Гонщик Роджер и инженер Джонни

Лондонская осень встретила парней ледяным дождём и пронизывающим ветром. Репетировать в сырой каморке стало невозможно — пальцы Брайана замерзали на струнах, а Джон то и дело шмыгал носом, кутаясь в свой старый вязаный свитер. Спасение пришло откуда не ждали: родители Брайана уехали на выходные за город, оставив в его распоряжении небольшой уютный дом за городом. Решение было принято мгновенно — устроить грандиозную музыкальную ночёвку. Уже к вечеру субботы гостиная Брайана напоминала поле боя. Повсюду валялись провода, стояли чехлы от гитар, а в центре комнаты Фредди сооружал нечто невообразимое. — Дорогуши, это не просто ночёвка, это должно быть наше личное королевство! — командовал Фредди, набрасывая огромное шерстяное одеяло на спинки двух тяжелых кресел. — Роджер, тащи сюда вон те подушки из спальни! Джонни, милый, подвинь диван ближе, нам нужна опора для крыши! Джон, добродушно улыбаясь, молча толкал край тяжелого дивана. Роджер притащил целую гору подушек и с размаху бросил их в центр строящегося шалаша, едва не завалив всю конструкцию. — Фред, мы строим укрытие от дождя или крепость на случай ядерной войны? — хохотал Роджер, вытирая пот со лба и убирая растрёпанные светлые волосы с глаз. — Мы строим пространство для гениев, Родж! — гордо заявил Фредди, поправляя воротник своей неизменной шелковой рубашки. — Брайан, детка, неси чайник, мы заслужили перерыв. Через час укрытие было готово. Это был огромный, кривой, но невероятно уютный шалаш из трёх одеял, простыней и десятка подушек. Внутри они зажгли маленькую настольную лампу, накрыв её жёлтым платком Фредди, отчего всё пространство залил мягкий, золотистый свет. На улице выл ветер и капли дождя громко стучали по оконному стеклу, но внутри этой самодельной крепости было тепло, пахло заваренным чаем и мятным печеньем. Все четверо забрались внутрь, едва помещаясь в тесном пространстве. Брайан, чьи длинные ноги никак не хотели укладываться, тихонько перебирал струны акустической гитары, напевая какую-то новую мелодию. Фредди лежал на животе, подперев подбородок руками, и увлеченно рисовал что-то в своем блокноте, периодически вставляя свои едкие, но жутко смешные комментарии. Джон сидел, прислонившись спиной к диванной подушке, и листал старый журнал про радиотехнику. Его каштановые волосы, отросшие за лето, лезли ему в глаза, и он постоянно забавно дул вверх, чтобы убрать непослушную прядь. Роджер сидел прямо позади него. Он уже давно не смотрел на Брайана и не слушал Фредди. Его взгляд был прикован к затылку Дикки. В золотистом свете лампы Джон казался Роджеру каким-то по-особенному хрупким и домашним. Сердце Тейлора защемило от странного, тёплого чувства, которое он уже давно не мог в себе заглушить. Это было совсем не то, что обычная дружба. — Дикки, ты так зрение испортишь в этой темноте, — негромко сказал Роджер, протягивая руку и аккуратно забирая у него журнал. — Эй, я же читал, — тихо и беззлобно проворчал Джон, оборачиваясь. — Твои патлы тебе читать мешают, — ухмыльнулся Роджер, а затем залез в карман своих джинсов и выудил оттуда пару тонких резинок, которые он обычно использовал, чтобы убирать свои волосы во время игры на барабанах. — А ну-ка, сиди смирно. Я сделаю из тебя человека. Джон удивленно моргнул, но послушно замер, повернувшись к Роджеру спиной. Фредди на секунду оторвался от блокнота, хитро прищурился, глядя на них, но ничего не сказал, лишь тихонько хмыкнул под нос. Роджер придвинулся ближе. Его пальцы, обычно такие жесткие и уверенные, когда они держали барабанные палочки, сейчас коснулись волос Джона с невероятной, почти пугающей нежностью. Волосы у Дикки были мягкими и послушными. Роджер аккуратно разделил их на пряди и начал плести маленькие, забавные хвостики. — Ай, Родж, больно же, не тяни так, — шёпотом пожаловался Джон, когда Роджер слишком сильно затянул резинку на макушке. — Не ной, Дикки, красота требует жертв, — ласково ответил Роджер, а сам поймал себя на мысли, что его пальцы слегка дрожат, когда они случайно касаются теплой кожи на шее Джона. От Джонни пахло мылом, чаем и чем-то неуловимо родным.