Сквозь Тернии.

Холодный ночной туман забивался в лёгкие, оставляя на губах привкус сырости и ржавчины. Лью шел по чёрному, задохнувшемуся лесу, методично переставляя тяжелые от влаги кроссовки. Каждый шаг отзывался тупой болью в груди – там, где под курткой, глубоко под кожей, стягивались грубые, уродливые шрамы. Подарок той проклятой ночи. Подарок Джеффри. Он искал брата. Месяцами, по едва заметным следам из безумия и свежей крови, Лью выслеживал своего мучителя и одновременно единственную родную душу, оставшуюся на этой земле. Сучья цеплялись за полы пальто, словно костлявые пальцы покойников, умоляющих повернуть назад. Воздух здесь казался неестественно плотным, мёртвым. Ни крика ночной птицы, ни стрекота сверчков. Только его собственное хриплое дыхание и тихий, на грани слышимости, свист в ушах, который с каждой минутой становился все навязчивее. Словно белый шум старого телевизора, настроенного на пустой канал. Лью остановился, когда деревья резко расступились, открывая небольшую заросшую поляну. Среди черных силуэтов вековых дубов высилось оно. Огромный, викторианский особняк, который выглядел так, словно вырос прямо из гнилой земли, а не был построен людьми. Его тёмное дерево потрескалось от старости, а вытянутые, узкие окна были абсолютно черными – ни единого намека на свет или жизнь. Архитектура здания казалась неправильной, углы ломали зрение, заставляя голову кружиться при одной попытке разглядеть крышу, уходящую в непроглядное ночное небо. У Лью перехватило дыхание. Это не было убежищем обычного маньяка. От стен дома веяло древним, хтоническим ужасом, который парализовал волю. Шрамы на лице Лью зажгло, словно от ожога, а внутренний голос – тот самый, что требовал мести, – испуганно затих. Он сделал шаг вперёд, к покосившемуся крыльцу. Интуиция обожгла ледяной догадкой: Джефф был здесь. Его безумный брат, не знающий страха, приходил в это проклятое место. Или его сюда привели? Гнилая дубовая дверь поддалась с тяжелым, стонущим скрипом, открывая вид чёрного вестибюля. Лью перешагнул порог, и лесной шум мгновенно отрезало, словно за ним захлопнулась крышка гроба. Внутри царила абсолютная, звенящая пустота. На первый взгляд. Пространство особняка казалось мертвым. Пыль веками оседала на обрывках обоев, тяжелых портьерах и сломанной викторианской мебели. Воздух был пропитан запахом сырости, старой бумаги и едва уловимым, сладковатым ароматом тления. Лью медленно пошёл по главному холлу, держа руку на рукояти ножа в кармане. Шаги тонули в толстом слое пыли. Ни звука. Ни намека на то, что здесь кто-то есть. Джеффа тут явно не было – по крайней мере, живого или свободного. Лью остановился у подножия массивной деревянной лестницы, ведущей на второй этаж. Белый шум в ушах превратился в тонкий, сверлящий ультразвук. Внезапно половица наверху скрипнула. Звук был едва различим, но в этой гробовой тишине он прозвучал как выстрел. Лью вскинул голову и успел заметить лишь смазанную, стремительную тень, летящую на него со второго пролета. Удар сбил его с ног. Лью покатился по полу, больно ударившись спиной о перила. Над ним, тяжело дыша, уже стоял нападавший. В полумраке холла тускло блеснула фарфорово-белая маска с грубо очерченными чёрными глазницами и ртом. Тим Маски. Лидер Прокси. Живое орудие в руках безликого хозяина этого дома.Тим не произнес ни слова. Его движения были неестественно точными, лишенными человеческих сомнений или жалости. В руке Маски сжалась тяжелая железная арматура, которая с глухим свистом рассекла воздух над самой головой Лью, выбив фонтан щепок из деревянной балки. Лью резко перекатился в сторону, уходя от второго удара, и рванул из кармана свой охотничий нож. Шрамы на лице горели огнем. Он пришел сюда за братом, и ни один цепной пес Слендермена не заставит его отступить. Лью не стал тратить время на замах. Когда Тим снова занес арматуру для удара, открывая корпус, Лью резко подался вперед и всем весом вбил кулак точно в солнечное сплетение Прокси. Удар получился страшным, глухим и точным.Тим мгновенно выронил оружие. Из-за маски вырвался хриплый, удушливый звук. Для человека, страдающего от тяжелых неврологических припадков, такой резкий шок по вегетативной системе стал критическим. Тело Маски затрепетало от подступающей судороги, координация нарушилась, и он тяжело рухнул на одно колено, уперевшись дрожащими руками в пыльный пол. Его дыхание стало свистящим, прерывистым. Лью не стал добивать его. Он сделал полшага назад, крепче сжав нож, и сверху вниз посмотрел на поверженного лидера Прокси. Шрамы на лице Лью уродливо исказились в мрачной усмешке. – Хватит с тебя на сегодня, – глухо произнес Лью, тяжело дыша. – Я пришел сюда не за тобой. Мне нужен Джефф. Я знаю, что мой безумный братец где-то здесь. Тим на полу судорожно сглотнул, пытаясь справиться с приступом, но Лью не дал ему прийти в себя. Он сделал шаг ближе, заставляя Маски слушать. – Что это за место? – Лью обвел ножом мрачный, давящий холл особняка. – Чей это дом? И какую роль в этом дерьме играет мой брат? Говори, пока я не решил, что твоя маска будет лучше смотреться, залитая твоей собственной кровью. Маски медленно поднял голову. Сквозь чёрные прорези фарфорового лица невозможно было разглядеть глаза, но Лью почувствовал на себе его тяжелый, лихорадочный взгляд. Тим судорожно вздохнул, и этот звук, прозвучавший из-под маски, больше напоминал хрип утопленника. Он заставил свое тело подчиниться. Цепляясь подрагивающими пальцами за холодный металл оброненной арматуры, Лидер Прокси медленно, преодолевая сопротивление собственных мышц, поднялся на ноги.Он тяжело облокотился на свое оружие, используя его как трость. Его плечи лихорадочно вздымались.В воздухе повисло тяжёлое, давящее ожидание. Лью приготовился к новой вспышке ярости, к безумному броску, но Тим удивил его. В позе Прокси больше не было агрессии. Из-за белого фарфора раздался тихий, прокуренный и совершенно лишенный той механической жесткости голос. – Джефф?.. Твой брат – Джефф Вудс? Тим слегка наклонил голову набок. Если бы не маска, Лью наверняка увидел бы на его лице крайнее изумление. Маски прочистил горло, и в его интонациях прорезалась мрачная, усталая ирония. – Значит, ты Лью. Живой мертвец. Ну надо же… – Тим поудобнее перехватил арматуру, но нападать явно не собирался. – Сбавь обороты, парень. Если ты думаешь, что этот психопат – один из нас, или что хозяин этого дома держит его здесь как домашнюю зверушку, то ты глубоко ошибаешься. Да и я не справочное бюро чтобы всё знать. Маски сделал шаг вперед, и теперь в его голосе слышалась жесткая деловая хватка. – Так что у нас одна цель, Лью. Мы оба ищем это чудовище с разрезанным ртом. Только вот если я найду его первым, от него не останется даже пепла. А этот дом… это Особняк Слендермена. Место, откуда никто не уходит прежним.

...

Тишина холла взорвалась резким, сухим треском. Словно сухая ветка сломалась напополам – так сработал шейный позвонок выскочившего из-за лестницы парня. Это был Тики Тоби. Он двигался неестественно, дергано, с бешеной скоростью. На его лице блестели плотные защитные очки и маска-намордник, скрывающая изуродованную щеку, а в руках опасно хищно промелькнули два тяжелых топорика. Из-за синдрома Туретта и полного отсутствия болевой чувствительности Тоби действовал как живой таран. Увидев, что его лидер ранен и стоит, опершись, а перед ним высится незнакомец с ножом, Тоби издал яростный, гортанный рык и рванулся в лобовую атаку, готовый снести Лью голову. Лью мгновенно перехватил нож обратным хватом, приседая для встречного выпала, но разорвать друг друга они не успели. – Тоби, отставить! – рявкнул Тим. Маски среагировал на удивление быстро. Перехватив арматуру, он наотмашь выставил её перед собой, перекрывая дорогу Тоби, и жестко впечатал ладонь в грудь безумного Прокси, силой удерживая его на месте.Тоби резко затормозил, его топоры со свистом рассекли воздух в считаных сантиметрах от груди Тима. Парня затрясло от нервных тиков: он яростно дергал головой, шумно дышал через маску и буквально исходил злобой, сверля Лью безумным взглядом через линзы очков. – Т-Тим!.. Он… он напал! Напал на тебя! Нам н-надо… надо его… – Тоби заикался, его плечи судорожно вздрагивали, а пальцы до белизны сжимали оружие. – Я сказал – опусти топоры, Тоби, – ледяным, не терпящим возражений тоном повторил Тим, даже не повернув головы к подчиненному. Его взгляд все еще был прикован к Лью. – Это не враг. По крайней мере, пока. У него те же счеты к улыбчивому ублюдку, что и у Хозяина. Он ищет Джеффа. Тоби замер, издав странный щелкающий звук горлом. Упоминание Джеффа подействовало на него как холодный душ. Он медленно опустил топоры, хотя его тело все еще продолжало мелко подрагивать от избытка адреналина. Лью медленно выпрямился, не сводя глаз с этой безумной парочки. Особняк Слендермена раскрывал свои карты, и компания подбиралась одна причудливее другой.