаясь.       Джекс оглядывает его с головы до ног и отпускает руки. За пару секунд он вновь надевает «маску» и словно теряет интерес к ним. Зрачки увеличиваются, а его улыбка становится более устрашающей, но в то же время до боли бесчувственной. – Как закончатся уроки – я тебя убью. – Джекс отворачивается и идёт по коридору в класс.       Он закинул руки за голову, выглядя при этом не очень-то непринуждённо. До Помни не сразу доходит, что он сейчас увидит её, и она бежит со всех ног с того проклятого места. Она чувствует, как колотится сердце внутри. Когда девушка добегает до своей парты, она старается выглядеть расслабленно. Рагата что-то встревоженно ей говорит, но в ушах как будто вата. Помни невпопад кивает и неловко улыбается, надеясь, что её подруга сейчас быстро потеряет к ней интерес и отстанет.

***

      А урок литературы проходит как обычно. Это было приятно – просто сидеть и даже не следить за тем, где учительница читает. За одиннадцать лет школы начинаешь уставать от Пушкина и всего того, что с ним связано...       Когда урок закончился, вставать и куда-то идти, честно говоря, не хотелось. Помни опустила голову на парту и полежала так пару минут. Следующий урок, к счастью, последний. История. – Помни, пойдём? – Рагата с надеждой в голосе подала Помни руку.       Она не хотела оставлять Рагату. За последние дни только она вела себя по-человечески по отношению к ней. Она не может отдалить от себя ещё и свою единственную подругу. Выбор был очевиден. – К-конечно! – Помни улыбнулась, шмыгая носом.       Девочки встали у подоконника. Рагата что-то увлекательно рассказывала, размахивая руками, но потом, видимо, почувствовала, что с её подругой что-то не то. – Эй... – Помни оторвалась от мыслей и удивлённо посмотрела на девушку, ожидая продолжения, – Если тебе когда-нибудь понадобится помощь... Или если тебе будет не с кем поговорить – я рядом.       Это было так приятно. И если подумать, то Рагата делает именно так, как и сказала – она всегда «здесь», она всегда готова поговорить, кажется, даже если у самой будет плохой день. Это была особенность Рагаты. Она была готова жертвовать собой, лишь бы человек был счастлив. Помни грустно улыбнулась подруге и отвела взгляд. Мысли снова забились той компашкой девочек и Джексом. Особенно Джексом. «Он сказал, что я выгляжу жалко! Но тогда, если я ему так противна, он мог бы просто пойти мимо и не помогать мне. Что это был за акт помощи? И... Было ли это помощью, или он сделал это, чтобы поиздеваться?», Помни провела рукой по лицу, вздыхая, «Я слишком много думаю. Но я просто не могу поверить, что он на самом деле сделал это из-за жалости. Я совсем не знаю Джекса, но это просто странно. Возможно, я стараюсь не обращать внимание на его плохую сторону и стараюсь верить в лучшее...»       Помни становится свидетельницей того, как Джекс вприпрыжку подбегает к Рагате, явно намереваясь что-то сделать. – Оу, Раги! Твоя причёска испорчена! – он быстро проводит по волосам Рагаты, над которыми она так старалась утром. Теперь они выглядят откровенно нелепо и торчат во все стороны, – Какая печаль! Кто посмел испортить твою причёску?.. – Джекс! – Рагата реагирует молниеносно и смотрит на него так, будто готова убить.       А помни лишь думает: «Да. Я точно стараюсь не обращать внимание на его плохую сторону.»       На истории было тихо. А всё дело в том, что весь класс настолько устал, что даже самые болтливые одноклассники лежали на парте и молчали, лишь иногда выкрикивая едкие фразы. По всей школе этот учитель получил прозвище «сумашедший». Сейчас он объяснял тему монотонно, не торопясь. Но в груди Помни всё равно чувствовалась тревога. Она наивно верила, что здесь всё будет по-другому. Но, как оказалось, этого недостаточно. Обстоятельства могут повернуться таким образом, что хочешь-не хочешь – а ты уже главный изгой класса.       Со звонком класс быстро опустел. Даже Рагата куда-то убежала. Хотя нет. Она, вроде как, говорила, что ей сегодня на спорт... Лошади какие-то... Скачки...       Помни осталась лежать головой вниз. Дома будет также одиноко. Возможно, хуже. Может, уехать? Бросить все вещи, взять только документы и маленький чемоданчик, и уехать за границу. Правда уже там будет проблема в виде языкового барьера... Но с новейшими технологиями это не проблема! Море, песок, надувной круг! Солнце будет светить так ярко, что очень быстро появится загар. Помни бы надела голубой купальник в полоску и пошла купаться. Она бы сняла домик в пяти минутах от пляжа. Так намного лучше! А из проблем будет только то, какое мороженое съесть сегодня... А потом... – Вы уснули?       Голос учителя прерывает мысли, заставляя вернуться в унылую реальность. Помни отворачивается и произносит одними губами «нет». Учитель посмеивается, присев за парту к девушке. – Тогда почему Вы не пошли домой? Все ученики, кажется, настолько хотели побыстрее уйти, что разнесли кабинет.       Помни принимает сидячую позу и наконец-то смотрит на него. Он улыбается, но кажется, что только глазами. Они немного косят, но это не портит его образ. Напротив, они выглядят как его изюминка. На них расположены очки, которые он постоянно поправляет средним пальцем. Волосы короткие, русые. У него узкая, худая фигура. Хотя Помни ловит себя на мысли, что он выглядит болезненно худым. На нём белая рубашка и сиреневые брюки. Всё сидит идеально, не торчит ни одной ниточки. Помни запоздало вспоминает, что задержала его: – Простите... Я сейчас уйду.       Но учитель наоборот не торопится её выгонять: – Вы хотите посмотреть на мою коллекцию насекомых? – он наклоняет голову набок. – О. Эм... Я не большой любитель насекомых...       Не скажет же она, что до жути боится даже божью коровку? Помни уже собирается вставать, как вдруг учитель произносит следующие слова на выдохе: – Я тоже их не люблю.       Девушка видит, как мужчина задумывается о чём-то. Словно кого-то вспоминает. Она решает поддержать разговор и садится обратно: – А Вы..? Эм... Вы... – Помни чешет голову, пытаясь вспомнить имя учителя. – Я – Королёр. – теперь же мужчина погрузился в свои мысли с головой и закрыл глаза, тяжело дыша.       Помни замечает, как после он складывает руки в замок и смотрит туда. Приподнявшись, в глаза бросается кулон с изображением милой женщины. Кулон выполнен в виде бабочки. Маленький, совсем незаметный. Королёр продолжил, по-доброму усмехаясь: – На самом деле, я терпеть не мог насекомых. Но моя жена... – он замолчал, переводя дух, – Моя жена их просто обожала. Она изучала этимологию и была такая изобретательная. Мы весело проводили время вместе. Мне казалось, что у нас всё замечательно... – Королёр снимает свои белые перчатки и убирает слезу со своего глаза указательным пальцем, – Благодаря ей я полюбил насекомых. – А... А у тебя... Была жена? – Да... Была, – грустно посмеивается учитель.       Мужчина приобнял Помни. От него исходило тепло, и она ощущала, будто оказалась дома. – Я понимаю, как ты себя чувствуешь в этой школе. Иногда всё кажется... Бессмысленным.       Помни вздыхает: – Да... – Но это не так. Если с тобой люди, что заботятся о тебе... – Королёр поворачивается к Помни и убирает кулон в карман своих брюк, – Хорошие воспоминания способны на многое. Именно... Именно этому меня научила моя жена.       Помни внимательно слушает. Она даже не задумывалась, что их учитель имеет такую... Трагичную историю. Он продолжает: – Не позволяй никому забрать огонь из твоих глаз. И дорожи теми, кто тебе важен... Никогда не знаешь, когда их не станет. – девушка сочувствующе смотрит, – Запомни это, Помни. Пожалуй, худшее, что ты можешь сделать в этом мире – это заставить человека думать, что он никому не нужен и не любим. – Я рада, что вы... Тут.       Они молчали какое-то время, пока Помни не прервала молчание: – День за днём... Я будто проживаю день в аду. – она всхлипывает и закрывает лицо руками, дрожа. – Может быть, когда ты начнёшь отстаивать своё право здесь находиться, право на то, чтобы жить нормальной жизнью, всё изменится. – Королёр размахивает рукой в воздухе, словно пытается что-то показать. – Я не очень-то... Сильна... В отстаивании своих границ, – девушка поворачивается к учителю, пока из глаз всё ещё льются слёзы.       Он посмеивается и говорит совершенно спокойным голосом, как будто следующие слова – и есть ключ к разгадке: – Тогда... Давай постараемся не думать об этом?       Помни улыбается и, заряжённая мотивацией, встаёт со стула и берёт свой рюкзак. А Королёр принимается поливать цветы. Но уже на выходе девушка что-то вспоминает и поворачивается обратно: – О, эм... Уже завтра... Вы не вспомните наш разговор? И сново станете... Психом?       Мужчина продолжает стоять спиной и отвечает: – Ты можешь заходить сюда в любое время после уроков. Темнота... Она успокаивает. Я буду здесь ждать тебя.       Заверив Помни, что он никуда не уйдёт, она бежит довольная домой. Никто, никогда и ни за что не поверит ей, если она скажет, что разговаривала с Королёром, и он, к тому же, не вёл себя как сумашедший.       Когда девушка пришла домой, она села делать уроки. Ну, а у кого в начале года не было желания учиться на одни пятёрки? А уже перед сном она написала Рагате, с просьбой прогуляться на днях. Помни ни за что не упустит шанс на дружбу. Все эти дни ей казалось, что она недостаточно благодарна подруге... Вообще на всё. Уже в кровати в мыслях пронеслось: «Никто не испортит завтрашний день». Но Помни осеклась: если она не будет что-то делать со своей жизнью, всё останется как прежде.       Пора что-то менять.