Throughout Heaven and Terra (Arknights x Jujutsu Kaisen)

— Ты и правда доволен? — Эти слова эхом разнеслись по коридору аэропорта. Две фигуры в чёрном стояли друг напротив друга, резко контрастируя с белизной вокруг. — О чём ты? — отозвался беловолосый мужчина, приподняв бровь; его чёрные очки чуть сползли вниз, открывая взгляд, устремлённый на собеседника. — Колдун ведь никогда не умирает без сожалений, верно? — ответил второй, которого можно было принять за подростка, с зачёсанными назад волосами, собранными в короткий пучок. — Сатору, ответь мне: у тебя есть о чём жалеть? Годзё Сатору замер, брови сошлись на переносице — он обдумывал вопрос. — С чего вдруг такие мысли, Сугуру? — Капля пота скатилась по виску. — Скажу честно, я о многом жалею. — Руки Гето по-прежнему оставались в карманах; он запрокинул голову, глядя в потолок. — Было столько всего, что мне хотелось сделать, и ничем из этого я так и не остался доволен… — Его взгляд вернулся к Годзё. — И всё это время, пока меня одолевали эти мысли, я думал о тебе. Позволь спросить снова: ты и правда доволен? Годзё замолчал, не находя слов. Был ли он доволен по-настоящему? Мысль закружилась в его голове, и он всё глубже проваливался в неё. Это была бездонная яма, из которой, он боялся, ему уже никогда не выбраться. — Ух ты, вот это да — никогда не думал, что ты вот так растеряешься, — лёгкая улыбка тронула губы Гето, и он прикрыл глаза. — Скажу тебе прямо: я всегда тобой восхищался. Той непревзойдённой силой, за которой даже я не мог угнаться. — Он снова открыл глаза, и во взгляде появилась новая ясность. — Ты был недосягаем — настолько, что даже мне не удавалось пробиться сквозь ту стену, что выросла вокруг тебя. — … — Годзё сжал губы, слушая; в нём собралась сосредоточенность, сродни той, с какой наносят «Чёрную вспышку». — И потому я решил… — Глаза Гето горели ясностью. — Я хочу измениться. Тяжёлая тишина заполнила зал, пока они молча смотрели друг на друга. Стены этого места так и не смогли сблизить их по-настоящему. — …Знаешь, вряд ли я теперь смогу тебя переубедить, а? — Наконец и на лице Годзё появилась улыбка, и он прикрыл глаза. — Ни тогда, ни здесь — да? Такое чувство, будто меня снова оставляют позади. — Сухой смешок сорвался с его губ, и они едва заметно дрогнули. — То, что ты решишь здесь, теперь зависит только от тебя. — Гето шагнул вперёд, вынимая правую руку из кармана и сжимая её в кулак. — Может, однажды я окажусь рядом, чтобы хлопнуть тебя по спине, а? — Его кулак легонько коснулся правого плеча Годзё. Миллион слов, миллион вещей, которые ему хотелось сказать, — но все они застряли у Годзё в горле. — Что бы ты ни решил дальше — не жалей об этом, ладно? — С широкой, тёплой улыбкой он выставил свой кулак и стукнул им по плечу Гето. — Это мне полагалось бы сказать тебе. — Лучезарная улыбка расцвела на лице лучшего друга, и он не сдержал тихого смеха. С этим оба развернулись на каблуках и пошли — прочь друг от друга. Проход впереди Годзё становился всё отчётливее, и он продолжал шагать. «Выбрать то, что по-настоящему что-то значит…» …Один, два, три, четыре шага… Табличка наверху проступила ясно, гласившая: «Юг». …Пять, шесть… Мир вокруг Годзё словно померк, сменившись бескрайним небом, что окружало всё его существо — и составляло само его существо. Он закрыл глаза, и по воде разошлись круги; его последний шаг замер, пока он вновь оглядывался на прожитую жизнь. Рождение, детство, его голубая весна, зрелость и, наконец, смерть. С последней улыбкой, что легла на этот безупречный холст, он открыл глаза… И последний шаг опустился.

* * *

Его глаза распахнулись, но тело осталось совершенно неподвижным. Голова повернулась — влево, вправо. Всё, что он увидел, — пылающий ландшафт из зданий, воздух, наполненный пылью и пеплом. Какофония взрывов и грохот падающих обломков лишь усиливали окружавший его хаос. — Что за?.. — Его охватило замешательство, пока божественные глаза сканировали каждый дюйм картины перед ним. Выглядело так, будто по целому городу прошёлся разбушевавшийся Дзёго. Но ещё удивительнее было полное отсутствие проклятой энергии. Да, он ощущал негативные эмоции, пропитавшие воздух подобно ядовитому газу, стремящемуся занять как можно больше пространства, — но проклятая энергия? Ноль, ничего, ровным счётом ничего. Ощущение было для него новым: единственная проклятая энергия таилась в нём самом, а не в самом мире. В его голове тут же выросло множество теорий, но одна показалась ему самой очевидной — он в совершенно ином мире. «Ого, это что, одна из тех манг про исекай, которые я видел у Итадори?» — безрадостно подумал Годзё. В последнее время среди нового поколения подростков расплодилось немало трендов, и он из первых рук узнал, что это такое. «Как это вообще могло случиться?» Годзё верил в загробную жизнь — после того, что с ним, собственно, только что произошло, — и ожидал попасть в цикл перерождений, но никак не в это. Его мысли вернулись к ученикам и их неизбежной схватке с Сукуной после его собственной смерти, вместе с — э-э, тем парнем с молниями. Да, в проклятой технике этого Касимо он был не слишком уверен — тот умирал после единственного её применения… Но, возможно, её хватит, чтобы продержаться против Сукуны какое-то приличное время, верно? Переключив мысли на другое, он вспомнил о собственном теле, гадая, перенеслось ли оно тоже в этот мир. Или осталось в прежнем, а это — идеальная его копия? Сжав кулаки, он задумался: сработает ли ещё тот план после его переноса? Не был ли его перенос в иной мир делом рук какой-то высшей силы извне? Слишком много вопросов, слишком мало ответов. И каков же план Годзё на этот счёт? Ну, отложить его на потом, конечно же! По крайней мере, пока что. Его размышления оборвались, когда он почувствовал, как что-то замерло в пределах его барьера Безграничности. «Ну хотя бы моя проклятая техника при мне», — подняв взгляд, он увидел прямо перед глазами чёрный осколок. Это был… — Странно, очень странно… — В камне таилось огромное количество чужеродной энергии — такой, какой он прежде никогда не ощущал. Он сталкивался со всевозможными видами энергии: электрической, тепловой, даже ядерной, — но это было нечто совершенно новое; особенно поражало её количество при таком размере — попросту астрономическое. Из пепельного, беспросветного неба падали крупные объекты, похожие на мини-метеориты; один из них, как определил Годзё, и был тем камнем, что ударился о его барьер. Только те были неизмеримо больше. Всё больше и больше их врезалось в его барьер Безграничности. Насмотревшись, Годзё взмахнул руками — и все чёрные камни, скопившиеся вокруг, разлетелись прочь под действием незримой силы. Впрочем, один осколок размером с палец Годзё решил оставить и потянулся к карманам. Проделывая это, он заметил кое-что весьма любопытное. «Похоже, я всё ещё в этой одежде, хм?» На нём было белое одеяние — то самое, в котором он заряжал двухсотпроцентную «Технику пустоты: Фиолетовый» против Сукуны. Сунув руку в один из карманов, он опустил туда осколок. Довольный, он развёл руки, раскрыв ладони, и хлопнул ими. С раскатистым звуком его яркая фигура исчезла из мрачного ландшафта.

* * *

Беги. Беги. Беги… Только это ему и оставалось — мчаться прочь от неминуемой гибели, что притаилась позади. Топот приближался всё ближе, а ноги ныли и горели под давлением, которое он на них взваливал. Дыхание становилось всё более рваным, и от пыли, которую он невольно вдыхал, к горлу всё сильнее подкатывала тошнота. Худшее из катастрофы уже миновало, и с неба перестали сыпаться эти проклятые камни ориджиниума, будто артиллерийский обстрел подошёл к концу. А значит, он мог выбраться из своего укрытия и рвануть к ближайшему выходу из города. К несчастью, это также означало, что и они смогли выйти из-за укрытий. Крики позади становились громче, и он зажмурился, желая и молясь, чтобы всё происходящее с ним оказалось лишь сном. Если бы всё было так просто — но это неизбежно привело к тому, что он споткнулся о собственные ноги и рухнул наземь. — А-ай! — Вопль вырвался из его рта, когда тело врезалось в землю; ссадины расчертили его конечности, пока он готовился к удару. Потрясение сковало его, он свернулся в клубок, тело неудержимо тряслось, а в зажмуренных глазах выступили слёзы. Он ждал своей смерти в кромешной тьме… Но она так и не пришла. Медленно он открыл глаза — и увидел перед собой спину белоснежной фигуры с протянутой рукой. — Нужна помощь, малыш? — заговорил незнакомец. Совершенно ослепительная сцена развернулась перед глазами лежавшего ничком человека, пока он смотрел на то, что происходило на самом деле. Прямо перед ним оружие тех, кто только что за ним гнался, застыло в воздухе, подрагивая от чего-то, что можно было описать лишь как незримый барьер. — Ну, мне нужны ответы на пару вопросов, но вы, ребята, что-то не слишком приветливые, а? — Усмешка тронула его лицо, пока он разглядывал напавших. Отметив их облик — белая маска, белая тактическая куртка с надвинутым капюшоном и жилет поверх неё, — Годзё щёлкнул запястьем, и их отбросило бесплотной силой. Вокруг взметнулась пыль, и упавший прикрыл глаза, сидя на земле. Челюсть у него отвисла, глаза расширились. Слышался грохот, а обломки взлетали в воздух от удара. — Та-а-ак, ты не ответил на мой вопрос. — Годзё упёр руки в бока и наклонился вперёд — пола его пальто заколыхалась на ветру, — чтобы получше рассмотреть человека. У того были угольно-чёрные волосы и — это что, птичьи перья? — Э-э, это реквизит? — вырвался у него комментарий, наверное, бестактный, если подумать. Сбитый с толку, человек на земле кое-как поднялся на ноги, чтобы встретиться с тем, кто только что спас ему жизнь. Годзё выпрямился, освобождая ему пространство. Хотя изрядная порция адреналина бушевала у него в крови, черноволосый смог отчётливо разглядеть стоявшего перед ним. Первое, что пришло ему в голову, — что тот прекрасен, попросту божественен. Пернатый мог поклясться, что он натурал, но даже он видел: этот человек — совершенно иного уровня. Его взгляд остановился там, где чисто-белые волосы плясали на ветру, создавая завораживающее зрелище. Пальто, что носил беловолосый, с первого взгляда казалось дорогим и традиционным — возможно, родом из Яня? Оно определённо придавало ему царственный вид. Но больше всего его внимание приковали неземные небесно-голубые глаза, которые словно являли всю красоту самого мира, насильно притягивая к себе взор. При ближайшем рассмотрении в них будто заключалось бесконечное, ясное небо — наверняка он знать не мог, ведь в нынешней жизни ясное небо видел крайне редко. Ещё кое-что он ощутил в этих глазах… Будто они видели его насквозь, обнажая все тайны, какими ему было что делить. Это совершенно выбивало из колеи, словно он был микроорганизмом под микроскопом, полностью бессильным перед тем, что за ним наблюдало… — Налюбовался мной? Знаю, я умею отвлекать~ — весёлым тоном произнёс загадочный незнакомец, комично помахав ладонями перед лицом либери. — Ой… извините… — Смутившись от того, каким дураком, должно быть, себя выставил, он отвёл глаза. Годзё лишь сохранил улыбку и похлопал человека по спине, отчего тот вздрогнул. — Ничего-ничего, не надо так стесняться! Честно говоря, Годзё был слегка удивлён языком, на котором говорили эти люди урсус, — по сути, русским. К счастью, будучи гением, каким он и был, Годзё ещё на Земле без особого труда освоил практически все основные языки. С того момента, как он услышал, как эти солдаты в белом гонятся за пернатым парнем, он смог заключить, что говорят они по-русски. «Ладно, похоже, мир вроде альтернативной версии Земли», — как только Годзё перестал хлопать собеседника по спине, он снова встал перед ним и заговорил: — Меня зовут Годзё, Годзё Сатору. Мне нужны ответы на пару вопросов, а в качестве платы я вытащу тебя из этого города; идёт? Хлопая глазами, как сова, тот на миг завис, осмысливая сказанное. — Серьёзно, ты правда это сделаешь? — Голос его чуть дрогнул. — Ещё как. Ну так что, принимаешь сделку? В этом адском котле, в который превратился город, ставший теперь зоной боевых действий, ответ был очевиден для либери.