Никто не узнает

      «Любопытство кошку сгубило», но она не кошка, взгляд живёт своей жизнью.       Белые руки стягивают футболку, лопатки сходятся, очерчивая спину и переходя в линию под ткань джинс. Бюстгальтер чёрный — на вид мягкий. Ина любуется, не в силах отвернуться. И она это не делает, даже когда Яна смотрит на неё в ответ — неловко, но в едва заметном изгибе губ и глазах чувствуется желание, которое никто не осмеливается озвучить.       Она не вставала. К ней уже подошли, впритык, колени по обе стороны от голых бёдер. Разогретые после тренировки тела прижались одно к другому, под ладонями ощущался жар мягких плеч. Яна распустила светлые волосы, волнами упавшие за спину. Мелкие пряди коснулись рук Ины, и вот это послужило сигналом — она припала к чужим губам, розовым и сухим от частого покусывания во время практики, и давление в ответ ошеломило. Затылок упёрся в стену, она шумно выдохнула, слух притупился: тонкие пальцы зарылись поверх ушей.       Молодые и неопытные, они двигались в чистом желании разрядки. Дверь раздевалки не заперта, и это заставляло действовать быстрее. Ина спустилась к пуговице её джинсов, неуклюже и не с первой попытки обнажая живот. Рука скользнула по горячей коже, чувствуя напряженные мышцы, поднимающиеся и опускающиеся в такт дыханию. Девушки отстранились, всего на секунду. Ина разглядела зелёные крапинки в оленьих глазах, и в них больше не было прежней невинности. Она видела складку между тонких бровей и поняла, что останавливаться нельзя, иначе всё закончится — стыдно и резко. Яна и сама это понимала, и прильнула первая, вжимаясь ещё сильнее и настойчивее.       Рука нащупала ткань трусов, проникла под резинку и спустилась ещё ниже. Пальцы нашли клитор. Яна задышала жарко и отрывисто, ладонь коснулась одетой груди, сжалась вокруг неё. Ина продолжала — пальцы намокли, скользя вокруг, и сама упёрлась бедрами в скамью, двигаясь вперёд-назад в поиске давления.       Яна поцеловала её в шею, кожу потянуло. Она почувствовала цветочный запах волос, вдохнула глубже, левой рукой придвигая голову ближе. Яна раздвинулась шире, и Ина ощутила желанное давление — сначала через хлопок, потом точь-в-точь, и не выдержала — склонилась вперёд, из-за чего обе чуть не упали — одним предплечьем удерживала чужой вес. Яна выпустила её шею, и рука легла на талию под футболкой, сильно сжимая и двигая бедрами поверх пальцев. Она застонала, слишком громко, и затряслась.       Звук всё ещё отдавался в ушах, и через пару мгновений по телу прошлась волна удовольствия. Ноги упёрлись в кафель, нос уткнулся ей в ключицы.       Ина тяжело дышала. Она боялась прерывать момент первая. Стоит двинуться, и вся магия исчезнет, придется столкнуться с реальностью, к которой они обе не готовы. Только вот долго думать не пришлось — Яна выпустила руку из-под ткани её трусов, всю мокрую, и за рёбрами потяжелело. Ина снова вгляделась: круглое лицо с мягкими чертами, пухлые губы, нос-пуговка, крашеные ресницы, милые глазки, одним словом — красавица. Множество друзей, здоровая семья.       Она могла бы целовать её каждый день.       Яна попыталась слезть, но Ина обхватила бёдра вокруг поясницы.       Она испортит её, и никто не узнает.       Никому и не нужно знать.