День, когда Чонхо стукнуло 20.

ㅤВходная дверь с хлопком закрылась, и Чонхо устало прислонился к ней плечом. Сегодняшний день был утомительным, ведь на фоне основного расписания у Чхве был день рождение, причем не простой, мальчишке исполнилось 20. В честь такого знатного события, мемберы целый день без устали поздравляли их младшего с совершеннолетием, а в конце дня собрались все вместе отметить день макнэ за сытным ужином, а также закатили небольшую вечеринку. Чхве был благодарен участникам за проведенное время вместе, но сейчас чувствовал себя совсем убито. Ему бы не помешало расслабиться, принять ванну к примеру, а потом и в кровать... ㅤЗа ужином остальные мемберы тоже чувствовали себя несколько устало, поэтому некоторые из них ушли до окончания праздника. Как ни странно, одним из первых ушёл Уен, чему Чонхо не на шутку удивился, ведь Чон всегда был из тех, кто будет до последнего сидеть на всяких праздниках. К тому же, как отметил про себя макнэ, Уен был не настолько уставшим, как тот же Хонджун, который, несмотря на то, что почти засыпал за столом (ребята ко всему прочему неплохо так выпили), просидел до победного, лишь бы проследить, чтоб все благополучно ушли с ужина и добрались до своих комнат. Чонхо не сильно придал этому значение, потому что на тот момент сам был под градусом и о чем-то оживлённо болтал с Минги. ㅤНо поскольку Уен с Чонхо были соседями по комнате, младшему ещё предстояло встретиться с парнем. В голову ударила мысль, что Чону возможно стало нехорошо, поэтому макнэ, нехотя отлепившись от двери и слегка пошатываясь, прошёл дальше в номер. – Хён, ты здесь? - окликнул старшего Чхве, однако фраза вышла слегка неясной из-за состояния алкогольного опьянения. Несмотря на то, что Хонджун строго настрого запретил Чонхо слишком много пить, макнэ всё равно изловчился напиться так, что доводить его до комнаты пришлось Минги, который под конец посиделки чудесным образом оказался самым трезвым, - Я вернулся.. ㅤФраза прервалась неловким "ой", когда Чонхо запутался в собственных ногах и чуть не грохнулся, вовремя сообразив прижаться к ближайшей стенке. Его дыхание было сбитым, уши горели, ему дико хотелось спать, но он не мог просто завалиться на кровать, не узнав прежде, дошёл ли Уен до комнаты. В номере свет был выключен и стояла такая тишина, что Чхве боялся даже шевельнуться, чтоб её не нарушить. Он несколько минут стоял и вслушивался в эту тишь, чтоб различить хоть какие-либо признаки того, что старший всё же здесь. ㅤВнезапно Чонхо уловил мимолетное движение и интуитивно повернулся на звук, как вдруг чьи-то крепкие ладони прижали его за плечи к стене. Размытым от алкоголя взглядом макнэ различил во тьме черты лица соседа по комнате. – Хён, ты меня напугал.. - облегчённо выдохнул Чхве, расслабившись и откидывая голову назад, тем самым упираясь затылком в стену, - Всё в порядке? ㅤУен не ответил. Он жадно впился взглядом в фигурку парня перед собой. В темноте комнаты Чонхо выглядел ещё симпатичнее, так что Чон просто бесстыдно пожирал макнэ взглядом, не осмеливаясь делать что-то ещё. Чхве же вовсе не замечал голодного взгляда старшего на себе то-ли из-за алкоголя, то-ли из-за того, что в комнате стояла беспроглядная тьма. Он слышал лишь бешено колотящееся сердце и тяжелое дыхание парня, но счёл это на опьянение, ведь на ужине Уен тоже выпивал. Возможно, меньше, чем сам макнэ, но сейчас для Чхве это не имело никакой разницы. – Хён? ㅤНе успел он опомниться, как его ухо обдало горячим дыханием, а своей грудью он почувствовал чужую грудь. Уен прижался к младшему практически всем телом, а коленкой притерся к паху макнэ, заставив того недоуменно пискнуть. – Что ты творишь.. - его фразу прервало бесцеремонное вторжение чужого языка в его рот. Уен целовал с напором и слегка грубо, с каждым мгновением проталкивая язык всё глубже, словно хотел съесть младшего заживо. ㅤЧонхо сперва хотел сопротивляться, он положил ладони на грудь напротив и надавил, но с его губ, прямо в поцелуй, сорвался тихий скулеж, когда Чон прикусил его нижнюю губу, а сам макнэ расслабился, поддаваясь под власть старшего. Он чувствовал руки хёна везде: на груди, на талии, на бёдрах, на шее и эти прикосновения сводили его с ума. Он сам не понимал почему, но ему хотелось, чтоб старший продолжал делать это с ним, продолжал целовать и прикусывать шею, стараясь не оставлять явных следов, ведь на следующий день у мемберов явно появятся вопросы, продолжал лапать макнэ везде, до куда мог добраться, продолжал коленкой притираться к паху, который из-за всех этих прикосновений постепенно начал твердеть. ㅤЧонхо жалобно заскулил, когда Уен резко прервал поцелуй. Губами он инстинктивно потянулся вперёд, чтоб получить ещё, его дыхание было сбитое, тяжёлое, оно вторило тяжёлому дыханию Чона, который поедал взглядом всего макнэ, ладони переместив на стену по двум сторонам от головы Чхве. Младший слегка сполз по стенке, расставив шире ноги и согнув коленки, потому что ноги отказались его держать от слова совсем, ведь в голове протекал уже не только спирт, но ещё и дурманящее возбуждение. – Мне давно хотелось сделать это с тобой, Чонхо-я, - горячо зашептал Уен прямо в губы макнэ, - Знаешь, как мучительно было дожидаться твоего совершеннолетия? ㅤЧонхо чуть ли не застонал от осознания и от того, что его стояк сейчас упирался точно в колено Чону. Он не совсем понимал, почему так возбудился от действий друга, ему ведь должно быть противно, он должен был оттолкнуть Уена ещё как только он зажал его у стенки. То-ли алкоголь так сильно повлиял на сознание парня, то-ли ему действительно нравились эти бесстыдные, развязные прикосновения, эти укусы и поцелуи, это чувство того, что он находился в чужих руках, которые творили с ним невесть что. Чонхо прогибался в спине, хныкал, извивался, стонал, пока Уен умело вылизывал его шею, особенное внимание уделяя этой блядской родинке. ㅤЧхве недовольно замычал, когда вдруг с его тела исчезли все руки, а губы оторвались от полюбившейся шеи. Его сознание было мутным, так что он не сразу уловил момент, когда Уен опустился перед ним на колени. Чонхо понял это только тогда, когда его штаны опустили примерно до щиколоток, а чувствительную кожу бёдер опалило горячее дыхание. – Уён, что ты.. - не успел макнэ договорить, как с губ сорвался новый громкий стон, почти что визг, когда Чон губами прильнул к бархатной коже внутренней части бедра. Здесь он уже не стесняясь кусал и оставлял засосы, помечая почти каждый сантиметр некогда чистой девственной кожи. ㅤЧонхо с каждой секундой всё больше сползал по стенке вниз, теряясь в приятных ощущениях, бёдра слегка подрагивали, ножки дрожали, так что парень рисковал вот-вот грохнуться на пол. Уен заметил это и, не прекращая размашистых движений языка по коже, пальцами впился в бёдра макнэ так, что на следующий день точно останутся синяки, тем самым пригвоздив его к стене. Чхве на подобное застонал в голос, прогибаясь в спине и бёдрами поддаваясь вперед, прямо навстречу юркому теплому языку, который кружил уже в опасной близости к паху юноши. Член макнэ уже заметно наливался, естественная смазка пачкала ткань трусов, которая категорически мешалась, Чонхо захотелось стянуть бельё и начать дрочить себе, чтоб поскорее достичь разрядки, но даже в состоянии опьянения он понимал, что у Уена на него другие планы. Однако Чон не спешил, он издевательски продолжал вылизывать кожу бёдер младшего, оставляя засос за засосом, укус за укусом. Чонхо уже практически плакал от того, как ему было хорошо, но в то же время как хотелось большего. – Х-хён.. - жалобным голосом позвал макнэ, шумно сглатывая слюну. Уен оторвался от своего занятия и поднял взгляд на младшего, - Умоляю, сделай уже что-нибудь.. ㅤЧон на мольбы о большем ухмыльнулся и, взявшись кончиками пальцев за резинку боксеров, решительно стянул бельё до колен. Чхве захныкал и весь задёргался. Он совершенно не знал, куда себя деть, его уши горели от того, каким голодным взглядом Уен смотрел на его член, ему хотелось закрыться, свести бёдра, но этого ему не позволял сделать старший, локтями упираясь тому под колени. Так что все, что оставалось делать младшему - это стонать, хныкать и дёргать бедрами вперёд, прямо в рот Уену, который уже принялся одними губами обсасывать головку, кончиком языка толкаясь в уретру, отчего макнэ срывался на визги. ㅤЧон продолжал издевательски медленно кружить по головке, изредка принимая член младшего в рот примерно до половины, заставляя Чонхо инстинктивно подмахивать бёдрами, дабы толкнуться старшему глубже в рот, а потом и вовсе выпускал орган, пошло причмокивая при этом. Чхве казалось, что он вот-вот отключиться от обилия приятных ощущений, которых мучительно хотелось больше, хотелось просто быстрее кончить. Макнэ не знал, куда деть свои руки, он то скользил пальцами по стене, в надежде за что-то зацепиться, хоть и недрами сознания понимал, что схватиться не за что, то пальчиками хватался за плечи Чона, иногда перемещая одну ладонь к старшему на макушку, сжимая его волосы у себя в руке, тем самым заставляя того низко стонать, отдавая вибрации по члену вокалиста. С каждым новым воспроизведенным младшим громким стоном Уен потихоньку разгонялся, двигая головой активнее и заглатывая член глубже, так что совсем скоро тот уже активно отсасывал парню, пока тот в голос стонал, дёргался и дрожал. Его сознание было неадекватно, он уже не пытался сдерживать себя от непристойных звуков, даже не беспокоясь о том, что их могут услышать, откровенно трахал рот Уена, который этого уже не замечал, ведь всё, чего он хотел - это заставить Чонхо кончить. ㅤЧхве понимал, что уже на грани, он скулил, хныкал, выстанывал имя хёна, пока чужие ладони всё ещё крепко держали его бёдра. – Х-хён, я сейчас.. ㅤУслышав новость о приближающемся оргазме, Уен с характерным чмоком выпустил член младшего изо рта, тут же заменив его на ладонь. Он начал умело надрачивать макнэ в том же темпе, в котором и отсасывал, смотря прямо в глаза Чонхо, которого жутко это смущало, но он не осмеливался отвести взгляда. Его будто током прошибло от того, что с ним творил старший, он застонал громче и заметался, чувствуя, что вот-вот кончит. – Кончай, мой хороший, давай же, - издевательски прошептал Уен и этой фразы оказалось достаточно, чтоб Чонхо с протяжным стоном излился старшему на лицо, - Какой умница. ㅤЧхве устало откинул голову назад, затылком упираясь в стену. Уен медленно поднялся с колен, отпуская бёдра младшего из крепкой хватки и тут же подхватывая обеими руками макнэ, который, по всей видимости, всё же не выдержал такой нагрузки и вырубился. Чон на такое лишь тихо рассмеялся и поцеловал младшего в макушку, а затем дотащил его до ближайшей кровати, положил и натянул на того боксёры и штаны, а сам же нашёл салфетки на прикроватной тумбочке и вытер чужое семя с лица. Выкинув салфетку в мусорку, он вернулся к макнэ, который уже мило посапывал на кровати. Уен улыбнулся такой картине, мягко взял за плечи своего младшего и приподнял слегка вверх на кровати, потом забираясь следом и укладываясь рядом. ㅤЭтот день рождения Чонхо запомнил надолго.