Пока лес дышит

Выходя из своих воспоминаний, неосознанно дотрагиваюсь до камня, висящего на груди. Кулон, который я берегу как зеницу ока на протяжении уже нескольких лет. Пальцы задержались дольше, чем нужно. Приятная от камня прохлада впиталась в руку, а я, в очередной раз задалась вопросом, ответ на который уже не получу. — «Почему ты так резко решила мне его подарить, если его нельзя было даже трогать?» — Спросив саму себя, я снова окунулась в воспоминания, сильнее сжав камень. Маленькая девочка, около пяти лет, в серых штанишках и темно-зеленой вязанной кофточке, стояла перед старинным шкафом, оценивая габариты. Он был слишком большим. Слишком тяжелым для нее. Она давно заприметила достаточно крупный камешек, пестрящий разными цветами, словно внутри него что-то медленно двигалось. Он мирно лежал на полке, скрытый от детских глаз. Добраться до него было проще, чем казалось, благо существуют табуретки. Дерево скрипнуло под напором веса девочки, она потянулась. Коснувшись, взяла в маленькие ручки и ощутила приятную прохладу, всасывающуюся прямо под кожу. Быстро и глубоко. Она улыбалась, радуясь своему достижению, прикладывая камешек к щеке, тем самым охлаждая горящую часть кожи. Дверь открылась слишком тихо, женщина стояла в проходе уже какое то время, молча наблюдая. — Мэй. — Позвал спокойный голос. Девочка дернулась. — Разве можно трогать чужие вещи без спроса? — С легким недовольство спросила та, подходя к внучке, стоящей на табуретке у шкафа. Рука мягко легла на макушку девочки, но пальцы задержались чуть дольше. Женщина протянула руку, давая понять, чтобы девчонка вернула камень, внимательно следя за движениями. Маленькая Мэй надула губки, с грустью в глазах глянув на фиолетовую драгоценность. — Можно я с ним чуть-чуть поиграю?.. — Стеснительно спросила девочка, прижав камешек к другой щеке и щенячьими глазками посмотрела на бабушку. Женщина смотрела на нее в ответ. Долго. Слишком долго для такого простого ответа. — Нет. — Отрицательно покачав головой, указала на свою руку, напоминая. — Дорогая, это не просто камушек, это аметист. — Она аккуратно забрала камень. — Ты можешь его разбить. — Голос стал мягче. — Пойдём лучше погуляем у дома? — Положив драгоценность на место, спросила женщина, вновь дотронувшись до волос девочки. — И больше его не трогай. — Добавила она, прежде чем отвернуться, возвращая голосу былую строгость. Я хмыкнула, возвращаясь в реальность. Сжав в ладони кулон, я преложила его к щеке. Как в детстве... Как в тот день. Показалось, кожа отозвалась быстрее, чем должна. — «Ну конечно, я же была совсем маленькая.» — Размышляла я, смотря пустым взглядом на холст перед собой. Мне нужно выполнить три практические работы, а конкретно — три пейзажа акрилом. Зря я благополучно откладывала данное занятие, списывая все к тому, что это "легко" и "быстро", но теперь же, мне предстояло выполнить это в ближайшие два дня. Бессонные ночи, боль в голове и затекшие руки... Тяжело вздохнув и покрутив в руке карандаш, продолжила испепелять холст, воображая композицию, которую буду переносить на белое полотно: Тихий уголок леса? Живые деревья, пропускающие лучи солнца, медленная речка, в которой монотонно плывут опавшие листья. Заросшая тропинка, ведущая к одинокой и старой лавочке. Или лучше бескрайнее море? Спокойное, почти методичное путешествие. Легкая рябь на толще воды, играющая с лучами солнца. Одинокий парусник, двигающийся по течению воды. Или может теплое воспоминание деревенского лета? Густая луговая трава в перемешку с полевыми цветами, светло-голубое небо, говорящее о приятной погоде. Небольшой старенький и одинокий домик, наталкивающий на ностальгию. Перебирая в голове варианты, я и не заметила как запустила карандаш в рот, покусывая твердую поверхность с каждой новой мыслью сильнее и сильнее. Треск. Ощущение на языке древесной нити и пыльный привкус заполнил рот. — прекрасно... — Я поморщилась, рассматривая слегка разбухшую древесину. Местами облупившиеся краска, с едва заметными вмятинами от зубов. — Ещё один карандаш в коллекцию... Пора что-то делать с этим, а то до звания «бобра» осталось совсем немного. — Я усмехнулась, но улыбка не задержалась. Вернув мысли к домашнему заданию и приняв решение в пользу деревенского лета, я принялась наносить референс. Я не думала, рука двигалась почти сама и набросок лег слишком быстро. «Раньше было проще...» Мысль пришла сама. И покидать голову не собиралась, наоборот, складывалась в монолог. — «Раньше, я так горела этим делом, а сейчас, любое творчество дается с трудом... м-да, однотипная жизнь надоедает быстро... Учеба. Домашнее задание. Работа. Сон. И так по кругу.» После уезда близкой подруги, жизнь в действительности стала скуднее. Редкие прогулки, в основном до колледжа или на работу. Редкие звонки с Линой. Взрослая жизнь не радовала, забирая себе остатки подросткового времени, плавно перетекающая в кризис двадцати лет. Переходя к цвету, краска легко ложилось на холст, окрашивая траву в ярко-зеленый оттенок. Я задумалась о детстве. В далеком детстве мир был таким ярким, большим и неизвестным. Казалось, что дни ощущались больше, эмоции ярче, а страхи — честнее. — Раньше было проще. — Повторила я сама себе. Ты не думаешь о будущем как о чем-то обязательном. Оно где-то есть, но не давит. Беззаботные дни, первый социальный контракт, искренний смех, догоняющий позади играя в салочки. Вскоре и это начинает трескаться, не сразу, ты постепенно взрослеешь, живешь от дня ко дню, от лета к лету, от маленьких радостей к ещё меньшим. Даже день рождение больше не ощущается чем-то волшебным. Обычный день, такой же как и остальные. А потом и вовсе появляется ответственность, выбор и последствия. Экзамены, выбор профессии, требования. Ты все ещё тот же человек, но уже начинаешь замечать: усталость без причины, тревогу без событий и мысли, которые трудно выключить. Ты уже не ребенок, но и взрослым себя не чувствуешь. И вот ты здесь. Очередной день рождения, двадцать лет, юбилей. Приходит кризис, который редко называют вслух. Тихий, почти не заметный, но ты понимаешь, что: никто не придет "разрулить", решений больше, чем сил, время идет быстрее, чем ты успеваешь осознать. Ты понимаешь, что детство не вернуть. Не потому, что его забрали, а потому что ты из него вырос. И тут приходит ностальгия, пожирающая разум. Ты скучаешь не по событиям, ты скучаешь по ощущениям, что всё ещё впереди и всё можно не сейчас. Понимаешь, что это свойственный процесс, обычная биология. Дети — взрослеют, взрослые — стареют, необратимый круговорот жизни. Я продолжала рисовать, уходя все глубже в сознание. Пальцы не слушались, но я не останавливалась. Я подняла взгляд. 07:07. — чего?... — Спросила я в пустоту. Казалось, прошло всего минут десять. Я не помнила, как пробежало время, но посмотрев на холст удивленно ахнула. Картина практически закончена, оставалось совсем немного штрихов до завершения: Буквально несколько бликов на окнах дома, отражающие лучи солнце и парочка ярких листьев на деревьях. Ночь прошла быстро за тонной работы и философского монолога. Свалившись на кровать, облегченно вздыхаю, ощущая как расслабляются мышцы. Руки затекли, находясь все время навесу. Ноющая боль в спине стреляет от резких движений, голова гудит. Но хуже всего было не это. Мысли, которые невозможно перебить даже музыкой или фильмом, продолжали двигаться в танце. Я закрываю глаза. Сон, на удивление подкрался быстро. Тишина. Плотная и слишком громкая захватила разум.