Только по-дружески

      Наступившие школьные каникулы послужили довольно весомым поводом напиться в компании друзей. И сейчас Вэй Ин с Цзян Чэном наливал в стакан очередную порцию Байцзю, разбавляя крепкий алкоголь соком. Не Хуайсан, опьянев от стакана Хуанцзю, «покорял» вымышленный танцпол, вызывая у присутствующих в баре посетителей беззлобный смех. За столом сидели и одноклассницы, а также ребята из параллельных классов, желающие повеселиться с помощью выпивки не меньше него. Не пил лишь, очевидно, Лань Чжань, который сидел немного поодаль, безразлично наблюдая за происходящим пьянством. —Лань Чжа-а-ань, – протянул Вэй Ин намеренно изменённым тоном, – чего ты такой занудный, выпей с нами, от одного стакана ничего не случится. Сидящие за столом ребята наперебой начали подбадривать того в шуточной форме, вызывая у других пьяные улыбки. —Ну чего ж вы, его старший братик наверняка разозлится, а наш Ванцзи такой прилежный и правильный, никогда бы не пошёл против братца, правда? – едко заметил парень из параллельного класса, пытаясь специально задеть Лань Чжаня. Однако тот, не обращая внимания на намеренную издёвку, продолжал, кажется, с ещё большим безразличием наблюдать за происходящем. —Ты издеваешься? – с ощутимой злобой проскрежетал парень, обделённый желанным вниманием. Вэй Ину надоело. В этот вечер все должны веселиться, а этот самовлюблённый кретин снова достаёт Лань Чжаня из-за очевидной всем зависти. Будь он трезвее, то определённо промолчал бы, демонстрируя другим свою необычайную выдержку. Но он чувствовал, как по организму разливается хмельное веселье. Поэтому натянув на лицо глупую ухмылку, Вэй Ин запустил в потенциального обидчика кучку использованных салфеток, при этом заливаясь смехом. Эгоистичный парниша мгновенно залился краской под гул разнотонного хохота. Вэй Ин же схватил со стола первый попавшийся на глаза стакан, без промедления заливая содержимое в горло. —Господи, как горько.. – зажмурившись от гадкого вкуса, проговорил Вэй Ин. —Э-Эй, я его ещё не разбавил, – протянул уже захмелевший Цзян Чэн. За столом слышались громкий смех и разговоры в сопровождении звона бутылок, а у Вэй Ина в голове так сильно гудело, что хотелось взорвать собственные мозги, которые, кажется, превращались в кашу. —Цзян Чэн, что там было намешано.. – промямлил он, пытаясь совладать с крупицами едва осязаемой реальности. Однако пока все присутствующие были окутаны в плен пьяной дремоты, позволяя неконтролируемому телу веселиться в полную силу, тот напыщенный павлин всё никак не мог угомониться. —Вэй Усянь! Ты..! – он резко встал, слегка пошатываясь, — Пойдём, выйдем! Его самоуверенный, заполненный алкогольной дымкой взгляд определённо выражал - «Я надеру тебе зад.» О-о, отлично, очень даже неплохое завершение вечера или его продолжение. Разум был затуманен, поэтому полушарие мозга, отвечающее за рациональную систему, отказало напрочь. Пусть он и пьян, но проучить на кулаках эгоистичного полудурка ему явно под силу. Вэй Ин встал с дивана, немного покачиваясь из стороны в сторону, и со злобной ухмылкой проговорил: —Ну давай, посмотрим на твой позор. Когда сформировавшиеся «дуэлянты» начали подходить навстречу друг другу, Лань Чжань резко подорвался с места, преграждая Вэй Ину путь и хмуро смотря на стоящего напротив обидчика. —Нет необходимости, мы уже уходим, – и как ни в чём не бывало поволок запинающегося Вэй Усяня к выходу. Ничего непонимающий Вэй Ин лишь смотрел под ноги, пытаясь соединить кусочки расплывающейся поверхности. —Ты уже уходишь, – нарочито возмущённо проговорил он, пытаясь вырваться из сильной хватки Лань Чжаня, – а я остаюсь. Но тот уже волок его по тёмной улице, наполненной светом фонарей и городской суетой. Обычно Вэй Ин не напивался так сильно, и уж точно не терял контроль над собственным телом, однако убийственное содержимое в стакане Цзян Чэна явно поставило под удар его звание непьянеющего человека. Теперь ему оставалось лишь слепо следовать за Лань Чжанем, не забывая бездумно переставлять ноги. —Где ты живёшь? – спросил Лань Чжань, резко останавливаясь, из-за чего еле передвигающийся спутник врезался ему спину. —М-м, Лань Чжань, ты такой глупый, – к горлу подступил несдерживаемый смех, а в глазах плясало веселье, - все люди живут в домах. Тот лишь тяжело вздохнул и уставился в сторону, словно принимая для себя какое-то жизненно важное решение, после чего свернул за угол, вновь потянув безвольное тело за руку. Помимо внезапно разыгравшегося озорства появилась и дикая сухость во рту, свободная рука вслепую нащупала небольшой бутылёк, оставленный им на случай, если в компании одноклассников ему не удастся дойти до пика веселья. Не мог же он предугадать, что по ошибке залитая крепкая субстанция попадёт ему в организм. Лань Чжань, кажется, заметил небольшое смятение позади и обернулся, нахмурившись смотря за его действиями: —Что ты делаешь? —А что, не видно? – развязно ответил Вэй Ин, неумело открывая крышку и отпивая часть содержимого. Из-за неудобности ёмкости капли жидкости вразнобой спускались по подбородку к шее. Вэй Ин, находясь в блаженственной эйфории, попытался создать препятствие языком, облизывая уголки губ. Внезапно его запястье сжали и потянули на себя, вынуждая ноги наскоро подстраиваться под бешеный ритм другого. —Идём, – тяжело дыша, выпалил Лань Чжань, продолжая тащить за собой Вэй Ина. Следующие шаги он совершал словно загипнотизированный, казалось, будто это был и не Вэй Усянь вовсе, а просто посторонний наблюдатель. Он не помнил как оказался в светлом здании, как лениво перешагивал через ступени, иногда спотыкаясь, как хлопнула чужая дверь, встречая незванных гостей непроглядной темнотой и как его буквально тащили через квартиру, аккуратно укладывая на кровать. Когда сознание мало-мальски начинало возвращаться к Вэй Ину, он почувствовал, как его тянут за лодыжку, заставляя моментально поднять голову: —Что за.. —Я стягиваю с тебя обувь, – тихо проговорил Лань Чжань, снимая с него второй кроссовок, – или ты собрался лежать в ней на чужой кровати? Закончив, он поставил обувь около кровати, а сам направился к двери: —Принесу воды. Лишь когда Лань Чжань вышел из комнаты, Вэй Ин начал осматривать окружение здесь. Мозг соображал плохо, но даже так он понял, что находится не в своей квартире. Его комната напоминала настоящий хаос, последствия вторжения сатаны, здесь же было пусто, убрано и чисто. За просмотром интерьера, он обнаружил, что в горле снова сухо, и если рискнет произнести хоть слово, то из него вырвется лишь жалобный хрип. «Где он там ходит..» – подумалось ему, когда взгляд упал на валяющуюся на полу сумку. Уже через секунду его рука тянулась вниз, в надежде достать необходимое, однако эффект опьянения пошатнул координацию, из-за чего через мгновенье Вэй Усянь лежал на полу, потирая ушибленное запястье. Когда Вэй Ин уже откручивал заветную крышку, в комнату тихо зашёл Лань Чжань, держа в руках стакан воды. —Э-эй, Лань Чжань, ну же, выпей со мной, – жалобным тоном протянул он, вытягивая вперед бутылёк с алкоголем, – здесь тебя никто не видит. Немного промолчав, тот закрыл глаза с тяжёлым вздохом: —Зато я вижу тебя, прекрати дурачиться, выпей воды и ложись спать, я лягу в зале. «Зануда.» – подумал Вэй Ин, но тут в голове зародилась мысль, опасная и до жути будоражащая. Хотелось наконец разломать ненавистный стержень Лань Чжаня, увидеть, как тот даёт слабину, посмотреть, как образ холодного бесчувственного человека рушится под его взором. —Хорошо, только.. – Вэй Ин показательно задумался, отводя взгляд в сторону, – помоги мне, мои руки сейчас слишком слабые. Лань Чжань определённо чувствовал подвох, Вэй Усянь ощущал его пронзительный взгляд на себе, блуждающий в поисках лжи. И от этого становилось лишь волнительней. Осознание, что Лань Чжань, тот самый всезнающий неподдающийся Лань Чжань, собственноручно зайдёт в открытую клетку, отдавало громким стуком в виски. Сердце в ожидании пустилось вскачь, когда к нему сделали шаг и опустились на колени. На периферии зрения Вэй Ин уловил, как к губам тянется стакан с водой. Он ухмыльнулся. Попался. Откинутый его рукой стакан в мгновение оказался на полу, содержимое которого уже пропитывало одежду. Действуя с всевозможной в его состоянии скоростью, Вэй Ин сделал глоток алкоголя, притягивая Лань Чжаня к себе и впиваясь в его рот. Явно опешивший, он разомкнул губы, собственными руками закрывая за собой метафоричную клетку и создавая для Вэй Ина лазейку. Языком он проник в чужой рот, задевая зубы и насильно вливая «запретный плод». Губы Лань Чжаня были напряжёнными, но до одури мягкими, словно совсем недавно находились в плену размягчающего бальзама. Ему нужно удостовериться. Вэй Ин немного отстранился, освобождая разгорячённый язык и проходясь им по нижней губе Лань Чжаня. Кончик не упустил ни миллиметра, скользя от одного уголка губ к другому. И лишь сейчас он понял, что изначально планировал только поддразнить Лань Чжаня, вызывая у того смущение. Но чувство власти и излишнее количество алкоголя в организме развязали ему руки, пробуждая внутри озорное желание. Ему стоит отшутиться, сказать, что он просто пьян, но, господи, как же не хочется. Ощущение тяжести где-то внизу сигнализировало о выходящей из под контроля ситуации, но Вэй Ин не мог оторвать взгляд от влажных губ напротив. Хотелось коснуться их снова, и от разгорающейся прихоти становилось не по себе. «Что же делать?» - мысли вразнобой предлагали сотни вариантов, и лишь когда Вэй Ин задумчиво закусил нижнюю губу, ответ наконец пришёл. Только не к нему. Лань Чжань приблизился, сталкиваясь с чужими губами, Вэй Ин же, не теряя ни секунды, вновь проник языком в уже открытый доступный рот. Теперь бороться приходилось не в одиночку, язык Лань Чжаня, на который ранее попал алкоголь, обезумел словно под действием яда. Он проходился по нёбу и зубам, не давая Вэй Ину и шанса на защиту. Но она была не нужна. Он отвечал также безумно, сплетаясь с другим языком и чувствуя как пульсирует собственный. Сумасшествие. Всё вокруг плавилось от того жара, в котором они соединились. Лань Чжань уже давно положил руку ему на затылок, прижимая ближе, но Вэй Ин повторить действие не мог. Руки дрожали в лихорадке от переизбытка чувств, в палитре которых главенство занимало возрастающее возбуждение. «Ещё разок.» - трясущиеся пальцы потянулись к злосчастному бутыльку, отодвинутому подальше, но, к счастью, не опрокинотому. Пару секунд. Вэй Ин вновь отстраняется, делая глоток. По губам пробегает холодок на контрасте с горячим поцелуем и холодным алкоголем. Пару секунд, и снова чувство пылающего жара распространяется по рту. Порыв был слишком резким, а соединение губ неточным. Смазанный вбок поцелуй образовал между ними щель, позволяя струйке напитка спускаться каплями по подбородкам. Он мог слизать, но оторваться сейчас равнялось преступлению. Но, кажется, не для Лань Чжаня. Тот оторвался от губ, вызывая у Вэй Ина неосознанное протестующее мычание, продлившееся недолго. Лань Чжань припал к его нижней губе, спускаясь языком к впадинке под губой, к подбородку и, наконец, к шее, где завершалась сформировавшаяся влажная тропа. Лёгкий влажный укус. Лань Чжань оттягивает нежную кожу на шее, вызывая сдерживаемый полустон сверху. —Лань Чжань, – привычный голос сменяется томным шёпотом, – что ты делаешь? Вэй Ин горит. Сознание мутнеет с каждой секундой, уничтожая крупицы всё ещё осознаваемой реальности. Перед глазами лишь пелена, размывающая все образы вокруг, позволяя концентрироваться только на запретном удовольствии. Звуки смешались, слышен был пульс, отбивающий бешенный ритм, и их дыхание, шелестящее в полном диссонансе. Он опустил голову вниз и увидел пылающее настоящим заревом лицо Лань Чжаня, его уши словно горели огнём, румянец с которых градиентом переходил на щёки. Глаза были влажными, пока его губы, не менее светящиеся от влаги, вновь поднимались по намеченному ранее пути. «Как он мог опьянеть от нескольких капель..» – промелькнуло в голове, когда ослабевшее тело развязно опускалось вперёд. Лань Чжань будто был начеку, он мгновенно перехватил его талию, пока голова Вэй Ина вальяжно опустилось на плечо. Собственное лицо пылало не меньше, а бегающий по близкому телу взгляд зацепился за очевидную выпуклость под пуговицей брюк. И снова опасная мысль, которая перешла на уровень выше. Вид такого Лань Чжаня вызывал внутри жгучее озорство и неутолимую потребность продолжить, сделать больше. Он не знал и не понимал, почему ему хочется разодрать этот фальшивый холст, стянуть с него искусственную кожу, обличая подлинное желание. Ему нравилось, что Лань Чжань такой именно с ним, из-за него, что никто кроме него самого не видит его настоящим, преисполненным возбуждением и жаждущим продолжения не меньше Вэй Ина. Что ж, он может и хочет ему это даровать. Тянущее желание захватило разум, позволяя лишь частице рациональности оповещать о товарищеской неувязочке. Небольшая дружеская услуга. Он просто.. «Просто убью двух орлов одной стрелой.» - в этом определённо нет чего-то личного, Вэй Ин всего лишь утолит собственную прихоть в раскрепощении Лань Чжаня и доставит ему удовольствие. Просто дружеский минет. Вэй Ин медленно и незаметно начал спускаться ниже, будто из-за возникшей слабости его тело стало настолько безвольным, что не поддаётся самоконтролю. Он ненароком задевал подбородком пуговицы на рубашке, мысленно отсчитывая их количество, когда же число в уме достигло семи, Вэй Ин почувствовал холодок от пряжки ремня. —Нет, Вэй Ин, это.. – Лань Чжань, казалось, наконец понял, в чём дело, поэтому с напускным протестом положил ладони ему на плечи, – это ты что делаешь? Он видел его внутреннюю борьбу, чувствовал её по напряжённым пальцам, сжимающим толстовку, и отталкивающим движениям без применения какой-либо силы. Хочет, но делает вид, что это не так. «Попытка не засчитана.» - Вэй Ин ухмыльнулся, возясь дрожащими пальцами с молнией на брюках. Пару секунд, и трясущиеся руки стягивают их вместе с боксёрами под неумелые потуги недовольства, обнажая разгорячённый орган. Вэй Ин смотрел на вставший член, чувствуя подступающее нетерпение, ему хотелось видеть, как будет меняться лицо Лань Чжаня, когда его плоть окажется у него во рту. Проходясь взглядом от основания с венками до головки с небольшой ямкой, он скосил его в стороны в поисках уже использованного несколько раз бутылька. В голове зародилась очередная, на этот раз сумасшедшая идея, вызывая внутри глубинный восторг. —Вэй Ин, – тяжёлое горячее дыхание Лань Чжаня выдавало его с потрохами, – что ты задумал..? Но тот уже приступил к выполнению грязного, даже по его меркам, умысла. Вэй Ин притянул почти опустевший бутылёк, выливая оставшуюся алкогольную жидкость на оголённый член. Следить за быстротечным движением капель было некогда, хотелось попробовать. Вэй Ин приник губами к головке, вслушиваясь в полувыдох где-то сверху. Не медля, он провёл языком по небольшой ямке, словно это был своеобразный бокал из которого аристократы пьют вино. Бёдра Лань Чжаня дёрнулись в сопровождении протяжного мычания, будто тот намеренно пытался скрыть собственное удовольствие. Вэй Ин ухмыльнулся, постепенно опускаясь ниже и обхватывая ртом выступающие вены. Он двигался постепенно, с каждым разом приближаясь ближе к основанию. Вэй Ин чувствовал давящее напряжение Лань Чжаня, от чего собственный член в джинсах начинал пульсировать. Он ощущал как иногда поддергиваются бёдра после очередного нажима, как руки с его плеч постепенно поднимаются к волосам на голове, как Лань Чжань сдерживает стоны, прикусывая губы до кровоточащих ранок. Хотелось довести его до безумия. Вэй Ин в унисон с собственным язык обхватил основание члена рукой, что позволило губам опускаться ниже. Широкий венец головки проехался по нёбу и упёрся глубоко в горло. Вот тут то желанная награда наконец достигла своего завоевателя. Лань Чжань томно простонал, неосознанно выдыхая. Вэй Ин остановился лишь на секунду, пытаясь запечатлеть в голове услышанное, и ускорил темп. Прозрачная смазка вместе со слюной покрыла губы, незаметными ниточками спускаясь к подбородку. Свободная дрожащая рука потянулась к собственным джинсам, пытаясь наощупь разобраться с ненавистной пуговицой. В попытках раззадорить Лань Чжаня, Вэй Ин и сам возбудился не на шутку, так сильно, что напряжённое давление в боксёрах приносило боль. Он промычал в момент, когда его губы находились у основания, вызывая легкую вибрацию, которая, судя по всему, послужила точкой кипения. Лань Чжань, действуя на грани срыва, аккуратно, но с силой вцепился в растрёпанные волосы и потянул его на себя. Из Вэй Ина неосознанно вырвался разочарованный вздох. Мысль о том, что сперма Лань Чжаня всё-таки оказалась бы у него во рту, смешанная с алкоголем, сводила с ума. Однако чувство досадного упущения продлилось недолго. Лань Чжань толкнул его назад, прибивая спиной к кровати и вновь прильнул к шее, оставляя на ней новый засос. Ощущение касания искусанных губ спровоцировало волну тоски. За то время, пока он концентрировал всё внимание на первом в своей жизни минете, его не касались, даже он сам был не в состоянии расстегнуть чёртову пуговицу. Поэтому сейчас влажное зализывание ранки с характерным звуком и изящные пальцы Лань Чжаня под толстовской, подушечки пальцев которых натирали вставший сосок, заставляли поясницу прогнуться в немой просьбе. —Лань Чжань, быстрее, – простонал Вэй Ин, когда точёная рука опустилась на ширинку джинсов. Пару секунд, и его рука уже натирает возбуждённый член, заставляя Вэй Ина запрокидывать голову на кровать. Мгновенье. Лань Чжань нависает над ним, и Вэй Ин чувствует горячее трение кожи о кожу внизу. Обнажённая чужая плоть на собственной ощущалась до одури правильно и хорошо. Все мысли испарились, осталось лишь смешанное опьянённое дыхание, развязные движения и возбуждённые хрипы. Вэй Ин закрыл глаза, отдаваясь наслаждению сполна. Ему было плевать на любопытство, которое он ранее испытывал, на сумасшедшие перемены в их дружбе, на то, что они будут делать завтра, когда алкогольная дрёма спадёт и придётся разгребать последствия его бушующего озорства. Плевать. Сейчас он ощущал себя до безумия хорошо и правильно. Правильными казались руки Лань Чжаня, нежно сжимающие его талию и страстно обхватывающие их трущиеся члены. Правильными казались его губы, которые сейчас шептали что-то невнятное, касаясь мочки уха. Горячее дыхание опалило кожу, заставляя вздрогнуть и сжать кулаки до побелевших костяшек. Вэй Ин кончил, и сделал это почти в унисон с Лань Чжанем. Белая вязкая жидкость выплеснулась на оголённый живот, задевая толстовку. Горячо и влажно. Вэй Ин тяжело дышал, пытаясь размежить веки, пока губы снова накрыли чужие. Только теперь поцелуй был другим, робким, сомневающимся, но таким правильным. Он млел под этими незнакомыми ощущениями, хотелось накрыть лицо Лань Чжаня ладонями, притянуть к себе ближе и не отпускать, но он не успел. Тело словно свинцовое начало заваливаться на бок, а сознание расплывалось, утягивая за собой в сонное освобождение. Кажется, его подхватили, не давая упасть, но всё это отдавало мутной дымкой, пока разум не отключился окончательно.

***

      Яркий свет проглядывал сквозь закрытые веки, пробуждая ото сна. Стоило открыть глаза, как солнечные лучи мгновенно осветили комнату, заставляя зажмуриться. Голова жутко гудела. Всё вокруг кружилось. А виски скрутило в болезненных спамах, словно маленькие иголки протыкают мозг с бешеной силой. Вэй Ин вновь открыл глаза, чтобы понять, где он вообще находится. Незнакомая мебель и расположение предметов сигнализировали о том, что это не его комната. Школьная форма на вешалке, куча книг, ровно расставленных на полке, убранный стол и...пустой бутылёк в мусорном ведре. Его словно окатили ледяной водой. В голову внезапно ударили весьма безумные ночные события. Только дружеский поцелуй. Вэй Ин облизывает нижнюю губу Лань Чжаня, пока тот прикусывает его неуспокаивающийся язык. Только дружеский минет. Вэй Ин проходится влажным поцелуем от основания до головки, вызывая дрожь в бёдрах и еле сдерживаемый скулёж. Только дружеская мастурбация. Вэй Ин прогибается в спине, застывая в немом стоне, пока Лань Чжань облизывает его шею, массирует сосок и обхватывает их трущиеся члены. Лицо мгновенно заливается жгучей краской, а внутреннее возрастающее волнение заставляет схватиться за волосы и подорваться с кровати. Что они наделали? Нет, что он наделал? Головная боль взревела из-за резкого подъёма, но сейчас всё это казалось сущим пустяком, мысли крутились лишь вокруг того, что же ему теперь делать. Как спокойно смотреть на Лань Чжаня, не вспоминая его покрасневшее лицо, влажные губы, томные стоны и возбужденный член? Он был пьян, поэтому ему стоит сделать вид, будто ничего не было. Словно он ничего не помнит. Вот только от такого исхода событий внутри горьким осадком оседала нечто новое и непонятное, но слишком волнующее. Вэй Ин тяжело вздохнул, отводя взгляд в сторону, и в глаза бросились стакан с водой, стоящий на столе, лежащая рядом таблетка, собственные вещи, аккуратно сложенные и, судя по всему, постиранные, а также небольшой, приготовленный самостоятельно завтрак в виде соевого молока и рисовой каши. От такой чуткой заботы его пальцы дрогнули, а сердце гулко забилось, распространяя неизведанное теплое чувство по всему телу. И всё-таки он не может солгать Лань Чжаню да и, если честно, не хочет.