Ты невероятное что со мной случалось

Февраль — месяц, когда в Новосибирске особенно тоскливо: снег превращается в серую кашу, ветер пронизывает до костей, а солнце появляется так редко, что его отсутствие начинает давить на психику. Но в их новой квартире было тепло и уютно. И 23 февраля — день рождения Вали — они решили отпраздновать по-особенному. --- Лера проснулась раньше будильника, в шесть утра, хотя обычно её невозможно было поднять до десяти. Она бесшумно выскользнула из кровати, оставив Валю спать, и отправилась на кухню. Икс, как всегда, крутился под ногами, требуя завтрака, но Лера шикнула на него и начала колдовать над тестом для блинов — тех самых, с ванилью и клубникой, которые Валя испекла ей на день рождения. К восьми часам утра всё было готово: блины, свечи, подарок — аккуратно упакованная коробка с кожаным дневником, куда Лера вписала все их важные даты и моменты, а также карта звёздного неба в день их первой встречи. Она зажгла свечи, поставила поднос на тумбочку и села на край кровати, нежно касаясь плеча Вали. — Просыпайся, именинница, — прошептала она. Валя заворочалась, открыла один глаз, потом второй — и улыбка расплылась по её лицу. — Ты опять встала ни свет ни заря? — сонно спросила она, потягиваясь и притягивая Леру к себе. — Я же говорила, что мы можем поспать. — Я хотела успеть до того, как ты проснёшься, — сказала Лера, целуя её в лоб. — С днём рождения, моя Валя. Они сели завтракать, и Лера наблюдала, как Валя ест блины, как она смеётся над её шутками, как её глаза блестят в свете свечей. В этот момент Лера поняла, что она счастлива — по-настоящему, глубоко, до самых кончиков пальцев. — А теперь мой подарок, — сказала Лера, вручая коробку. — Открой. Валя развернула коробку, достала дневник, открыла его — и увидела первую страницу, где Лера написала: «14 января 2019 года — первый раз, когда я увидела тебя. И поняла, что моя жизнь уже не будет прежней». Дальше шли даты, фотографии, билетики из кино, засушенные цветы. Валя смотрела на это, и слёзы катились по её щекам. — Лера... это... это самое красивое, что мне дарили, — прошептала она. — Ты собрала всю нашу историю. — Я хочу, чтобы у тебя всегда было напоминание, — сказала Лера, обнимая её. — Что ты не одна. Что у нас есть прошлое, настоящее и будущее. Валя закрыла дневник, взяла лицо Леры в ладони и поцеловала её — долго, благодарно, с такой нежностью, что у Леры перехватило дыхание. — Я люблю тебя, — сказала Валя. — Ты — лучшее, что случалось со мной. — Я знаю, — улыбнулась Лера. — Теперь собирайся, у нас сегодня большой день. --- Вечером у них была вечеринка — на этот раз в их новой квартире, которую они впервые показывали друзьям. Пришли Вика с Сергеем, Амира с Рустамом (которые наконец-то начали встречаться), Ира и Юля. Ольга, к сожалению, уже была в Москве, но она написала Вале трогательное сообщение и пообещала приехать летом. Квартира была небольшой, но уютной: Лера развесила гирлянды, на столе стоял торт, который она испекла сама (и он, к её удивлению, не подгорел), а из колонок играл плейлист, который они с Валей собрали вместе. Вика подошла к Вале, когда та разливала чай, и шепнула: — Ты выглядишь счастливой. По-настоящему. — Я счастлива, — призналась Валя. — Лера изменила меня. Раньше я боялась, что мне никто не нужен, а теперь... теперь я знаю, что я нужна. — Она хорошая, — кивнула Вика. — И она тебя любит. Я вижу. Позже, когда гости уже разошлись, они сидели с Лерой на новом диване (который купили в кредит, но это не имело значения), и Лера положила голову на плечо Вале. — Ты знаешь, — сказала Лера, — я ведь хотела переехать в Питер. Думала, что там будет лучше. Но теперь я понимаю — лучше там, где ты. — Мы ещё поедем, — сказала Валя, гладя её по волосам. — Когда ты закончишь универ. Мы поедем в Питер на недельку, посмотрим на разводные мосты, на белые ночи. А потом вернёмся домой. — В наш дом, — добавила Лера. — Да, — согласилась Валя. — В наш дом. Они замолчали, слушая, как Икс мурлычет на кресле, а за окном завывает февральский ветер. Где-то вдалеке сигналила машина, соседи сверху снова смотрели футбол, но им было всё равно. Потому что внутри их квартиры — их маленького мира — был покой, любовь и уверенность в завтрашнем дне. Лера повернулась, взяла Валю за руку и сказала: — Я хочу, чтобы у нас были дети. Когда-нибудь. Не сейчас, позже. Но я хочу, чтобы у нас была семья. Валя замерла, посмотрела на неё серьёзно, и в её глазах мелькнуло удивление. — Ты правда этого хочешь? — Правда, — кивнула Лера. — Я хочу видеть, как ты будешь учить наших детей математике. Как они будут смеяться, как ты будешь злиться, когда они не понимают интегралы. Это будет идеально. Валя улыбнулась — той улыбкой, от которой у Леры таяло сердце. — Тогда у нас будет семья. Обязательно. Я обещаю. Они заснули в обнимку, и Лера видела во сне, как они с Валей гуляют по Невскому, держатся за руки, а где-то вдалеке играет музыка. И она знала — это будет. Когда-нибудь. А пока у них было это: их квартира, их любовь и их общее будущее, которое они строили вместе, день за днём.