Два дракона

Дейнерис любила подниматься на крышу Великой пирамиды. С неё Миэрин был виден почти как на карте: стены, крыши, улицы у подножия пирамиды, огни в богатых домах и тёмные провалы переулков. Днем город шумел, спорил, торговался, пах потом, пылью, пряностями и кровью. Вечером становилось легче. Жара уходила из камня, воздух наполнялся прохладой, а улицы постепенно затихали. В такие часы она приходила сюда и смотрела, как Визерион и Рейгаль парят над городом. Высоко. Достаточно высоко, чтобы не пугать людей. Она всё ещё не привыкла к тому, какими большими они стали. Казалось, совсем недавно драконы помещались у неё на руках, грелись у груди и тянули тонкие шеи к ее лицу. Теперь же их тени скользили по крышам, а люди внизу, заметив их в небе, невольно ускоряли шаг. Дейнерис улыбнулась. Ее драконы уже выросли. Хотя какими они могут стать на самом деле, она могла только догадываться. От Дрогона до сих пор не было известий. Он был другим. Крупнее, красивее, злее. И свободнее. Его Дейнерис меньше всего умела удерживать. Он исчез несколько недель назад и каждый вечер Дени ловила себя на том, что ищет его взглядом среди темного неба. На крыше, кроме неё, стояли сир Джорах и сир Барристан. Оба держались на почтительном расстоянии. Мужчины о чём-то тихо переговаривались, но Дейнерис не слушала. Последнее время она жутко устала. Поэтому особенно ценила такие минуты, когда никто не просил решения. Никто не спорил о законах. Никто не напоминал о врагах, о мертвых, о голодных, о тех, кто называл её матерью и ждал, что она всё исправит. Она думала о ведьме. Именно так о ней говорила молва. Не жрица. Не служительница очередного бога, у которого внезапно нашлись поклонники и пророчества. А ведьма из Вольных городов. Имени никто не знал. Кто-то говорил, что она стара как Валирия. Кто-то клялся, что видел её молодой девушкой. Одни уверяли, что она умеет говорить с огнём. Другие шептали, что она возвращает мертвых, если цена достаточно высока. Дейнерис не верила половине этих россказней. Но если хотя бы часть была правдой, такая женщина могла помочь ей в главном. Вернуть Железный трон. Вернуть то, что принадлежало её семье. Отомстить за кровь Таргариенов. На поиски ведьмы были брошены люди, деньги и время. А результата не было. И это бесило Дейнерис больше, чем она хотела признавать. Она так глубоко ушла в свои мысли, что не сразу заметила, как на крыше стало темнее. Один факел погас. Потом второй. Третий. Тихий разговор за её спиной оборвался. Дейнерис обернулась. В самом дальнем конце крыши стояла фигура в тёмном плаще. Лица не было видно. Плотный капюшон скрывал всё, кроме нижней части лица и бледных пальцев, лежавших поверх ткани. Она начала приближаться. Медленно. Гордо. Без спешки. Будто её здесь ждали. «Кто ты? Остановись и покажи лицо», громко сказал сир Барристан. Ответа не последовало, но она продолжала идти к Дейнерис. Сир Джорах уже стоял рядом с королевой, готовый закрыть её собой в любую секунду. Безупречные обнажили мечи и бросились навстречу. Гостья остановилась. Теперь уже было ясно, что это женщина. Она даже не посмотрела в сторону безупречных. Просто щелкнула пальцами без усилий и почти лениво. Безупречные разлетелись в разные стороны, как щепки от сильного удара. Один ударился о камень, второй покатился к парапету, третий упал так тяжело, что его меч со звоном отлетел в сторону. Сир Барристан двинулся вперёд. «Не советую, сир Барристан», сказала незнакомка и покачала головой. «Я очень не хочу делать вам больно». Голос оказался неожиданно молодым. Почти девичьим. От этого почему-то стало тревожнее. Дейнерис сжала пальцами край рукава. Кем бы ни была эта девушка, обычной женщиной она не была. В этот миг с неба донёсся рёв. Рейгаль и Визерион почувствовали её тревогу и опустились на крышу. Камень дрогнул под их лапами. Крылья подняли пепел от потухших факелов. Драконы фыркали, принюхивались и медленно пошли к незнакомке. Дейнерис ждала, что сейчас они нападут. Но они не напали. Рейгаль остановился первым. Вытянул шею, шумно вдохнул и вдруг опустил голову. Визерион подошёл следом и сделал то же самое. Они стояли перед незваной гостьей почти смирно. Как послушные щенки. Дейнерис не сразу поверила своим глазам. Незнакомка протянула руку. Драконы сами потянулись к ней и потерлись мордами о её ладонь. Визерион даже прикрыл глаза, будто это прикосновение было ему приятно. «Так вот вы какие», тихо произнесла девушка. Дейнерис шагнула вперёд. «Кто ты такая? И почему мои драконы тебя не тронули?» Незнакомка наконец повернулась к ней. Потом медленно сняла капюшон. На плечи упали длинные каштановые волосы. Лицо у девушки было молодым. На вид ей можно было дать лет шестнадцать, может, двадцать. Но больше всего Дейнерис поразили ее глаза: яркие, фиалковые и невероятно знакомые. Сир Барристан побледнел. «Не может быть», прошептал он. Девушка отвернулась от драконов и посмотрела прямо на старого рыцаря. «Дракон никогда не тронет дракона. Не так ли, сир Барристан? Или вы меня не узнали?» Барристан молчал, Дейнерис никогда не видела его таким растерянным. Девушка чуть склонила голову. «Представьте меня своей королеве». Барристан не двинулся. Не сказал ни слова. Тогда незнакомка перевела взгляд на Дейнерис и заговорила сама. «Я Эйрия Таргариен. Дочь Мейкара. Сестра Эйгона Пятого». Дейнерис коротко рассмеялась. Без веселья. «История моего дома полна имен», сказала она. «Твоего среди них нет». Эйрия улыбнулась. «Потому что Эйгон постарался». «Эйгон Пятый?» «Мой маленький милый Эйгон. Да. Он всегда был упрямым мальчиком. А потом стал упрямым королём». «Зачем ему было стирать твое имя?» Эйрия посмотрела на Барристана. «Потому что я выбрала любовь. В нашей семье за это редко прощают». На миг никто не произнес ни слова. Только драконы продолжали сопеть и с любопытством изучать новую знакомую. Эйрия сделала шаг ближе. «Я та самая ведьма Вольных городов, которую ты так долго искала». Она наконец улыбнулась. «И я пришла поговорить».