Запечатанная Любовь

В кафе я распрощался со всеми деньгами, что было очень печально. Наруко ела за двоих, а то и за троих. — Ты не боишься потолстеть? спросил я, глядя в свой пустой кошелёк. Девочка поперхнулась, а после возмущённо посмотрела на меня. — Дурак! Нельзя же так говорить! И вообще, я много тренируюсь, так что не потолстею! обиженно надула она щёки, глядя на меня. — Ну ладно, ладно, не дуйся. Лучше расскажи что-нибудь про себя. Нужно было узнать о ней побольше. — Хммм… Ну, я учусь в академии, много тренируюсь и вообще скоро стану самой сильной и стану Хокаге! — торжественно воскликнула девочка, подняв ложку вверх, словно это был символ её будущей власти. «Что, серьёзно? Хокаге?» подумал я. Мда уж, ну и дела. И почему я раньше её не видел в академии? Может, она учится в другом классе? Хотя академия вроде одна на всю деревню… — Ну и ну, я тоже учусь в академии, но тебя там не видел, сказал я. Девочка вздрогнула и посмотрела на меня с опаской. Неужели соврала? — Ну знаешь… я недавно поступила, может поэтому? ответила она, быстро отводя взгляд. Дальше она ловко перевела разговор на другие темы, прыгая с одного на другое. Но даже так было удивительно весело просто поговорить с кем-то вот так — почти как с другом. Главное — не привязываться слишком сильно. Я всё ещё помнил, кто такие люди… Следующий месяц наши встречи стали регулярными. Наруко находила меня «совершенно случайно» в самых разных местах деревни. А потом узнала, где я живу, и начала приходить ко мне домой, словно к себе. Я был не то чтобы против, но старался держать дистанцию. Не хотел привязываться. И всё же… она заняла маленькую, но тёплую частичку моего сердца. Она была такой открытой, яркой и весёлой — будто не знала, что такое грусть. Может, мне просто нравилось, что в ней было что-то от меня прежнего? В любом случае, она пробила мой щит отчуждённости и закрытости, который держался больше четырёх лет. — Эй, Наруто! Чем займёмся сегодня? это были первые слова, которые я услышал, открыв дверь своего дома. — Какого… Кхм. Что ты тут делаешь и как вообще вошла?! — Ну я же ниндзя! Это секрет! самодовольно заявила эта нахалка, уперев руки в бока. Я огляделся и заметил открытое окно. — Пфф, понятно-понятно… Кстати, почему ты не в академии? — Ааа… нууу, я её прогуляла… она сделала такой невинный взгляд, что я едва не рассмеялся. — Что я тебе говорил про это? раздражённо спросил я. Сколько раз уже повторял. — Да ну эту академию! Там скучно, и вообще мне там не нравится! Я тяжело вздохнул, но уже без настоящей злости. С ней было сложно долго сердиться. Я почесал затылок и, наконец, сдался: — Ладно, сегодня академию прощаем. Но только сегодня. Пойдём гулять, раз уж ты здесь. Глаза Наруко загорелись, как два маленьких солнца. — Правда?! Урааа! она тут же схватила меня за руку и потащила на улицу, даже не дав мне нормально закрыть дверь. Мы бродили по Конохе почти до самого вечера. Сначала просто шли по центральной улице, потом свернули к небольшому мостику у реки. Наруко то и дело показывала пальцем на всё подряд: — Смотри, смотри, там кот! Он такой толстый, прям как я после рамена! — Ты же сказала, что не потолстеешь, подколол я. — Эй! Это другое! она шутливо толкнула меня плечом и засмеялась. Её смех был заразительным, звонким, будто колокольчик. Мы нашли большую поляну за тренировочными площадками. Наруко тут же придумала игру: кто дальше кинет камень в реку. Конечно, она жульничала использовала чуть-чуть чакры, чтобы камень летел дальше. Когда я её поймал на этом, она вместо оправданий просто громко рассмеялась и побежала от меня, крича: — Догони, если сможешь, лентяй! Я догнал её легко, подхватил на руки и покрутил. Наруко визжала от восторга, болтая ногами в воздухе. — Отпустиии! Я же Хокаге буду, меня нельзя так просто крутить! — Ага, будущий Хокаге, а сама академию прогуливает,  фыркнул я, но поставил её на землю аккуратно. Она надулась на секунду, но потом вдруг схватила меня за руку и потянула к большому дереву. — Давай посидим здесь! Я тебе секрет расскажу. Мы забрались на толстую ветку. Наруко болтала ногами и тихо, почти застенчиво сказала: — Знаешь… с тобой мне веселее всего на свете. Даже когда ты меня ругаешь за прогулы. Ты такой добрый и хороший знаешь когда я стану хокаге ты будешь моим заместителем!  — Заместителем? — я невольно усмехнулся. — Ну ты и загнула. Давай сначала академию закончишь, а уже потом о должностях думать будешь. Наруко только фыркнула и легонько стукнула меня кулаком по плечу. Мы ещё немного посидели на ветке, пока солнце не начало садиться. Потом я проводил её до окраины квартала, где она обычно исчезала с громким «До завтра!». На следующий день она появилась у меня ещё раньше обычного. Я только успел позавтракать, как услышал знакомый стук в окно. На этот раз она даже не стала ждать, пока я открою — просто влезла внутрь с довольной улыбкой. — Доброе утро! — громко заявила она, приземляясь на пол. — Сегодня я готова учиться! Честно-честно! Я приподнял бровь. Обычно такие заявления от неё заканчивались тем, что через десять минут она уже предлагала «пойти куда-нибудь повеселиться». — Учиться, говоришь? Хорошо. Сегодня займёмся фуиндзюцу. — Фу… чем? — Наруко наклонила голову, явно услышав это слово впервые. — Фуиндзюцу. Техника запечатывания. Очень полезная штука, если научиться ей правильно пользоваться. Я достал чистые свитки, кисточки и специальную тушь. Мы сели за низкий столик в главной комнате. Я начал объяснять самые основы: как правильно держать кисть, как вести линии, чтобы чакра равномерно распределялась, и простейшие запечатывающие формулы. Наруко сначала сидела довольно бодро, даже старательно повторяла за мной движения. Но уже через пятнадцать минут её ноги начали беспокойно ёрзать под столом, а взгляд то и дело убегал в окно. — …и вот здесь важно не прерывать линию, иначе печать просто развалится, — продолжал я спокойно. — Попробуй сама. Она взяла кисть, высунула кончик языка от усердия и начала выводить символ. Получилось криво, с дрожащими линиями. Наруко посмотрела на результат и громко вздохнула. — Это же ужасно… — пробормотала она. — У тебя такие ровные, а у меня как будто пьяный червяк ползал. — Нормально для первого раза, — ответил я. — Главное — терпение. Давай ещё раз. Она кивнула, но я видел, как ей тяжело. Наруко была человеком действия. Ей хотелось бегать, прыгать, драться, а не сидеть часами и выводить аккуратные линии. Тем не менее она упрямо сжала губы и снова взялась за кисть. Я наблюдал за ней краем глаза. Она действительно старалась. Иногда хмурилась, иногда тихо бурчала себе под нос «ещё чуть-чуть…», но не вскакивала и не предлагала бросить всё это. В какой-то момент она даже высунула язык сильнее, когда особенно сосредоточилась. — Смотри! — вдруг воскликнула она через полчаса и гордо подвинула свиток ко мне. — Вот! Почти ровно! Я посмотрел. Действительно, уже лучше. Линии были ещё неровными, но уже не «пьяный червяк», а вполне узнаваемая простейшая печать. — Неплохо, — кивнул я и слегка улыбнулся. — Видишь, когда сосредотачиваешься — получается. Наруко просияла от похвалы, но уже через секунду её энергия снова начала бурлить. — А можно теперь… ну, немножко потренироваться на практике? — спросила она, умоляюще глядя на меня. — Например, запечатать что-нибудь? Ну хоть яблоко! Я усмехнулся. — Ладно. Но сначала дорисуй вот этот участок. А потом попробуем. Она тяжело вздохнула, но послушно вернулась к свитку. Я заметил, как она иногда украдкой потягивается или качает ногой, но всё равно остаётся на месте. Это было… мило. Видеть, как эта неугомонная девчонка заставляет себя сидеть и учиться только потому, что я попросил. Через какое-то время я встал, принёс два яблока и поставил одно перед ней. — Давай. Попробуй запечатать его простой удерживающей печатью. Чтобы оно не испортилось хотя бы пару дней. Глаза Наруко загорелись. Она схватила кисть с новым энтузиазмом. Конечно, первая попытка провалилась — печать мигнула и исчезла. Вторая тоже. Но на третьей попытке яблоко мягко засветилось слабым синим светом и печать стабилизировалась. — Получилось! Получилось! — она вскочила и начала прыгать по комнате. — Я запечатала яблоко! Я — гений фуиндзюцу! Я рассмеялся, глядя на неё. — Гений — это громко сказано. Но прогресс есть. Молодец. Я потрепал ее по макушке.