Blood in the water/Кровь в воде

Энди вошла в свой гостиничный номер, дверь за ней щелкнула. Вместо того чтобы, как обычно, рухнуть на кровать и тут же заснуть, она предпочла плюхнуться в кресло. Ей нужно было время подумать. Что именно она чувствовала к Миранде? Почему профессор всегда так сильно ее обижала, когда отмахивалась от нее? И самое главное, почему она продолжала возвращаться, даже когда чувствовала злость и обиду? Энди так хотелось получить хоть какие-то ответы, потому что эта дурацкая чепуха с постоянными перепадами настроения начинала ее изматывать. Еще немного давления, и она точно развалится. Боже, почему все так сложно? Если бы она просто смирилась с карьерой журналистки и вообще не поступала в юридическую школу. Может быть, тогда ей не было бы так больно, может быть, у нее не развились бы эти ужасные, мучительные чувства к профессору. Ладно, это было терпимо, когда это были просто сексуальные фантазии о Миранде, но это… это была не просто похоть. Как дура, она умудрилась начать испытывать чувства к человеку, который, без сомнения, не отвечал ей взаимностью. Но хуже всего было то, что это была сама Миранда. Она была добра, иногда даже мила с Энди, но потом тут же отталкивала ее. Почему эта женщина продолжала приглашать ее в свой кабинет поздно ночью, если ненавидела ее? Считала ли она ее подругой? Но если так, почему она иногда была такой отстраненной? Сегодня вечером, судя по тому, как она ее проигнорировала, казалось, что Миранда находится за тысячу миль от Энди, а не прямо перед ней. Энди глубоко вздохнула. Ей срочно нужно было поспать. Повторные бессмысленные вопросы ничего не изменят. Она только что сняла туфли на каблуках и начала расстегивать блузку, когда в дверь постучали. Ошеломленная, Энди, споткнувшись, поднялась на ноги и громко выругалась, едва не споткнувшись о свои проклятые чулки, которые наполовину сползли. Стук усилился, и Энди крикнула: «Дайте мне минутку!» Она очень надеялась, что это всего лишь кто-то из ее знакомых, а не персонал отеля, чтобы отругать их за то, что они пришли сюда в этот несусветный час. Энди подпрыгивала на одной ноге и наконец со вздохом открыла дверь. Затем она увидела голубые глаза, прищурившиеся на нее, оценивающе смотрящие на нее, растрепанные белые волосы и постоянно застывшую хмурую гримасу. Она сглотнула. Черт. — П-привет, Миранда, — пробормотала она, одарив пожилую женщину, как она надеялась, обычной улыбкой, а не выражением полного и абсолютного шока. — Чем могу помочь?» Лицо Миранды было непроницаемым, она поджала губы. — Нам нужно поговорить. Немедленно. Энди прищурилась, глядя на часы, которые показывали 2:33. — Сейчас? — она была уставшей, раздраженной и совсем не в настроении. — Андреа, что именно в слове «сейчас» ты не понимаешь? — Миранда нетерпеливо постукивала ногой, но Энди знала, что она нервничает. Старшая женщина не смотрела ей в глаза и кусала внутреннюю сторону щеки. — Хорошо. Хочешь войти? — Энди начала приоткрывать дверь, затем взглянула вниз. Ее юбка была очень короткой, и без чулок она была до смешного откровенной. — Подожди, мне нужно надеть штаны. Она услышала резкий вздох Миранды. — Ты ничего не надела, Андреа? Лицо Энди вспыхнуло от стыда. — Н-нет, надела! Просто… — Ну тогда… — с удивительной силой Миранда протиснулась мимо Энди в комнату. Сакс нащупала оставленный на кровати халат и быстро завязала его вокруг себя. Она чувствовала, как взгляд Миранды скользит по ее ногам, и по ее телу пробежала легкая дрожь. Энди плюхнулась на кровать, которая заскрипела, когда она погрузилась в нее. Ее профессор сидела напротив нее в шезлонге, скрестив ноги в этой до смешного тесной юбке-карандаш. Странно, как она могла чувствовать себя совершенно как дома в гостиничном номере своей студентки, но ее поза была расслабленной, а суровый взгляд холодно осматривал комнату. — Мне нужно поговорить с тобой о… — Миранда замолчала, глубоко нахмурившись. Энди наклонилась к ней. — Да? — Завтра, — сухо ответила Миранда. Она явно хотела сказать что-то другое, но Энди решила не настаивать — по крайней мере, сейчас. — Мы встретимся в вестибюле завтра в 5:00 утра. Найджел отвезет всех в Нью-Йоркский уголовный суд, кроме тебя, ты поедешь со мной. Брови Энди взлетели вверх. — Значит, будем только мы вдвоем? — потому что если так, она, вероятно, сошла бы с ума. Миранда тоже, учитывая все упреки и критику, которые ей, несомненно, пришлось бы высказать. Старшая женщина поиграла с изящным жемчужным ожерельем на шее и откашлялась. —Да. — Отлично. Теперь, почему бы тебе не рассказать мне настоящую причину твоего приезда? — челюсть Энди сжалась от решимости, и даже испепеляющий взгляд Миранды не смог поколебать ее уверенность. — Я знаю, что дело не в расписании, потому что ты уже отправила нам всем электронное письмо по поводу завтрашнего дня. Что тебе от меня нужно? Лицо Миранды побледнело, и она поднялась со стула. — Мне нужно идти. Она повернулась к двери, но, недолго думая, Энди схватила ее за руку и притянула старшую женщину к себе. Миранда не могла просто так убежать, когда у нее еще столько вопросов и столько всего нужно сказать. Боже, она чувствовала запах ее духов, они были такими теплыми, а поверхностное дыхание Миранды обдавало ее, как автобус. — Андреа, — это прозвучало немного как хныканье. — Что ты делаешь? — Не знаю, — пробормотала Энди, приподнимая подбородок Миранды. Миранда не отстранилась, но закрыла глаза. Ее тени были прекрасного лавандового оттенка, а между бровями была очаровательная складка. — Ты, мы, я… я… не могу этого сделать. Андреа, ты должна остановиться. Мы должны остановиться, — она приоткрыла губы, чтобы что-то сказать, но Энди заставила ее замолчать своими. Ох. Губы ее профессора оказались мягче, чем она ожидала. Ни одна из ее фантазий не могла сравниться с этим. Миранда тихонько всхлипнула, дрожа, как лист, и опустила руки вдоль тела. Энди не была уверена, нравится ли это Миранде, но все равно углубила поцелуй, немного запустив язык. Миранда издала звук, очень похожий на стон, и ее руки обхватили спину Энди. Горячие и влажные губы начали двигаться по ее губам, и Энди тоже застонала. Изящные пальцы обводили несуществующие линии у основания ее шеи, затем скользили по плечам, опускаясь на спину. Затем Миранда оттолкнула ее, ее лицо покраснело, а грудь тяжело вздымалась. — Нет, нет. Остановись, остановись, — прошептала она. Она облизнула губы, явно заинтересованная ковром. Придя в себя, она подняла глаза и наконец встретилась взглядом с Энди. Взгляд Миранды был широко раскрыт и дик, а прядь серебристых волос небрежно рухнула ей на лоб. — Я боялась этого. Я знала, что это произойдет. Боже, как я… почему я не покончила с этим раньше? Прилив счастья, который Энди испытала ранее, сменился отчаянием. — Миранда, прости, я просто подумала, что… Миранда вдруг покачала головой, тяжело дыша. — Мне нужно идти. Сейчас же. Затем она убежала, словно за ней гналось чудовище. Энди просто стояла там в недоумении.

***

Энди не знала, что ей делать. Бежать ли ей за Мирандой, как в тех сентиментальных корейских дорамах, которые так любила ее сестра? Или ей было достаточно просто лечь на спину и смотреть в потолок, словно белый линолеум хранил ответы на все ее проблемы? Видимо, лучше было не бежать в комнату Миранды, потому что после, казалось бы, целой вечности, в ее дверь раздался отчаянный стук. Энди открыла дверь, потому что у нее не было другого выбора. — Что? — она все еще чувствовала себя ужасно, но не могла отрицать трепет в животе, когда увидела стоящую там женщину. Черт возьми. — Что тебе нужно на этот раз? Миранда ничего не ответила, а вместо этого бросилась на Энди, прижав ее к стене. Энди слегка ахнула, когда ее губы несколько раз коснулись губ Миранды. — Ох, — выдохнула она. Это было не так нежно, как в первый раз. Это было грубо, отчаянно, гневно. Это было хорошо. — Я не могу… — прошептала Миранда, слегка дрожа и прижимаясь к Энди. — Я не могла перестать думать о тебе после того, как ушла. Я не могу остановиться, — она поцеловала ее. — Ох. Энди не хотела, чтобы она останавливалась. Вместо этого она обняла ее за талию. Старшая женщина была теплой и мягкой в ​​этом месте. Гладкая ткань юбки Миранды скомкалась под ее пальцами, но она хотела ее снять. Однако, когда она попыталась заговорить, она обнаружила, что не намного красноречивее Миранды. — Можем ли мы, о боже… Миранда застонала, и звук пронзил пространство между ног Энди. — Да, да, — она потянула за воротник пижамной рубашки Энди. Сообщение получено. Как только Энди сняла с нее платье, Миранда набросилась на ее шею, целуя по линии челюсти. — Мфх, — все, что смогла сказать Энди в этот момент, и откинула голову назад к стене. Она закрыла глаза, сосредоточившись на ощущениях губ Миранды на себе. Когда женщина наконец отстранилась, она тяжело дышала, ее щеки были раскрасневшимися. Красная помада размазалась по щеке, а глаза затуманились. Сердце Энди бешено колотилось в груди. Она была прекрасна, совершенна, восхитительна. Миранда начала расстегивать блузку, и их пальцы соприкоснулись, когда Энди неуклюже попыталась помочь. Профессор снова притянула ее к себе, ее рука собственнически легла на талию Энди, пока они продолжали раздеваться, комнату наполняли шорох ткани, растрепанные волосы и тихие вздохи. Миранда, казалось, была довольна только поцелуями. Она запустила пальцы в волосы Энди, целовала ее плечи, шею, челюсть и каждый сантиметр лица. Она цеплялась за Энди отчаянно, как человек, потерявшийся в море, за спасательную шлюпку, и эта мысль вызвала теплое чувство в животе. Энди чувствовала себя опьяненной экстазом. — Подожди, — сказала Миранда с тревожной нерешительностью. — Ты этого хочешь? — Энди посмотрела ей в глаза. Она выглядела расстроенной. Энди хотелось поцелуями стереть это тревожное выражение с ее лица, разгладить складку между бровями. — Да, больше всего на свете, — Энди никогда ничего подобного не делала. У нее никогда не было секса с женщиной, и уж точно она не целовалась со своим профессором. Миранда, кажется, довольна ее ответом, потому что она быстро и нежно целует ее в щеку, прежде чем провести пальцами по ее волосам. Ее поцелуи были неторопливыми, но все еще сильными, и в конце концов она отстранилась. — Ты великолепна, — пробормотала она хриплым и резким голосом. — Ты хоть представляешь, как мне это нравится? Энди сглотнула. — Э-э... — она заставила себя открыть глаза и увидела, как старшая женщина прижалась к ней плечом, словно ей здесь самое место. — Я думала об этом довольно долго, — продолжила Миранда. Она медленно заправила волосы Энди за ухо. При этом она погладила заднюю часть уха Энди, это чувствительное место. Энди не смогла сдержать стон. — Ты тоже думала об этом? Ты трогала себя, Андреа? Наверняка твои пальцы способны на гораздо большее, чем просто записывать информацию, — она провела линию по щеке Андреа, ее глаза потемнели от желания. Миранда облизнула губы, и Энди застонала, увидев, как розовый цвет ее языка вырвался наружу. — Ох, — только и сказала Энди. Миранда лишь легонько укусила Энди за ухо, отчего та резко вздохнула. — Пожалуйста, — сказала Энди, не совсем понимая, о чем просит, но все же отчаянно нуждаясь в этом. — Ты вся мокрая, не так ли, Андреа? — голос Миранды теперь был строгим, и от этих слов у Энди чуть не подкосились колени. Сильные руки старшей женщины скользили по ее груди, спине, останавливаясь на бедрах. Энди подумала, что вот-вот кончит. — Ответь мне. — Да, — с трудом выдавила Энди. — Хочешь, чтобы я тебя трахнула, Андреа? — это слово сорвалось с языка Миранды так непринужденно, с той особой интонацией, с которой только она произносила имя Энди. Она прижалась к Энди всем телом, бедро скользнуло между ее ног. Боже, как это было приятно. — Да, — повторила Энди. Ее ноги теперь неудержимо дрожали, моля о сладком освобождении. Ей действительно, действительно, действительно нужно было кончить. Миранда наклонила голову набок, губы сжались, словно она глубоко задумалась. — Понятно. Затем ее рука скользнула под резинку трусиков Энди, проникая во влажные складки. — Блять! — Энди ударилась спиной о стену, ее глаза закрылись. Свободная рука Миранды поддерживала ее, пока другая безжалостно трахала ее. — О боже, — выдохнула она. — Ммм. Наслаждаешься, да? — она знала, что у Пристли самодовольное выражение лица, даже не глядя на нее. Палец скользнул по ее влагалищу, заставляя вцепиться в стену. Энди тяжело дышала, чувствуя жар по всему телу. Боже мой, она долго не продержится. Миранда внезапно вынула пальцы, и Энди застонала от потери контакта, прежде чем почувствовала, как три пальца снова вошли в нее. Появилось легкое жжение, когда ее влагалище растянулось, чтобы вместить тонкие пальцы Миранды, каждый из которых сгибался и разгибался внутри Энди, каждый толчок приближал ее к оргазму. И тут это случилось, слишком быстро, к сожалению для Энди. Ее бедра сжались, словно взорвалась сверхновая звезда, в глазах сверкали огни. Миранда смотрела на нее своими пронзительными серыми глазами и не вынимала пальцы, пока спазмы Энди не утихли. Энди вздохнула. — Черт, это было хорошо. — Да, неужели? — Миранда осторожно облизнула влажные пальцы. Энди, может, и кончила, но, черт возьми, это было возбуждающе. Она немного заерзала и наклонилась вперед, чтобы поцеловать Миранду, чувствуя свой вкус на губах другой женщины. Он был соленым и немного сладким. Это было хорошо.

***

Энди проснулась от будильника на телефоне и тут же скатилась с кровати на пол. — Уф, — она чувствовала себя липкой после прошлой ночи. Они провели несколько часов, занимаясь сексом, впечатляющее достижение, но, очевидно, довольно быстро уснули. Энди поднялась с пола и вернулась на кровать. Кровать на стороне Миранды была пуста, но еще теплая. Вероятно, она ушла незадолго до того, как Энди проснулась. Жаль, ведь Энди хотелось бы встретить ее поцелуями на прощание и точно знать, что прошлая ночь не была каким-то чудесным ярким сном. Вздыхая, она направилась к душу. Пока теплая вода лилась по ее плечам, Энди использовала это время, чтобы подумать о случившемся. Была ли это всего лишь случайная связь на одну ночь, как это изменит их рабочие отношения, что, если кто-то узнает, и так далее. Как всегда, во всем, что касается Миранды, она понятия не имела и, вероятно, ей придется узнавать ответы по ходу дела. В комнате был полный бардак, но у Энди не было времени даже немного прибраться. Горничные будут недовольны. Энди надела единственную чистую одежду, которая у нее осталась, — элегантный черный брючный костюм, и, бормоча себе под нос, стала искать в комнате пропавшие бумаги. Проверив, она поняла, что одна из них так и не нашлась. На самом деле это был всего лишь клочок бумаги, но Энди записала на нем важную информацию, которая делала его значимым: алиби Сэмюэля. У Энди неприятно закрутило в животе. Эта чертова сука.