Познай мою тьму

Утром, сидя в кабинете Прайса, Мирай смотрела на карту, висящую на стене, пытаясь сравнить её с тем, что сохранилось в памяти. В то время карты рисовали от руки, высчитывая расстояние по солнцу. Но река словно бы должна быть шире, а на месте каменистой пустыни лес… Вампирская память – странный предмет. На одно и то же изображение региона накладывалось несколько слоёв прошлых личностей, каждый из которых помнил это место по-своему. Даже странно, отчего вампирам так нравилось там жить? Солнце и жара, плохо влияют на вампирское тело. С другой стороны, в те времена на севере, ещё не настроили дворцов и не выучили этикета. Дикари, с трудом выживающие в столь опасной и изменчивой местности, не склонны рассуждать о философии и писать стихи. Щелкнул замок и дверь открылась, впуская Прайса. Ещё не рассмотрев кто находится в кабинете, он машинально дернулся назад. – Доброе утро! – чуть наклонившись, так чтобы её было видно в дверном проёме, Мирай помахала рукой. – Вам удалось получить доступ к жёстким дискам, что я для вас добыла? – И тебе доброе утро, – входя в кабинет, он покачал головой, глядя несколько хмуро, сколько осуждающе. – Дверь была закрыта на ключ. – А я мастер по проникновению, – развела руками Мирай, сдвигая со стола папки, чтобы ему было куда поставить кружку с кофе. – Так что там с дисками? Кофе – один из немногих запахов, что ещё доставлял Мирай удовольствие. Но не кофе Прайса. Его кофе был дешёвым, из зёрен, что отсеялись при первом же отборе, а потом достали из мусора и вместе с камнями, сором и отходами, перемололи где-то под полой, сотворив самый кошмарный растворимый кофе из возможных. – Наши спецы ещё работают, ты меньше суток назад положила диски на мой стол, дай им время. – Допустим, – меняя позу, она упёрлась локтями в стол, подавшись вперед. – Ласвэлл обещала, что вы передадите мне разведданные и дадите допуск. – Не раньше, чем допью свой кофе, – отсалютовал он ей кружкой, усаживаясь за стол. Откинувшись на спинку стула, Мира сложив руки на животе, вновь уставилась на карту. Пытаясь понять к каким годам относиться, странная картинка о зеленых лесах и белокаменных строениях, что пробуждалась в её голове при взгляде на желтый каменный пейзаж карты. – Мне вот интересно, – отпивая кофе и включая компьютер, спросил он. – Почему ты не осталась при Ласвэлл в ЦРУ? Твои навыки там бы пригодились, и были бы куда более уместны, нежели в 141-й группе. – Потому для она использовала бы мои навыки неправильно, – не отрывая взгляда от карты, проговорила Мирай. – Загнала в агенты и мне приходилось бы, в основном работать на неё, нежели заниматься делом, ради которого я во всё это влезла. – Что же у тебя за дело, если оно важнее сбора разведданных? Ты ведь ради этого и пробралась в мой кабинет с утра пораньше. Все папки просмотрела? – Нет, папки я не трогала, – моргнув она перевела взгляд на Прайса. – Не хотела портить отношения. В первую их встречу, Прайс был скептичен. Некоторые люди в ЦРУ знали о существовании вампиров. Время от времени, там находилась горячая голова, что пыталась использовать их в качестве шпионов и оружия. Отказ вампиров подчиняться какой-то определённой стороне не раз приводил к столкновению, но теперь Мирай пришла сама. На своих условиях. Решать проблему, которая коснётся всех. Выслушав её, Прайс насмешливо посмотрел на Кейт Ласвелл, вероятно думая, что это какая-то неуместная шутка. Пришлось продемонстрировать, что Мирай не шутила. Теперь же, словно уложив случившееся в голове и, возможно, приняв, Прайс был спокоен и собран. Быть может, часть его до сих пор не верила в происходящее. Психика отгородилась от странного, противоестественного. С другой стороны, Прайс был человеком войны. Ещё одна кровожадная тварь, едва ли способна пошатнуть его спокойствие. Кивнув, он сделал глоток кофе, и повернулся к компьютеру, вводя пароль и заходя в систему. – Известно, зачем те люди решили разбомбить собственную базу? – спросила она, складывая руки на стол. – Разбомбили, а после отправили людей прочёсывать местность, – он повернул экран демонстрируя снимки со спутника. – Раскапывают. – стукнула она пальцем в экран. – Если «ваши» спецы не справятся с дисками, я могу дать своих. Он фыркнул, не похоже, чтобы воспринял сказанное всерьёз. – Как что-то будет, я скажу тебе. Иди отдыхай, готовься. В любой момент нас могут дёрнуть на срочную миссию. – И часто они у вас случаются? – Время от времени. Задумчиво постучав пальцами по столу, Мирай поднялась. Не стоит сразу давить и настаивать. Ей важно заручиться расположением этих людей, скорее всего им разбираться со всем этим бардаком. – Доступ?   Он посмотрел на неё как на громко зудящую над ухом муху, с лёгким раздражением и смирением. Опустив глаза назад в экран, что-то потыкал и кивнул: – Вот твой доступ. Всё, иди, дай мне спокойно допить кофе. Чем занимаются бойцы на базе между миссиями? Чем угодно, кроме отдыха. Тягали гантели, чистили оружие, стреляли на стрельбище и наминали друг другу бока на ринге. Другие сидели над документами, копались в картах и просматривали какие-то записи. Толкаться среди военных было в новинку. Одна из её прошлых ипостасей уже занималась подобным, ещё во времена холодной войны и много раз до этого, но для Мирай всё это было на грани комфорта. Слишком сильно всё это отличалось от её привычного распорядка и плана действия.   Направляясь в архив, желая покопаться в старых отчётах, она ощутила его присутствие раньше, чем успела заметить. Взгляд в спину, от которого по коже побежали мурашки, словно кто-то целился в неё из винтовки. Не оборачиваясь, Мирай вошла в архив, где так же сидели, перебирая отчёты аналитики, не обратившие на ещё одного человека никакого внимания. Взгляд не исчез, а сосредоточиться на деле стало сложнее. Вампирская суть требовала устранить источник опасности. – Увы, я тут не для того, чтобы играть с тобой в кошки-мышки, – тихо проговорила она сама себе, открывая первую папку. Современные вампиры, в отличие от своих праотцов, редко оставляют какие-либо характерные маркеры, по которым их можно вычислить. Раньше: одни образовывали вокруг себя культы, чтобы кормиться; другие плыли на другой континент с переселенцами, терпя голод, а после богатеть и питаться за счёт расплодившихся поселенцев; третьи селились в крупных городах, где, если пропадёт очередной бедняк, никто особо не расстроится. Теперь вампиры владели IT-компаниями, личными островами, армиями фанатов, а самые скучные – конгломератами. Молодые вампиры всегда под контролем своего создателя и редко обладают достаточной волей, чтобы вырваться и отправиться творить что-то по своему усмотрению. Оттого, выяснить, что происходит, стало задачей со звёздочкой. – Пойдём проверенным путём, – вздохнула она, поднимая глаза на экран. – Ищем пропавших без вести, желательно много и разом.  Аналитики сменяли друг друга, пока все не разошлись. За окном стемнело. Оставшись одна, Мирай поднялась, чтобы размять спину. Кто-то открыл и аккуратно прикрыл за собой дверь. Ступал осторожно, мягко перекатываясь с пятки на носок. – Я слышу тебя, Соуп, – громко произнесла она. Подняв руки, наклонилась в сторону вытягивая бока. Тело, хоть и вампирское, но мышцы затекли от долгого бездействия. – А точнее чую твой парфюм. Хмыкнув, тот вышел из-за стеллажей. Загорелый, а в морщинках вокруг глаз кожа светлая. Коротко стриженный, но с ирокезом. Крупный, как и все в 141-й группе, но самый гибкий и подвижный. – Просто Джонни. Ты не пришла в столовую. – Просто Мирай, – кивнула она, продолжая растягиваться. – Мне там есть нечего. – Ну как же, – он потряс запаянным блестящим пакетом. – Прайс сказал, у тебя особая диета. Мирай поморщилась и поймала пакет, когда «просто Джонни» бросил его на стол. Вкус у этих желе был отвратным. Уж лучше крысы в Нью-Йорке, чем это безобразие. Хорошо, что она подзакусила лейтенантом и сильной жажды не испытывала. – Так «вампир» – это твой позывной? – прохаживаясь вдоль стола спросил Джон. – Ага, – невольно усмехнулась она. – Позывной из-за диеты. Поверить, что где-то рядом живёт бабайка из сказки не самая простая задача и упрощать её людям, Мирай не собиралась.   – В досье указано, что ты снайпер. Приходи завтра на стрельбище. Нужно притереться друг к другу, пока нас опять не дёрнули на очередное задание. Я уже активно притираюсь, – усмехнулась она сама себе, на автомате отрывая батончик и откусывая, тут же морщась от отвратительного вкуса. Не выдержав, она открыла рот и кусок бурой массы выпал на ладонь. – Боже, какая гадость, – она бросила пакет и кусок влажного от слюны желе в мусорное ведро. – А эта твоя болезнь, это какое-то психологическое расстройство, – в растерянности наблюдая за всем этим, спросил Джонни, – или генетика? Решив, что на сегодня хватит, Мирай выдернула из кармана платок, вытирая руку. – Слишком долго объяснять, чтобы заниматься этим сейчас. Давай сделаем вид, что я и правда вампир. Клыки, кровь и прочие плюшки. Ему это ребячество не понравилось, но Соуп, он же, просто Джонни, кивнул. Дождавшись, когда она выключит компьютер, пошел следом, болтая рассказывая о базе и внутреннем распорядке. Ненавязчиво вворачивая в разговор вопросы более личного характера. Как попала сюда, в каком звании, чем занимается? Мирай отвечала настолько честно, насколько могла себе позволить, не ответив ни на один вопрос прямо. – Мирай – это настоящее имя? – Да, на ближайшие пару месяцев. – В каком ты звании? – Гражданский, мне претит вся эта армейская романтика. – Так ты наёмница? – В некотором смысле, но обычно я занимаюсь несколько иным видом длительности. – Слушай, у тебя такой необычный акцент, откуда ты? – Я человек мира, просто Джонни, – с улыбкой отвечала она и невесомо похлопав по плечу свернула в офицерский корпус, где ей выделили отдельную комнату. – Всё что нужно, рассказал капитан Прайс. Я тут временно, как только выполню задание, проставлюсь тортиком и пока-пока. Распрощавшись с Соупом, она направилась в комнату. Шаги её преследователя были тише. Всё же спец по скрытным операциям, если верить его досье. – У тебя нет вонючей туалетной воды, но я всё ещё слышу твоё сердце, Призрак, – обернулась она. – Я могу тебе чем-нибудь помочь, или тебе заняться нечем? Поняв, что раскрыт, он вышел из-за поворота. – Работаю, – спокойно отозвался он, делая шаг навстречу, – собираю информацию, изучаю противника. Пытаюсь поверить, что вампиры и правда существуют. Манчестерский акцент накладывался на низкий, хрипловатый голос, запуская волну мурашек по спине Мирай. – Как успехи? – Не очень, – ещё один мягкий, беззвучный шаг. – Всё утро рассматривал шрамы от шрапнели на животе и плече и не мог понять, как они, могли так быстро, почти полностью исчезнуть. – Чудо не иначе! – Прайс был недоволен. Сказал сутки сидеть в казарме и даже не подходить к оружию. – Ну да, – она сгримасничала. – С моей кровью в венах, если ты умрёшь, то обратишься и это будет вовсе не тот аристократичный вампир, какого показывают в кино. – А кто же? – шаг и между ними всё меньше расстояния. Пытаясь сдержать лукавую улыбку, Мирай закусила губу. Глядя на мужчину, она почти ощущала вкус его крови на языке. Куда там гадким батончикам из животной крови, напичканным антибиотиками и витаминами. – Упырь. Тупой. Агрессивный. Бросается на всё, что видит. Твои товарищи не заметят разницы, – Придержала глупую шутку при себе Мирай. – Ты просматривала отчеты о пропаже людей. Их ты искала? Упырей? – Да. Следы попыток создания биологического оружия. Из вампиров. В его взгляде всё ещё жило сомнение. Словно всё, что она говорила, было не более чем солдатской байкой, которыми обмениваются новички. – Долбанный зомби апокалипсис? – Обычно всякие спецслужбы с помощью вампирской крови, пытаются сделать суперсолдат, но так как они непонимают механизмов её работы, выходят упыри. Дело заканчивается зачисткой всего живого на многие километры вокруг. Достав из кармана ручку, она подступила вплотную и взяв его руку, на коже предплечья написала код. – Если у тебя есть доступ, посмотри. Вот номер дела. А теперь спокойной ночи.