Увидимся в следующей жизни

Жаркий летний день. Солнце светит и вокруг все хорошо. Где-то вдалеке лениво мычали коровы, а над головой, летали вороны. Александр лежал на стоге сена со своим кудрявым другом. Друзьями их назвать было сложно, даже язык не поворачивается. Они были влюблены в друг друга до безумия. Любят друг друга в том веке, где такая любовь считалась позором. Рядом, уткнувшись носом в его плечо, сопел Илья. — Саш, — тихо позвал он, не открывая глаз. — Ты спишь? — Нет, — так же тихо ответил Александр. — Думаю. — О чём? Александр повернул голову. Светлые, почти выгоревшие на солнце кудри Ильи рассыпались по его груди, а длинные ресницы дрожали. Саша улыбнулся, глядя на это. Он мог смотреть на него вечно. — О том, что если бы кто-то нас сейчас увидел, — шепнул он, — мы бы огребли по полной. Илья фыркнул и приоткрыл один глаз. Тёмный, как спелая вишня, в нём плясали смешинки. — Мы и так огребли это поле с самого утра, не надо на нас смотреть, — на секунду задумавшись. — А хотя, пусть смотрят. Подумаешь, два парня лежат на сене. Я, может, ногу себе тут отдыхаю. — Ногу, да? — Саша хитро прищурился. — А чего тогда ты ко мне прижимаешься, как кот? — Я не кот, — обиженно надул губы Илья, но отодвигаться даже не подумал. Наоборот, придвинулся ближе и уткнулся носом в шею Саши. — Я просто устал. Мы с утра сено ворочали, а ты всё со своей фантазией... Александр рассмеялся, чувствуя, как в груди разливается тепло. От Ильи пахло солнцем и травой, и этим особенным запахом, который Саша уже никогда не перепутал бы ни с чем другим. Ему хотелось запомнить этот момент навсегда. Вот так лежать, дурачиться, притворяться, что они просто друзья, и знать, что это не так. Он протянул руку и невесомо коснулся пальцами волос Ильи. Они были мягкими и пушистыми на ощупь. — Илюх, — выдохнул Саша. — М? — отозвался тот, поднимая голову. Их взгляды встретились. В этом мире, где всё было запретно и неправильно, в этом стоге сена, укрытом от посторонних глаз высокими колосьями пшеницы, они могли быть собой. Саша хотел сказать ему что-то важное, то, что переворачивало всё внутри. Но вместо этого он просто чуть приподнялся и коснулся губами его лба. Легко, будто ветерком. — Ты глупый, — прошептал Илья, но голос его дрожал, а рука сама накрыла ладонь Саши. — Мы же не можем... — Можем, — перебил Саша. — Прямо сейчас можем. Пока нас никто не видит. Пока мы здесь на этом поле. Илья крепко сжал его пальцы. Он знал, что это опасно. Знал, что соседи, если узнают, пальцем показывать будут. Знал, что их семьи бы не поняли. Но когда Саша смотрел на него так — серьёзно, уверенно, словно только они существовали на этой вселеной, все страхи куда-то исчезали. — А что будет потом? — спросил Илья шёпотом. — Потом? — Саша пожал плечами, стараясь выглядеть храбро. — Потом будет завтра. Мы опять придём сюда и будем дурачиться. А в следующей жизни, если что, — он ухмыльнулся, — я тебя всё равно найду. Даже если ты будешь кем-то другим. Даже если будешь девчонкой противной. — Ну, Сань! — рассмеялся Илья, толкая его в плечо. — Я и в этой жизни противный. — Иди сюда, противный. Их смех смешался с шумом ветра. Они упали обратно в сено, кружась в шутливой борьбе, напрочь забыв о времени. Александр никогда не чувствовал себя таким свободным. С Ильёй он мог говорить о чём угодно и молчать, и это молчание тоже было бы понятным. Они лежали, пока солнце не начало клониться к горизонту, окрашивая небо в розовое и золотое. Саша смотрел на закат, а краем глаза всё видел профиль Ильи, его взлохмаченные волосы и улыбку. — Нам пора, — вздохнул наконец Илья. — Мать ругаться будет. Они нехотя поднялись, отряхивая с одежды сухие травинки. Илья тихо чертыхнулся, вытаскивая из кудрей целый колосок. Саша усмехнулся, аккуратно снял его с плеча друга и сунул себе в карман. — На память, — сказал он, серьёзно глядя в глаза Илье. — О сегодняшнем дне. Илья смутился. Он часто смущался, когда Саша вдруг становился таким серьёзным. — Пошли уже, романтик, — буркнул он, отворачиваясь, чтобы скрыть улыбку. Они пошли по тропинке обратно в деревню. Вдалеке уже виднелись крыши домов, и в воздухе пахло вечерней прохладой и дымком из печей. — Слушай, — сказал Саша, нагоняя Илью. — Я серьёзно. Чего бы ни случилось, мы всегда будем вместе, ладно? Илья остановился. Он посмотрел на Сашу, на его голубые глаза, в которых отражался закат, и кивнул. — Ладно, — согласился он, чувствуя, как в груди снова теплеет. — А ты сам обещаешь? — Обещаю, — твёрдо ответил Александр. И они пошли дальше, почти соприкасаясь плечами. Ещё не зная, что их вечерняя клятва станет единственным, что сможет спасти их впереди. И что "всегда" — это понятие очень хрупкое, когда на горизонте уже слышен рёв моторов. Они шли, и Саша то и дело поглядывал на кудрявый затылок Ильи. Ему казалось, что ничего не может разрушить это спокойствие, этот маленький мир, который они построили для себя. Но на следующий день, 22 июня этот мир рухнул.