Совместная мастурбация

На следующий день после спа мы сидели на кухне, и я всё-таки не удержалась, завела разговор за чаем. - Слушай, Макс, а как ты вообще так спокойно разделся в сауне? Там же общая зона, куча народа ходит, а ты прямо вообще без комплексов. Макс усмехнулся, крутя в руках кружку: - А, ты про зону «текстильфри»? Так там правила такие, чисто европейский стандарт. На самом деле, это адски удобно. В автосервисе целый день в плотной робе, тело вообще не дышит. А в сауне сидеть в мокрой синтетике, собирать пот и бактерии , только коже вредить. Когда первый раз пробуешь без всего, понимаешь, какой это кайф для тела. Там всем плевать на твою анатомию, все пришли греться. Полная свобода от шмоток. Я задумалась. Его логика была абсолютно здоровой и раскованной. Никакой пошлости, чистый прагматизм и забота о комфорте. - Знаешь... - протянула я. - Пожалуй, в следующий раз я тоже попробую. Надоело париться в мокром купальнике. - Правильно, - одобрил Макс. - Тебе понравится, вот увидишь. В следующую субботу мы снова поехали в комплекс. Мой план был прост: чтобы преодолеть смущение, нужно было зайти в сауну первой, пока там никого нет, скинуть всё и лечь. Так сказать, поставить себя в условия, когда бежать уже поздно, и останется только принять ситуацию. Так я и сделала. Внутри было пусто, пахло мятой и стоял густой влажный пар. Я постелила полотенце на теплую мраморную полку, глубоко выдохнула, сняла купальник и легла на спину. Кожа мгновенно ощутила приятное, обволакивающее тепло. Сердце колотилось где-то в районе горла, но пути назад не было, я лежала абсолютно обнаженной. Через пару минут дверь тихо скрипнула. Вошел Макс. Он сразу заметил меня. Его взгляд на секунду задержался — открытый, оценивающий, но без капли липкой пошлости, просто мужское восхищение красивыми, четкими контурами тела, узкой талией и изгибами. - О, решилась? Круто, - галантно улыбнулся он. - Я тогда тоже всё скину, ладно? Как и договаривались. Он молча развязал простыню, повесил её на крючок и остался полностью голым. Спокойно, без суеты, он прошел вглубь и сел на противоположную полку, расслабленно откинувшись назад. Видеть его анатомию вот так, без цензуры и ткани, было мощно. Его подтянутое тело механика в полумраке казалось вылитым из камня. Атмосфера между нами мгновенно наэлектризовалась, но мы оба делали вид, что всё в порядке вещей. Наше уединение длилось недолго. Дверь снова открылась, и в сауну завалилась компания из троих парней лет двадцати пяти. Они явно не ожидали увидеть такую картину. Стоило им войти, как вся троица буквально застыла на месте. Их глаза синхронно и очень внимательно приковались ко мне. Я лежала, стараясь дышать ровно и сохранять абсолютное спокойствие, хотя внутренний термометр зашкаливал. Парни быстро рассредоточились по сауне, но их взгляды то и дело возвращались к моей полке. Минут через десять я поняла, что с меня хватит - и дело было уже не в смущении, а в том, что мне действительно стало слишком жарко. Я решила встать и пойти в холодный бассейн. Я плавно поднялась, потянулась за своим полотенцем, чтобы накинуться, и в этот момент краем глаза заметила забавную картину. Вся мужская половина сауны и трое пришедших парней, и даже наш «невозмутимый» Макс - сидели в максимально странных и напряженных позах. Один резко скрестил ноги, второй как бы невзначай прикрыл пах ладонями, а Макс сидел, подавшись вперед и уперевшись локтями в колени. Чистая физиология взяла верх над суровым спа-этикетом: у всех четверых под воздействием визуального стимула явно наметилась очень отчетливая реакция, которую они изо всех сил пытались спрятать. Градус напряжения в воздухе можно было резать ножом. Нужно было срочно разрядить обстановку, пока все окончательно не сгорели со стыда. Я завязала полотенце на груди, повернулась к парням, посмотрела на Макса и с легкой, ироничной улыбкой произнесла: - Так, мальчики, аккуратнее. От такой жары у вас тут не только термостаты поплавятся. Я в бассейн, остужайтесь. Развернувшись, я пошла к выходу. Уже закрывая за собой стеклянную дверь, я услышала, как за спиной дружно и облегченно выдохнули парни, а Макс тихо, но отчетливо хмыкнул. Коктейль из похоти и юмора сработал идеально, а я внутренне горела и была изнывающе мокрой. Мысли не давали покоя. Это действительно совсем по другому ощущается когда ты голая лежишь и при этом неприкосновенна. В воскресенье коммунальный рай устроил нам новое испытание. Врубили отопление, да так, что батареи в квартире стали филиалом той самой финской сауны. На улице ещё толком не похолодало, а дома врубился режим «тропики». Закрытые окна не спасали, воздух плавился. Макс валялся на диване в гостиной — законный выходной. На нём были черные тонкие шорты на голое тело, он лениво листал что-то в телефоне. Из-за жары ткань на нём сидела ещё свободнее, и я снова поймала себя на том, что этот тяжёлый, расслабленный контур между его ног приковывает мой взгляд, как магнит. Воспоминания из сауны накрыли с новой силой. Тот азарт, когда на тебя смотрят с диким, голодным вожделением, и то, как Макс пытался скрыть свою реакцию... Мне до безумия захотелось повторить этот эффект, проверить его на прочность прямо здесь. Я пошла в комнату и открыла шкаф. Нужен был идеальный повод, списываемый на погоду. Я вытащила тонкую белую майку на бретельках из деликатного хлопка. Без лифчика, в такую жару это было бы преступлением против здравого смысла. Ткань была настолько лёгкой, что против дневного света, падающего из окна, она становилась практически прозрачной: чётко прорисовывался силуэт, изгиб узкой талии и, конечно, контуры груди со всеми анатомическими подробностями. Я натянула короткие домашние шорты, глубоко вдохнула и пошла на кухню делать ледяной лимонад. План был прост, пройти мимо дивана как ни в чём не бывало. Я зашла в гостиную, мягко ступая босыми ногами по паркету. Солнечный свет из окна гостиной бил мне точно в спину, превращая майку в чистый рентген. - Уф, ну и жарища, у нас коммунальщики вообще с ума сошли, - бросила я, открывая холодильник и доставая лёд. Макс лениво поднял голову от телефона, собираясь что-то ответить. Его взгляд мгновенно сфокусировался на мне. Я повернулась прикладывая стакан к губам. Я чувствовала, как его глаза медленно скользят по майке, задерживаются на груди, которая отчётливо выделялась под тонкой тканью, и поднимаются к моему лицу. Атмосфера в комнате мгновенно изменилась. Тот самый ментальный саспенс, когда никто ничего не говорит, но всё понятно без слов. Но я сделала вид будто ничего не заметила и плюхнулась рядом в другой угол дивана. Макс медленно изменил позу на диване, садясь чуть глубже и сгибая одну ногу в колене его серые трико натянулись, и прятать то тотальное возбуждение, которое у него вызвал мой перформанс, стало уже невозможно. - Да... - хрипловато произнёс он, прочистив горло. - Реально... жарко. Лимонад помог? - Лучше, но потеть только сильнее стала, будто воды до этого не было в организме. Майку хоть выжимай, вся просвечивает. Встати спасибо, что тогда рассказал мне про этот хаммам, я поняла, что нет смысла стесняться своего тела если ничего не угрожает и никому нет дела. Хотя парни те чуток напряглись. - Хах, у них была причина... - Хочешь сказать, я им понравилась? - Наверняка, все таки не так часто там можно встретить девушку и довольно привлекательную. - Ты так думаешь? - Конечно, если я твой брат, это не значит, что я не могу оценить красивую фигуру, ну и все остальное. - А я если честно, немного стрессовала и даже смотреть боялась, но потом поняла, что ты рядом и мне ничего не угрожает и расслабилась. - Да там хоть и молодые парни, но никто бы не тронул. Но конечно лучше со мной ходить на всякий случай. - Я и не хочу без тебя, с тобой спокойно. Может потом с парнем буду ходить если найдется. Я стала обмахиваться подолом майки. - Блинб как же жарко, хоть раздевайся как в том хаммаме. Макс посмотрел на меня. - Ты уже вся промокла, майка просвечивает. - Точно, уже даже соски видно, что в майке что без. Может я правда сброшу её. Ты же не против? - Совсем нет, я же не смотрю. Я уверенным движением потянула за край, стянула майку через голову и бросила её на подлокотник дивана. Кожа сразу ощутила приятное движение воздуха, дышать стало в разы легче. Я осталась сидеть рядом с ним в одних коротких шортах. Я переключилась на телефон, Макс тоже наверное. В какой-то момент мне кажется он просто включил камеру и смотрел через неё, пушто телефон был направлен на меня. Но доказательств у меня не было. Но мне очень хотелось чтобы он разглядывал меня. Напряжение на диване стало таким, что воздух можно было лопатками выгребать. Я поняла, что мне срочно нужна пауза, чтобы окончательно не потерять голову от этой немой игры. — Ладно, я в магазин доползу за ледяной водой, а то мы тут реально сдохнем, — я накинула майку обратно, перехватила ключи и вышла за дверь. Но план в голове созрел мгновенно. Мне дико, до зуда в ладонях хотелось увидеть, что произойдет, когда этот ходячий вулкан останется один в пустой квартире. Дофаминовый азарт просто зашкаливал. Я дошла до лифта, подождала минуту, развернулась и бесшумно пошла обратно. Предлог идеальный — сделаю вид, что забыла спросить, нужно ли ему что-то купить. Я аккуратно провернула ключ в замке, тихо приоткрыла входную дверь, сделала шаг в коридор... и застала картину маслом. Макс даже не подумал уйти к себе в комнату. Он сидел на том же самом диване, его шорты были сдернуты до бёдер, а сильная рука уверенно и быстро двигалась, добивая то сумасшедшее возбуждение, которое мы только что накопили. Мой уход сработал для него как спусковой крючок, он просто не выдержал этого марафона воздержания прямо напротив голой груди. От хлопка двери он резко замер и уставился на меня. Дыхание у него было тяжелым и сорванным, на лбу выступил пот, а в потемневших глазах читалась смесь шока и дикой, нерастраченной похоти. Руку убирать было уже чисто технически поздно и глупо, так что он просто застыл, тяжело глядя на меня. Я не стала включать застенчивую дурочку, хлопать дверями или делать вид, что оскорблена в лучших чувствах. Слишком уж честной была эта ситуация. Я просто расслабленно облокотилась плечом о дверной косяк, посмотрела на него абсолютно спокойно и понимающе улыбнулась кончиками губ. - Блинб, вернулась, потому что забыла спросить, нужно ли тебе купить чего-нибудь... - я сделала небольшую паузу, открыто разглядывая его напряженное тело. - Слушай, Макс, похоже, я тебе вообще личного пространства в этой квартире не оставляю, да? Заставила-таки своим видом вспомнить, что девчонки в природе существуют. Макс еще соображал, что делать, только рукой прикрывая член, а я продолжила. - Ты тогда заканчивай, а я в магазин как и хотела, тебе пол часа хватит? - Да. Уже более собрано ответил Макс. - Ладно все не стесняйся, я тоже иногда мастурбирую, тут нет ничего такого. Я вышла и направилась в магазин в приподнятом настроении. Когда вернулась Макс был на кухне.Я не пыталась завязать диалог, давая ему время. На кухне Макс обнаружился у столешницы — он с максимальной сосредоточенностью сооружал монументальную гору из бутербродов с ветчиной и сыром. Похоже, мощный выброс тестостерона и быстрая физическая нагрузка потребовали экстренной компенсации углеводами. Он глянул на меня абсолютно спокойно, без дурацкого подросткового румянца или попыток судорожно прикрыться, хотя в глазах еще чернели остатки недавнего транса. - Немного проголодался, - коротко прокомментировал он, кивая на гору на тарелке. - Будешь? - Тут кажется даже для двоих много, улыбнулась я. - Не первый раз такую гору делаю, но потом не замечаю как она заканчивается. - Что это на тебя так влияет интересно? - Хаха, ты знаешь! Многозначительно отрезал Макс. Мы вернулись в гостиную. Макс со своей добычей устроился на диване, а я уселась рядом, забралась на подушки с ногами и уже без предисловий и жалоб на жару просто потянула за край и стянула майку через голову, бросив её в сторону. Хватит играть в прятки, правила приличия в этой квартире только что окончательно эволюционировали в сторону полной честности. Я пододвинулась к нему ближе, взяла один бутер почти касаясь своим голым плечом его руки, и лениво облокотилась на подлокотник. - Слушай, Макс, я тут подумала, - начала я абсолютно будничным, расслабленным тоном, разглядывая, как он расправляется с бутером. - Тебе же, наверное, сейчас дико непривычно. Раньше жил один, полный хозяин пространства. Мог спокойно развалиться на этом самом диване перед большим телевизором и подрочить в свое удовольствие, ни на кого не оглядываясь. А теперь я тут постоянно мелькаю, ломаю тебе всю автономию и привычные ритуалы. Макс замер с куском в руке, медленно повернул голову и посмотрел на меня. Его взгляд открыто, без ложной скромности опустился на мою голую грудь, скользнул по изгибу талии и вернулся к моим глазам. В его лице не было ни капли стыда только чистый, трезвый мужской интерес, который привык иметь дело с реальными фактами, а не с иллюзиями. Он аккуратно положил остаток бутерброда на тарелку, вытер пальцы салфеткой и глубоко вздохнул, разворачивая корпус ко мне. - Ну, скрывать это после сегодняшнего перформанса уже глупо. Его голос звучал низко, с той самой уверенной, плотной хрипотцой. И с телевизором ты угадала. - Ну вот, тебе же наверное каждый вечер надо разряжаться. Так что не стесняйся если что, я же не маленькая девочка, а мы с тобой брат и сестра, так что я могу выйти или посидеть в телефоне не обращая внимания на тебя. Я же вижу что я тебя сексуально не возбуждаю. Есть такой эффект Вестермарка, когда брат и сестра не воспринимают друг друга как сексуальные объекты не смотря ни на какие действия. Так что делай что тебе нужно и не стесняйся, для меня это безразлично. - Хорошо сис, спасибо наверное. Мне как-то неловко тебя просить. - Ну тогда давай так, приходи в 10 вечером, а я пойду чай попью. Просить не надо, просто приходи. Его шорты всё еще сидели довольно плотно, и, несмотря на недавнюю разрядку, от нашей внезапной близости и этого предельно откровенного разговора его анатомия снова начала заявлять о себе, отчетливо натягивая хлопковую ткань. Но я совершенно игнорировала все это.