НеОдинокий Зуко

      Изгнанный принц устало сжимал поводья страусиной лошади, то и дело поглядывая на яркое солнце, чьи лучи прожигали насквозь не хуже кипящей злости внутри. Зуко помотал головой и тихо вздохнул, надеясь, что выжженная земля с редкими кустарными деревьями и пыльная дорога скоро приведут его к деревне или небольшому городку.       Когда солнце начало клониться к закату, на горизонте замаячил город — одна из последних колоний народа Огня на территории царства Земли. Зуко плотно сжал челюсть, прокручивая в памяти нещадное объявление в розыск с его портретом, но пощупав бурдюк и допив до дна всю воду, принц принял решение заехать в город, иначе он вместе с страусиной лошадью попросту сгинет от голода, жажды и неумолимой жары. Приблизившись к воротам, он плотно замотал лицо дырявым тряпьем и спешился. В кошелке осталось несколько серебряных и медных монет.       Город оказался небольшим, но крайне бедным, несмотря на статус колонии народа Огня. Судя по заброшенным полуразрушенным постройкам и следам пожаров, сюда регулярно наведывались маги Земли, пытаясь отбить город, но солдаты народа Огня успешно отражали их атаки. Горожане двигались медленно, в их одеждах угадывалась символика народа Огня, но красные ткани были настолько жалки и бедны, что Зуко стало не по себе. Увидев, что не все жители столь скудно одеты, ему почему-то стало легче. Его сердце всегда сжималось от горечи и страданий его народа, только он не всегда распознавал это чувство, списывая его на раздражительность от окружающего мира.       Привязав страусиную лошадь к столбу, он отправился на крытый рынок. Он шумел и гудел, несмотря на конец дня. Прилавки подсвечивались оранжевато-розовыми лучами, товары блестели, а от только что приготовленных огненных хлопьев исходил пар. — Покупайте свежую морковку! Покупайте морковку! — кричал мальчишка звонким, еще несломавшимся голосом. — Морковка! Свежая морковка!       Он оглядывался по сторонам, пытаясь завлечь к своему товару как можно больше людей, но, горожане то ли сами выращивали овощи, то ли морковь никому не была нужна. Зуко не обратил бы внимание на этого мальчишку, если бы в то же мгновение к нему не подошли люди в буро-зеленой одежде с хмурыми и недовольными лицами. — Опять ты! — выплюнул один из мужчин, глядя на мальчишку. — Убирайся отсюда!       Мужчина толкнул прилавок с морковью, что она чуть не рассыпалась. Мальчишка схватился за нее тонкими слабыми руками и не позволил рассыпаться по пыльной земле. — Я кому сказал? — грозно спросил мужчина, щурясь. — Огненное отродье. Проваливай. — Мы здесь живём, — ляпнул мальчик. — Также, как и вы! — Также, как и мы?!       Злоба захлеснула мужчину, он подал знак своим соратникам и те, ловко перепрыгнув через прилавок, схватили мальчишку. Он заерзал, начал брыкаться, бить мужчин ногами, но они даже не шелохнулись, словно настоящие камни. — Морковку я заберу, — улыбнулся главный. — А ты не смей больше сюда являться. Живи под крышей своей огненной шлюшки!       Они все залились громким, звонким смехом, но не собирались отпускать мальчишку. Зуко не выдержал и счёл должным вмешаться. — Оставьте его в покое, — строго произнес он, потянувшись к ножнам своих палашей. — А ты еще кто? Бродяжка! — еще сильнее засмеялся главный, не замечая оружия за спиной у Зуко. — Проваливай. Или ты еще одна огненная скотина, портящая нам жизнь?! — Огненная скотина? Ты живёшь в колонии народа Огня, имей уважение! Или, как я вижу, ты даже понятия не имеешь, что это такое. — А ну-ка, — он повертел губами, разглядывая с ног до головы хамоватого незнакомца. — Еще раз повтори. — Боюсь, что скотина здесь только одна — и это ты, — продолжил Зуко и молниеносно достал палаши. — Проучим этого чужака, — скомандовал главный и его соратники тут же кинулись к нему, бросив мальчишку в его же прилавок с морковью.       Он отряхнулся и начал собирать морковку в мешок, понимая, что сегодня ему уже не представится возможность продать хоть что-то. Он спрятался под прилавок, испугавшись начинающейся драки, и стал тихо наблюдать, осторожно выглядывая внизу.       Зуко, несмотря на усталость, вкупе с голодом, сражался ожесточённо, словно они задели его самого, а не морковного мальчишку. Он отбивался от всех ударов, умело защищался и шёл в атаку, раня соратников главного, тогда как он, лишь презрительно наблюдая, запустил груду камней в чужака. Зуко больно упал на спину и почувствовал жгучую боль в районе лопаток. Ему повезло, что они не продолжили его бить, услышав приближение оставшихся в городе парочки солдат народа Огня.       Он остался лежать на земле, то и дело сетуя на себя, выпуская тончайшие нити пара из пальцев, что ввязался в драку. Пыль застилала глаза и вела к отчаянию, смешанному с гневом и яростью внутри, словно принц оказался в клетке из собственных противоречивых чувств. — Всё в порядке? — уточнил молодой солдат, словно всё, что произошло, было обычным делом. — Всё в порядке. Опять Рун приходил со своими пугать Тору, — ответил свидетель происшествия, пожилой торговец с соседнего прилавка.       Тору тотчас же подбежал к Зуко и осторожно помог ему подняться с земли. Мальчишка внимательно посмотрел на него, пытаясь понять, кем он был — человеком Огня или Земли, но из-за плотно завязанной ткани на лице, не смог разглядеть его черты. — Вы мне очень помогли мне, — сказал Тору. — Рун часто кошмарит нас, а солдаты бессильны против его банды. Сейчас еще ничего. Но вам спасибо. Очень большое спасибо. — Солдаты не связываются с Руном, — продолжал болтать торговец. — Кажется, он платит им. А нам остаётся терпеть. — Не благодари, — сухо ответил Зуко, поднимаясь и с презрением глядя на торговца.       От его умозаключений он, казалось, разозлился еще сильнее. Бандиты царства Земли платили солдатам народа Огня? Это попросту немыслимо, чтобы обученные воины, охраняющие колонии своей честью и долгом якшались с бандой Руна, еще и охотились за его подачками и плевали на свой народ. Торговец — глупец и сплетник. — Нет, я хочу отблагодарить! Я живу в поместье Сирэи, пойдёмте я вас угощу хотя бы морковкой, — Тору быстро отбежал к своему прилавку и продолжил складывать оставшуюся морковь в мешок, затем погрузил его на небольшую телегу и вернулся к Зуко, когда тот был не в силах отказаться от предложения. Спина ныла, живот предательски урчал, и медленно наступающая ночь не сулила ничего хорошего. — Ваша страусиная лошадь? — уточнил Тору, заметив, что Зуко подошел к ней и стал отвязывать от столба. — Милая. У нас как раз есть стойло.       Они подошли к поместью, когда уже совсем стемнело. Из-за боли в спине Зуко шёл слишком медленно, а Тору его особо и не торопил, видя состояние своего спасителя. Они прошли через ворота, и даже на них Зуко обратил внимание: резные, металлические, с национальными узорами народа огня, но неухоженные, с обшарпанной старой краской. Внутренний двор поместья поделили на три части: огород, где выращивали овощи и фрукты, небольшое стойло для скотины и симпатичный сад, по крайней мере в свете луны деревья и цветочки показались изгнанному принцу довольно аккуратными и милыми. — Кто это, Тору? — обеспокоенно спросила молодая женщина в старой одежде, оглядывая мальчика. — Кого ты привёл? — Он спас меня от Руна и пострадал. Ему нужна помощь! — честно признался мальчик. — Мама, пожалуйста, я обещал его отблагодарить. — А морковь ты продал? — На десять медяков. — У нас останется всего два! — вздохнула она, с сожалением глядя на сына и на половину полный мешок моркови.       Голова раскалывалась, отчего изгнанный принц особо и не стал вслушиваться в диалог матери и сына, но если бы она отказала ему в гостеприимстве, он был готов уйти, несмотря на желание остаться, хотя бы ради пары морковок и крыши над головой на одну ночь. Тору сумел договориться с расстроенной матерью и привёл Зуко в небольшую комнатушку в поместье, явно предназначающуюся для слуг. Мальчик предложил воду для питья и умывания и оставил парочку очищенных морковок с рисом, и оперся на стенку, наблюдая за спасителем. — А как тебя зовут? — Ли, — устало выдохнул Зуко, глядя на воду в пиале. — Снимай платок, что же ты… Или с тобой что-то не так? — У меня некрасивое лицо, — строго произнес Зуко, осознав опасность своего положения. — И хозяйка поместья, верно, будет недовольна, что я здесь. — Она очень добрая, — расстроено ответил мальчик и неловко попятился к двери. — Спокойной ночи. — Спасибо, — кивнул ему Зуко.       Как только Тору ушел, оставив Зуко одного в небольшой каморке, тот сразу же потушил свечи, прежде чем открыть лицо. Если хозяйка поместья узнает его или ее уже известили о том, что он в розыске, то она тут же его сдаст солдатам Огня. Зуко поежился от собственной глупости. Но лучше уж рискнуть и побыть глупым единожды, чем умереть с голоду, избитым бандитами из царства Земли.       Он выпил почти всю воду, оставив лишь несколько капель, чтобы смочить пересохшие губы. Конечно, на мгновение принц почувствовал себя грязной свиньёй, но утолить жажду было важнее, чем мимолетная чистка рук и лица от пыли. Рис и морковь показались ему самым вкусным и насыщенным блюдом, что он ел за последние дни. Может быть, всё не так уж и плохо? Спина отдохнёт, и боль утихнет, и завтра ему удастся спокойно продолжить путь?       На удивление, ему удалось расслабиться, и он утонул в глубоком спокойном сне, не замечая, как взошло солнце и наступил новый жаркий день лета… — Госпожа, прошу, он спас мне жизнь от Руна, поэтому я привёл его переночевать, — отчитывался Тору перед Сирэей, стоя перед домиком слуг, где и была временная комната Зуко.       Он заискивающе смотрел на молодую хозяйку, чьи золотые глаза отливали на солнце блеском драгоценных металлов, а волосы, неуклюже ложенные в традиционную причёску народа Огня суховей гонял то к лицу, то от ее лица. Она с сомнением взглянула на Тору и тихо выдохнула, остановившись перед домиком слуг. Мальчик продолжал с надеждой смотреть на нее, восхищаться ее красивым, грациозным профилем, как и у всех аристократок народа Огня, разве что только она осталась одна в этой глухомани.       Не долго думая, хозяйка поместья бесцеремонно вошла, тихо отворив дверь. Взгляд ее тут же упал на палаши, осторожно сложенные рядом со спящим чужаком, пустая посуда и тряпка, аккуратно лежащая рядом с рукой спящего. Она внимательно посмотрела на его лицо и нахмурилась, увидев уродливый шрам на левом глазу, и тут же вспомнила недавно присланное объявление о розыске двух предателей страны Огня. На мгновение Сирэе показалось, что перед ней живой призрак. Этот молодой чужак оказался уж очень похож на изгнанного принца Зуко.       Она отвернулась не в силах дольше задерживать на нем взгляд. Сердце непривычно сжалось от наблюдения за наследником страны Огня, грязным и израненным, спящим на соломенном настиле, как последний бродяга или очередной разбойник царства Земли. — Позовешь меня, как только он проснётся, — холодно произнесла она, покинув комнатушку Зуко. — Да, госпожа Сирэя.